Глава 6 Начало Первородных

Феникс остался стоять носом к стене даже тогда, когда брат давно скрылся в коридорах отеля. – Эй, – позвал его Хаскер. – Он уже пять минут, как ушёл. – Я всё равно не могу выйти, – отозвался мальчик. – Фин сразу заметит, если я покину угол, и продлит наказание. – Ты серьезно собрался стоять тут неделю? Херувим дернул крыльями. – Я не нуждаюсь ни в еде, ни в пищи. Так что да. Кроме того, я действительно виноват. Вместо того, чтобы подать сигнал, мне захотелось остаться, и я просто бегал от брата. – Остаться в Аду? – бармен хмыкнул, отпивая из бутылки. – Ты действительно странный. – Тут очень интересно! Я еще ни разу не видел самых отпетых грешников так близко! – Потрясающе, – процедил Люцифер, сидя в кресле. Он согнулся, упершись локтями в колени. Поля его белоснежной шляпы полностью закрыли глаза. – Я могу оставить тебя на несколько тысячелетий, чтобы ты вдоволь насладился их обществом. – Папа, – возмутилась Чарли. – Перестань. Падший поднял голову и уставился на юного ангела: – Ну и какой такой бог решил пригреть змею за пазухой в роли Каина? Феникс повернулся боком, выглянув из-за своих больших золотистых крыльев. – Прошу заметить, но змея здесь – вы. Тишину, которая возникла после этой фразы, можно было почувствовать кожей. Все присутствующие разом уставились на Самаэля. Они привыкли к почти ежедневным стычкам между Аластором и королём. Настолько, что даже не обращали на это внимания. По каким-то, не совсем понятным причинам, голову Радио-демона еще не прибили над камином. Но ангел. Ангел это другое. Люцифер не нападал на грешников, но как на счет ангелов, изгнавших его с небес? Казалось, их падший ненавидел больше, чем грешные души, хотя сам был серафимом. Люцифер расхохотался. Громко, почти истерично. В его руке материализовалась трость, и мужчина поднялся с дивана. – Смотрю, столь лестным выражениям ты научился у Каина. Только вот что я тебе скажу, нимбоголовый мальчик: ты здесь – чужак. И ничто не мешает мне отправить тебя в места не столь освещенные на пару сотен адских лет. Ты, блядь, находишься в моём доме. И либо ты фильтруешь свой базар, либо пройдешь через все круги Преисподней, как грешник, а не как турист с прокачанной удачей. Феникс даже бровью не повёл. Он смотрел на короля строго, без тени страха, и в его взгляде, в чертах лица, Люцифер невольно видел Каина. Мальчик был ненормально сильно на него похож, будто и взаправду был братом. Но как? – Я не оскорблял вас, всего лишь сказал правду. Вы и змей, и дракон, и птица, и кто угодно, насколько позволит ваше воображение. Но я не буду молчать, когда кто-то принижает моего брата. Он давным давно не тот, кем был. – Нет, – не согласился Люцифер. – Грешники не меняются. Если только не становятся хуже. – Фин не грешник. – Вспомни об этом, когда он вонзит нож в твою спину. – За моей спиной – бог. А за вашей? Люцифер зашипел, точно змея, с которой сам же сравнил Каина. Упоминания бога причиняли ему боль. Тысячелетия Небесам было глубоко плевать на обитателей Ада. Они предпочитали делать вид, что такой обители, как Преисподняя, просто не существуют на их карте мироздания. А жаль больше всего было Лилит. Это Люцифер предложил ей свою душу и сердце. Это он увёл её от Адама. Это он преподнес Плод Познания Еве. Он. Собственными руками. Но покарали не только его. Лилит, фактически новорожденное существо, выбросили, как выбрасывают мусор в выгребную яму. Потому что она получилась не такой, какой её хотели видеть. Зато закрыли глаза на все грехи Адама. По сути, он оказался такой же бомбой массового уничтожения, только замедленного действия. Чарли устала слушать ссоры. Девушка подошла к отцу и ласково положила ладони на его плечи. – Папа, расскажи нам о Каине, – попросила она. – Теперь он здесь и, я думаю, нам следует о нём знать. По крайней мере, о его прошлом. Люцифер вздохнул и устало потёр виски. – Хорошо. Я расскажу, – он вернулся на диван. – Это началось спустя несколько сотен лет, после сотворения Ада. Здесь не было никого. Только я и Лилит. Обитатели отеля, кроме Аластора и Каина, стали внимательно слушать старого серафима. Феникс же остался стоять носом к углу, изредка косясь на падшего ангела. – После того, как Ева и Адам вкусили Плод Познания, небо и земля разделились, и первых людей тоже изгнали из Эдема. Только не в Ад, а на новую планету… Я не знаю всех подробностей, но слышал, что совершил Каин. Сэра и Михаил явились тогда и по новой предъявили мне за навязанные грехи человечеству. Мол, старший сын Адама убил младшего, а потом без сожалений и совести отправился в край Нод. И были убеждены, что это моё тлетворное влияние. Но я тут не причем. Всему виной стал Глас, который почему-то принял подарок Авеля, но отверг дары Каина. И тот, из зависти, зарезал брата. Люцифер снял шляпу, грустно смотря перед собой. – Принято считать, что Адам – первый человек в Раю. Да. Первый живой человек в Раю. После смерти на небеса вознесся именно Авель. Отец присоединился к нему лишь спустя восемьсот лет. Каин жил на Земле еще дольше. Намного дольше. Он руководил племенами, строил дома, продолжал свой род. Он назвал первый Земной город в честь своего старшего сына – Енох. Время шло, Каин жил веками. Метка, которую зачем-то оставил Глас, не позволяла никому причинить ему вред. Его власть росла, он пережил собственных родителей на целое тысячелетие. Всё перечеркнул Всемирный Потоп. Это и было Первое Истребление. В ту страшную катастрофу, Небеса уничтожили всех, кто как-нибудь относился к потомкам Каина. Далёких правнуков: стариков, мужчин, женщин, детей, праведников и грешников – все разом попали в Ад. Чарли ахнула, на лице Вэгги читался ужас. – Пиздец… – поперхнулся алкоголем Энджел. – Я знал, что небесам насрать на людей, но чтоб настолько? – Каин присоединился к ним, ибо его убила вода. Однако потомки Сифа, третьего сына Адама, спаслись на Ковчеге. Остальных несчастных им было велено не впускать на корабль, – продолжал Люцифер. – Лилит пришла в ярость. Именно тогда она начала противостояние с Раем, стала бороться за права не просто грешников – в принципе людских душ. Задолго до Всемирного Потопа, находясь в полном одиночестве, я и Лилит создали здесь оазис – некоторую копию Эдема. И с радостью отдали его погибшим людям. Впрочем, следует отдать Каину должное, он прекрасно справился с ролью лидера. В этой бездне, впервые за два тысячелетия, забурлила жизнь. А с помощью Каина, здесь довольно быстро воцарился порядок. – Но почему вы так ненавидите друг друга? – спросила Чарли. – Если Каин делал всё для народа… – Поначалу мы дружили – это правда, – оборвал её Люцифер. – Однако у нас были слишком… разные взгляды на мироустройство. Следует начать с того, что Каин всеми фибрами души ненавидел Небо. Я могу понять его, когда твоих детей убивают просто за то, что они существуют, трудно сохранить здравый рассудок. Он всегда шёл против системы. Для него было главным равенство и справедливость. Он считал, что каждый должен получать по заслугам, и никого одного нельзя выделять. Лилит разделяла его взгляды. При Каине в Гордыне воздвигли семь городов. И даже построили пыточную для самых страшных грешников. Но я считал, что некоторые его методы слишком жестоки. Зачем наказывать того, кто уже и так наказан? При жизни у людей было столько ограничений и правил, так что плохого в том, чтобы дать им полную свободу воли? – Свобода одного часто кончается там, где начинается свобода другого, – вставил Хаск. – Отсутствие порядка ведёт к хаосу. Люциферу не хватило гордости признать правоту слов бармена, поэтому он просто продолжил: – Рай надеялся, что, уничтожив потомков Каина, он вновь очистит Землю от Зла. Но этого не случилось, люди по прежнему грешили. Чтобы защититься, Небеса, в своей паранойи, отправляли каждого умершего человека в Ад, неважно, каким бы праведным он ни был. Лишь единицам удавалось спастись. Это закончилось после Иисуса. Тогда он лично спустился сюда и вознес часть населения в Рай. После этого людей стали делить на грешников и победителей. Долгие века эта стистема работала, пока, восемь лет назад, не было объявлено об Истреблении. На этот раз, здесь. – Но что стало с Каином? – спросила Вэгги. – После начала распределения между душами, Каин исчез. В тот вечер он вышел из дворца, но домой так и не вернулся. Мы искали его. Десятилетиями. Думали, что его схватили ангелы, чтобы отомстить за Первый Грех. Или он нашёл способ проскользнуть на Землю. Даже серафимы всполошились. Но спустя два века о нем стали забывать. Поиски прекратились. И вот он возвращается и говорит, что стал служить другому богу! – на последней фразе, Люцифер посмотрел на земершего в углу Феникса. – Эй, мальчишка. Полагаю, от Каина я объяснений не дождусь. Может, ты скажешь, как он умудрился покинуть Ад? Юный ангел обернулся и окинул взглядом всех присутствующих. На самом деле, Финист никогда не говорил ему о своём прошлом так подробно. Лишь эмоциональными урывками, когда был особенно на что-то зол. Как-то сводный брат промолвил: «Я знаю бога, который убил почти всех своих детей, потому что испугался Зла», – и замолк. Но херувим чувствовал, как бушевали гнев и обида в его старом сердце. Пожалуй, можно рассказать о том, что известно в родном мире и так. Для равноценного обмена. – Хорошо, – Феникс переступил с ноги на ногу. – Но я, пожалуй, начну с самого начала, чтобы вы поняли всю суть истории. Он обвел глазами слушателей и вздохнул. – Когда-то очень и очень давно, одной из галактик правила богиня Адлис. У богов, как вы знали, нет гендера, но она позиционировала себя, как мать и создательница всего живого на той планете, где она решила обрести свой дом. Уже тогда среди богов существовало убеждение, что силы Света и Тьмы не должны пересекаться между собой, и что у каждого из двух сторон должно быть своё место. Но богине стало интересно: почему так? Она решила провести эксперимент и попробовать соединить две противоположности в одном сосуде, и посмотреть, будет ли гармония. Ведь не зря оба элемента равны во Вселенной. Но для того, чтобы сделать это, сосуд должен быть подходящим. Ибо ангелы изначально сотканы из света, а демоны – из тьмы. Как ни пытайся, а гармоничного, равного соотношения в них создать не получится. Необходимо нечто нейтральное – душа смертного существа. Адлис нашла такую душу, в теле человека по имени – Радмант. Она была честна, и предложила ему стать её первым образцом. Он согласился. И спустя время, измерение которого мне трудно назвать, ей удалось создать существо, – ни ангела и ни демона, – но в чьем теле в равной степени совмещались и Свет, и Тьма. Она назвала его Нейтралом, и сделала следующим богом. – Погоди, – прервал его Энджел. – То есть боги могут воспроизводить не только людей, но и… других богов? – Да, – ответил за Феникса, Люцифер. – У богов есть ранги, и самые могущественные из них способны создавать себе подобных. – Именно, – подтвердил Феникс. – И Радмант считал своим долгом создавать других нейтралов. Для этого нужны два противоположных элемента и сосуд – душа смертного. Когда Радмант путешествовал по Вселенной в поисках подходящей души, он встретил Каина. И забрал его к себе, превратив в нейтрала. – По образу и подобию своему… – усмехнулся Хаск. – Выходит, если Адам – первый человек, то Каин – первый нейтрал, не считая своего бога? – Да, – улыбнулся херувим. – Яблочко от яблони, – пробурчал Люцифер. – В таком случае, пусть быстрее заканчивает со своими делами, и валит обратно. Чарли потерла виски. – Пап, я прошу тебя. Каин очень помог нам. Без него жертв было бы намного больше. – И ещё не известно, как нам это обернется. Думаешь, Небеса нам спустят это с рук? Да они ненавидят Каина больше, чем меня. Он веками был бельмом на глазу Рая. Они не знали, как избавиться от него и только ликовали, когда он исчез.