Ознакомление

Мигающие фонари, машины, проносящиеся по дороге, и страх... животрепещущий страх гнал пару по серому тротуару вперёд, заставляя выплёвывать собственные лёгкие от одышки, и расплывалась картинка перед глазами. Он увидел то, чего не должен был, прокопался слишком глубоко, о чём жалел до глубины души, но сейчас самое главное было выжить. Он забежал за угол: неровная тропа переулка петляла среди зданий офисов и жилых домов — надо было оторваться, хотя сил не было, но ноги просто несли вперёд на пределе человеческих возможностей. В попытках сбежать он заметил знакомую дверь — свою собственную. Он на ходу вытащил ключи из кармана куртки, руки тряслись, грудь уже упиралась в запертую дверь; обмороженные от холода пальцы вставляли ключ в замочную скважину, и уже через секунду он был в доме. Мужчина подбежал к деревянной лестнице, затем в свой кабинет, к своему письменному столу; начал писать на первом попавшемся листе всё, что помнил и что приходило в голову отрывками, не включая свет. «Внизу...»«Лгут...» «Нельзя допустить...» «Убили...» Но в секунду его сердце замерло,когда за открытым окном послышался хруст снега... потом ещё и ещё — он открыл первую попавшуюся книгу; свет фонаря из окна осветил название «Убийство в «Восточном экспрессе»». «Сойдёт» — подумал он, в дверь снизу постучали, сердце больно ёкнуло, но он старался действовать быстро: закинул листок в середину книги и забросил саму книгу под большой шкаф. В следующую секунду хлипкую, старую, деревянную дверь выбили одним ударом. Он притих, тихо закрыл дверь в кабинет; внизу доносились скрипучие шаги группы людей, пока он сам забрался под увесистый письменный стол, тихо молясь... молясь всем, кого только знал, лишь бы его не нашли, лишь бы его записи кто-то нашёл... лишь бы он выжил... В кабинет зашло, по-видимому, трое человек; тяжёлые, грузные шаги мерили кабинет от начала и до конца, заставляя душу мужчины трепетать от страха. Послышался щёлчок предохранителя, сердце вновь больно ёкнуло, заставив сжаться, а после — выстрел... в ушах зазвенело, а во рту пересохло, всё на секунду стихло... а после мужчина начал понимать, что воздуха критически не хватает... горячая боль разнеслась по груди, он захрипел на всю комнату, не в силах сдержаться; кто-то выстрелил в стенку стола, попав ему в спину, но что хуже — пуля не прошла насквозь и задела лёгкое; во рту уже чувствовался металлический вкус. Стол одним махом перевернули, он даже не успел разглядеть их лица, как его взяли за волосы, ткнув лицом в пол. Грубый мужской голос того, кто его держал, обратился к кому-то: «Че делать с ним будем, нельзя оставлять, видел всё?» — на удивление, ответил довольно мягкий голос женщины; было понятно, что она юна, возможно, лет восемнадцати-двадцати, не больше. «Зубы выбей, забыл, что ли? Тут банда всё крышует, выставим всё под их деяние, мол, решили ограбить, а владелец дома оказался. Тащи к ступенькам». — Мужчина незамедлительно потащил его из кабинета за волосы, заглушая его крики собственной рукой, никто уже не слушал — видел ли он что-то или нет. Даже если это была ошибка — его уже никто не собирался отпускать живым; это было кристально ясно. Его спустили по лестнице вниз; он вырвался из последних сил, стараясь не дать положить себя на пол, но после двух смачных ударов ботинком по голове — пыл иссяк, мышцы шеи обмякли, а оба ряда зубов почувствовали деревянную ступеньку лестницы; в нос ударил запах свежего дерева и опилок, а после удара ногой голову вдавили прямо в ступеньку лестницы. Белые зубы полетели в сторону с кусками дёсен, некоторые висели на связках; рот заполнила густая кровь, пока он истошно вопил, стонал и хныкал от боли, одновременно пытаясь не задохнуться. Далее последовал ещё один удар, так как поверхность дерева не была достаточно крепка, чтобы выбить всё с одного раза. Все передние зубы исчезли с челюсти. Щёлчок. Выстрел. Страдания мужчины на этом закончились. Послышалось три отчётливых гудка телефона в могильной тишине дома; далее голос девушки произнёс: «Субъект оппозиции 56 устранён,принимаете?» «Принято,возвращайтесь — не показывайтесь никому». Звонок был сброшен.Девушка вышла через входную дверь, а затем вышла на огромную улицу, освещаемую десятками экранов на стенах высоток посреди чёрного неба... ещё одно выполненное задание... одно из бесчисленных... толпа ночного города втянула её фигуру, оставив только раскрытую настежь дверь в переулке, лежащее тело и никого, кто мог бы оказаться убийцей помимо мелкой группировки... Яркое солнце еле перебивало вспышки от камер папарацци, шум толпы на площади перед зданием. Мэр — упитанный мужчина в чёрном костюме — вышел на небольшую сцену, что была больше похожа на мелкий пьедестал; под нескончаемый гогот толпы он начал произносить речь: «Уважаемые дамы и господа, сегодня к нам соизволила снизойти Глава Порога, глава компании, что собрала в себе всего за рекордно низкое количество времени крупнейшую компанию в своей стезе, женщина, что превзошла своего покойного убитого мужа - гения, филантроп, миллионерша, а также та, кто подняла свою некоммерческую "империю" с колен — КАССАНДРА ВОРОНЦОВА!» Мэр быстро отошёл на второй план сцены,когда медленными шагами по деревянной лестнице поднялась она — Кассандра: белый халат, чёрные волосы каре, возраст под 40, прямоугольные очки словно у профессора, худое лицо, а также ровный взгляд. Толпа медленно начала стихать, возгласы прекратились, оставив только звуки от щелчков камер. «Здравствуйте» — донесся статный голос женщины. — «Я рада, что вы все собрались здесь ради того, чтобы послушать про Порог. Я подняла эту компанию незадолго после смерти моего печально известного мужа. Теперь я с гордостью могу представить вам её — Порог. Вы упомянули империю. Но "Порог" — не империя. Это обсерватория. Мы не завоевываем территории, мы картографируем неизведанное. Мы стоим на краю познания и пытаемся разглядеть очертания тех реальностей, что существуют по ту сторону фундаментальных констант нашей вселенной. После утраты моего мужа… остался его главный вопрос: является ли физическая реальность монолитной и единственной? Или она мультивариативна? Наша работа в "Пороге" — это поиск ответа. Но не через грубую силу, а через тончайшие инструменты — математику, квантовую теорию поля и философию сознания. Если говорить конкретнее, наша деятельность сфокусирована на нескольких осях. Во-первых, это исследование когерентности мультиверса. Мы не говорим о "путешествиях между мирами". Мы разрабатываем математический аппарат для описания потенциального взаимодействия между соседними бранами в рамках теории струн. Наша рабочая гипотеза — о возможности слабого, когерентного информационного обмена на квантовом уровне, своего рода квантовой запутанности, но действующей не на частицах, а на целых пластах реальности. Во-вторых, это прикладная темпорология. Мы изучаем природу времени не как стрелы, а как… ландшафт. Возможно ли, что то, что мы воспринимаем как необратимый поток, является лишь локальным свойством нашего пространственно-временного пузыря? Мы финансируем эксперименты в области квантовой телепортации временных состояний частиц, пытаясь найти бреши в однонаправленной темпоральной энтропии. И, наконец, междисциплинарный синтез. Без него все эти теории останутся просто игрой ума. Мы сотрудничаем с нейробиологами, исследуя, как человеческое сознание может быть восприимчиво к фоновому «шуму» иных измерений. Возможно, то, что мы называем интуицией или озарением, — это слабый сигнал извне, который мы лишь учимся распознавать. Всё это звучит как фантастика. Сегодня так и есть. Но каждый практический прорыв в истории человечества начинался именно с этого: со смелой, еретической гипотезы. "Порог" — это не компания по производству готовых ответов. Это институт по генерации принципиально новых вопросов. Мы не строим врата в иные миры. Мы пытаемся аккуратно приоткрыть замочную скважину и заглянуть в них. И то, что мы надеемся увидеть… может навсегда изменить наше место. Я надеюсь, вместе мы сможем довести это до конца. Порог — место, где даже самая еретическая теория может стать практикой». После того как Кассандра закончила, на секунду воцарилась тишина, нарушаемая лишь порывом ветра. Потом лес рук взметнулся вверх. Она деловито окинула его взглядом и указала на молодого человека в толпе с диктофоном. «Госпожа Воронцова, простыми словами — чем „Порог“ занимается? Это же звучит как чистая фантастика». «Простыми словами... Хорошо. Представьте, что вся известная нам реальность — это одна комната. В ней всё изучено, всё известно, кроме самых глухих уголков. Мы же подошли к стене этой комнаты — есть ли что-то за ней? Как она тверда? Мы не ломаем эту стену. Мы пытаемся понять, из чего она сделана, по каким законам построена, и можем ли мы, условно говоря, постучать так, чтобы нас могли услышать. Всё великое всегда звучало как фантастика, пока не становилось фактом». Она замолчала, недолго думая, а после тут же выбрала следующего журналиста — блондинку средних лет, та была одета в небольшую курточку бежевого цвета. Та не мешкая, задала вопрос: «Ваш муж был убит. Есть ли связь его смерти с вашей работой?» Взгляд Кассандры стал тяжёлым, как свинец. Она не отводила глаз от спросившей. «Убийство моего мужа— это личная трагедия и предмет полицейского расследования. Я не буду его комментировать. А что касается его работы… Его теории были радикальны и опережали время. Они бросали вызов устоявшимся парадигмам. Вызов идеям всегда вызывает… сопротивление. Но проводил ли он практические эксперименты, которые могли бы привести к такой развязке? Нет. Его инструментом был ум, а лабораторией — грифельная доска. "Порог" — это продолжение его идей, но уже с применением строжайших протоколов безопасности». Не давая опомниться, она резко перевела взгляд на другую сторону, на седовласого мужчину в очках, тот был укутан по самую шею в разной одежде, пальто и других вещах. «Это коммерческая деятельность или чистая наука? Кто финансирует эксперименты?» «"Порог" является некоммерческим фондом. Наши исследования финансируются за счёт грантов от частных научных фондов, пожертвований меценатов, заинтересованных в прогрессе человечества, и партнёрских программ с ведущими университетами мира. Наши отчёты прозрачны и публикуются в открытом доступе. Мы не продаём билеты в иные миры, если вы об этом». Следующий вопрос задала хрупкая на вид девушка без спроса или выбора (оставлено без изменения, так как смысл неясен). «Если вы правы, и миры множатся, как мы можем быть уверены, что ваши исследования не угрожают нашому миру?» «Это единственно важный вопрос. Уверенности на все сто процентов не может дать никто и никогда, это природа любого фундаментального исследования. Но мы свели риски к абсолютному теоретическому минимуму. Все наши работы ведутся на уровне математических моделей и микроскопических квантовых взаимодействий. Кроме того, у нас действует международный этический комитет, в который входят ведущие умы из самых разных сфер, включая философию и теологию. Без их одобрения не делается ни один шаг». Вопросы стали лететь вновь и вновь, никто не ждал своей очереди, как предполагала Кассандра. «Вы упомянули сознание и другие измерения. Вы работаете с людьми как с объектами исследований?» «Нет. Все исследования с участием людей — а это в основном добровольцы из числа наших сотрудников и студентов-партнёров — строго неинвазивны. ЭЭГ, МРТ, психологические тесты. Мы изучаем работу мозга, а не "путешествия души". Никаких экспериментов над личностью, никакого риска для психики. Безопасность людей — наш абсолютный и непреложный приоритет. Я лично на этом настаиваю». Кассандра отступила от микрофонов,ясно давая понять, что более не намерена отвечать на вопросы. Она сошла со сцены медленными, неторопливыми шагами. Сойдя со сцены, она запрыгнула на заднее сидение своей машины—genesis g90 оставив бушующую толпу позади. Водитель—мужчина лет под 50 — Виктор молча вёл авто по улице к дому Кассандры, внутри авто было просторно, аккуратный покрой сидений, аромат табака от сигареты Виктора, чей дым не успевал выйти в открытое окно полностью... спокойствие без лишних людей так и наполняло её.. завтра был все такой же тяжёлый и длинный день с горой проблем и тяжестью от проделанного на душе...