Кошмар или реальность?..глава пять

***

Девушка сидела за столом. Её слезы стекали по щекам и капали на столешницу, рядом с которой стоял стакан с чаем. Девушка решала, пить его или нет. Они расстались с парнем восемь месяцев назад, но она до сих пор не могла с этим смириться. Всё же она залпом выпила чай. Ей сразу стало плохо, но она терпела и не подавала вида.

К ней пришли гости — у неё был день рождения. Никто не знал о её беременности, кроме подруги, которая была рядом, когда ей было особенно тяжело.

Прошло почти сутки с того момента, как был выпит чай. Девушке становилось всё хуже: её рвало, кружилась голова, всё тело ломило. Подруга твердила: «Не надо было его пить!» — но было уже поздно. В один момент девушку начало рвать кровью. Её повезли в больницу. Врачи допрашивали её, что она приняла, но девушка молчала. Медики не знали, что им делать.

— Пожалуйста, скажите, что вы приняли! — уже кричал на неё врач.

— Я.... Я выпила чай с сильным я... ядом, — прошептала она. — Он... уже у... убивает меня. Меня нет смысла с... спасать. Мне осталось ж... жить часа три. Так что просто дождитесь моей смерти... — Девушка тихо обратилась к подруге, которая была в шоке: — Мирослава, пожалуйста, передай... — Она сильнее закашлялась. — Это письмо Дмитрию Александровичу. Через два часа... — Девушке стало хуже, и она уже не могла говорить.

Врач понял, что помочь ей уже нельзя, и молча вышел из палаты, ожидая её гибели. Подруга взяла письмо и поехала в офис к Дмитрию.

Дмитрий получил письмо через два часа. Он очень удивился, узнав, от кого оно, а когда вскрыл конверт и увидел на листке капли крови, удивление сменилось тревогой. Он начал читать.

Текст письма:

Привет, моё солнышко. Да, я знаю, нас нет уже восемь месяцев, и за это время я так и не поняла, что же я сделала тебе плохого, за что ты меня возненавидел. По поводу Иманова — вся информация есть в моём ноутбуке. Пароль старый.

Я бы очень хотела отдать это письмо лично, но, к сожалению, не смогу. Не знаю, когда ты его прочитаешь, но хочу сказать, что я люблю тебя очень сильно и нашего малыша. Да, я была беременна, но нас с ним больше нет. Сердце нашего малыша больше не бьётся, и мне теперь незачем жить. Я приняла сильный яд. Он действует сразу после приёма, и все эти сутки я умирала. И вот, когда тебе передадут это письмо, меня уже не будет... Я всегда любила тебя, а ты убил нас из-за ложного обвинения... Прощай...

Твоя Джул ♡

Парень стоял, пока читал письмо, но в какой-то момент его ноги подкосились, и он резко опустился на диван. Слёзы текли по его щекам. Он понял, что потерял того единственного человека, который любил его больше жизни.

Девушку накрыли простынёй. В палате остались Вика, Катя, Миша, её тётя с дядей, дядя Лёша и её родная мать. Все плакали. Они не помогли ей, все отвернулись, когда ей было плохо. Сильнее всех рыдали Вика и Мирослава — они обе видели, как она мучилась всё это время.

Вдруг в палату ворвался парень. Он сорвал простынь и увидел знакомое лицо.

— Джули...

***

Джулиана резко села на кровати, вся в поту, сжимая в руках мягкого мишку. — Блять, что за хрень! — Девушка протёрла глаза и поняла, что находится в своей комнате. — Блять, это кошмар, сука! Она посмотрела на время: 5:37. Встав с кровати, она направилась в душ, потому что вся промокла от пота после кошмара. После душа Джулиана пошла на кухню, сделала себе кофе, взяла телефон и проверила уведомления, пришедшие за ночь. Поняв, что больше не уснёт, она с кофе подошла к ноутбуку и снова попыталась взломать систему. Спустя два часа ей так и не удалось этого сделать, но времени у неё ещё было. Поднявшись со стула, она начала убираться — в комнате всё было разбросано. После уборки она переоделась и поехала на фотосессию. — Джуууул! — крикнула Тома и обняла её. Девушка ответила на объятие. —Ты немного опоздала. Что-то случилось? — Да, немного задержалась перед выходом, плюс пробки, — сказала Джул, садясь на пуфик. Её не отпускало чувство тревоги после кошмара; она чувствовала, что он был вещим, но старалась отогнать это ощущение. — Что сегодня делаем? — Сначала — фотосессия, потом смена макияжа и съёмка видео для обложки, а потом ещё одна фотосессия, но в другом образе, — сказала Тома, листая блокнот. — Ну, сегодня будет продуктивный день, как я погляжу, — произнесла Джули с сарказмом. — Ага, но мне придётся позже уехать в офис. Там случилась накладка, и мне нужно присутствовать. — Окей, я справлюсь, не переживай. — Тогда я поеду. Кто у нас сейчас в хаусе? Димы нет, и все с ума посходили, не знают, что делать. Это пиздец! — Хорошо, езжай, я тут сама разберусь. Тома уехала, а Джулиана пошла выяснять, что к чему. Разобравшись, она приступила к работе. За два часа они отсняли почти всё необходимое, и девушка пошла переделывать макияж для видеоролика. Спустя ещё три часа ролик был готов, и осталась заключительная фотосессия в одежде, которую привезли пару часов назад.

POV Джулианны

Я сидела на диванчике и проверяла сообщения, как вдруг меня позвала Вера. — Вера, что случилось? — Я подошла к ней. — Тебе цветы прислали. Курьер сказал, что тебе, но от кого — не сказал. — Ладно, давай сюда, потом разберусь. Пошли, время поджимает. Спустя два часа мы наконец закончили. Я без сил повалилась на диванчик, как вдруг из главного зала послышался грохот. Я тут же бросилась туда. — Бля, что опять случилось? — У нас снова рамка для фото упала, когда фон снимали. — Надеюсь, ничего не разбили, а то Дмитрий Александрович мне голову оторвёт. — Нет. — Кому это я там голову оторву? — сзади раздался голос. — Ой, только не придирайся к словам! А что, я не права? Томы нет, я сегодня за всё отвечаю, так что да, права. — Ну, это да, но голову я тебе отрывать не стану. Разве что за что-нибудь разбитое. — Ну, хоть за это спасибо. Поможешь или будешь стоять и смотреть? Я начала помогать собирать рамку, и Дмитрий присоединился к нам. Через час мы всё убрали. Я взяла сумку и цветы и вышла из здания. У выхода стоял Дмитрий. — Чего тебе? — буркнула я недовольным тоном. — Что по поводу системы? — Он сразу перешёл к главному. — Можно я сначала руки разгружу? — я попыталась открыть дверь машины, но у меня не получалось. Дмитрий помог мне. — По поводу системы Иманова... там всё очень запущено и сложно. Она дважды пыталась её взломать, но там есть дополнительные уровни защиты. Пока она не понимает, как их обойти, так что ничего конкретного сказать не могу. Ей нужно около недели, чтобы разобраться. И, надеюсь, ты понимаешь, что заниматься этим она могу только ночью. — Да, я понимаю. Я не требую от её уложиться в какие-то сроки. Главное, что ты смогла подобраться к системе. А сколько времени это займёт — не так важно. И, кстати, красивые цветы. — Ага, только я не люблю гортензии. Я больше люблю розы и лилии, — сказала я и села в машину. — Ладно, до завтра. Я помахала ему рукой и поехала на встречу с сестрой. Включив Яндекс.Музыку и свой любимый плейлист, я начала подпевать. По дороге в кафе мне снова стало плохо: закружилась голова, затошнило, заболели глаза. Но я не придала этому значения и пошла на встречу. Едва я зашла в кафе, меня ударил в нос резкий запах кофе, и я будто очнулась. Оглядевшись, я заметила знакомый силуэт и направилась к столику. — Привет, Кать... — сказала я, садясь. — Джу, ты приехала! Я уж думала, не придёшь... — Сестра казалась немного встревоженной, я это сразу заметила. — Ты волнуешься из-за того, что я опоздала, или что-то ещё? — Я попала в точку, потому что её лицо изменилось. — Да, кое-что произошло, и я не знаю, что делать. Это не связано с семьёй, это про меня. — После этих слов я напряглась, но всё же спросила: — Ну и что случилось? — Я познакомилась с парнем. Он красивый, умный, добрый и всё такое, но... — она запнулась и замолчала. — Только не говори, что он тебя использовал?! — мой резкий вопрос застал её врасплох. — Нет! Просто он военный и совсем не рассказывает о своих ранах. Мне хочется знать, но он молчит и переводит тему. — Сестра опустила голову и закрыла лицо рукой. — Успокойся, слёзы тут не помогут. Что это за раны? Ножевые? Пулевые? Ожоги? Катя посмотрела на меня и слабо улыбнулась. — Две пулевые. Одна на плече, а вторая — прямо рядом с сердца... — Выходит, было два выстрела, и оба попали в цель. Но он молчит, и это было в прошлом. Ты... ты знаешь что-то о его прошлом? — Не очень. Только то, что у него была очень влиятельная семья, он с ними поссорился и ушёл служить, а потом остался в армии. — Тогда у меня есть догадка, откуда эти раны. Но скажи ещё: он говорил, что хотел поступить в военную академию? Катя кивнула. — Тогда всё сходится. Смотри: он хотел в академию, но его предки были против. Он из-за этого с ними поссорился, ушёл в армию и остался там служить. А его родители этого не приняли. Думаю, они сделали всё, чтобы его оттуда выжить, но он удержался? — Да... — Тогда, скорее всего, эти ранения он получил либо на задании, либо... от своих же. А если он это скрывает, значит... ты понимаешь, о чём я? — Одна из ран была смертельной? Его родители хотели его убить? Он выжил и узнал, что это была его семья?.. — Думаю, да. Именно поэтому он тебе ничего не говорит — из-за боли в сердце и чувства предательства... — Спасибо, что помогла разобраться, — Катя встала, чтобы уйти, но я удержала её, взяла за руку, развернула к себе и обняла. —Ты что это? — удивилась она. — Давно тебя не обнимала, — сказала я, и сестра расплакалась. — Ну, успокойся, я же не железная. — Как же я давно этого хотела, — прошептала она, обнимая меня крепче. Мы простояли так недолго, потому что кафе закрывалось, и нас вежливо попросили уйти. Попрощавшись с сестрой, я села в машину и поехала домой. На полпути мне снова стало хуже — те же симптомы, что и раньше. Доехав до дома, я уже не могла выйти из машины: тело не слушалось, и я стала терять сознание...

POV Димы

Когда Джу уехала, я попросил Никиту проверить, кто отправил ей те цветы. Меня смутил их запах. Я был уже в офисе, когда ко мне подошёл Никита. — Ник, привет. Ну что? — Информации немного. Букет был оплачен со счетов TEV «Terra Vesti». Думаю, он узнал о ней, потому что курьер не из того агентства, которое занималось доставкой. — Блять, только этого не хватало! В кабинет вошла Тома. — Дим, Джулианна не берёт трубку! Ты не знаешь, где она? Я волнуюсь! Эмиль узнал о ней! Дверь снова открылась, и вошли Лёша и Даник. — Дим, мы узнали адрес Джу. Можем ехать. Привет, Том, а ты что тут делаешь? — Джул не берёт трубку, вот я и пришла. — Значит, так, все по машинам! Дань, скинь адрес. Поехали к ней, мне это сильно не нравится! Мы мгновенно спустились на парковку и рванули к Джу. Сердце было не на месте. Я не понимал, почему это опять происходит. С каждой моделью — одна и та же история. Этот грёбаный Иманов всё портит. Одно и то же, каждый божий год... Подъехав к её дому, я увидел Джули в машине. — Она в машине! — крикнул я и бросился к ней. Распахнув дверь, я сразу понял, что она без сознания. Вытащив её, я почувствовал, как подбежали остальные. — Как она? —В сознании? — Нет, без сознания. Ей срочно в больницу! В больнице я передал Джули врачам, и её повезли в операционную. — Дим, машину Джулианны уже обыскали. Нашли только цветы, их отправили на экспертизу, — доложил Лёша. — Понял, — пробормотал я, и ребята поняли, что я не в себе. — Дим, что случилось? — спросила Тома. — Это из-за меня она здесь. Если бы не я, она бы сейчас была дома, без всех этих проблем и забот... — Я понимал, что это было предупреждением от Иманова. — Дим?.. — хором произнесли ребята. — Я почти уверен, что это предупреждение для всех нас. Он не смог убить её, а значит... — меня перебил Никита. — Дим, мы знаем, что что-то готовится. Но что именно? Мы не понимаем... — Он пытается убрать нас с акции. ТДО — «Творческое Дело Одежды». Её организовал другой бренд для сотрудничества, привлечения новых покупателей и идей. Акция принадлежит известной компании «Chanel», и за одно место идёт настоящая война без правил. Все сами за себя. Иманов хочет занять это место и быть на вершине. Но я ему не позволю. Из-за него погибло уже много наших моделей, которые вообще не были к этому причастны. Я не дам ей погибнуть. Джу будет ЖИТЬ. — Дим, врач вышел! — Эти слова вернули меня к реальности. — Здравствуйте. Кто родственник девушки? — Я. Я её парень, — я подошёл к врачу. — Что с ней? — Сейчас девушка вне опасности, но ещё пять минут — и мы бы ничего не смогли сделать. Она надышалась токсичным ядом. Он попал только в лёгкие, в крови его нет, но из-за этого она пока на аппарате ИВЛ и не может дышать самостоятельно. — Что будет дальше? — крикнул Лёша. Все были на взводе. — Молодой человек, не кричите. Мы будем стараться вывести этот яд из организма, но сейчас ей нужно время, чтобы прийти в себя и отдохнуть. Пока мы за ней наблюдаем. — Дим, что делаем? — спросил Даник. — Сейчас ей ничего не угрожает, так что поехали в офис! Через двадцать минут мы были на месте. — Никит, собери всех наших! — Хорошо! Через полчаса все собрались. Я долго молчал, пока Лёша не нарушил тишину. — Дим, о чём думаешь? Так долго? — Как устранить Иманова... или приструнить.