Часть 7.

Разбойников и нильфгаардцев было слишком много. Вокруг бегали напуганные лошади, звеня клинками орали солдаты. Кагыр прокричал ведьмаку и Ангулеме хватать коней и бежать, но пока до Геральта доходили слова, рыцаря ранили в голову метательным топориком. Отправив девчонку вперёд, ведьмак помог Кагыру подняться в седло, галопом уезжая от бойни и преследователей. Немного отбившись, Геральт отослал Ангулему в Туссент, а сам помогал ехать и идти рыцарю. Перетащив на себе Кагыра через реку, они устроились на ночёвку в пещере, разведя огонь. На утро бывший нильфгаардский офицер был бодрее и уже в состоянии передвигаться и разговаривать. – Я честно хочу спасти Цири, Геральт. – Вдруг произнёс он по дороге. – И скажу не тая, делаю я это из-за Лориль. Возможно, хотя бы после этого она перестанет считать меня врагом. – Он грустно вздохнул. – Как думаешь, она сможет полюбить меня? – Я не эксперт в любви. – Геральт пожал плечами. – Но то, что она не прибила тебя при первой же возможности уже говорит о многом. Шанс она тебе дала. И как я погляжу, ты вцепился в него мёртвой хваткой. – Ведьмак ухмыльнулся. – Лориль начала мне сниться с нашей самой первой встречи, когда мои солдаты накинулись на неё, а я приказал отпустить. Нескольких она тогда убила смазанным ядом мечом. В палатке она стояла передо мной, скрывая свой страх и ненависть, а я взглянул ей в глаза и… пропал. – Кагыр опустил голову, слабо улыбаясь. – Поначалу во сне мне являлся лишь её образ. А когда я снова увидел её в Цинтре, со всей преданностью защищающую принцессу и кипящей яростью к нильфгаардцам, я пал ещё сильнее. Она ранила меня, сбежав с львёнком, и я пообещал, ей и себе, что мы встретимся снова и я не пощажу её. Но имел ввиду не убийство, а то, что не отступлюсь от неё. После сражения сны с ней стали ярче, и я словно наблюдал за её жизнью. И в одном из них она проклинала нильфгаардцев, империю и войны, в которых погибли её близкие. Поэтому я не хочу, чтобы Лориль видела жестокие сражения, и тем более участвовала в них, рискуя жизнью. Хочу уберечь её от этого, уйти туда, где спокойно. Где мы смогли бы жить вместе, если она этого захочет. – Он поднял взгляд на ведьмака. – Наверное это глупо… – Любовь – необъяснимая для меня штука. – Сказал Геральт. – Но в ней нет ничего глупого.

***

Собравшись вместе в гостинице Каэд Мырквида спустя несколько дней, Лориль ахнула от вида раненого Кагыра. Всё же не просто так у неё было плохое предчувствие. На его голове был бинт и было видно, что ранение он получил серьёзное. Мужчина старался не показывать свою слабость, но спать ушёл раньше. Девушка проводила рыцаря печальным взглядом, борясь с желанием навестить его перед сном. За ужином она молча думала о том, что за время их приключений он успел сделать для всей ганзы. И наконец приняла факт, что не просто доверяет ему, а испытывает нечто большее. – Кагыр, получается, уже два раза жизнью своей рисковал, и оба на нашей стороне? – тихонько спросила она себя, но сказала это вслух. – Что, неужто наконец доверять начала пришибленному? – услыхав её слова удивилась Мильва. Лориль задумчиво обернулась на лестницу, ведущую к комнатам гостей, и, прежде чем поддастся желанию увидеть мужчину, бросила лучнице: – Может и начала... Не получив ответа после стука в дверь, девушка осторожно заглянула в комнату. Рыцарь спал, укрывшись тёплой медвежьей шкурой. Боль от травмы давала о себе знать, так как он беспокойно крутил головой, хмурясь и сжимая в руке край покрывала. Лориль робко дотронулась до его лба, проверяя температуру. Кагыр, будучи опытным воином с чутким сном, среагировал моментально, резко схватив её ладонь и поднявшись в постели. Он замер прямо перед ней, удивлённо уставившись на девушку. Та быстро заморгала, не сводя с него глаз. Осознав, что перед ним его любимая, мужчина облегчённо выдохнул, расслабляясь. Не выпуская её руку, он прижался щекой к её ладони, прикрывая глаза, и Лориль обомлела. Она смягчилась, поглаживая его большим пальцем. – Ложись, – прошептала она, – я сменю тебе повязку и дам отвар, чтобы ты не страдал от боли. Кагыр послушно опустился на подушку, наблюдая как Лориль отходит к столу и отстёгивает от пояса сумку. Из неё она достаёт бинты с флакончиками красноватого и голубоватого цветов и возвращается к нему, нежными движениями снимая его старую повязку, и обматывая голову новой. Жидкость холодила, приглушая боль, и мужчина окончательно расслабился. Осушив второй флакон с лекарством, рыцарь закрыл глаза, медленно проваливаясь в сон. – Я, конечно, не Лютик, – вдруг сказала Лориль, садясь на стул у кровати. – Но знаю одну колыбельную, которую мама пела раненому отцу, и, по его словам, благодаря ей он поправлялся быстрее. Девушка подтянула шкуру повыше, чтобы мужчине было теплее, и тихо запела: «Я буду солнцем светить для тебя Чтоб лёгок странствий казался миг Лучами света пронзя облака Словно небесный проводник В тёмном небе зажгусь я звездой Что указывать будет путь Затрепещу зелёной листвой Полной грудью позволив вздохнуть С благодатью вернёшься домой Я горячо тебя обниму Делясь родной теплотой Что дарована единственному Лишь тебе одному...» – Лориль... – прошептал Кагыр с явным нильфгаардским акцентом и слабой улыбкой на губах. – Esse'ionndrainn neen thu.– Хрипло добавил он, проваливаясь обратно в сон. Лориль, хоть и не поняла, что сказал бывший нильфгаардский офицер, смутилась из-за его мягкого тона. Погладив напоследок ещё раз его по щеке, она поспешила в свою комнату. – Приятных снов, Кагыр. – Еле слышно обронила она, закрывая за собой дверь.