Знакомая земля, пахнущая болью.

Балдуин проснулся от тяжёлых, мерных шагов. Алия спала рядом, а к их камере приближался доктор и его помощники. —Забираем их и уходим. Сюда едут те двое. Мысли Балдуина пронзила резкая догадка. Двое...Тиберий!...Мира!...Нужно выиграть время — может, тогда они успеют... —Послушайте, мистер...— Балдуин заговорил с ним впервые за долгое время. Собеседник замер, повернув к нему голову. — Если я начну делать то, что вы скажете... насколько это облегчит вам работу?— голос звучал ровно, без дрожи — он мастерски скрывал истинные эмоции. Это было то, в чём он давно научился преуспевать. — Ты даже не представляешь, насколько. Это было бы... Идеально. Но с чего бы вдруг тебе сотрудничать?— доктор усмехнулся, в его глазах блеснул интерес. — Вы всё так продумали, я не смогу бороться с такой гениальностью,— Балдуин знал эту тактику и часто её использовал. Алия, разбуженная их разговором, приподнялась, её губы уже открылись чтобы возразить — но Балдуин едва заметным движением пальца велел молчать. — Я гениален, и это факт,— голос доктора звучал самодовольно. — Тогда скажите, что вам нужно?— новая игра началась, но у Балдуина был главный ход. — Кровь девчонки,— доктор ухмыльнулся, наблюдая за его реакцией. Балдуин не дрогнул. — Дайте мне минуту — и она сама согласится,— план был в голове, он знал, что делает. — Ровно шестьдесят секунд, ни больше. Балдуин спешно повернулся к Алии. Они разговаривали шёпотом. Быстро. Отрывисто. — Встанешь рядом со мной. Пока меч у меня за спиной, тебя никто не тронет,— он шептал, придерживая её за плечи. — Пап...мне страшно...— его сердце сжалось, когда он увидел слезу, скатывающуюся по её щеке. — Малышка, я рядом с тобой. Я всегда буду рядом с тобой,— он обнял её крепко, стараясь передать частичку уверенности.—Давай, нам нужно это. Алия аккуратно вышла перед ним. Дверь в комнату открылась, и вошёл мужчина. —Давай сюда свою руку,— грубый мужской голос пугал девочку, заставляя дрожать. Но её воля была сильной, этим она была похожа на Балдуина. Алия верила, что папа защитит её. Стоило ему схватить её запястье, как Балдуин обнажил меч и вонзил в его грудь. Медлить было нельзя. Быстрым и резким движением он обрубил верёвки, сковывающие его руки. — Схватить их! Балдуин выбежал из камеры, Алия — следом. Услышав тяжёлые шаги сзади, он повернулся и едва успел парировать удар — холодный звон металла разрезал воздух, едва коснувшись кожи Алии. Её крик пробудил ярость внутри Балдуина. Движения стали резкими, смертоносными. Он защищал уже не себя — а свою дочь. Ту, что стала его спасением. Резким движением сверху он выбил меч у громилы. В этот момент он услышал топот бегущих шагов. Двери распахнулись — на пороге стояли Мира и Тиберий. — Алия! Балдуин! — крикнула Мира и бросилась к ним. Девочка побежала к матери в слезах. В этот момент Балдуин на мгновение замер— и это оказалось роковой ошибкой. Не замеченный им третий нападающий рванул вперёд и нанёс оглушающий удар. Тело Балдуина рухнуло на пол. — Балдуин! — крик Тиберия сорвался с уст. — Забирайте его и уходим! — доктор уже бежал в противоположную сторону. Его фигура растворялась в темноте. Громилы подхватили Балдуина. Мира не успела опомниться, перед ними стоял мужчина с оружием. — Вы боссу не нужны,— он целился в Миру и Алию. Но Тиберий уже тихо подкрался сзади — и меч Балдуина обрушился на голову врага. Тело упало на пол, затихшее навсегда. Сама тьма затаила дыхание. — Осмотри её! Я попробую проследить, куда они ушли!— Тиберий побежал за ними. Мира крепче прижала к себе Алию. Девочка рыдала так, будто её сердце вот-вот разорвётся. Руки матери гладили её по волосам, но это практически не помогало. — Всё хорошо я рядом,— Мира никогда не видела Алию в таком состоянии — слёзы текли ручьями, а в глазах сильный страх. Тиберий вернулся быстро — слишком быстро. — У меня новость,— он затих. — Нам придётся вернуться в Иерусалим... Мира не хотела в это верить, но Тиберий никогда не врал ей. Палящее солнце висело над государством. Песок гнался за ветром, но не мог его догнать. Балдуин очнулся от ярких лучей солнца. Он поднялся с трудом и облокотился к стене. Знакомый до боли воздух — горячий, душный. Он не мог поверить. Сквозь небольшое окошко открывался вид на полуразрушенный город. Он помнил его. Амори, его отец, показывал ему этот городок, когда Балдуину было десять лет. Только теперь он посмотрел на свои руки — перчатки. Те самые перчатки, скрывающие болезнь. Нет...только не это... Резко стянув одну из них, он замер. На теле не было проказы — ни следа. Но на нём были его походные одежды и бинты, то в чём он отправился в вымышленный поход. Значит, перенеслось моё тело...но не болезнь. Иерусалим...я вновь здесь... Его мысли прервал раздражённый голос. — Теперь я верю, что ты то самый правитель сломленный болезнью. Как я только поверил в твои слова? Девчонка теперь на свободе... Ну ничего, твоя кровь тоже подойдёт. Тем более мы находимся у нашего источника, значит скоро всё кончится,— глаза и лицо доктора кричали о ярости, но он не мог ничего сделать. Балдуин молчал. Его королевские одежды придавали образу стойкости. —Но ты не думай, что я не отомщу тебе за твою выходку,— продолжил доктор. —Ты заплатишь сполна и больше. Сам не знаешь на что себя обрёк, давая сбежать девчонке. Скоро увидимся. Он оставил Балдуина одного. Только теперь король осознал: с ним нет меча. Видимо он остался там...дадут ли новый? Хоть его тело было в форме, он бы не выстоял без меча против двух громил. Балдуин немного оголил предплечье левой руки. Крови нет. Хорошо...бинты мне вряд-ли дадут... Ближе к вечеру он услышал шаги в его сторону. Балдуин знал кто это, даже не дрогнул. Он стоял к ним спиной. Вот он — Король Иерусалима, пленённый, но всё такой же стойкий, такой же холодный и суровый. — Тащите его на площадку,— холодно произнёс один из присутствующих. Солнце медленно опускалось на линию горизонта, когда Балдуин стоял перед двумя верзилами. — Мы уже видели твою хитрость, по этому будешь сражаться без оружия!— последние слова звучали со смехом. Тот же человек с битой, поменяли только сражающегося с мечом. Первый знал: нужно бить по больному — по спине. Его взгляд скользнул по противнику, оценивая каждую деталь. Образ Балдуина истинно говорил сам за себя. Походные одежды из лёгкой ткани слегка колыхались при дуновении ветра, серебряная маска блестела в лучах закатного солнца, сжатые ладони в перчатках. Сын своего отца — такой же справедливый, такой же сильный духом. — Начинайте,— доктор довольно устроился на стуле за площадкой, будто приготовился смотреть представление. Балдуин защищался как мог. Но что могли ладони против меча и биты? Он валил их с ног, наносил удары, но этого было недостаточно. Когда ему удалось сделать захват на нападающего с битой, сзади подбежал меченосец и замахнулся чтобы сделать удар. Сталь блеснула в воздухе, обнажая своим намерения. Но реакция Балдуина спасла его. Точное движение — и меч, предназначенный ему, рассёк спину напарника. Раздался вопль, и бита выпала на песок. Пора Схватив её, Балдуин огрел второго, от чего тот выронил меч. Теперь королевские пальцы сомкнулись на рукояти. Это оружие было привычнее. Он крепче сжал оружие — теперь игра пойдёт по его правилам. — Остановите его!— доктор видел, как ситуация выходит из-под контроля. Там он закрывал его в комнате, но здесь? Только песок под ногами и небо в крови заката. В висках пульсировало, новые раны кровоточили, но ноги ещё держали. Пока держали. На него из тени вышли ещё двое. В руках их было оружие с лазерной наводкой. — Проклятье...— шёпотом сорвалось с его уст. Он не знал сколько людей было у безумца, какое оружие в их арсенале. Здесь не он диктовал правила. — Брось меч!— доктор встал и в этом движении виднелась неприкрытая ярость. — Бежать некуда и ты это знаешь,— доктор боялся Балдуина, даже когда на его спину были наведены прицелы. Он нужен живой — это понимали оба. — Я положу меч...если они опустят прицел,— Балдуин медленно, но верно обретал власть. Холодный голос короля заставлял доктора дрожать. Балдуин не боялся его. — Опустите прицелы,— голос босса был тихим и злым, словно сталью резали камни. Верзилы переглянулись, но ничего не сделали. — Я сказал — ОПУСТИТЕ ПРИЦЕЛЫ!— только сейчас они выполнили приказ. Стволы теперь смотрели в горячий песок. Балдуин стоял лицом к свету спиной к своим врагам. Струящаяся по его разодранным одеждам кровь была хорошо видна. Прямая спина, плечи, несущие тяжесть не сломленного достоинства. — Я свою часть договора сделал,— доктор больше не приближался. Он слишком сильно недооценивал Балдуина. Ответа не было. Балдуин с силой вонзил меч в песок. Положил ладони на перекрестье, будто заключая незримый пакт с самой смертью. — Песок подле тебя багровеет...Ты долго не выстоишь. Брось меч!— последние слова прозвучали зло. Требующий едва держался — Балдуин знал это. Он бросил. Тело немело, силы покидали его. Едва он попытался развернуться к ним — раненая нога подкосилась. Балдуин рухнул на колени, опершись на руку. — В камеру... Двое верзил подступили к нему. Балдуин так и не поднял глаз. Его небрежно подняли и потащили к камере. Доктора уже не было среди них. Тогда один из них велел поднять его. — Это за двоих наших, которых ты уложил,— мужчина рычал, но Балдуин не поднимал лица. Яростный удар в рёбра — хруст, вспышка боли — и его швырнули в камеру. Даже проказа за всё время не жгла так, как истерзанное тело сегодня. Он из последних сил прильнул к стене, прижался к холодному камню, и тьма накрыла его. Леденящие стены бывшего роддома были окутанным мраком. Взяв документы лежавшие на столе, Тиберий повёз Миру с Алией домой. Медлить было нельзя. — Сколько человек было с ним?— голос её стал увереннее. — Двое уносили Балдуина, пятеро бежали перед ними, ещё трое несли оружие с прицелами. Возможно их больше,— Тиберий не отрывал взгляда от дороги. Было около четырёх часов утра, когда они подъехали к дому. Мира аккуратно вынесла спящую Алию на руках. — Давай я отнесу её, а ты закроешь машину?— тихо предложил Тиберий. Мира только кивнула. Она сама едва держалась на ногах. Они не стали включать общий свет — только светильник у дивана. Алию пока уложили в кресло и накрыли пледом. — Нужно собрать вещи и отправляться в Иерусалим. — Где нам их искать? В сам город они явно не пойдут...— этот вопрос поставил их в тупик. Двое опустились на диван. Начали лихорадочно перебирать документы, в надежде найти ответ. Потёртая временем бумага привлекла внимание Миры. Она аккуратно достала её и пробежалась глазами по строчкам. Стихи были рифмовоными, но смысл ускользал от неё. Мира протянула листок Тиберию. —<<Живой исток среди развалин откроет дверь к другой стране...Сион же и его правитель будут нужны и вам, и мне>>— прочитав, он задумался. — Кто такой Сион?— голос звучал не понимающе, Мира провела пальцем по слову. — Так назывался Иерусалим до прихода Давида. Отец рассказывал, когда я ребёнком был,— Тиберий просматривал лист вновь и вновь. Стоило его перевернуть, как перед ним открылась карта. — Прекрасно! Источник находится недалеко от Иерусалима!— в голосе Миры дрогнула радость. — С кем мы оставим Алию? Её нельзя брать в этот поход,— Тиберий всегда обдумывал всё заранее, а только потом действовал. Тишина была долгой, но мысль наконец появилась. — Послушай, я всё ещё королева в том времени,— Мира сделала небольшую паузу. — Сибилла осталась как регент, на случай если мы не вернёмся. Можно оставить Алию во дворце. Поставить к ней твоих верных стражников — и тогда отправиться в путь,— Мира знала, что говорит и предлагает. — Что ж... это единственное разумное решение. Собирай вещи, пора отправляться,— Тиберий поднялся и пошёл в свою комнату. За окном уже расходился новый день, когда они сели в машину, что перенесла Миру в первый раз. Одно касание Миры и всё затихло... Резкий холодный белый свет ослепил всех, на мгновение заставив сильно зажмуриться. — Мама... где мы? Почему ты в другом платье?— Алия стояла возле Миры и осматривалась по сторонам. — В Иерусалиме,— тихо отозвался Тиберий, стряхивая с облачения песок. Его взгляд устремился за линию горизонта. Едва заметные огни города в лучах рассвета встречали их вновь. — Мы в том же, что и тогда...— Мира поднялась и немного отряхнула подол.