Маковое поле

Диван снова стал его местом для сна. Жаль только, что причиной, по которой он начал спать на нём с Майей, была такая ужасная история. Места катастрофически не хватало, но капитан ни за что не признался бы девушке, что рука, на которой она спит, давно онемела, спина ноет от неудобства, а в голове целый клубок из непристойных мыслей.  Майю мучили кошмары, тревожность только усилилась, и если ей помогало присутствие Алексея в своей постели — он просто будет рядом. Будет тихо слушать её дыхание и сердцебиение, обнимать, гладить по голове, перебирая мягкие пряди волос между пальцами. Всё, лишь бы она могла спокойно заснуть и хоть немного выспаться. Исследование было заброшено на неопределённый срок, а глаза Майи потухли. Она больше не горела желанием изучать Зону — напротив, теперь ей хотелось как можно скорее вернуться домой. Ходить в институт, возиться в лаборатории, а по вечерам сидеть на балконе своей крошечной квартиры и пить чай. Без алчных сталкеров, страшных мутантов и смертельных аномалий. Просто обычная, спокойная жизнь. Учёная надеялась реализовать свои амбиции в Зоне, но получила только насилие, страх и капитана Зотова.  Лёша, наверное, был плохим человеком, он ведь точно так же как и другие здесь убивал людей, но все равно у неё было ощущение, что мужчина не вписывается в эту жуткую картину, как бы он не старался показать обратное. Майе хотелось полностью увидеть ту нежную, заботливую сторону капитана, но она знала — раскрыться в полной мере эта сторона сможет только там, где безопасно, и это будет уж точно не в Зоне. Если бы только можно было вернуться на Большую вместе с ним… Чтобы он больше не видел смерти своих солдат, не слышал холодных приказов и выговоров за несоблюдение устава.  — Лёш, а ты учился где-нибудь? — она  чуть приподнялась, чтобы заглянуть в глаза лежащему рядом капитану. Какие же они всё-таки у него красивые… — Поступал в университет на юриспруденцию. Бросил после первого курса. — Не понравилось? — Можно и так сказать. — Он улыбнулся. — Мать хотела, чтобы учился, а я мечтал пойти по стопам отца. Он военный. Ну вот… и пошёл. — Хотел бы попробовать себя в чём-то другом? — неуверенно спросила Майя. — Я, кроме как оружие держать и приказы выполнять, ничего не умею. Да и учиться мне уже поздно. — Ерунда, ничего не поздно. Ты ведь ненамного старше меня. — На десять лет, — ответил Зотов и, словно предвидя следующий вопрос от Майи — откуда он знает её возраст, — добавил: — Досье читал, когда тебя сюда отправляли. — Эх, совсем не оставил места для женской загадочности, — хихикнула она в ответ. Майя снова плюхнулась на подушку, положив голову на его плечо. Зотов в ответ машинально приобнял её, будто так было правильно. — Я тоже ничего, кроме как копаться в растениях, не умею, — сказала она, уткнувшись носом в его грудь. — Ты красиво рисуешь, — парировал капитан. — Это просто баловство…  — Я так не считаю, — нахмурился Алексей, осторожно поглаживая её плечо. Тишина снова окутала комнату. Через несколько минут он услышал тихое сопение, Майя наконец заснула.  Утром капитан проснулся от приглушенной музыки, доносившейся из общего зала. Он даже сначала опешил. Ни у кого из его бойцов не было кассет, чтобы слушать что-то. Магнитофон уже давно просто пылился на стойке, где раньше был гардероб Дома культуры.  Он осторожно высвободился из объятий спящей девушки, обулся и, немного размявшись, побрёл в зал.  — О, доброе утро, ка-пи-тан! — бодро сказал Рихтер, стоя около магнитофона, и протянул руку для приветствия. — Тебя кто сюда пустил? — проворчал Зотов, подходя к проводнику, чтобы пожать руку в ответ. — Я везде ход найду, — подмигнул Рихтер и, усевшись на стойку, добавил: — В общем, пришёл я не просто так. Предложить кое-что хочу, пока есть время по Малой Зоне побродить. — И что же? — Давненько Дядя Лёня просил меня провести Травницу на Маковое поле, да всё не срослось. Думаю, пора исправлять упущенное…Поэтому — что если сходим туда сейчас? — Нет. Это слишком опасно. — Если пойдём вместе с тобой, всё пройдёт без проблем. А ещё, там на поле, у меня хороший знакомый живёт. Он поможет. — Что за сумасшедший решил в аномалии жить? — Зотов скептически посмотрел на Рихтера и скрестил руки на груди. — Да-да, это звучит странно, но Помор мужик нормальный. На жизнь себе там зарабатывает, вот и всё. Короче, вчетвером нам нечего бояться. Особенно если запасёмся энергетиками. — Мне нужно подумать… — Слушай, я знаю, что Майя после всей этой истории с похищением совсем сникла, — нахмурился сталкер и поставил на паузу магнитофон. — И я чувствую вину перед ней. Так что будь другом, капитан, дай мне эту вину хоть как-то искупить. — Ты не виноват в том, что произошло. Опасная затея, без сомнений. Но в словах проводника капитан уловил ту тонкую нить надежды — шанс вернуть Майе огонь в глазах. — И всё же… — начал Рихтер, но Алексей резко перебил его. — Ладно. Я согласен. — Отлично! — хлопнул в ладони проводник и спрыгнул со своего места. — Как будете готовы, напиши. Я пока у старика посижу. Когда Рихтер ушёл, Алексей вернулся в комнату. Майя всё ещё спала, полностью укутавшись в плед, только босые ступни торчали наружу, напоминая, что в этом коконе спрятался человек.  Он наклонился и аккуратно обхватил её щиколотку пальцами, чуть дёрнув. Девушка вздрогнула, стряхнула руку Зотова и вылезла из-под пледа, поворачиваясь к нему.  Лучи солнца пробивались сквозь дыры в заколоченных окнах и ложились на лицо мужчины. Поэтому он смотрел на Майю с лёгким прищуром, но в этом взгляде все равно читалась невероятная нежность. — Доброе утро, — мягко улыбнулся капитан. Учёная смутилась и снова отвернулась, прячась от его взгляда. Ей так нравилось всё, что происходило между ними — эти ласковые прикосновения, забота, которой Лёша её окружил. До поры, до времени. Капитан подумал, что Майя собирается дальше спать и зашел с козырей, чтобы её разбудить.  — Я сейчас говорил с Рихтером, — тихо сказал Зотов, чуть наклонившись к ней, — он предлагает сходить на Маковое поле.  — И мы пойдём? — удивленно спросила Майя, уже более бодро развернувшись и садясь на диване. — Пойдём, — кивнул Алексей. — Так что собирайся и иди к Бате, от него выйдем. Я пока разберусь с делами и тоже буду собираться. Это, пожалуй, была лучшая новость за всё время пребывания Майи в Зоне. Наконец она попадёт на Маковое поле, а если ещё и найдёт синий мак… можно будет показать его Далину, чтобы он попытался синтезировать этот артефакт. Тогда мне придётся работать в институте, а не в Залесье, и, скорее всего, наши пути с Лёшей больше не пересекутся… но там мне будет лучше… Капитан ушёл решать организационные вопросы, а девушка принялась собираться, бегая то туда, то сюда по Дому культуры.  Она не любила свой научный костюм — слишком тяжёлый и сидел неудобно. Под её параметры никто бы отдельно не стал создавать новый, да и в Малой Зоне такое серьёзное против аномалий, но бесполезное против пуль и мутантов обмундирование было ни к чему. Зотов, впервые увидев, как учёная мучается, надевая его, тихо посмеялся и конфисковал комбинезон — туда же, к табельному ПМу. Взамен выдал лёгкий бронежилет, разгрузку и маску-противогаз из арсенала Варты.  Но сейчас Майя не была уверена, что именно стоит надеть, всё-таки они собирались идти прямиком в аномалию.  Хоть сталкеры в баре и уверяли, что ни радиации, ни мутантов там нет, если капитан до последнего избегал этого места и не подпускал туда её, значит, не всё там так просто. Теперь, оглядываясь назад, она всё чаще понимала.  Он был прав. С самого начала. Во всём. Девушка подошла к столу и взяла рацию, которую ей недавно дал Зотов, чтобы она всегда могла с ним связаться. — Лёш, ты меня слышишь? Капитан в это время стоял на улице, разговаривая с караульными. Под подозрительные улыбки своих солдат он снял рацию с пояса и ответил: — Слышу. Прием. … — Мне, может, лучше свой комбинезон надеть? Выдашь? … — Не стоит. Одевайся как всегда. Отбой. … — Как скажешь. — Хватит лыбу давить, работать бойцы, — буркнул Алексей, заканчивая эфир, и пошёл дальше по обходу. — Есть, — караульные ответили в один голос. Когда Зотов отошёл достаточно далеко, чтобы их не было слышно, один вполголоса сказал: — Надеюсь, они будут вместе. — Ага, Лёха заслужил любви, — с доброй усмешкой ответил второй. Майя собралась и пошла в дом к Бате. Зайдя внутрь, она увидела Рихтера, стоявшего напротив стола и оживлённо рассказывающего лидеру Залесья о каких-то неизвестных ей сталкерах. — Да замолчи ты уже, Рихтер, у нас гости вообще-то, — произнёс Батя, бросив взгляд в сторону прохода, где стояла Майя. Проводник обернулся и увидел в дверях травницу. — Сто лет тебя не видел! Как дела? — радостно сказал он, подходя ближе и хлопая девушку по плечу. — Всё нормально… Ты как? — Майя смотрела на Рихтера с лёгким беспокойством. Она понимала: если её саму с момента похищения до сих пор так выворачивает, то что же чувствует он? Пусть сталкер и выглядел жизнерадостным, но шрам на голове и уставшие глаза выдавали, что Зона его не щадила. — Я рад, что капитан согласился на мою авантюру, — улыбнулся Рихтер. - ты проходи садись, завтракала? Путь нам предстоит не близкий.  — Я тоже рада, — улыбнулась в ответ учёная, чуть смутив проводника, и прошла к столу, за которым сидел Батя. — Доброе утро, как себя чувствуете? — поздоровалась она со стариком. — Доброе, Майюшка. Колено не болит, не бойся, — усмехнулся Батя. Все вместе они принялись завтракать. Рихтер даже достал из своего рюкзака — непонятно где раздобытые — конфеты, чтобы угостить травницу. Утреннюю идиллию нарушил Зотов, наконец закончивший все свои дела и собравшийся в путь. На КПК проводника пришло короткое сообщение от капитана: он ждал их снаружи дома и требовал поторопиться. Закончив есть, Майя и Рихтер вышли на улицу. Девушка сразу нашла взглядом капитана: он стоял, прислонившись к забору, как всегда спокойный и собранный. Они подошли к нему, и Алексей, молча, забрал у учёной все приборы, что показались ему тяжёлыми, после чего коротко скомандовал. — Выдвигаемся. Шли они бодро и уверенно. Когда Майя ходила на полевые исследования с капитаном, им часто приходилось сворачивать с изученных, вартовскими патрулями, дорог, и тогда путь превращался в череду аномалий, мутантов и постоянного напряжения. А сейчас всё напоминало скорее прогулку, чем вылазку. Ещё при их первой встрече Майю поразило, как Рихтер умудряется находить самые безопасные тропинки, будто Зона сама шепчет ему, куда ступить. Тогда для расспросов было не подходящее время, но теперь она могла позволить себе открытое любопытство и неподдельное восхищение. Капитан же, наблюдая со стороны за этими двумя, лишь тихо ворчал себе под нос. Его тоже, в какой-то степени, удивляли навыки проводника. Но Зотов недавно услышал от Колдуна ту самую историю, после которой Рихтер перестал водить сталкеров, и теперь он относился к нему настороженно. А ещё в Алексее зарождалась ревность. Он чувствовал себя каким-то подростком в пубертате, когда замечал, как Майя смотрит на проводника — с тем самым вниманием, что раньше доставалось только ему. Но капитан тут же отгонял эти мысли, возвращая себе привычную собранность. Не время для глупостей. Не место. Когда они дошли до поля, Рихтер сказал, что нужно срочно провести некий ритуал. Тогда они точно найдут то, что нужно Майе, и вернутся обратно целыми и невредимыми. Он отвёл их в сторону, к старому молоковозу, и начал копаться возле машины. Спустя пару минут проводник развернулся к Майе и Зотову с чужим рюкзаком в руках. — Вот, сюда нужно положить энергетики. Сколько не жалко. — Это и есть твой ритуал? — раздражённо спросил капитан. — Да, — кивнул Рихтер и первым положил напиток в схрон. Майя послушно последовала его примеру: достала из рюкзака энергетик и бросила внутрь, а потом, немного подумав, добавила ещё мешочек со своим чаем. — Неплохо, — улыбнулся сталкер, подмигнув девушке. — Давай, капитан, не жадничай. У вас, вартовцев, поставки же идут как по маслу. Не обеднеешь. Зотов закатил глаза, но всё же подошёл к проводнику и бросил банку в рюкзак. — Отлично, — довольно произнёс Рихтер. — А теперь — к Помору. Он ловко затянул завязки и спрятал сумку обратно под молоковоз. Учёная не могла перестать вертеть головой, когда они вышли на Маковое поле. Красные маки колыхались на ветру, тихо шурша под лёгким дуновением ветра, словно шепча что-то между собой. Всё вокруг казалось нереальным, даже красивее той поляны с колокольчиками.  Девушка сладко зевнула. Капитан, заметив это, приобнял её за плечи и мягко поторопил к укрытию.  Зайдя в дом к отшельнику, Рихтер сразу поспешил объяснить тому, зачем он привёл с собой одного из Варты и молодую девушку. Помор, хоть и выглядел спокойным, даже слегка заторможенным, но в его взгляде все равно читалась готовность защищать своё убежище от любого, кто осмелится нарушить его покой.  — Вот как… синий мак… не встречал я такого, сколько здесь живу, — задумчиво протянул Помор, потянувшись на стуле. — Расскажи лучше, как на поле не умереть, — встрял в разговор Алексей. Сталкер хмыкнул, скользнув взглядом по капитану.  — Самое главное — не втыкать, слушая галлюцинации…м-м… пить энергетики и перемещаться от дома к дому. Как видишь, здесь эффект аномалии не действует. — Мы можем у тебя заночевать, если что? — поинтересовался проводник. — Можете, — пожал плечами Помор и тихо, так чтобы услышал только Рихтер, добавил, — если спящих на поле не тронете…. они мои. Втроём, составив план и оставив лишние вещи в доме Помора, они вышли в аномалию. Капитан разделил поле на сектора, и каждый отвечал за свой, чтобы поиск шёл быстрее. Задача была проста на словах: собрать образцы и найти артефакт. На деле же последнее оказалось самым трудным, даже «Велес» Зотова молчал, не выдавая ни намёка на место, где тот спрятан. Рихтер, так как впервые собирал образцы, сначала пошёл с Майей, чтобы она всё ему показала и объяснила. — Вот так, запомнил? — развернулась к нему с цветком мака в специальной колбе, учёная. — Да, вроде… голова совсем ватная становится, — ответил проводник, отпив энергетик. В этот момент ветер усилился, и между ними пронеслось облако из лепестков мака. Они слегка закружились вокруг, а потом полетели дальше, будто зовя за собой. Майя сонным взглядом проследила за ним и вдруг заметила кого-то, лежащего в цветах. — Рихтер, там кто-то лежит, — показала она рукой в сторону тела. Проводник напрягся, взглянув туда, куда показывала девушка, но всё-таки решил объяснить: — Это «спящие», так их называет Помор. Они уже мертвы, просто не трогай их, хорошо? — Ужас какой… и они просто лежат здесь пока не сгниют? — Майя даже взбодрилась от жуткого осознания.  — Нет, Помор переодически хоронит их. А всё, что снимает с тел, продаёт. Только ты не думай, что он как… Косой. — Он мог бы спасти их.  — В Зоне каждый сам решает за свою судьбу, — спокойно ответил Рихтер. — Любой из тех, кто сейчас здесь лежит, мог зайти к нему и спросить, как выжить в этой аномалии. Но они этого не сделали и поплатились. Не за чем винить в этом старика. — Нам пора в укрытие, — сменила тему Майя, ощущая, как голова кружится от усталости. Хибарка была почти разрушена, но едва зайдя внутрь, они почувствовали, как сонливость начинает отступать. Придется остаться здесь хоть на немного, чтобы затем спокойно вернуться к Помору. — Твои шрамы похожи на фигуры Лихтенберга, — с любопытством заметила Майя, присаживаясь на сгнивший пол. — Не знаю, что это такое, но звучит круто, — смущённо ответил Рихтер протягивая девушке энергетик. Капитан тщательно всматривался под ноги, бродя среди маков. Нигде не было этого чёртова цветка. Интересно, он вообще существует? Глаза начали слишком часто смыкаться, так, что даже энергетик перестал помогать, и Зотов решил: пора возвращаться в дом отшельника.  Вдруг он услышал знакомый голос. — Лёшенька, иди скорее вниз, отец приехал! — Смотри сынок, что я тебе привез из командировки… Детские воспоминания Алексея. Значит, начались галлюцинации, и нужно было поторопиться. Силы всё сильнее покидали тело, и, открыв дверь в дом, капитан чуть не перевалился через порог. Успев опереться рукой о стену, чтобы не рухнуть, он медленно зашёл. — Рихтер с Маей не возвращались? — первым делом поинтересовался Алексей. — Нет… Хреново тебе, да? — Бывало и хуже. Зотов сел на стул и достал рацию. — Майя. Приём. … — Лёш, да? Как ты? … — Всё нормально, я вернулся к Помору. Вы где? … — Мы зашли в другой дом, сейчас придём в себя и будем возвращаться. … — Понял. Жду вас. Отбой. Первый заход в аномалию не увенчался успехом. Им удалось собрать только образцы маков, а вот с артефактом было непонятно, что делать. Все сидели и молча жевали свой поздний обед, каждый погружённый в свои мысли. Майя тревожно поглядывала на полуспящего Помора. Теперь она не знала, как к нему относиться и стоит ли вообще оставаться у него в «гостях». Учёную успокаивало только то, что она здесь с Лёшей.  Рихтер всё же не выдержал этой давящей тишины. Он всегда любил либо болтать, либо слушать музыку, если собеседника не находилось. — Хей, капитан, слышал что-нибудь, пока бродили? — Обрывки детских воспоминаний, — оторвал взгляд от тушенки Зотов и посмотрел на сталкера. — О, это классика. А ты, Майя, что слышала? Три взгляда теперь устремились на девушку. От такого пристального внимания её щеки слегка покраснели, и она почувствовала, как в груди забилось лёгкое беспокойство. — Честно… ничего не слышала. — А что бы ты хотела услышать? — Рихтер, — отрезал капитан, с усилием сдерживая голос. Внутри всё зашевелилось: ему самому было бы интересно узнать о Майе больше, но одновременно раздражало, как нагло этот сталкер полез в чужое прошлое. Больше всего на свете ей хотелось снова услышать голос отца, пусть даже лишь в виде смертельной галлюцинации. Но этот секрет она никому не доверит — ни Рихтеру, ни Лёше. — Хочу услышать, где найти синий мак, — останавливая перепалку, мягко посмеялась учёная.  Второй раз выйдя в поле, они уже разошлись поодиночке. Нужно было собрать ещё немного образцов — это поручили Рихтеру. Майя же с капитаном взялись за поиски артефакта. Посреди аномалии девушка остановилась. В воздухе снова танцевали лепестки мака — те самые, будто живые. Опять кружат… Что если проследить за ними? Долго не раздумывая, она поспешила вслед за ними. Зотов, заметив, как вдалеке учёная вдруг побежала куда-то, насторожился и пошёл за ней.  Наконец, Майя остановилась и присела над чем-то. — Майя! — окликнул её капитан, ускоряя шаг. — Лёша, я нашла его! — обернулась она с артефактом в руках, глаза блеснули восторгом… и в тот же миг девушка упала в алое море маков, потеряв сознание. Алексей подбежал к ней. — Блять, блять, блять… — отчаянно выпалил он, опускаясь перед девушкой и проверяя пульс, дыхание, зрачки. Сердце гулко отдавалось в висках. Он не уберёг её. Опять. Нужно взять себя в руки. Она дышит. Пока что. Зотов резко вскочил, сунув злополучный цветок в подсумок, осторожно поднял Майю на руки — совсем лёгкую, и, не глядя больше по сторонам, кинулся в ближайший дом.  Залетев внутрь, он опустился вместе с ней на колени и попытался привести девушку в чувства.  — Майя, ты меня слышишь? — Алексей легонько похлопывал её по щекам. — Пожалуйста… ответь мне, эй. Он ударил сильнее, потом еще раз — и заметил, как её ресницы дрогнули. Она приоткрыла глаза и мутно посмотрела на капитана, будто не узнавая его. — Вот так… давай ещё чуть-чуть, — выдохнул он, чувствуя, как постепенно отпускает тугой узел в груди. — Я нашла артефакт, — с трудом прошептала Майя. — Да, нашла, ты молодец, — ответил Зотов, обнимая её и опуская голову на плечо девушки. — А ещё ты меня с ума сводишь.  — Ты уже говорил это, — она слабо улыбнулась, проведя ладонью по его коротким волосам. — И, похоже, буду повторять, пока ты не перестанешь вытворять… всякое, — усмехнулся он, всё ещё держа её в объятиях. Майя хотела что-то ответить, но силы быстро уходили. Поэтому она лишь тихо выдохнула ему в шею.  — Прости…