Глава 7

      Следующий день прошел на удивление спокойно — словно сама судьба решила подарить им передышку. Игорь с Викой потратили все утро на оформление документов и страховки. Вслед за ними поехали Ваня с Аней чтобы подать заявление.       Было еще дневное время, когда они закончили, и вся семья снова собралась за одним столом, отмечая это как маленький праздник. В кухне витали запахи специй, свежих трав и горячего хлеба — заслуга женщин, которые хлопотали у плиты. Вино уже дожидалось своего часа, стол накрыт блюдами. Все это казалось заслуженной наградой за пережитое.       — Так значит, в контракте было, что страховка покроет прям все? — Ваня, щурясь от любопытства, как раз открывал бутылку вина.       — Ага, стопроцентное покрытие любого ущерба, — Игорь слегка улыбнулся, откинувшись на спинку стула. — Конечно, наши дополнительные вложения не считаются, но сам дом нам вернут по той цене, за которую мы его купили.       — Вот это да, — Аня улыбнулась и радостно коснулась локтя мужа. — Кажется, удача к нам возвращается. Теперь все можно восстановить, Сонь, как ты и хотела.       Соня в ответ просияла улыбкой, держа в руках ярко-красную гранату и сосредоточенно пыталась справиться с соковыжималкой, назначив себя ответственной за свежий сок.       — Я и забыл, что мы выбрали именно такой тип договора, — усмехнулся Игорь.       — Вообще-то это я его заключила, — Вика с довольным видом подняла бровь. — Решила, что полная страховка намного лучше, если что-то случится. А ты, между прочим, не хотел тратиться на это, дорогой.       Игорь скосил взгляд на жену и мягко улыбнулся, чуть наклонившись к ней.       — Тогда я думал только о том, сколько нам влетит перестройка дома, — он хмыкнул, но тут же обнял ее за плечи. — Но, как же хорошо, что у меня такая дальновидная жена.       В ее глазах блеснула игривость. Он смотрел на нее с таким теплом, что это говорило больше, чем любые слова.       — Что бы ты без меня делал? — поддела Вика, напомнив ему вчерашний разговор.       — Даже не представляю, — улыбка Игоря стала шире.       — Так-так, голубки, вы бы оставили свои нежности на потом, — хмыкнул Ваня, разливая вино по бокалам. — Гамлет! Ну где ты? Давай к столу!       — Иду, иду! — донесся голос из дома.       Через секунду он появился в дверях в своей привычной шляпе и с широченной улыбкой. В руках у него красовалась прозрачная бутылка с такой же жидкостью.       — Я вам считайте сокровище принес! — торжественно заявил он, ставя бутылку на стол. — Вот, чача! Такое качество вы даже в своей Москве не найдете, пятизвездочная, отвечаю!       Он сразу же налил в стакан и протянул Игорю.       — Давай, пробуй, не пожалеешь.       Игорь нахмурился, взял стакан с сомнением, понюхал — и сделал первый глоток. Сначала осторожно, будто пробуя на вкус, а потом так зашло, что он опустошил стакан полностью.       — Ах, — он резко выдохнул и, чуть закашлявшись, открыл рот, будто внутри жгло. — Сильно, — и поспешно потянулся за огурцом, который вовремя сунул ему Ваня.       Гамлет довольно хлопнул по столу.       — Я же говорил! Скажи же, отличная штука? — и тут же налил еще, — Мам! Принеси еще стаканы! Так, кто хочет попробовать?       — Ну-ка, дай мне, — неожиданно сказала Вика и протянула руку.       Все удивленно посмотрели на нее. Гамлет, довольный, отдал ей стакан.       — Вик, оно правда крепкое, — Игорь протянул руку, будто хотел остановить.       — Ты так много видов алкоголя пил, но я не видела у тебя такую реакцию, — она взглянула на него с легкой усмешкой. — Мне просто интересно. Всего один глоток.       Она поднесла стакан к губам, сделала небольшой глоток и почти тут же отодвинула руку, зажмурившись, ее лицо скривилось.       — Говорил же, — тихо сказал Игорь и осторожно забрал стакан, ставя его подальше.       На этот раз Аня протянула закуску, и он передал ее Вике.       Та откусила огурец с хрустом, зажмурилась еще сильнее, глаза защипало от слез, но через секунду она шумно выдохнула.       — Ну что? — с любопытством спросил Ваня.       — Сильно, — пробормотала она сиплым голосом. — Даже слишком.       Игорь покачал головой, не сдержав усмешки, и с нежностью посмотрел на жену.       — Все равно не понимаю, как можно пить такие штуки, — Вика, наконец открыв глаза, бросила взгляд на бутылку. — Мой максимум — вино и водка.       Игорь, улыбаясь, протянул ей небольшой помидор. Она взяла, словно спасительный плод, и с благодарным видом откусила, все еще пытаясь сбить жар в горле.       — А можно мне попробовать? — подала голос Соня и, не дождавшись ответа, потянулась к стакану.       Но Игорь тут же перехватил его, подняв повыше, так что девочка только раздраженно сжала губы.       — Ой, Сонь, давай подождем годиков семь хотя бы, — уклончиво сказал он, но в голосе чувствовалась мягкость. — Ты еще все успеешь. А это так вообще… для подготовленных людей. Вон, смотри на маму.       Соня тут же повернула голову к Вике. Та покачала головой, положив ладонь дочери на плечо.       — Милая, это не то, что ты захочешь попробовать. Поверь мне. Ощущения неприятные.       Девочка фыркнула и вернулась к гранатовому соку, громко щелкнув рычагом соковыжималки.       — Да, вот уж папа экскурсию по алкоголю устроит потом, когда время придет, да? — протянул Ваня с ухмылкой, бросив на Игоря дразнящий взгляд.       Аня тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью. Даже Вика не удержалась от улыбки, глядя на слегка обиженное лицо мужа.       — Эй, ты… — начал было Игорь, но его слова оборвал резкий, протяжный гудок.       Стаканы на столе задрожали от вибрации, воздух наполнился гулом тяжелого мотора. Все разом обернулись к дороге.       — Это че такое? — Гамлет тут же вскочил и быстрым шагом направился туда. — Эй! Вы кто такие?!       По склону спускалась полицейская машина, за ней медленно ехали экскаватор и несколько строительных машин.       Игорь встал, чувствуя, как холодком сжало грудь. Остальные тоже поднялись, стол остался брошенным позади. Люди из соседних домов уже сбегались к дороге, окружая технику.       Полицейский, тот самый мужчина, что принимал их заявление о пожаре, выбрался из машины. Его вид был слишком спокойным, будто он заранее знал, чем все закончится.       — Ты че приехал, а? — рявкнул Гамлет, шагнув ближе.       — Так тихо, держите дистанцию, — холодно бросил тот.       Игорь успел ухватить Гамлета за руку, сдерживая его. Сейчас драка ничем хорошим не обернется.       Полицейский поднял ладонь, показывая водителю экскаватора:       — Тормози здесь.       — Так, что происходит? — ровно спросил Игорь, глядя прямо на него.       — Готовим к сносу аварийное здание, — невозмутимо отозвался мужчина, ковыряясь в папке с бумагами.       — Какому сносу, братан?! Ты чего… — Гамлет дернулся вперед, и снова Игорь удержал его за локоть.       — Так, успокоились, я говорю! — раздраженно выкрикнул полицейский. — Вы чего ко мне так близко подходите?!       — Документы, — твердо потребовал Игорь, нахмурив брови.       Тот протянул файл. Игорь взял бумаги, чувствуя на себе десятки напряженных взглядов.       Пока Гамлет и дальше спорил — А тот в свою очередь говорил о переселении, про завод, что собираются строить, — Игорь быстро пробежался глазами по строкам. К нему тихо подошла Вика, склонилась рядом, тоже изучая документ.       Но в этот момент Соня, нахмурившись, решительно пошла вперед, поднялась прямо на лопату экскаватора и встала на ней, сцепив руки в кулаки.       — Соня! — Ваня рванул к ней, но девочка уже стояла, глядя сверху на полицейского.       — Сонь! — Игорь быстро передал бумаги жене и бросился к дочери, протягивая руки. — Слезай сейчас же, слышишь? Упадешь.       — Нет, — упрямо заявила она, враждебно смотря на полицейского.       Игорь стиснул челюсть, когда услышал грубое замечание полицейского в адрес дочери. Руки сами сжались в кулаки, но сначала нужно было снять ее. Высоты как таковой не было, но зубчистые концы лопаты и грунт под ногами не оставляли желать лучшего.       — Игорь, — позвала Вика, подойдя ближе и дернув его за рукав. — Смотри.       Она ткнула пальцем в документ — там, где черным по белому стояла дата.       Игорь кивнул. Его губы дрогнули в едва заметной усмешке. Ваня уже поднялся на экскаватор рядом с Соней, тоже недовольный идеей сноса, но и также чтобы если что схватить ее.       Поэтому Игорь мог отойти и показать ошибку что те допустили.       Он вышел вперед, поднял бумаги так, на уровне глаз полицейского:       — Кажется, вы поспешили что-то.       — Что?       — Дата не та, — заметил Игорь. — Другая дата у вас.       Тот опешил сначала, и наклонился поближе, чтобы посмотреть.       — Ошибка… опечатка, — пробормотал он, но голос звучал слишком неуверенно.       — Это не опечатка, — твердо сказал Игорь. — Это документ. Поторопились вы. Слишком. — он кивнул, не отводя от него взгляда. — Так что технику убираем.       — Мы никуда не уйдем! — гневно сказала Соня сверху и метнула вниз скомканные куски буклета, который успела разорвать.       Полицейский задержал на ней взгляд, потом тяжело выдохнул, словно признавая поражение.       — Вам эти два дня погоды не сделают, — сказал он, понижая голос.       — Это мы еще посмотрим, — ответил Игорь.       Машины начали подниматься задним ходом, гул моторов стихал, но напряжение еще витало в воздухе. Игорь стоял неподвижно, пока они не скрылась за поворотом.       Только когда стало тише, он почувствовал рядом тепло. Вика подошла к нему, и мягко положила ладонь на его руку. Ее слабая улыбка и твердость в глазах говорила больше слов. Игорь вдохнул глубже и понял — только благодаря этому прикосновению ему стало легче дышать.

***

      После собрания жителей и речи Гамлета, он будто переключился на боевой режим. Несмотря на слабый отклик от остальных, некоторые все же поддержали его и теперь носились по фавелам, ставя баррикады, собирая все, что может послужить оружием. Гамлет бегал по району и организовывал людей давая указания. Казалось, здесь готовились не к митингу, а к войне — люди таскали доски, ломали старые заборы и складывали их в ряды, как щиты.       Соня упрямо настояла на том, чтобы пойти с Гамлетом. Упрямство у нее, по правде, было семейным от них обоих вдоволь — и Игорь с Викой бессильно переглянулись, понимая, что не переубедят. Ваня с энтузиазмом таскал вещи со всеми, а Аня занималась провизией — по крайней мере они старались помочь тем, кто не имел ни сил, ни ресурсов.       Игорь и Вика остались на втором этаже дома, опершись на перила балкона. Снизу поднимался шум: голоса, скрежет, стук, где-то далеко — лай собак и гудение двигателя. Жизнь тут вдруг закипела заново, но не оттого, что люди праздновали — а потому что их толкнуло в движение страх и необходимость.       Игорь тяжело вздохнул и провел ладонью по волосам, словно пытаясь смести с головы груз мыслей.       — Все это неправильно, — сказал он в пустоту, его голос прозвучал устало.       Вика кивнула, но не сразу ответила — ее взгляд скользил по улице, останавливался на лицах людей, на их сгорбленных фигурах, на руках, занятых работой.       — Неужели мы ничего не можем сделать, чтобы остановить это? — его слова были больше мольбой, чем вопросом.       Она поверунлась к нему, взглянув со спокойсвием в глазах, и с легким принятием необротимого.       — В целом, нет. Ты же сам понимаешь, даже имея наши статусы в органах, мы не можем влиять на административные вопросы. Это не в нашей компетенции. — она отвела взгляд к городу, — Можно конечно дернуть за ниточки, подключить связи. Было бы легче если бы у нас было что-то на Строгова. Там, подлог документов, коррупция, злоупотребление полномочиями. Но что-то мне подсказывает, что документы наверняка будут чистыми. То что он купил кого-то там, будет трудно доказать, особенно за два дня. А злоупотребление… не прокатит. Если бы он просто выгнал всех чтобы построить завод, да, но он им всем обещал квартиры и переселение. Так что, с точки зрения преступлений у нас ничего нет. А официально мы не имеем право вмешиваться без доказательств. И даже если что-то удастся через эти связи, то ненадолго. Ты знаешь лучше меня насколько много возможностей у влиятельных людей. Это бессмысленно. Он все равно найдет способ и построит здесь свой завод.       Она вздохнула, плечи слегка опустились.       — К тому же посмотри вокруг, — она махнула рукой в сторону фавел, — эти старые постройки, рыхлые дома… думаешь правильно тут жить? Цепляться за вещи которые уже сыпяться. Это место рано или поздно снесут.       Игорь чуть резким движением повернулся к ней, брови нахмурились.       — То есть, ты думаешь также как и он? Лучше снести дома этих людей? — в его голосе прозвучало обвинение.       Вика перевела на него взгляд и выпрямилась.       — Игорь, я не думаю, также как он, — мягко сказала она, — Но ты не можешь отрицать что в чем-то он прав. Жить в таких условиях, в гаражах, без нормального водоснабжения, отопления. Старые дома, которые вот-вот обвалятся. Мы здесь провели всего день, — будь честен: тебе хочется здесь жить?       Игорь опустил взгляд и медленно покачал головой.       — Вот видишь? — ее рука накрыла его ладонь. — Я понимаю, почему люди цепляются за место, где они выросли. Я бы тоже не хотела уходить. Но иногда надо быть реалистом: эти развалины — не место для нормальной жизни.       — Думаешь, если его снесут им правда всем квартиры отдадут? — Игорь горько усмехнулся, покачав головой, — Их просто отправят на улицу, всех этих семей. Даже деньги и то пожалеют. Сейчас у них хоть где-то есть крыша над головой.       — Я знаю, — Вика кивнула, и голос ее стал еще мягче. — Я согласна, что вся эта ситуация неправильная и так не должно быть. Здесь нет лучшего выхода. Я действительно хочу помочь, но также понимаю что чтобы не сделай, ничего не изменится. Этот человек добьется своего.       Игорь опустил плечи и снова глубоко вздохнул.       — Два дня — это слишком мало, — продолжила она, с усталостью в голосе. — Даже если бы мы захотели начать на них дело, времени просто не хватило бы.       Она покачала головой и чуть махнула в сторону развалин, где люди все еще тащили доски.       — Разве что отменить снос. Хотя бы на время. Но кто это может? — в ее голосе послышался горький смешок. — Уж точно не мы.       Игорь замер, как будто услышал щелчок в механизме мыслей. Глаза его загорелись — видно было, как в голове что-то щелкнуло.       — Подожди, — сказал он, и в слове прозвучало действие. — Мы не можем… но мы знаем, кто может.       Вика удивленно приподняла бровь, прислушиваясь к тону мужа, словно пытаясь угадать его мысли.       — И кто?       — Инвесторы! — выдавил он, хлопнув по перилам так, что легкий стук эхом прошел по балкону. — Если снос одобрили, значит инвесторы согласились на этот проект. Строгов их убедил каким-то образом. А если мы убедим их в обратном? Если инвесторы откажутся — денег не будет и он не сможет построить завод. Понимаешь? — он ходил по балкону, жестикулируя руками, слова сыпались быстро, как будто боялся, что мысль ускользнет. — Он хотел чтобы я помог ему с этим, а я сделаю наоборот. Чем не план?       Вика смотрела на него сначала с недоверием, потом — с интересом. Она повернулась спиной к перилам, слегка прижавшись, но в глазах возвращалась энергия.       — Но что ты скажешь им, чтобы изменить решение? — осторожно спросила она, проверяя прочность новой идеи.       Игорь остановился и указал рукой на людей внизу — на их лица, на строения, на те горы хлама, что они складывали.       — Люди! — сказал он коротко, — инвесторы могли и не знать, что здесь живут семьи. Может, они думали, это пустой участок. Поэтому одобрили проект. Если они узнают…       — Игорь, — она подошла к нему, чуть с извиняющим взглядом, — Я не думаю, что они поменяют свое решение из-за этого. В конце концов, их цель заработать денег. То что они пожалеют некоторых людей не выигрышное условие. К тому же думаю они знают об этом, и также знают о предложении Строгова переселить их в квартиры. Так что…       Игорь замолчал, задумываясь. Но в памяти всплыло другое. Более важная вещь.       — А они знают о плохом качестве вина? — он тихо произнес и посмотрел на Вику с вызовом в глазах.       Она чуть нахмурилась, не сразу поняв.       — Помнишь, Гамлет рассказывал что это вино невозможно пить? Если инвесторы узнают, что завод что они собираются строить будет производить плохое вино, которое не будут покупать, тогда… думаю это веская причина, чтобы они отказались.       Вика проследила за его логической цепочкой и после кивнула. Улыбка медленно появилась на ее лице.       — А вот это… уже может сработать.