Глава 11: «Последнее убийство»

13 Ноября. Понедельник. 06:50       На улице все покрылось снегом. Ещё две недели назад можно было увидеть остатки зелёной травы, порой создающие ощущение тоски и одиночества; опавшие разноцветные листья, хоть как-то поднимающие настроение школьникам, только начавшим учиться, учителям, вернувшимся с двухмесячного отпуска, и мироходцам, боявшемся за свою жизнь как никогда ранее из-за их убийцы, которого они же и прозвали «Междумирцем». В Хэнфорте количество людей на улицах в целом уменьшилось, и неизвестно связано ли это с наступающей зимой или с появившемся убийцей, которого боятся даже обычные люди, не имеющие дополнительного органа. По улицам только проснувшегося города шел человек с голубым шарфом. Он бы и сам предпочел сидеть дома, но его законный больничный закончился, значит, настало время работать. Несмотря на то, что сегодня был его первый рабочий день за две недели, он уже чувствовал себя плохо. Головокружение, тяжесть в глазах и просто страдание от большого количества антискинта давали о себе знать, несмотря на двухнедельный отдых. «Надо бы ритуальчик какой-то провести», — думал про себя мироходец, — «А то, боюсь, действительно к себе в реальность уже не попаду. Только вот… что за ритуал?» — вопрос стоял большой. Несмотря на большой багаж знаний, миллион лет жизни и гениальный мозг, Первый не знал, как поступить. Зачастую, подобные ритуалы для восстановления энергии требуют другого человека. Другого мироходца. Другого добровольца. А такого, разумеется, найти либо очень сложно, либо и вовсе невозможно. «Стоп», — что-то в голове Фильченкова переклинило, что он аж на секунду остановился, ранее идя по холодной, ещё не нагревшейся улице, — «Междумирец же является мироходцем, да?» — спросил он сам себя, — «Так вот зачем он убивает. Это, конечно, просто теория, но… Он же просто может переместиться в другой мир. Вместе со мной, из моей реальности, никто прийти не мог. Я в этом уверен. Тогда почему он просто не телепортируется из Хэнфорта в другой мир?» — задался вполне логичным вопросом Лололошка, — «Или он просто существо с садо-мазохистскими наклонностями?» — на этом появление ещё большего количества вопросов закончилось, и Лололошка продолжил свой путь на работу. В этот момент казалось, что даже снег перестал быть таким белоснежным и пушистым, будто бы помогая Междумирцу искать его следующую жертву. «Должен ли я рассказать о своих догадках Харрису?» — задал себе очередной вопрос Ло, но быстро нашел ответ, — «Нет. Нет, нет и ещё раз нет. Да, он как и я мироходец, но это не значит, что… В общем, это ставит мою безопасность и личность под угрозу, что мне не надо. Если я расскажу эту теорию, у него появятся вопросы по типу “Как ты это узнал?” А я что скажу? “Я тоже мироходец, бро”?» — нервно закончил свою мысль бариста. После этого в голову не лезли никакие оптимистичные мысли. Хотелось как можно быстрее прийти на работу. И уйти с нее. А потом снова прийти. Затем снова уйти. Затем снова не спать ночами. Затем снова терять сознание из-за раскалывающейся Искры. И, может быть, произошло бы что-то интересное… Даже убийства интереснее этой обычной городской жизни. А они, между прочим, в последнее время затихли. «Затишье перед бурей» хотелось бы сказать Лололошке, да он не мог. Не мог говорить больше, чем надо. Не мог находиться там, где не должен. Не мог делать то, чего не должен. Не мог ничего. Мог только вести тихую жизнь бариста и медленно умирать. Умирать, не имея возможности провести ни один ритуал без добровольца. Без доверия к потенциальному добровольцу.

***

12:12 Работа в последнее время была несложной из-за малого числа клиентов. С каждым днём их становилось все меньше и меньше. Причем, у кофейни «Супаку» дела шли даже лучше, чем у конкурентов. Это иронично, ведь в день приходило не более тридцати клиентов, когда раньше их число могло быть в два, а то и в три раза больше. Единственную радость приносила зарплата, которая оставалась прежней, несмотря на небольшой уход кампании в минус. У бариста было ощущение, что скоро и заработную плату понизят. Если это произойдет в скором времени, то он точно уволится. Обязательно. «Думаю до трёх поработать, а потом на перерыв уйти пообедать», — думал Лололошка, не принимавший пищу ещё со вчерашнего вечера из-за пустого холодильника. Он вообще ничего не успевает. Ему надо ещё в магазин зайти, а рабочий день заканчивается в 9 вечера. В это время большинство магазинов обычно закрыто, а с учётом того, что он, вероятно, освободится ближе к десяти, то он точно останется в очередной раз без ужина. Неожиданно, мысли мироходца прервал звук колокольчика, возникший вследствие прихода нового клиента. — Здравствуйте, — пробормотал вошедший. Сразу видно, что исключительно ради приличия. — Здравствуйте, — машинально ответил Фильченков, — Что-то подсказать? — Не, не надо, — ответил подросток. Лололошка замолчал и ожидал, когда стоящий перед ним человек выберет кофе и, может быть, десерт. Спустя минуту он наконец определился с выбором, — Мне, пожалуйста, латте. — Хорошо, — с лёгкой улыбкой произнес Ло, после чего назвал цену. — Дороговато, но пофиг, — возмутился подросток из-за стоимости, — Картой. После того, как прошла оплата, бариста приступил к созданию латте для клиента. Оно было готово довольно быстро, и парень, вроде как, даже был удовлетворен напитком, за который слегка переплатил. Брюнет поблагодарил Лололошку и вышел из кофейни со звуком колокольчика.

***

21:20 Удивительно, но клиентов практически не было, поэтому Лололошка освободился раньше десяти вечера. Сейчас он на всех парах несся в свой любимый магазин, который, предположительно, закрывался через 40 минут. Когда до магазина осталось менее ста шагов, шатен наконец-то замедлился и в голове начал составлять список того, что ему надо. Слава Смотрящему, что ранее он успел побывать в постиндустриальном мире и приобрести глазной имплант. Лоло повезло, что имплант действительно вжился в своего хозяина, а не остался в том же мире, которому он и принадлежит. При ином исходе Первого могло бы уже не существовать. Спустя минут 10 мироходец был в магазине и искал нужные продукты. Он успел подойти к кассе как раз вовремя: на часах стукнуло 21:59. Пришел домой Лололошка ближе к одиннадцати и был сильно уставшим. К сожалению, даже смертельная усталость не помогла бы ему выспаться. Неожиданно, на телефон пришло аж несколько уведомлений. Видимо, интернет был выключен, раз они пришли только когда он оказался дома. Либо же кому-то просто не спится. @DevMagician: — Лоо, добрый вечер, как насчёт помочь мне сделать домашку по матеше? Сообщение было отправлено пару минут назад. Это немного огорчило Лоло, ведь это значило, что предложение ещё актуально и ему придется согласиться.

@9Ro9Lo3Dave:

— А у меня есть выбор?

@DevMagician: — Вообще, да. Просто если ты откажешь, то мне придется делать все самому. Если хочешь, я заплачу.

@9Ro9Lo3Dave:

— Так бы сразу. Сколько?

@DevMagician: — Аээ. Тысячу могу. Но там легко.

@9Ro9Lo3Dave:

— Скидывай давай.

— И деньги, и домашку.

Лололошка дописал последнее сообщение и зашёл в другой чат. @JDH339: — Спишь?

@9Ro9Lo3Dave:

— Да вы прикалываетесь. Я только с работы вернулся.

@JDH339: — А что тебя так задержали?

@9Ro9Lo3Dave:

— Я ещё в магазин заходил. Чего писал-то?

@JDH339: — Как насчет погулять на этой неделе? Меня работа конкретно задолбала, так ещё и Межди не оставляет никаких зацепок. Молюсь, чтобы он прекратил убивать.

@9Ro9Lo3Dave:

— Ты ж неверующий.

@JDH339: — То есть на последнее предложение ты обратил внимание, а на все остальное – нет?

@9Ro9Lo3Dave:

— Я сплю, что ты от меня хочешь.

— И «Межди»? Хотелось бы, чтобы это уменьшительно-ласкательное он сам услышал.))

@JDH339: — Ты реально игнорируешь все, кроме первого предложения.

@9Ro9Lo3Dave:

— Ладно-ладно. Ты сам меня проигнорировал вообще-то.

— Я не против погулять, но только если в воскресенье. В другие дни, как сам знаешь, все занято работой.

@JDH339: — Понял. Надеемся, чтобы убийство не произошло в выходные. — Спокойной ночи тогда.

@9Ro9Lo3Dave:

— Спокойной. Не задохнись во сне.

@JDH339: — Как мило. Ты тоже.

***

      Эта неделя проходила как обычно. Лололошка торчал в кофейне, обслуживая посетителей и умирая от антикристалла. Джон торчал в своем кабинете, не зная, что делать дальше, и ожидая поскорее выходных. С Молли у них, на удивление, все вроде как налаживалось. Та не лезла не в свои дела, а Джон… Джон продолжал приходить домой ночью. Хотя, нет, кое-что все же поменялось. Теперь он не боялся прийти домой раньше полуночи из-за вероятности схлопотать скандал. Молли перестала раздувать конфликты на, как казалось Харрису, пустом месте.

***

19 ноября. Воскресенье. 01:03 — Я в рот ебал свою работу, — впервые за долгое время выругался матом Джон. Снова. Черт возьми, снова. Опять это чертово убийство! Почему именно сегодня?!… Приехав на место происшествия Харрис увидел Саймона и кучку полицейских. Он был уверен, что скоро на это место примчится сотня журналистов, так что нужно как можно скорее обыскать спальню. — Как ты? — спросил Саймон, смотря в усталые глаза своего друга. — Пойдет, — ответил Джон, — Что произошло? — Я сам только приехал, — устало сказал Солус. И этот факт слегка удивил Джона, ведь обычно его незаменимый друг приезжает на место происшествия задолго до него и даже успевает осмотреть тело. — Пойдем тогда, — произнес детектив, начав двигаться в сторону дома.

***

08:08 Лололошке все же удалось немного поспать. Сейчас он сидел на кухне и ждал, пока приготовится его нелюбимая яичница. Ещё ночью Джон написал, что убили какого-то парня, поэтому погулять не получится. Настроение уже было испорчено, но Ло не отчаивался: у него же есть ещё Дилан с Ричардом, верно? Они же смогут хотя бы на часик выйти? Через 5 минут еда была готова, и Фильченков принялся за завтрак. Параллельно он листал ленту новостей, надеясь найти информацию по новому убийству. И, к его удивлению, он действительно ее нашел. Только вот, посмотрев на фотографию жертвы, Фильченков не обрадовался. Шатен узнал в фотографии того самого слегка стеснительного подростка, который приходил к ним в кафе на неделе. Это пугало и настораживало, но Ло не мог ничего с этим поделать. В конце-то концов, он не работает детективом, хоть и прекрасно бы справился с такими обязанностями. Он и не сомневается, что если бы он расследовал это дело, личность мироходца с черно-фиолетовой маской уже давно была бы раскрыта. Нет, бариста не считает, что Джон плохой детектив. Он просто считает, что он лучше своего альтер-эго. Доев свою яичницу, Первый поставил тарелку в раковину под предлогом «вечером помою» и написал в группу своим друзьям.

@9Ro9Lo3Dave:

— Ребят, привет. Сможете сегодня погулять? Хотя б на часик?

Он не ожидал получить мгновенный ответ, ведь сейчас было только восемь часов утра. Нормальные подростки, нормальные студенты в это время спят. Особенно в воскресенье – единственный день, когда можно нормально отдохнуть. Ответ он получил через минут 15 от одного из друзей: @Richard: — Йо, сори, не смогу. Родители заставляют учиться. Лололошка и не был удивлен тому, что первым, кто ответил из их тройки, был Ричард. Наверняка его ещё час назад мать разбудила под предлогом «будешь дольше спать – режим собьешь». От Дилана положительного ответа не стоило ожидать: его очень редко можно выгнать на улицу. Конечно, можно было еще Жаклин написать, но она вроде как говорила, что на выходных едет в другой город к родителям родителей. — Что ж… — устало пробубнил Лололошка, — Видимо, придется гнить на улице одному. Дома уж точно сидеть не хочется.

***

08:32 Джон сидел в своем офисе. Погода на улице была отвратительной, ничего не хотелось делать. Тело жертвы ещё ночью отправили на вскрытие. Если повезет, может, снова найдут записку с адресом очередной заброшки. Харрис искренне надеялся на такой исход. Он также чувствовал вину за то, что именно из-за него прогулка с человеком, так сильно похожим на него, не состоялась. Признаться честно, он именно из-за этого события и ждал выходных. Но какие тут выходные, когда в это время происходят убийства? Джон не знает, сколько он сидел в своем кабинете и просто смотрел в одну точку. По ощущениям, прошло часа 2, пока ему наконец не позвонили с прекрасной новостью: — Вскрытие проведено. Мы снова нашли записку, скидываю вам файлом. Это были слова, которые Джон хотел услышать. Это были слова, ради которых он, о Господи, был готов молиться. После звонка он немедленно встал со своего кресла, но сразу же остановился, вспомнив одну не радующую новость: Саймон Солус, его верный друг, был очень занят. Детектив не был точно уверен чем, ведь не интересовался личной жизнью своего напарника, но это значило, что с любителем розового расследовать заброшенное здание не получится. Либо идти одному, либо… звать Лололошку. Этот вариант симпатизировал больше, несмотря на то, что снова приглашать его куда-то было бы не очень красиво. Однако в прошлый раз шатен нашел нестандартное решение, так что… этот вариант все же лучше.

@JDH339:

— Красавчик, доброе утро. Я знаю, как это выглядит, но у нас нашлась улика – снова заброшка. Не хочешь сходить?

Харрис не надеялся получить ответ, ведь было бы логичнее, если бы «красавчик» спал, но… @9Ro9Lo3Dave: — Доброе утро. Давай адрес. Джон был удивлен, но быстро скинул адрес без лишних слов. @9Ro9Lo3Dave: — Эт далеко, я сейчас почти в другой части города.

@JDH339:

— Я могу тебя забрать, я на машине. Где ты?

@9Ro9Lo3Dave: — Как же вы благосклонны к вашему великому рабу.)) — Можешь подъехать к Супаку, я туда подойду. Когда-нибудь он засунет язык Лололошки вместе с его шуточками куда подальше. Когда-нибудь, когда перестанет смущаться их же.

***

10:00 Двое парней наконец-то приехали к месту назначения. Ехали они в тишине, к которой, в целом, оба уже привыкли. — Короче, — прервал тишину бариста, — Я погулил, это место раньше было школой. Это так, для саморазвития. Вдруг это что-то даст. — Пхпх, — Джон усмехнулся. Он даже не просил Ло находить какую-то информацию, но тот, видимо, понял, что всякая информация может пригодиться, — Спасибо. Может быть полезно. Заброшенная школа оказалась двухэтажной (а не четырёхэтажной, какими зачастую бывают школы), что не могло не радовать, ведь это значительно упрощало поиски. Парни снова разделились: Джон остался на первом этаже, а Лололошка пошел на второй. Харрис на протяжении часа пытался что-то найти, обыскать каждый уголок. Признаться честно, ему это начинало надоедать. Также было грустно из-за того, что не было возможности поговорить с кем-либо. А для детектива это была достаточно большая проблема. Спустя полтора часа мироходцы встретились. — Нашел что-то? — без надежды спросил Харрис. — Наше-ел, — протянул с лёгкой улыбкой Ло. — Что? — не веря задал вопрос Джон. — А что мне за это будет? — Лололошка… — начал детектив, начиная терять нервы, — Я сам тебя сюда пригласил! Да если ты не покажешь, что нашел, наше дело- — Ладно-ладно, успокойся, — спокойно произнес Первый, — Шучу-шучу. Записку какую-то нашел, смотри, — с этими словами шатен протянул кусочек слегка пожелтевшей бумаги формата А5 Джону, который был готов его убить за подобные шутки. Посмотрев на записку, Харрис обнаружил, что данный язык не переводится его мироходческим мозгом автоматически. Тогда он моментально достал телефон, зашел в переводчик и навел камеру на текст на записке. — Аэм… — пробубнил Джон, явно разочарованный в результате, — Я не знаю, что это за язык. — В смысле? — поинтересовался Первый. — В прямом, придурок, — оскорбил своего друга брюнет, будто бы он не мог понять самую очевидную вещь в мире, — Я не знаю этого языка. Интернет тоже, походу, не знает. — Хм, — хмыкнул Лололошка, посмотрев на текст поближе, — Может, какой-то особенный язык? Из другого мира? — спросил Лололошка, делая вид, что не знает сущности Джона, — Ну, либо шифр какой-то. — Вероятно, — разочарованно согласился детектив, — Но хотя бы это уже больше, чем ничего. Надеюсь, эта записка к чему-нибудь да приведет, — с небольшой надеждой сказал Харрис. После этого в их разговоре повисла небольшая пауза, во время которой JDH был погружен в мысли. — Ладно… — начал бариста, — Я, наверное, пойду. Хочу ещё прогуляться и Жак написать, — с легкой улыбкой произнес он, — И не хочу тебе мешать разгадывать загадки. — Ты и не мешаешь, — не согласился Харрис, — Но ладно. Тебя подвезти куда-то? — Неа, я сам дойду, все в порядке, — сказал Лололошка. — Хорошо. До встречи тогда? — До встречи, — спокойно произнес Лоло, начиная двигаться в сторону от заброшки. Джон смотрел в его сторону даже тогда, когда тот скрылся из виду. — Мдам, — пробубнил мироходец, — И что это может быть за язык? Спустя минуту после ухода Лоло Джон сам сел в машину и уехал с этого места. Почему-то в подобных местах ему было очень некомфортно, всегда пробегали мурашки по телу. А ведь он не боялся ходить на заброшки, частенько в детстве даже сам предъявлял инициативу в компании своих друзей, чтобы показаться крутым. Но это другое. Он был не один. Заброшенные здания страшны, когда ты находишься в них один. Когда у тебя нет напарника, с которым можно посмеяться над чем-то. Когда у тебя нет напарника, с которым можно разделить страх из-за чего-то. Почему он вообще думает о заброшке, когда он от туда только что уехал? Пессимистично. Ещё о смерти своей подумай, придурок. Весь день мысли в голову не шли. Он скинул фотографию записки Саймону, но получил лишь короткое «Рад за тебя. Надеюсь, ты справишься». Это было слегка обидно, но он не винил Солуса: тот уже достаточно помог. Сейчас Джон сам должен был догадаться, как перевести этот шифр. Весь вечер, начиная с шести часов, и всю ночь, заканчивая тремя часами, Харрис пытался перевести текст. Он перепробовал все: свой гениальный мозг, онлайн переводчики, онлайн расшифровщики — но ничего не помогало. Иногда он делал перерывы на перекус, на разговор со своей ненавистной девушкой, просто на небольшой отдых от мыслительной деятельности. Но это не изменяет того факта, что в общем он сидел за всего одной запиской в течении 7, а то и более часов. В конце концов, когда часы показали «3:15», Джон уснул прямо за столом, не успев даже подумать о таком исходе. Вечером Молли ещё беспокоило состояние своего возлюбленного, но после нескольких «Отвали, я сам знаю, как мне лучше» она отправилась спать. JDH проснулся спустя шесть часов, в 9:23, и, на удивление, чувствовал себя прекрасно. После того, как он сделал все утренние процедуры, мироходец посмотрел свежим взглядом на листок бумаги. — Теперь как-то знакомо выглядит… — прошептал Джон, смотря на ранее абсолютно непонятные символы. Спустя несколько секунд, как только он вспомнил знакомого эльфа, его осенило, — Стоп. [Имя] же вроде на этом языке писал. Неужто эльфийский? — спросил он сам себя с отчаянным смешком. Он готов был плакать, предположив, что это эльфийский, который он знал еле-еле и с трудом мог разобрать даже самые банальные фразы. — Что ж… — он вздохнул, — Видимо, придется вспоминать молодость… — на секунду повисло молчание, — И надеяться, что я что-то помню.