Стеснение

Влад постоял ещё секунду, будто взвешивая — продолжать или оставить всё как есть. Потом всё-таки нарушил тишину. — Слушай, — начал он спокойнее, уже без улыбки, — а почему ты так резко закрылась? Варя даже не повернулась. — Потому что я не обязана тебе объяснять, — отрезала она, перебирая какие-то вещи на столе. — Особенно после всего этого цирка. — Цирка? — он приподнял бровь. — Это уже интересно. Он сделал шаг ближе, но не касался. — Ну? — мягко. — Скажи. Мне правда интересно. Она молчала. Тогда он сменил тактику. — Ладно, — усмехнулся Влад. — Версия первая: ты испугалась директора. Версия вторая: ты резко вспомнила, что мы в лагере. Версия третья… — он наклонил голову, — тебе просто нравится делать вид, что ты холодная. Варя фыркнула. — Господи, ты когда-нибудь перестаёшь говорить? — Когда мне отвечают, — невинно пожал он плечами. В этот момент дверь открылась без стука. — О-о-о, — протянула Саша с явно слишком довольной улыбкой. — А мы думали, у вас тут тишина… — Ага, — подхватила Алёна, оглядывая комнату. — Прям подозрительно тихо. Варя резко обернулась: — Вы вообще стучаться умеете?! — После директора? — Саша рассмеялась. — Уже не страшно. Влад закатил глаза, подошёл к двери и распахнул её шире. — Всё. Представление окончено. На выход, — спокойно сказал он. — Эй! — Алёна возмутилась. — Мы просто… — Я сказал — на выход, — уже жёстче повторил он, но без злости. Саша переглянулась с Алёной, обе понимающе улыбнулись. — Ладно-ладно, — Саша подняла руки. — Мы всё поняли. — Всё, что надо, — добавила Алёна. — Удачи, — и подмигнула Варе. Дверь закрылась. В комнате снова стало тихо. Варя вздохнула и скрестила руки. — Ты мог быть повежливее. — Мог, — согласился Влад. — Но они бы не ушли. Он повернулся к ней полностью, уже серьёзно. — Так. Теперь без зрителей. Почему? — Я же сказала, — резко. — Ничего не произошло. — Ага, — кивнул он. — Именно поэтому ты избегаешь смотреть мне в глаза. Она тут же посмотрела прямо на него. — Доволен? — Почти, — усмехнулся он. — Но ты всё равно не ответила. — Потому что отвечать не на что, — упрямо сказала Варя. — Ты всё выдумал. Он внимательно посмотрел на неё — не перебивал, не шутил. Просто смотрел. — Хорошо, — наконец сказал он. — Тогда версия номер четыре. Она напряглась. — Ты меня стесняешься. Варя вскинулась: — Что?! Нет! — Слишком быстро, — заметил он. — Обычно люди так резко не отрицают. — Влад, не неси ерунду, — она сделала шаг в сторону. — Я не стесняюсь. Вообще. — Уверена? — он чуть улыбнулся. — Потому что сейчас ты краснеешь, злишься и защищаешься одновременно. — Это потому что ты давишь! — выпалила она. — Потому что тебе не всё равно, — спокойно ответил он. Она замолчала. И именно в этом молчании он всё понял. Влад чуть смягчился, голос стал тише. — Я не издеваюсь, Варя. Правда. Мне просто важно понимать, где ты. Она выдохнула и отвела взгляд. — Я не стесняюсь тебя, — наконец сказала она. — Я стесняюсь ситуации. Места. Всего этого. Влад наклонил голову, прищурился и, будто между делом, бросил: — Ну если ты стесняешься места, то это вообще не логично. Я же тебе предложил тихо, — он сделал паузу и усмехнулся. — А ты не согласилась. Так что либо не хотела… либо просто не умеешь тихо. И, конечно же, подмигнул. Варя уставилась на него с возмущением. — У тебя вообще нормальные шутки бывают? — резко сказала она. — Что за пошлость? — Это ещё не пошлость, Варя, — начал он с самым невинным видом. — Влад, всё, — перебила она, даже не дав договорить. — Меня это бесит. Она развернулась, явно собираясь уйти к окну, но перед самым шагом бросила через плечо: — И вообще, иди лучше Сашу с Алёной проверь. Они, по-моему, куда громче нас. Влад замер на секунду, потом рассмеялся. — Ого, — протянул он. — Вот это перевод стрелок. — Это забота о лагере, — сухо ответила Варя. — Кто-то же должен думать о дисциплине. Он подошёл ближе, но уже без прежней наглости, чуть мягче: — Ладно-ладно. Принял. Больше не шучу. Она посмотрела на него с сомнением. — Ты? И не шутишь? — Ну… — он пожал плечами. — По крайней мере, попробую. Варя хмыкнула, явно не поверив, но напряжение между ними немного спало — осталось только лёгкое, тёплое электричество, которое никуда не делось, сколько бы они ни спорили.