Часть 1

Срочные новости: Лидия Мартин, пациентка местной больницы, сбежала и была замечена бегущей по лесу обнажённой. Власти просят всех, кто обладает какой-либо информацией о её местонахождении, обратиться к ним. — Это что, справедливо, Лана! — заныла Эстелла, развалившись на пассажирском сиденье и плотно скрестив руки на груди. — Ты слышишь, куда ты меня везёшь?! — её жалобы не прекращались. — С тобой всё будет в порядке, — попыталась успокоить её Лана, хотя они обе знали, что это бесполезно. — Может, ты просто… ну, не знаю… скажешь им, что сбежала? — Иногда мне кажется, что ты забываешь: я твой офицер по надзору, — усмехнулась Лана, не сводя глаз с дороги. Да, Лана была офицером по надзору Эстеллы, но относилась к ней как к собственной дочери. Эстелле никогда не довелось иметь мать, по крайней мере настоящую, а Лана всегда считала, что у неё не будет ни времени, ни сил родить и воспитывать ребёнка. Но несмотря ни на что, узнав подростка поближе, Лана нашла в себе способ полюбить её. Эстелле понадобилось ужасно много времени, чтобы это понять, и всё же она до конца не верила, что знает причину. Но она отвечала на эту любовь взаимностью. Их связь была особенной, нерушимой. — Я чувствую себя преступницей, — нахмурилась Эстелла, её раздражение чувствовалось в каждом слове. — Прости, что ломаю тебе иллюзии, но ты ею и являешься, — сказала Лана, похлопав её по плечу. — Лана! — быстро перебила она. — Я знаю, мы с тобой смотрим на это по-разному. Я тоже никогда не смогу так это воспринимать, но это произошло. Эстелла не произнесла ни слова — не потому что была зла или расстроена, просто сама тема не несла в себе ничего положительного. Даже разговаривая с полицейскими, ей было трудно говорить без рыданий, ведь всё напоминало о том, что произошло между ней и её родителями. — Итак… как ты себя чувствуешь насчёт того, чтобы переехать к Стилински? — спросила Лана, пытаясь нарушить неловкое молчание. — О, я просто прыгаю от радости, что собираюсь жить у мужика, который ненавидел мою мать всей душой, — с широкой улыбкой сказала Эстелла, её слова были пропитаны сарказмом, который уловил бы только тот, кто внимательно слушал. К счастью, Лана знала её лучше всех. — Он ведь вовсе не обязан был соглашаться, понимаешь? Мы знали его историю с твоей матерью, дали ему выбор отказаться, но он этого не сделал. — Нет, я знаю… Я просто не хочу снова попасть в дом, где меня будут ненавидеть, — тихо сказала Эстелла. Она старалась не показывать эмоций, но голос выдавал её полностью. — Этого не случится! Стелла, обещаю, я никогда бы не отправила тебя туда, где тебе пришлось бы пережить всё это снова, — сказала Лана с абсолютной искренностью и, наконец, оторвала взгляд от дороги, чтобы посмотреть на неё. — А как насчёт его сына? — спросила Стелла, явно желая сменить тему. — Кажется, его зовут Стайлз. Ноа почти ничего о нём не говорил, кроме того, что он хороший парень. — Время, конечно, дерьмовое… но вот мы и приехали, — глаза Ланы метнулись к дому слева, а губы сжались в тонкую линию, когда она припарковала машину. — Всё нормально, — сказала Стелла, пожав плечами. — Поможешь с сумками? Лана кивнула и отстегнула ремень безопасности. Она поспешила к багажнику — ведь они и так уже опаздывали. Стелла стояла перед своим новым "домом", не в силах отвести взгляд, в котором смешались страх и смирение. Воспоминания о прошлом цеплялись за неё, мешая даже просто взять сумки из машины. И всё же она понимала: это её лучший… её единственный шанс всё пережить. Или хотя бы попытаться. — Давай быстрее! — поторопила Лана, с обеих рук у неё уже свисали вещи Стеллы. — Там осталось всего пара сумок. Стелла вышла из оцепенения, мотнула головой, открыла заднюю дверь и закинула последние две сумки на плечо. Лана уже трижды постучала в дверь, и пока Стелла медленно подходила ближе, дверь открылась. — Привет! — поприветствовал их мужчина постарше, улыбаясь до ушей. Улыбка казалась искренней, но Стелла не была уверена. Она также заметила, что на нём была форма полицейского, а на груди блестел значок с надписью «Шериф». — Здравствуйте, вы Ноа, верно? — уточнила Лана, слегка подтолкнув Стеллу локтем, чтобы та тоже что-то сказала. — Это я! — ответил он. — Привет… я Эстелла, — пробормотала она, голос едва слышно доносился. — Какая невежливость с моей стороны, — Ноа отошёл в сторону от двери. — Заходи! Эстелла кивнула и медленно переступила порог, глаза её бегали по всему дому. Он был красивый, действительно красивый, совсем не такой, как место, где она жила раньше. Она обернулась от звука, как Лана роняет сумки на пол: — Я помогу донести их до твоей комнаты, мне нужно быстро поговорить с Ноа. — Да, извини, она прямо наверх по лестнице налево, — указал он на лестницу. — Комната моего сына Стайлза находится дальше по коридору. Если встретишь его, не пугайся — иногда он может быть… сумасшедшим и слишком гипперактивным. Эстелла усмехнулась: — Поняла. — И кивнула, двигаясь к лестнице. Коридор был довольно тёмным: солнце уже садилось, а свет не был включён. — СТОЙ! — крик заставил Стеллу подпрыгнуть и резко обернуться, молясь, чтобы она и этот «Стайлз» не столкнулись с проблемами, но никого там не было. Дверь в конце коридора была слегка приоткрыта, и луч света освещал пол. Стелла осторожно подошла к комнате на цыпочках, стараясь, чтобы он не услышал лёгкие скрипы половиц. Добравшись до конца коридора, она спряталась и прислушалась. — Чувак, я не вижу проблемы. Красивая девушка переезжает в твой дом. У нас есть дела и поважнее, — раздался голос мальчика. Брови Стеллы нахмурились - Ноа не упоминал, что здесь ещё кто-то есть. — Скотт! Она моя кузина, во-первых, а во-вторых… я думаю, она могла кого-то убить. Сердце Стеллы упало, лицо покраснело от смеси страха и растерянности. Эти слова снова и снова звучали в её голове, дыхание ускорилось, и она медленно отступала назад, не переставая думать о том, как он вообще узнал об этом. Она споткнулась о выпуклость на ковре и с мягким глухим звуком врезалась в стену позади. Напряжённая тишина казалась ещё громче, чем была на самом деле. Без раздумий Стелла резко развернулась и помчалась по коридору, надеясь, что никто не услышит её шагов, но они эхом разнеслись по пустому дому. — Чёрт, ты думаешь, она нас слышала?! — слабый голос раздался позади. — Ай! — тут же послышался громкий шлепок. Добравшись до комнаты и захлопнув дверь за собой, не успев даже толком оглядеться, она прислонилась к двери, закрыв глаза, пытаясь контролировать дыхание. Стелла знала, что ей нужно решить, что делать дальше, но пока всё, что она могла — просто стоять там, изо всех сил стараясь не расплакаться. Менее десяти минут назад Эстелле пообещали новый старт, а теперь это? Она не могла в это поверить — «слухи», распущенные о ней в прошлом году, были причиной того, почему ей пришлось покинуть свой старый город. Там с ней обращались ужасно. ~~flashback~~ — Зак? — позвала Эстелла своего парня, бродя по парковке школы без определённой цели. Футбольный матч только что закончился. Обычно она была бы в своей форме чирлидера и шла бы с ним, но после всего, что произошло с её родителями, многое изменилось. Эстеллу выгнали из команды, так как все судебные заседания мешали ей посещать тренировки. Из-за кирпичной стены появился Зак, а за ним вся футбольная команда. — Вот ты где! — широко улыбнулась Эстелла, почти подпрыгивая, чтобы подойти к нему. Он не сказал ни слова, ноздри его раздувались, а губы были плотно сжаты. Он шёл с сжатыми кулаками, на лицах его команды читались смесь улыбок и злости. — Вы что, проиграли? — начала она, но её прервал удар в живот, словно молния пронзила её тело. Воздух вырвался из лёгких, тело согнулось пополам, резкая боль пронзила всё нутро. Она тяжело дышала, пытаясь вдохнуть, ум её застыл от шока. — Зак?! — голос срывался, зрение стало мутным. — Заткнись! — вырвалось у него, и он пнул её в бок. Эстелла сжалась от боли, слыша крики из толпы: «Вот как твой отец себя чувствовал?!» Даже если бы она хотела ответить, не могла — чувствуя, как её подхватили за рубашку и подняли на колени. — Ты знаешь, что это неправда, Зак, пожалуйста… — её голос был прерывистым, ей едва хватало воздуха, на животе уже формировались синяки. — Ладно, — вырвалось у него, и он снова ударил её кулаком в челюсть, прижав к бетону. Оцепенев, она смотрела в небо. На улице ещё не стемнело, но ей казалось, что она видит звёзды. Эстелла кричала «пожалуйста» и «остановись» столько раз, что сбилась со счёта, но ничего не останавливало его, даже люди позади не вмешались. Они позволяли ему продолжать бить, пинать и тащить её, пока почти всё её тело не стало сплошь в синяках. Рот и нос были в крови, капли которой падали на гравий. Стелла почти ничего не помнила после этого, кроме того, как очнулась в машине скорой помощи, ощущая боль во всём теле. Она не могла перестать винить себя, ведь слухи, по сути, были правдой. Несмотря на всё, что она знала, Эстелла видела себя убийцей. Пока она не сблизилась с Ланой, которая сказала ей: «Им важен только человек, который был убит, а не те, кого они могли убить по пути». Для большинства это, возможно, не имело смысла, но для Эстеллы — имело. С того момента она знала, что никогда не должна чувствовать вину за это, хотя всегда помнила, что у неё были другие варианты, чтобы выбраться из ситуации. А вот жалеть отца? Ни за что — как ни странно, даже в могиле он делал её жизнь настоящим адомадом. Стук в дверь пронёсся по её телу, вырывая из воспоминаний. — Это только я. Лана покрутила дверную ручку: — Давай же, эти сумки тяжёлые, Стелла! Она глубоко вздохнула, прежде чем повернуться к двери, сжать ручку и повернуть её. Лана глянула на неё одним взглядом, поняла всё и быстро вошла, закрыв за собой дверь. — Что случилось? — на её лице читалась забота. Она забрала сумки из рук Стеллы и повела её к новой кровати, на которую та ещё не садилась. Стелла долго думала, стоит ли рассказывать ей. Она понимала, что это просто заставит Лану звонить ей каждые пять минут, переживая за неё, что, впрочем, не мешало бы, но Стелла не хотела, чтобы вся жизнь Ланы вращалась вокруг того, чтобы никто снова не напал на неё. — Всё нормально, правда. Ты же меня знаешь, — солгала она, пальцы её нервно дергались на коленях. — Ты думаешь о Заке, да? — подняла бровь Лана, хотя Стелла её даже не видела, потому что смотрела в свой колени. — Немного… Я хочу его увидеть… — Нет, больше никогда я не позволю тебе это сделать, — твёрдо сказала Лана. — Я знаю, окей? Это такая же дурацкая идея сейчас, как и тогда, я понимаю. Зак был арестован после случившегося. Прошла целая неделя, так как она не хотела выдавать его имя, но в итоге ему дали срок — один год и шесть месяцев. Даже Стелла считала это странным, учитывая, что её едва нашли дышащей на земле. Но он был «хорошим парнем» без предыдущих проблем. Судья решил, что ему всё же стоит дать шанс на жизнь: поскольку он ещё был в школе, его отправили в ювенальный центр, и как только ему исполнится восемнадцать, все обвинения будут сняты с его записи. — Он не стоит того, Стелла. Когда ты это поймёшь? — продолжала спрашивать Лана, ласково проводя рукой по её плечу. — Ну, надеюсь, я смогу найти нового парня в этом… странном городке, — перескакивая с темы на тему, сказала Стелла, вставая с кровати и пожимая плечами. — Это точно не то, что я имела в виду, — улыбнулась Лана, качая головой. — Тебе лучше держаться подальше от парней. — Конечно, Лана, конечно, — на лице Стеллы появилась хитрая улыбка, получив в ответ закат глаз. Хотя она прекрасно понимала, что любой парень, проявляющий к ней интерес, страшил её до смерти. — Ладно, — зевнула Лана, вставая и хлопая себя по бокам, — думаю, мне пора идти. Стелла кивнула, широко раскрывая руки, как ребёнок, для объятий. Лана обняла её, покачивая туда-сюда. — Я буду по тебе скучать! — крепко сжала она. — Ты теперь живёшь всего в десяти минутах от меня, почему? — Лана пыталась отойти, но Стелла не отпускала. — Ладно! Ладно! — обе рассмеялись и, в конце концов, помахали друг другу на прощание. Как только дверь закрылась за ней, Эстелла наконец-то смогла осмотреть свою новую комнату. Она была довольно обычной, и она не жаловалась; наверное, потому что почти всю жизнь спала на футоне, и двухспальная кровать казалась ей настоящим раем. Она вздохнула, наклонившись к своим сумкам, убирая сначала самое главное: одежду, косметику, даже средства личной гигиены положила в ближайший ящик. Она не хотела сталкиваться ни с Ноа, ни со Стайлзом.