Глава 18, часть 1 "Чертоги воспалённого разума"

      Сан-Фран уселся на холодный пол, приняв необходимую позу. За окном капал дождь, иногда усиливая свой напор, а после вновь становился моросящим, так и не решаясь превратиться в полноценный ливень. А о приближающемся ливне свидетельствовали затянувшееся некогда голубое небо чёрными тучами и сверкающие молнии, сопровождаемые громом. Именно поэтому сеанс медитации был перенесен не во времени, а по месту. Кто бы мог подумать, что погода так резко изменится? Ещё утром было тепло и солнечно, а после обеда всё изменилось. Через приоткрытое окно доносились расслабляющие звуки природы и в комнате приятно веяло свежестью. Поэновцы попрятались по временным домам, бросив свои дела. Седрик заперся в лаборатории, а вот Ашра с Ло куда-то пропали. Хотя куда они могли ещё деться?       Прикрыв глаза, эльф принялся медленно совершать глубокие вдохи и выдохи, приступив к первому этапу медитации — отторжение. Всё его внимание было сосредоточено лишь на собственном дыхании и всём, что с ним связано. Гарант ловил каждый момент: то, как воздух входит через нос и попадает в нижние дыхательные пути, а следом в сами лёгкие, расширяя их. То, как воздух покидает организм, а вместе с ним и грудная клетка опускается. Большинство раздражающих факторов были устранены, кроме шума дождя и грома. Маг не был новичком в этом деле, поэтому его мало что могло отвлечь от полного погружения.       Через непродолжительное время получилось отбросить все мешающие мысли, которые его беспокоили. Всё, что касается Эбардо и его псов. Его только приходящее осознание того, что на самом деле произошло в тот злополучный день. Новый внешний вид, который невозможно принять. Все раздражающие факторы, происходящие в Эрессии, и, главное, то, что он совершенно случайно умудрился подслушать от Лололошки. Сейчас Франу была крайне необходима медитация осознанности, и все эти мысли помешали бы ему перейти к более глубокому этапу, который он давно не практиковал. Эльфу нужно было сейчас понять, что такого он мог упустить, взглянув на себя со стороны. Может, так он получит ответ на свои вопросы.       Спустя время в голове стало абсолютно пусто. Всегда так приятно и вместе с этим так странно. Весь негатив последних дней исчез, забрав с собой все чувства и эмоции по этому поводу. Остался лишь он, его дыхание, комната и шум природы. А вместе с этим, словно в виде лёгкой дымки, начали всплывать иные мысли, пришедшие из глубины сознания. Эти мысли уже были не сотканы из эмоций и чувств, а оказались мыслями разума. Гарант помнил, что их нельзя выбрасывать, как на первых этапах, а попытаться запомнить, чтобы в конце сеанса сложить в общую картину.       Постепенно ощущение нахождения себя в помещении начало уходить. Посторонние звуки ушли на второй план и казались чем-то иным, будто не из этого мира. Концентрация на дыхании уже не была такой сильной. Мысли полились потоком, иногда пересекаясь с вопросами на эти самые мысли, а к ним и возникали ответы. «Всем нам мешают временные парадоксы и общее настроение. А в чем заключается проблема парадоксов? В том, что мы не знаем, что или кто именно было подвержено изменениям. Что я знаю точно о парадоксах? Что если, по словам Джодаха, мы это не остановим, то Вселенная буквально схлопнется. А я не знаю, как это сделать. Но раз уж это такая серьёзная проблема, то почему уничтожения всего живого ещё не произошло? Времени было предостаточно. Неужто Кто-то это контролирует? Не по этой ли причине Джодаха давно не видно? Но он бы наверняка как-то об этом заявил… Тогда почему ты до сих пор не сложишь два плюс два?» Эльф нахмурился. Что-то пошло не так. Фран был убеждён, что ослабляет своё состояние и делает передышку, вместе с этим начиная практически рассуждать. После передышки он собирался приступить к этапу визуализации и растворению. Но кое-что его смутило. Последняя мысль не ощущалась его собственной, не исходила откуда-то изнутри. Будто кто-то другой направил этот вопрос в его голову. Перепугавшись, он начал быстро выходить из состояния медитации, решив попробовать в следующий раз. Но резкое прерывание делать было категорически нельзя. Особенно в состоянии глубокого погружения. Глаза удалось распахнуть, но к своему ужасу он не видел больше знакомых стен замка и не слышал шума за окном. Вокруг была лишь глухая пустота. Быстро подскочив с места, эльф попытался сообразить, что только что произошло. Под собой он видел собственное перевёрнутое отражение, настолько же яркое, как и он сам. Словно они были рисунком на картах. Отличием было лишь то, что отражение растягивалось как тень. Его телодвижение не отдалось резким звуком, а было глухим и еле слышимым, будто маг находился под водой. Где-то в груди и горле было неприятное ощущение, похожее на тошноту, которое часто возникает при резком пробуждении, а руки немного дрожали. — Ну не мог же я неосознанно из медитации перейти в астрал. Это же бред! — говорил себе под нос Сан-Фран, не прекращая оглядываться в надежде найти что-то похожее на выход. — И где же я, чёрт возьми? — Я бы на твоём месте лучше спросил, с кем ты. — послышалось со стороны. Гарант резко обернулся в сторону, из которой, считал, донеслись эти слова. Они эхом разнеслись по этому бесконечному пространству. Говоривший до подкрадывающегося всё ближе эмоционального припадка был знаком, а оттого и крайне нежелательным. Но после поворота там он никого не увидел. — А точнее, у кого ты. — пронеслось прямо возле уха. По телу пробежался холодок. Ухо, почувствовав чужое дыхание, напряглось. Быстро отшагнув назад, Фран обернулся и к своему горькому сожалению, всё же увидел Его. Он, легонько ухмыляясь, с задранным вверх подбородком, спокойно стоял, сложив руки за спину. Но выглядел внезапный оппонент немного непривычно. Слишком расслабленно. Волосы были чуть прибраны, нежели наполовину закрывали лицо. А из-под них на мага глядели глаза. Спокойно, совершенно не хищно или высокомерно. В них не читался глубокий анализ; они не бегали из стороны в сторону, изучая. А были просто направлены ровно в чужие тёмные глаза, от которых совершенно не веяло спокойствием. А скорее страхом. Страхом неизвестности. А так же нарастающей злобой. — «У кого» я понял. — с нескрываемой язвительностью ответил Сан-Фран и выпрямился. — Но где именно «у кого»? — Хотелось бы узнать твои предположения. — начал свою мини-игру пустотный маг и наклонил голову в бок. Казалось даже, что он хвастался своим мастерством. Тем, что он сумел проделать и ожидал сейчас похвалы. — Хотелось бы получать ответы на свои вопросы сразу. — не стал поддерживать очередное представление эльф. — Мне казалось, что ты более податливый. — Когда… —… кажется — крестится надо. — одновременно вместе с ним договорил зеленоглазый. Маг напрягся. — Помню я эту «гениальную» цитату. Остроумно. Жаль только, что кое-кто позабыл все манеры и ведёт себя в чужом храме по-хозяйски. — То есть, я нахожусь в твоём разуме?.. — предположил Фран. Собеседник многозначительно вскинул одну бровь и сразу же опустил её. — Если это так, то что тебе от меня надо? Чего ты хочешь? Что, тебе поговорить больше не с кем? — Не думаю, что такие вопросы будут уместно адресованы в мою сторону. — задел за живое Эбардо, от чего гарант подрастерял свою уверенность. — Могу лишь представить, каково это узнавать о себе такие вещи. Тем более за спиной. Франу оставалось лишь вздохнуть, поджав губы. Всё-таки ему говорили правду. И ладно, если бы Лололошка сам лично высказал всё то, что на самом деле думает о нём. Больнее всего было это случайно подслушать. Причём неприятнее всего было от того, кому именно эти слова были высказаны. Это совершенно на него не похоже. Ло, которого он знал и помнил, подобными фразами не раскидывается. Маг больше поверил бы в то, что сам смог выпалить подобное. Да даже несдержанная Ашра. Но никак не новичок. А точно ли это не какая-то галлюцинация, специально вызванная прямо перед ним стоящим преступником? Или на характере отразились всё те же парадоксы? Эбардо самодовольно ухмыльнулся. Всё ведь знает, гад! И явно хочет чем-то поделиться с ним. Не просто же так связался. Стоит рискнуть и подчиниться этой игре, как бы внутренняя гордыня этому не противилась. Он же хотел узнать ответы на вопросы. Хотел узнать то, что упустил. Вот и получает. Бойтесь своих желаний… — Хэх, неужели в голове такого гения так пусто? — выпалил первое, что взбрело на ум беловолосый эльф, чтобы не дать тому полностью завладеть ситуацией. — Пусто не в моей голове, а в той, чьей сознание не может вообразить ничего более, кроме пустоты. — не растерялся Эбардо, но был явно задет, о чём свидетельствовало нервно дёрнувшееся нижнее веко. А произнёс он это с таким выражением лица, словно говорил с глупым учеником, который не может уяснить простого урока после многократного объяснения. — Давай помогу тебе решить эту проблему. Пустотный маг делает пару настойчивых шагов в сторону эльфа. Он, противясь подобной близости, отшатнулся от преступника, совершая шаг назад. Но Эбардо это никак не остановило и останавливать не собиралось. Брюнет резко ухватился своей холодной рукой за чужое предплечье и дёрнул в свою сторону. Сан-Фран только хотел начать вырываться, но уже было не зачем. Бескрайняя пустота сменилась приятного вида кабинетом. Стен не было видно за книжными шкафами из тёмного дерева, которые были забиты всевозможными книгами. Помимо них свободные места занимали декоративные вазы, статуэтки, не понятно с какой целью поставленные в угол большие часы, стрелки которых накручивали хаотичные круги как по часовой, так и против. Так же были иные предметами интерьера: закрытый шкаф, тумбочка с двумя выдвижными ящиками. Над ней висела незамысловатая картина в позолоченной раме с изображением какой-то деревушки в позднее время. «Потолок» представлял собой бесконечное тёмное пространство с россыпью звёзд, напоминавшее космическое. Казалось, что помимо открытого пространства, там было что-то ещё. Что-то наподобие парящих и находящихся в еле различимом движении остатков былых строений. Напоминало чем-то парящие острова Междумирья, в зоне уже бывшей Видомнии. Под ногами ощущался ковёр, а в одну из стен был встроен камин, который служил единственным источником освещения. Перед этим камином был схожего со всем интерьером деревянный стол, за которым в кресле уже расположился сам хозяин сих владений. Он, запрокинув ноги на столешницу, наблюдал за реакцией гостя, вернув свой анализирующий взгляд. Волосы вновь приняли более неряшливый вид, будто по-домашнему, а в правой руке тот покачивал бокал с тёмной жидкостью. Рядом с брюнетом, на краю столешницы беспорядочно лежали три книги чёрного, голубого и бордового цветов. На этом же столе расположилась начатая партия в шахматы. Несколько белых пешек со слоном и одна чёрная были убраны с поля. Оставшиеся белые разбрелись по полю в каком-то хаотичном порядке. Слон направлялся к середине, будто не был частью сей системы, а король уверенно двигался почти в самом впереди. На расстоянии нескольких клеток двигался ферзь, а через клетку — один из коней. Чёрные фигуры, напротив, двигались больше по правилам игры: пешки, будто пушечное мясо, были ближе всех к центру. Король спрятался у самого начала поля, а вот ферзь вышел почти вперёд, будто вёл своё войско как полководец, но не он был главной фигурой. Рядом с самой сильной фигурой этой игры шла ладья, будто вассал. И иронично, что именно чёрный цвет был на стороне хозяина. Но с кем он мог играть буквально в своей же голове? Навряд ли этот преступник что-то такое выделяющееся разместил бы без необходимой на то причины. Особенно с учётом того факта, что партия находилась в поле зрения Франа. Зная этого персонажа, подобные моменты должны иметь свой скрытый смысл. Да и возникало ощущение того, что игрок белой стороны совершенно не умел играть и двигался наобум. Кто в здравом уме выведет короля? Как же весь этот антураж не вязался с личностью, владевшей таким сознанием. Будто этот человек был не тем, кто ему давно знаком. Или же, напротив, они чего-то о нём не понимали, или понимали совершенно не так. Казалось, что сюда бы больше подошёл некий артхаус, бесконечно сменяющаяся картинка, которая бы довела до потери сознания, переворачивающиеся стены, разбросанные не только на полу, а летающие в пространстве предметы, прямо как над ними сейчас. Да даже пресловутый королевский трон, растущий из всех щелей скинтонит и пустотные твари, которые будут кошмарить любую заблудшую душу, как его. А никак не старомодной, но приятный и по-своему родной кабинет. Нет, разумеется, отсутствие потолка и заставляющая задуматься партия в шахматы нагоняли неприятное послевкусие пребывания в этом месте. Но чувство чего-то домашнего и некого дежавю перебивали эти мысли. По факту это место можно было назвать лишь трансляцией собственной реальности, творящейся прямо сейчас в чужой голове, и по своей натуре она должна быть пустой, лишённой жизни. Но Фран четко чувствовал под ногами мягкость ковра, ощущал жар камина и ледяную руку, которая его сюда перенесла. От таких мыслей мог бы начаться плавиться мозг. Слишком реальным выглядело происходящее. Но спокойная интонация, поведение и взгляд вынужденного собеседника, а так же антураж успокоили эльфа, и он теперь был скорее озадаченным, чем напуганным и злым. И самым необычным, что он для себя отметил, было, что Фран получил расслабление. Такое же, будто вновь проходил первый этап медитации, сидя на полу, слушая шум дождя и дыхания. Не выходило ни злиться, ни испытывать страх. Отчего по большей части он и был озадачен. — Что, неожиданно, да, что в голове такого маньяка, как я, так всё слаженно и умиротворённо? — решил поинтересоваться хозяин, почувствовав сменившиеся настроение гостя. Хитро щурясь и ухмыляясь, он принял нормальное сидячее положение, а после пригубил из бокала и поставил его на стол. — Это был риторический вопрос. Признаюсь честно, сегодня в мои планы ты не входил. Но иногда приходится идти против своих же планов и принципов. Сам прекрасно понимаешь, о чём я. В жизни всякое случается. Иногда приходится подстраиваться под обстоятельства. Мне вот, к примеру, вместо того, чтобы давно осуществить свою задумку, приходиться ходить обходными путями. Такими длинными. Со множеством ответвлений от главной дороги. — Эбардо задумчиво уставился на бокал, в которым отражался пляс огня. — Но это всё лирическое отступление. — Тогда, может, перейдём к сути? — спросил Сан-Фран, скрещивая руки на груди по большей части для удобства. — Мне думалось, что ты творческая личность. — высокосерно произнёс зеленоглазый, не отрывая взгляда от стеклянного предмета. Постепенно его голова становилась всё ближе к бокалу, пока он полностью не сгорбился. — Жаль. — Во-первых, к чему это всё? А во-вторых, про творчество я буду со своими близкими обсуждать. Уж точно не с тобой. — вновь начал заводиться эльф. Ведь он просто хотел, наконец, расслабиться и побыть наедине со своими мыслями. А не выслушивать очередной бред сумасшедшего. Даже вдумываться не хотелось в смысл сказанного. Настолько ему было наплевать на него. — Я долго буду ждать? Если и дальше это продолжиться, то я сваливаю отсюда! Давно пора. Не понимаю, для чего я веду с тобой диалог. С тобой! Ладно про твои дедовские рассуждения про потерянное общество я привык, но новый прикол я терпеть не готов! — Слушай, Франческо, это всё как-то не серьёзно. — проговорил преступник нарочито спокойным тоном, от которого по телу быстро пробежали мурашки. Теперь он звучал не как учитель, а суровый начальник. Брюнет, наконец, поднял взгляд на собеседника и глядел на него исподлобья. — Что за глупое ребячество? Мы с тобой взрослые человек и эльф. Но у меня ощущение, будто я разговариваю с мальчишкой. — Эбардо медленно выпрямился, а после так же поднялся с места и направился прямо к магу, огибая кресло со столом. — Так не пойдёт. — он практически вплотную подошёл к хмурому гаранту. Слегка приблизив голову, пустотный маг с насмешкой на губах заговорил полушёпотом. — Да и к тому же. Как ты выберешься отсюда, м? Сан-Фран задумался. Ведь и правда, он не знал, каким образом можно выйти отсюда. Его слова больше исходили от импульса, а не от плана, на который тот опирался и знал, как действовать. Для начала он не знал даже, каким точно образом сюда попал. В магии ли дело? Беловолосый не припоминал, чтобы им в Академии рассказывали о подобном случае. Может, медитации и всем с ней связанным их научили на первых двух курсах, но он был точно уверен, что не было ни малейшего упоминания о таких способностях. Так же эльф точно помнил, что и на иных предметах, как-либо связанных с магией, никаких упоминаний опыта перемещения из состояния медитации в некое пространство чужого сознания не было. Не на всеобщей магии, не стихийной. А пустотной магии никто не обучал из-за редкости способности. Так что ему остаётся только гадать. В принципе, за всю свою жизнь Фран знал лично только четырёх пустотных магов, и каждый из них свою способности использует по-разному и абсолютно на разных уровнях. И если всё же дело и правда в магии, то никак в своём положении противостоять гарант не сумеет. В чужой голове, где всё пространство целиком подчиняет себе лишь Эбардо, который, к тому же, может с лёгкостью прочесть мысли. Здесь до банального даже обычной двери не было, а значит, и стандартного способа выхода. Всё произойдет лишь по воле хозяина. И выпустят его только после того, как преступник получит то, чего хочет. Развитию мысли так же не способствовало находящееся в нескольких сантиметрах чужое лицо рядом с собственным, от которого он пытался всячески увернуться, отодвигаясь дальше всем корпусом тела. Разумеется, преступник знал, насколько сильно гарант не любит нарушение личного пространства чужими людьми или теми, кто ему очень неприятен. Знал и пользуется этим, наслаждаясь процессом. Конечно же, было ярое желание поддаться провокации и попытаться врезать в эту ненасытную морду. Но мгновение ранее хозяин этого пространства сам говорил о его податливости. Не хотелось подтверждать очередные его теории и убеждения, что привело бы Эбардо в истеричный восторг. Будто именно это и подпитывало его безумие… — Да, знаю. Никак. — решил прямо сказать беловолосый эльф. Пустотный маг отстранился, слегка приподняв брови. — Вот и хорошо. — улыбнулся каким-то своим мыслям брюнет и отвернулся. — Ох, где же мои манеры? Даже не предложил гостю присесть. Пустотный маг продолжил удивлять своими высказываниями. Но слова больше походили не на внезапное озарение или собственное порицание, а были демонстрационными. Чего, конечно же, он и не пытался скрыть. Теперь становилось яснее, каким образом он мог убеждать перейти на свою сторону других мироходцев. Если он всегда перевоплощается в такого вежливого и рассудительного человека, способного вести деловой разговор, и только после открывает своё истинное лицо, то понятно, почему столько людей его слушает. Внезапно возле стола появилось ещё одно кресло. Оно было направлено почти диагонально к хозяйскому, в котором вновь удобно расположились и ожидали дальнейших действий гостя. Фран, не долго думая, принял приглашение и присел. Только после этого он заметил второй такой же стеклянный бокал и сразу понял, к чему клонит сидящий напротив. Тут же ёмкость самостоятельно заполнилась наполовину того же цвета жидкостью, что у Эбардо. Вино. — «Что же я творю?..» — подумал про себя Фран и взялся за стеклянную ножку. Как же не хотелось этого делать. Но навряд ли был другой выбор. — Играешь в русскую рулетку. — пришёл моментально ответ. — За сотрудничество. От этих слов у гаранта внутри всё будто скрутило. Преступник, полностью это игнорируя, поднял вверх бокал в знак тоста. Фран заглянул внутрь винного бокала и увидел в нём своё еле зримое, растерянное выражение лица. На ровной зеркальной поверхности жидкости появились колебания из-за одолевшего тремора. Стало противно не только от ситуации, но уже и себя самого. Возможно и стоило проявить характер до попадания в «кабинет». Но было уже поздно. Тут оставалось лишь глубоко выдохнуть и продолжить отыгрывать то, что он начал. Подняв взгляд, эльф увидел, как зеленоглазый чуть наклонил голову в бок, выжидая. И ожидание его оправдалось. С горечью в груди беловолосый повторил за хозяином, и в помещении раздался неприятный звук бьющегося друг о друга стекла. После своеобразного тоста Эбардо не стал медлить и немного отпил содержимое. Но бокал на стол не поставил, а оставил в руке. Он снова принялся покачивать жидкость и наблюдать за её плавными движениям, словно зачарованный. Но вот Сан-Фран медлил. По правде говоря, несмотря на стереотипы об эльфах, вина он не любил. Да и не в любви тут было главное дело. Он намеренно не торопился отпивать, принюхиваясь к содержимому. Но никакого запаха миндаля или корицы маг не почувствовал. Да и навряд ли бы кто-то стал его травить. Хотя было бы довольно красиво, но вместе с этими весьма прозаично. К тому же невозможно было отравиться плодом чьего-то воображения. Даже такого реального и осязаемого. Осторожно пригубив из бокала, во рту оказался резкий вкус спиртного, а следом и в горле. Еле заметно скривив лицо, он проглотил напиток целиком. Через мгновение на языке появился приятный сладковатый привкус, а горло обдало теплом. Хмыкнув, гарант сделал ещё один глоток, но побольше. Не такого эффекта Фран ожидал. Возможно, это был его первый раз, когда он пробовал реальное вино, поэтому вкус не казался таким отвратным. А может, и вкус был не мерзким по прихоти хозяина, да или вовсе дело было в возрасте. Вновь заглянув в бокал, тот увидел своё отражение, насколько это можно было сделать, но уже расслабленное. Лоб выровнялся от мимических морщин, вызванных сдвинутыми до этого к переносице бровям. Губы не были такими поджатыми. В глазах не читалась тревога. И не было видно порезов на лице… Фран осторожно дотронулся двумя пальцами до лба, откуда начинались его раны, и стал вести по давно запомнившейся ему линии, не веря в происходящее. Он привычно ожидал ощутить пощипывание в травмированной области от прикосновений, неестественное углубление и ровные выпуклые края. Но ничего не почувствовал. Не над бровью, не на переносице, даже на спинке извилистого носа и щеке. Лишь гладкость прежней кожи. Словно никаких ранений никогда на этом месте ему не оставляли. — А почему бы и нет? — пожал плечами Эбардо, а сам не переставал пялиться, как заколдованный, в свой бокал. На губах заиграла хитрая и самодовольная улыбка. Как у ребёнка, которому удалось провернуть мелкую пакость и не быть замеченным. — Хорошо. Никакого ребячества. Я настроен на разговор. — твёрдо заявил эльф. — Умничка! — протянул зеленоглазый, уже полноценно улыбнувшись, обнажив зубы, которые в некоторых местах были кривоваты. Пустотный маг после этих слов опрокинул бокал и махом допил всё содержимое, будто это было не крепкое спиртное, а обычная вода. Покончив с вином, он за ненадобностью вышвырнул ёмкость в камин. Стекло, не свойственно ему, воспламенилось. Языки пламени жадно, словно спичку, поглотили выброшенный в него предмет и заплясали ещё энергичнее. Раздался трескающийся звук, свойственный полену, и сноп зелёной энергии рассыпался прямо из очага в пространство вокруг жаровни. Брюнет встал из-за стола и направился в противоположную сторону от него. Сан-Фран, который ещё переваривал огненное шоу, поднялся со своего места, оставив бокал в покое. Пустотный маг дошёл к часам «Безвременья» и остановил хаотичный процесс, задумчиво настраивая стрелки. Остановив время приблизительно на 16:37, он двинулся дальше. Но когда мимо часов прошёл эльф, все стрелки попадали вниз и перестали двигаться вовсе. В какой-то степени почему-то было даже обидно. Они вдвоем подошли к одному из книжных шкафов. Эбардо рукой провёл в воздухе возле полок, шевеля пальцами в поисках необходимой книги. Вытащив какую-то довольно тонкую книжонку, на вид приблизительно страниц в сто сорок, он повертел её в руках, изучая обложку коричневого цвета. Нахмурив брови, видно не сумев определить на вид содержание, преступник открыл издание и остановился сразу на второй странице. Вмиг лицо его скривилось, и он вышвырнул её за спину, как тот бокал. Книга, не достигнув пола, точно так же рассыпалась на зелёные частицы пустотной магии. Эбардо вдумчиво окинул взглядом шкаф, а затем быстро махнул рукой около полки, с которой была взята эта книга. Весь ряд вспыхнул зелёным пламенем, захватив с собой парочку книг с полки ниже. Огонь с жадностью поглотил все рукописи и словно стал заинтересованно подглядывать на соседние полки, иногда вздымая свои языки. Но воли хозяина ослушаться боялся, поэтому пожирали лишь выделенную им часть. У Франа не было никакого объяснения происходящему. Эльф, вскинув бровь и скривив губы, наблюдал за сией картиной. Что опять вытворяет зеленоглазый и с какой целью? Опять началась показуха, которая так его раздражала? Или это что, такой способ сбить с толку? Но зачем? Ему самому надо донести определенную мысль до гаранта, и тогда это логически не вяжется. Видно и начался тот самый артхаус, о котором в начале своего пребывания в чужом разуме подумал маг. Когда от былых книг остался сплошной чёрный пепел, пустотный маг смахнул его, очищая полку. Затем он сделал шаг назад, оценивая проделанную ликвидацию целого издания, и сделал очередной взмах рукой влево. Все книжные шкафы по команде быстро стали сдвигаться в один центр, становясь с каждым движением более и более плоскими, пока с обеих сторон все бывшие предметы интерьера не стянулись к камину и будто спрятались за ним. В этот же момент огонь в топке погас, и кабинет погрузился во мрак. Было тяжело разглядеть что-либо даже на расстоянии вытянутой руки. Единственное, что хоть как-то способствовало некому освещению, было фактическое отсутствие потолка. Прищурившись, Сан-Фран сумел разглядеть своеобразную арку, вроде как каменную, на том месте, где только что брюнет уничтожил целое собрание книг. По бокам от арок были выступы прямоугольной формы и обрамлённые своеобразной рамкой. Внутри них были углубления уже поменьше раза в четыре. Гарант заметил, как Эбардо приподнял руку на уровне головы, и в ней зажёгся свет магии, будто тот держал в руке спичку или зажигалку. Одним лишь движением кисти и пальцев маг направил этот свет сначала в правый выступ, а затем в левый. В них по очереди зажёгся огонёк, хоть как-то осветив небольшую область вокруг. Сразу стало видно, что эта самая арка представляет собой запертую дверь или небольшие ворота из серого камня, а в самом центре находилось квадратное углубление. Внутри него расположился ромбовидный объёмный камень, не отражавший свечения магии. Через мгновения активации небольших врат от выступов к середине потянулись две зелёные магические линии. Когда их концы сомкнулись на середине, камень центра зажёгся. Следом две части каменных врат стали сдвигаться внутрь стен с характерным звуком, образуя проход. — Добро пожаловать. — совсем не по-доброму сказал пустотный маг, когда с грохотом врата отворились полностью. Фран хотел поинтересоваться «куда именно», но немой вопрос так и повис в воздухе. Эбардо, оглянувшись назад, направился к тому самому выходу, о котором недавно так грезил гарант. Но эта перспектива уже не казалась такой облегчающей. Прямо за стенами кабинета чужого разума оказался коридор, из которого вело два пути: налево и направо от выхода. Преступник смело перешагнул порог, с позволения сказать, помещения и свернул влево. Маг двинулся за ним. Как только кабинет покинула последняя живая душа, каменные плиты вновь сдвинулись, отрывая возможность Сан-Франа уйти назад. Коридор уже не был таким уютным и гостеприимным. Он был довольно узким и в нём, в отличие от прошлой локации, был потолок. Всё это пространство словно сдавливало и от сюда хотелось поскорее убраться. Пустые каменные стены украшали лишь тусклые факелы по обе стороны, расположенные друг от друга примерно на расстоянии шести метров. Пол был усеян лужами разных размеров и глубин. Эльф периодически наступал в них, не замечая, от чего становилось ещё противнее. Хозяин сознания уверенно двигался впереди, сложив руки в карманы. Его шаги раздавались эхом в пустом коридоре. Такая прогулка могла бы продолжаться вечность, но через непродолжительное время зеленоглазый свернул вправо, попав в абсолютно идентичный коридор, а пройдя ещё несколько метров до тупика в стене, где, по идее, должна была быть дверь, расположилась дыра в более чем полметра над уровнем пола. Она выглядела так, будто бы совершенно не должна была там находиться. Так, словно некий монстр, порожденный воспалённым мозгом, сам выкопал себе проход и сейчас прятался в одной из ветвей этого жуткого места. Брюнет запрыгнул на край дыры и, как истинный джентльмен, подал руку своему гостю. Маг поджал губы, отказываясь от жеста доброй воли, и брюнет сразу же безразлично развернулся и побрел вглубь, исчезая во тьме. Чтобы не потерять его изведу и навсегда не стать частью безграничного чужого сознания, Фран направился следом. Пройдя неровный путь, несколько раз чуть не споткнувшись о выпирающие во тьме камни, он выбрел в довольно фантастичное место, где его уже дожидались. Спрыгнув с края вырытого туннеля, беловолосый эльф оказался на широкой плите шестигранной формы, парящей в воздухе. Впереди парили такие же плиты разных размеров и на разной высоте, образуя некую лестницу. Эбардо стоял у самого края платформы, сложив руки за спину, и наблюдал за творением своего разума. Сан-Фран подошёл к нему поближе, продолжая осматриваться. Всё пространство было идентично тому, что маг видел в том кабинете вместо потолка. Лестница из платформ вела к стене, состоящей из больших кубов и параллелепипедов. Издалека было трудно увидеть, но будто на этих фигурах были выгравированы иероглифы или иные символы. Встав так же у края, маг решил взглянуть, что находиться внизу. Опустив голову, чуть наклонившись, его взору предстала такая же бесконечная тьма пустоты. Та стена тянулась вниз, не имея конца, полностью пропадая из зоны видимости, погрузившись во мрак. В небе, если его можно было таковым назвать, парили такие же остатки громоздких камней, как в прошлой локации. Сан-Фран взглянул на пустотного мага. Тот внимательно смотрел на него, прищурив изумрудные глаза. На губах играла лукавая улыбка, а голова наклонилась чуть в бок. С момента перехода в коридоры разума Эбардо не проронил ни слова, чему впервые эльф был не особо рад. Эта молчанка в бескрайнем пространстве начинала напрягать. — «Мы так и будем молчать?» — подумал гарант, уставившись в хитрый прищур. — У меня всё просчитано. Не стоит беспокоиться о времени. — прочитал его мысли пустотный маг, и лицо приняло более «нормальный» вид. Он вновь принялся любоваться местным пейзажем. — Знаешь, Франческо. Мне кажется, мы не с того начали наше, так скажем, знакомство. Предлагаю начать всё сначала. Я «забуду» про то, что из-за тебя я долгие годы просидел в тюрьме, а ты простишь мне то, что тебя так не устраивает. Мне очень польстило, что ты буквально был готов простить меня за тот инцидентик в твоём мире. Хоть это и слишком наивно, но очень мило. Я польщён. — Хорошо, опустим тот момент, что «простить» тебя я был готов только ради своих друзей. Я не Лололошка, чтобы давать всем шансы. — парировал Фран. Преступник всё так же продолжал разглядывать окружающее его вокруг пространство, пока эльф в упор смотрел на него, изредка метая взгляд в сторону плит. — Но какая для тебя выгода от меня? — Пха-ха-ха-ха! — расхохотался тот, озадачив собеседника. — Выгода! — А зачем тогда тебе нужно такое «знакомство»? — совершенно не понял такой логики Сан-Фран. — Хм… — Эбардо нарочито подставил указательный палец к подбородку и стал им постукивать, вертясь то вправо, то влево, задирая голову. — Нет, ты ещё не настроился. — Внезапно зеленоглазый совершает прыжок и долетает до ближайшей плиты. Пройдясь до её края, он повторяет движение и оказывается на плите ещё выше. — С-стой! — воскликнул гарант, наблюдая за удаляющейся от него фигурой. Пустотный маг его проигнорировал. — Да ты издеваешься… Зарычав от раздражения, беловолосый эльф подошёл к самому краю платформы так, что за её приделы выглядывали носки его кед. Другая плита парила на расстоянии приблизительно двух метров от него и находилась выше. Внизу бескрайняя пропасть. Без магии тут никак не обойтись. Интересно, а если спрыгнуть вниз, то он расшибётся и умрёт даже в реальности или сумеет вернуть себя в своё тело, буквально выпрыгнув за пределы сознания? Заглянув в устрашающего вида бездну, Фран сглотнул. Пока он тут собирался, Эбардо давным-давно мог уйти. Что ж, была не была. Маг оторвал одну ногу, и она повисла прямо над тьмой. Мысленно перекрестившись, эльф совершил шаг веры в чудесное стечение обстоятельств. Моментально от чувства свободного падения внутри всё сжалось, а сердце будто остановилось. Но это чувство длилось не долго. Гарант остановился, повиснув, а затем его не спеша вытолкнуло обратно и теперь он сам парил в пространстве. Вторая платформа была теперь на уровне пояса. Но это чувство не ощущалось как полет при использовании магии. Больше казалось чем-то средним между нахождением в болоте и одновременно с нахождением на льду. Его так и норовило опрокинуть назад, но после вновь выталкивало. Для большего равновесия он расправил руки и попытался шагать по этой материи. — «Да уж. Было наивно полагать, что Этот этого не продумал. — размышлял Фран, забираясь на шестигранник. Ноги неспешно приземлились на каменную поверхность, и маг ощутил от этого облегчение. Подняв голову, дабы найти хозяина чертогов, он ничего не увидел, поскольку весь обзор загораживали плиты и островки, на которые он только сейчас обратил внимание. — Что, какую ошибку я допустил на этот раз? Задал очевидный вопрос?» Гарант решился попробовать сделать точно такой же прыжок, как и зеленоглазый. На всякий случай отойдя к краю, эльф принял стойку для разбега, выставив левую ногу вперёд и слегка пригнувшись. Мысленно досчитав до двух, Сан-Фран пробежался практически до другой стороны, а затем совершил прыжок. Маг почувствовал, как некий порыв подхватил его, донеся при помощи своей силы до следующей плиты. Он, будучи опытным магом, к полётам и чувствам, вызванным ими, относился равнодушно из-за привычки. Но не ощущая вес палочки в руке, не чувствуя излишка магии при использовании заклинания, которая словно возвращается через пальцы обратно в тело, и не произнеся необходимого заклинания, это выглядело фантастично. Вновь устремив свой взгляд в предполагаемое место, а точнее по факту, единственное из возможных, куда пустотный маг мог деться, эльф увидел довольно широкий проход, но не того, кого искал. Выдохнув, закатив глаза, он поспешил, чтобы преодолеть, наконец, весь путь и поскорее вернуться домой. — «Вот я ему про Ивана, а он мне про болвана… — недовольно подметил беловолосый и добрался к выпирающему кубу, где и был проход в иную локацию. — Почему, когда я так хочу заполучить ответы, заглатываю лишь очередные вопросы и кое-что ещё? Я буду проклинать тот день, когда я захотел помедитировать…» На этот раз его привели в некий архив. Само помещение было цилиндрической формы. Не имевшие зримых концов книжные ряды и чередующиеся с ними выдвижные ящики закрывали стены помещения, как в том кабинете. Эбардо, не дождавшись появления в этом же месте своего гостя, уже был занят делом. Он парил на уровне тринадцати метров, просматривая каждый из ящиков. Не находя в них «лишних» данных, дверцы захлопывались, и пустотный маг переходил к другим. Если же находил, то точно так же выжигал. Сан-Фран прошёл вглубь архива по небольшой дороге, примыкающей по форме помещения к стеллажам. Вглядываясь в книги и закрытые ящики, возникало желание попробовать заглянуть и узнать, что в себе они содержат. Но как бы потом не отхватить от этого архивариуса за хозяйничество. Навряд ли он оценит такой номер. Маг уже замечал, как начинает напрягаться преступник. Не дай бог ещё его спровоцировать. Фран находится в очень уязвимом состоянии. Ничего Эбардо не помешает избавиться от него, пока эльфа заманили в ловушку. Но кое-что его всё ещё останавливает. — Порой полезно покопаться в собственной голове и навести там порядок. И нет, гости мне совершенно не мешают. — заговорил зеленоглазый и начал спускаться. — Концентрация — полезная вещь. — он два раза отряхнул ладони друг о друга, словно выполнял до этого пыльную работу. — Безусловно, любая информация несёт в себе ценность. Но так же она порождает различный мусор и шлак. И иногда полезно подчищать, чтобы не засорять память. К сожалению, память имеет свойство заканчиваться, а для меня очень важным является её наличие в неискаженном виде. — зеленоглазый задумчиво, даже мечтательно уставился куда-то вверх. — Так… — кивнул эльф, ожидая продолжения мысли. — Рад, что в этом ты меня понимаешь. — продолжил тот. — А в чём тогда надо, чтобы я тебя понял? — поинтересовался Фран, заглядывая наверх. Пустотный маг издал смешок. — Нет, я не буду уподобляться твоей «философии» и тебе в целом. Если так не понятно. — Ох, как ты не понимаешь, что у меня нет цели тебя переубедить. Я просто не хочу этого! Я не для этого трачу свои силы, чтобы совершить и так провальное дело. — отрицал Эбардо. Внезапно взгляд гаранта что-то зацепило. Под единственной платформой, на которой можно было стоять, на одной из полок сидело высокое гуманоидное, полностью чёрное существо, выглядящее так, словно было газообразным. Глаза в виде двух светящихся точек в упор пялились на мага. Возникала мысль, что оно выползло откуда-то снизу и двигалось дальше, пока его не заметили. По телу пробежался холодок. — Нет. Мне уже понятно, что из всей вашей шайки только у тебя соображалка работает, а мозг выполняет свою прямую функцию, точнее её наиболее близкое подобие. Нет-нет-нет… — зеленоглазый демонстрационно покачал головой, совершенно не замечая чужого испуга. — Чем ты мне симпатизируешь. У тебя есть своё мнение. Какое-никакое, но всё же своё. И мне не хочется, чтобы такая редкая в наше время черта угасла. Мне просто надо, чтобы ты уяснил одну простую, но в то же время сложную в плане масштаба вещь. Преступник номер один побрёл дальше, завернув в другое помещение, разделенное с цилиндрическим высоким арочным проёмом. За ним скрывалось продолжение архива, но привычной, прямоугольной, формы. Пол устилала ромбовидная плитка, а потолок еле заметно, но всё же виднелся. Зеленоглазый, ушедший далеко вперёд, бродил по собственному разуму, будто бы что-то выискивал. Явно уж не проводил экскурсию. Но сложно было ответить, что именно тот ищет: какие-то затерянные тайны своей головы или нечто более глубокое, что недоступно посторонним для понимания. Сейчас Франа это перестало волновать. Он уже лениво брёл за брюнетом, периодически оглядываясь назад, чтобы удостовериться, что за ним нет никакого преследования. Но внезапно, обернувшись в очередной раз, тот увидел, как из-за арочного проёма медленно появилось три пары светящихся глаз. Все эти жуткие плотоядные взгляды следили за беспомощной в этой ситуации жертвой. Части, с позволения сказать, тела, которые напоминали руки, схватились за проём, и пространство за ними будто начало темнеть, вместе с этим маскируя их. А затем во мраке показалась уже из пропасти четвертая пара и присоединилась к своим собратьям-наблюдателям. Перепугавшись, эльф поспешил догнать пустотного мага. Впервые он почувствовал в его лице безопасность. Хотелось уже поскорее прекратить этот кошмар, который с каждым разом становился всё хуже и страшнее. Интересно, догадается ли кто из его друзей, да даже Шрама, проверить его? Ах, да, точно! Фран сам строго наказал, чтобы никто его не беспокоил, пока тот сам не выйдет из комнаты. А если кто-то нарушит его волю, то того настигнет кара божья в виде гневной тирады. Гений. Просто похлопаю. — Вселенная — это сложная система. Слаженный и сложный механизм, состоящий из множества шестерёнок. Каждая эта шестерёнка является важной частью системы, и если одна из них выйдет из строя — система сломается. — наконец начал Эбардо. Резко повернув голову вправо, он вскинул руку. Эльф увидел маленький не гуманоидного происхождения силуэт на нескольких лапах, сотканный из той же материи, что и те преследующие, а по форме напоминающий короткую ящерицу, но без слишком выделяющегося хвоста и головы. В него прилетел луч заклинания, и он, издав болезненный скрежетчатый взвизг, быстро попятился назад, спрятавшись среди книг. Но по какой-то неведомой причине тех высоких тварей, явно представляющих наибольшую опасность, преступник не трогал и игнорировал. Навряд ли он их не замечал или не видел состояние эльфа. Если же не один он их видел.— Брысь!.. На выход шестерёнок из строя может повлиять множество факторов: неправильное мнение, решение, тупость и прочее. Думаю, ты знаком с выражением «Вселенная всегда стремится к порядку». Так вот, я же считаю, что вселенной не сама стремится к порядку, а порядок ей просто необходим, но его можно подстроить под себя. Конечно, не все вещи можно поменять. Что-то является фундаментальным или вовсе пророческим, то есть имеется определенная вероятность того, что произойдет именно такой исход. А вот кое-кто этого не понимает. Не понимает и делает так, что эти устойчивые шестерёнки могут меняться во всех десяти-одиннадцати пространственных измерениях или раздваиваются. И это несмотря на то, что живут они всего лишь в трехмерном мире. И из-за того, что в этих шестерёнках возникают сбои, другим, более возвышенным, приходиться исправлять сбои, дабы избежать более серьёзных проблем. У Франа чуть челюсть не отвисла. И не от того, что до него дошла истина, а от неописуемой наглости! О каком порядке может рассуждать тот, кто порождает исключительно хаос? Тот, благодаря кому они не живут в покое долгие месяцы. Тот самый человек, которой обрёк весь его мир на мучительные страдания на долгие годы! А сейчас он разбрасывается подобными рассуждениями. Никаких слов не хватит описать его бешенство в этот момент. Никакие маты и иные ругательства не смогут выразить его состояние. Никакая грубая сила не поможет ему. Отсюда даже нельзя было выбраться. И как же эта беспомощность отвратительна. — Но мне не нравится, что ты меня совсем не понимаешь. Не разочаровывай меня в край, Франческо. — В чем проблема сказать напрямую? — уже сквозь зубы спросил эльф, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — В отсутствии азарта. — ехидно улыбнулся Эбардо. — Скажи честно: ты меня выдернул, чтобы поиздеваться в лишний раз? — напрямую задал волнующий вопрос гарант. Злые тёмные глаза исподлобья выискивали истину в чужих изумрудных, которые становились всё более и более раздражающе насмешливыми и прищуренными. Чем сильнее Фран злился, тем ярче и шире становилась улыбка на лице его недруга, которая и вызывала большее раздражение у эльфа. — Сука! Я тебе не кукла, чтобы со мной играть, и терпеть я это не буду! Заколебало меня всё это мракобесие! Чё, транквилизаторы действовать перестали?! Иди пропей курс успокоительных и в больничке полечись, ебанутый! А не терроризируй ни в чём не повинных и не заслуживших такой участи! Резко взгляд брюнета опустел. В них в миг пропала та весёлая искра, питающаяся чужим гневом, которая долгое время не хотела уходить. Улыбка, больше напоминающая оскал, сползла с лица, оставив после себя складки мимических морщин. Резкие слова мага стали последней каплей. Чужое настроение пугающе быстро переменилось и нависло угрозой над беззащитной фигурой. Сан-Фран горько пожалел, что в очередной раз поддался импульсу, отключил голос разума, вопящий об опасности. Опасливо вглядевшись в пустоту чужих глаз, обладатель которых глубоко погрузился в свои мысли на долю секунды, гарант сделал осторожный шаг назад. Рука рефлекторно потянулась за волшебной палочкой, но когда не почувствовала выпирающий предмет в кармане, отпрянула и в напряжённом состоянии так и застыла. Последним выходом, который тот сейчас видел, была попытка выйти с поля зрения преступника, хотя это было слишком наивно. Глянув за спину и увидев так и ждущих его наблюдателей, эльф решился двигаться назад. Но не успел ничего предпринять. Так же быстро, как тот погрузился в транс, Эбардо быстро поднял голову на беглеца. Он резко вскинул руку в сторону беловолосого, воспользовавшись магией. Франа с ошарашенным взглядом откинуло назад на несколько метров. Инстинктивно зажмурившись, он больно ударился спиной о холодный пол, издав еле слышимый болезненный стон. На мгновение стало тяжело дышать, будто вокруг исчез весь кислород, позвонки, в основном на которые тот приземлился, горели от совокупности удара и трения, а всю спину сковала ноющая боль. Несмотря на закрытые глаза, тот почувствовал как в них потемнело. Но больше беспокоила гаранта не возможная травма спины, а то, что он буквально был рядом с теми тварями. А подняться просто не было никаких сил. Даже пошевелиться не выходило. Руки не слушались, а при попытке опереться на них, чтобы попробовать хотя бы сесть, ничего не выходило, и они просто соскальзывали. Взяв всю свою волю в кулак, Франу, несмотря на сильную боль и вялость, удалось приподняться на локтях, от чего боль усилилась. Лишь пару секунд сумев отдышаться, но не успев ещё открыть глаз, его грубой схватили за ворот рубашки и дёрнули вверх, так, что голова до боли в шее отклонилась назад. Испуганно распахнув глазам, прямо перед его лицом оказалось яростное, чьи глаза заглядывали в чужие, наполненные болью и страхом. Волосы свисали вниз, почти касаясь эльфийской кожи своими кончиками, а при каждом тяжёлом вздохе трепетались. Сердце гаранта бешено заколотилось, а дыхание участилось. Он попытался отодвинуться назад, но руки перестали нормально слушаться. Заметив это, пустотный маг наступил на его ногу немного выше колена. Кроссовок соскочил с части тела, больно натерев кожу, и стоял теперь на брюках. Эльф от этого действия зашипел, стиснув зубы. Тяжёлое, прерывистое дыхание и оскалившееся, как у свирепого хищника, зубы свидетельствовали об огромном количестве ругательств, которые прямо сейчас обрушатся на мага. Будто вот прямо сейчас рука, сминавшая ворот, схватится за его горло и свернёт шею, покончив со всеми проблемами. Эльф уже не знал, куда спрятать свой взгляд. Не знал и боялся, когда всё же холодные пальцы сомкнуться на его шее, прервав доступ к дыханию. Тут же ярость в глазах Эбардо потухла. Губы вновь растянула насмешливая ухмылка, а взгляд стал прищуренным. Казалось, будто он насытился этим страхом, подпитавшись им и восстановив свои силы и настрой. Пальцы, которые до этого словно окаменели на рубашке, разжались, и Фран свалился вниз. Падение совсем немного смягчилось благодаря густоте волос, но затылок всё равно болезненно заныл. И только сейчас он обратил внимание на то, что они больше не находятся в архиве. Сейчас вновь они находились в начальной точке, и появилась надежда, что она так же станет конечной. — «Отлично, здесь можно чувствовать боль…» — подумал про себя эльф, приподнимаясь на локтях. Поверхность первого и второго измерения визуализированного разума на ощупь была очень странной. Фран как будто трогал поверхность воды, но твёрдой, и руки от прикосновения не становились влажными. Может, это была самая уязвимая часть сознания, раз уж здесь он и появился и закончил свое пребывание. Возможно, если бы были силы и получилось надавить посильнее, то он бы вывалился из этого пространства. Зеленоглазый отошёл вперёд, скрестив руки за спиной. Преодолев путь в пару метров, он остановился, не поворачиваясь. Стоял спокойно, так, будто ничего не произошло только что. Голова его смотрела чуть ввысь, словно он разглядывал что-то. Что-то, что эльфу было недоступно, либо это что-то было лишь плодом его воображения и раздумий. — Понимаешь, что только что случилось? — внезапно задал вопрос преступник в издевательски спокойной манере. Сан-Франу удалось встать на ноги и пошатывающейся походкой проделать пару шагов вперёд. Разумеется, отвечать он не собирался. Обойдется. Эбардо повернулся в его сторону, и теперь ему прямо в лицо уставился задолбаный взгляд эльфа. — Не я твой враг, Франческо. И ты не виноват в том, что хочешь сделать миры лучше. Твой альтруизм и желание показать всем, что мироходцам можно дать шанс, мх… вдохновляет. — зеленоглазый приблизился к вымотавшемуся гаранту, уже не смевшему сопротивляться. — Но из-за своей юности и наивности ты не замечаешь, — преступник хватается ледяной рукой за лицо мага и поворачивает в сторону. Большой палец сильно сдавил челюстную кость, а указательный — скуловую. — что происходит на самом деле. Наверное, в извращённом представлении зеленоглазого Сан-Франу должно было привидеться некое осознание. Но этого не случилось. Думать было уже невыносимо. Что ноги, что голова стали ватными, а мысли, которые как-то пытались дать ответ на фразу брюнета, моментально растворялись. Единственное, что маг понимал и знал — надо домой. Срочно. — Франческо, у нас с тобой схожие интересы: мы хотим построить лучшее общество! Но ты не столь смел, чтобы действовать радикально. — закончил свою идею хозяин пространства и, наконец, ослабил хватку. Внимательно вглядевшись в уставшее опущенное лицо, видимо, прочитал все обрывочные и старые мысли. — Тебя бы я навряд ли стал убивать. — Ох, какая честь. — съязвил Фран, поднимая взгляд. — Ты оказался для меня слишком интересным персонажем. — продолжил тот. — Я что, по-твоему, какой-то придуманный герой романа? — больше не фильтруя слова, поскольку уже не мог нормально думать, спросил эльф. — Скорее трагикомедии. — Очень остроумно. Как по мне, разговор давно зашёл в тупик. — заявил гарант и выпрямился. — Спасибо за экскурсию по собственному разуму, было очень интересно и познавательно. Но верни меня обратно. Выбрось из своей головы! — Какая всё-таки у тебя плохая самооценка! — сделал сильное заявление Эбардо, чем смутил мага. Ехидно заулыбавшись, он склонил голову влево. — Ну как такого эльфа, как ты, можно взять и выбросить из головы? Мне так нравится наблюдать за тобой, когда что-то в твоей жизни происходит. И, в частности, при моем участии. Ты ведь сам не можешь перестать думать обо мне. Нас с тобой связывает столько общего! — Единственное общее, что у нас есть, так это то, что мы маги и мироходцы. — злобно произнёс Сан-Фран. — Хватит этого цирка! Всё! Адьос, аривидерчи! — он развернулся на сто восемьдесят градусов и побрёл вглубь этой пустоты, совсем не понимая зачем. Авось, чего и выйдет. Вдруг когда-нибудь он дойдет до границы чужого сознания и его выкинет отсюда. Или Эбардо самому наскучит эльфийское присутствие. Лучше уж на это надеяться. Лишь бы морду эту не видеть. — Глупый, глупый малыш Франческо… — протянул пустотный маг. Эти слова заставили эльфа остановиться. — Ничего не связывает, говоришь? А как думаешь, все твои «достижения», неудачи, проколы, взлеты и падения… Кто в этом виноват? — Фран обернулся в его сторону со скривлённым от такого заявления лицом. — Не-ет, не нужно строить такое личико. Ты ещё не понимаешь. Тебя создал Я! Откуда все эти твои достижения? Талантливый маг, стремительный, трудоголик. Откуда это всё? Как думаешь, стал бы ты тем, кем являешься сейчас, без моего пинка? Кем бы ты был? Стал бы стремиться к чему-то большему, чем быть средне статическим волшебником, прожить обычную жизнь на самой обычной работе и умереть, так и не узнав, что обладаешь чем-то большим? Стал бы ты таким?! Именно благодаря мне ты есть ты. Я твой истинный создатель! — заявил брюнет со вскинутыми руками, весело пялясь в напуганные и растерянные глаза. — Что, страшно стало? Хе-хе-хе-е-а-а!.. Эбардо завладел истерический смех, в конце превратившийся в какой-то вой, похожий на скулёж. Прекратив очередной свой припадочный смешок, он опустил руки и весело глядел на Франа с широкой улыбкой. Эльф начал чувствовать, что стала происходить какая-то херня. Ему стремительно становилось плохо. Внезапно подкравшаяся паника, сопровождаемая тошнотой и сильным сердцебиением, начала захватывать контроль над телом и разумом точно так же, как тот дьявольский смех. И судя по не сходящей улыбки с лица и безумному огоньку в изумрудных глазах, эта паника возникла не просто так, а по чужой прихоти. — Всё, отпусти меня, хватит! — воскликнул маг, уже не в силах бороться с этим кошмарным чувством. — А то что? Опять бабке пожалуешь?! — издевательски поинтересовался Эбардо с безумным взглядом. — Хватит! — завопил гарант под аккомпанемент в лице истеричного смеха. От чувства разжирающей изнутри паники хотелось буквально лезть на стены и биться о них головой. Но как можно забраться туда, чего нет? Это сводило с ума сильнее. Безграничность пространства. Никуда не убежать и не скрыться. Ощущение, будто под кожу залезли миллионы жуков, которые вгрызались в плоть, проделывая путь до органов и сосудов. И, похоже, до сердца они уже добрались, перегрызая аорту, наводя личные порядки в желудочках и перекрывая клапаны, убивая изнутри. — Так почему бы тебе не помочь мне в замен? Даже не смей мне затирать про предательство. Судя по всему, тебя это никак не волнует. — говорил Эбардо, пока Фран корчился от фантомных ощущений, вызванных искусственной паникой. Пальцы то зарывались в волосы, случайно выдрав от приложенной силы несколько волосков, то интенсивно потирали лицо. Ногти царапали тело, пытаясь хоть как-то избавиться от «болей», пока он не опустился на пол и не взвыл. — Один раз соврал, второй… Чего-то значительного от тебя я не попрошу. Ты мне всё равно этого не сможешь дать. Не настолько ты значителен. Так что решайся… — Э-э, Фран! Фран, ты всё ещё здесь? Из глубоких размышлений выдернул дружелюбный и родной голос Седрика. Сан-Фран и не заметил, как буквально утонул в своих же воспоминаниях многонедельной давности. Дело было ещё в октябре, а сегодня уже стукнуло четвёртое декабря. Или как его называет на лад своего измерения учёный — Десембриум. — А? Да-да, я задумался. — Хы, надеюсь, над тем, как ты будешь вместе со мной работать, а не сверлить взглядом столешницу? Она не самовоспламенится, дружище! Хех! — мило пошутил седоволосый, что у мага аж потеплело на душе. Никаких колкостей, издевательств из не таких и далёких воспоминаний. А по-своему приятная шутка. Сейчас его друг заканчивал со сборкой корпуса к случайно выдуманному Франом «оружию индивидуального поражения для мироходцев» или просто ОИПМ. По крайней мере, на момент того, когда беловолосый не отключился. А такое мудрёное название появилось благодаря тому, что гарант просто забыл первоначальное, которое сам и придумал. — А вообще, да. Я не буду один работать. И Чарли зови. Где он вообще? Канул в экономическое небытие и собственный бизнес? — Да, прости. — извинился Фран, а сам оглядывался по сторонам. Вход в мысленный «транс» на долгий период слишком его дезориентировал. По привычке поправив рубашку, гарант с иронией подметил, что на нём была именно та верхняя одежда, как в день «приятной» встречи. Его аж передёрнуло. — Что-то я завис. — Да бывает. — отмахнулся Сед, не отрываясь от своей работы и не сильно вникаясь в разговор. — Можешь принести мне мой второй ящик с инструментами? Кажется, я случайно поменял местами отвёртки и мне нужна именно та, которая должна была быть именно в этом ящике. Он у меня в комнате стоит. Прямо у стола. Он там один, не перепутаешь. — Хорошо, сейчас. — согласился помочь эльф и поднялся с места. — О, напомни-ка мне, сколько кофеиносодержащих напитков ты сегодня выпил? — остановил того учёный. — Э-эм. — растерялся маг, поскольку не хотелось сознаваться. — Два? — Ну, хорошо. — просто согласился тот. Фран сделал пару шагов назад и опять остановился, засмотревшись на работу ученого. — Седрик. — позвал Сан-Фран друга, желая убедиться, что тот его слушал. — Да-да, спасибо. — отмахнулся он, не отрываясь от работы. — Седрик? — повторил беловолосый, но на этот раз никакой реакции в ответ не поступило. — Мх… Если судить по тому, как Сед общался и был поглощен работой, в таком состоянии Фран мог просидеть очень долго, раз никто не растормошил его. Возможно, целый час и даже больше. А была на то одна очевидная причина. В тот день он не сумел как следует подумать над произошедшим. Он лишь иногда обращался к этим воспоминаниям, когда голова не была загружена иными проблемами, в тот момент наиболее важными и серьёзными. А после вновь забывал или откладывал в дальний ящик, похожий на тот, который был в архиве памяти Эбардо. Вынырнув из того состояния, к нему, помимо полного контроля над телом и разумом, вернулся весь спектр эмоций и чувств. Ещё неопределенный промежуток времени маг бессильно лежал на холодном полу в полном шоке, пока картинка случившегося не сложилась в голове. Сначала сев, а после подскочив на ноги, эльф, несмотря на ливень, выбежал из комнаты и как следует сходил проораться в лес. Непогода сыграла даже на руку, заглушив его дикие вопли. Кричал он, пока горло не стало раздирать от раздражения, а тело не начало трясти от холода. Чувствовал себя маг очень паршиво. Просто ужасно. Будто совершил нечто непристойное и не правильное, чего совершенно не хотел делать. Скорее даже так, что его почти насильно принудили совершить это самое непристойное действие. Он точно не помнил, как сумел выбраться оттуда и после какого именно момента. Может, не вытерпев, Сан-Фран отключился, и Эбардо его буквально выбросил из своей головы, о чём эльф сам и требовал некоторое время ранее. Или же Фран дал тому категорический отказ, и пустотный маг просто стёр из его головы последние минуты их встречи. Кто его уже знает? Не помнил он и того, чего брюнет так хотел его попросить сделать, что даже начал пытать. Да и до сих пор, спустя столько времени, у Франа не было точного ответа на то, что так яро Эбардо хотел ему донести в тот дождливый день. Одно было ясно точно: преступник сделал, что хотел. А именно сумел манипулировать его эмоциям. Снова. А он, дурак, купился. После возвращения взглянув на часы, висевшие в его комнате, стрелки остановились ровно на 16:37. Сразу же от часов эльф избавился, ведь это был довольно жуткий факт. Более пугающим было лишь то, что когда гарант собрался в душ, дабы оттереть все те места, до которых зеленоглазый позволил себе дотронуться, и которые позорным клеймом мысленно останутся навсегда на его коже лица и руки, то заметил в зеркале нечто необычное. Сняв рубашку, на нижних позвонках он увидел большие свежие синяки и кровоточащие ссадины. Тут то стало страшно. Ещё вчерашним ранним утром он хотел рассказать Лололошке о его контакте с преступником. Хотел поделиться своими догадками по поводу того, кто именно мог всё это время влиять на них и буквально натравливать друг на друга. Влиять на их настроение, поведение, мысли. Тот, кто забавы ради мог дёргать за любые ниточки управления, полностью беря контроль над игрой в свои руки. А доказательств у Франа было несколько. Во-первых, у Эбардо получилось вызвать чувство, схожее с панической атакой, да так, что в течение пары часов после возвращения он чувствовал его не желавшие уходить мерзкие отголоски. А значит, не только в пространстве, полностью подчиняющемся только ему, пустотный маг мог влиять на других. Во-вторых, он давал намеки на своё влияние. Те же шахматы, а точнее партия, могли послужить символом его полного господства. Зря ли он выставил их в такое заметное место? В-третьих, контр ведёт себя не естественно для себя самого: вспыльчиво, резко, язвительно и импульсивно. Причём Фран начал замечать это давно. Стал бы Ло, которого они все знают, сбегать от проблем буквально в другое измерение? В себе эльф мог понять и в какой-то степени оправдать вспыльчивость и даже инфантильность, что Лололошке не характерно. В-четвёртых, он так и не сумел выявить серьёзных причин, а главное — повода для их конфликта, который дошёл даже до драки. Почему ведут себя подозрительно многие другие, маг ещё мог придумать миллион объяснений, но не его друзья. А главным аргументом к его доводам о том, что именно Эбардо может творить подобное мракобесие, несмотря на огромное расстояние между ними, было то, что преступник помнил, но по факту даже знать не мог. Та самая нелепая, даже кринжовая цитата про крещение, которую он выпалил ни к месту на одном из первых собраний, проведенных в Эрессии. А знать он её не мог, поскольку в это время ещё находился в Тюрьме Времени. Вообще, можно придумать множество причин и оправданий, связать их друг с другом и создать складную живописную картину, лишь бы не подтвердилось, что Фран вновь довёл своего друга то точки кипения… А может, Эбардо просто заметил повисшее напряжение и решил подлить масла в огонь. Просто, забавы ради. Зеленоглазый и не скрывал, как любит наблюдать за чужими страданиями и создавать для себя шоу. Грёбаный маньяк. Нет, визуализация собственного разума и полное им управление это, безусловно, вызывало восхищение и даже некоторую зависть. На его памяти ещё никто не достигал такого уровня. Только не ясно: вопрос в магии или уровни сознания? Скорее даже совокупности обоих факторов. Но, несмотря на всё это восхищение, возвращаться туда не хотелось. Преодолев короткий путь, в комнате учёного друга и правда оказался ещё один небольшой ящик, и правда возле стола. Помнил бы Фран так же, где оставляет свои вещи как Седрик. Может, и жизнь стала бы проще. Взяв увесистый предмет не травмированной от вчерашних побоев рукой, костяшки которой ещё немного кровоточили и имели красный оттенок, он побрёл в их своеобразную лабораторию, которая ему уже породнилась и больше была местом отдыха, чем напоминала о рутинной работе. По приходу в помещение так ничего не изменилось. Седрик так и сидел в компании устройства и инструментов, с головой нырнув в мир военной, электронной инженерии, наноинженерии и прочих дисциплин, которых эльф, увы, не запомнил. Приборы, издававшие различного характера звуки, свидетельствовали об их постоянной работе. Но их постоянство никак не мешало. Скорее наоборот, без них было тяжко представить своё нахождение здесь. Словно как без любимой музыки. Поставив на стол ящик с инструментами прямо рядом с учёным так, что две пустые чашки кофе еле видимо сдвинулись, а в четвертой, в которой ещё находился напиток, жидкость опасно приблизилась к краю, Сан-Фран уставился за методичной работой. Седоволосый мужчина то сверялся с точным и детальным чертежом, то сопоставлял оставшиеся детали на столе друг с другом, измерял их, а после добавлял что-то в квадратный стикер жёлтого цвета, приклеенный к основному чертежу. А если коротко, то выполнял то, что уже находилось за гранью полного понимания эльфа. Так же, как и для учёного магия, которой категорически отказывается признать её наукой тоже. Может Фран и не знал всех тонкостей инженерии, но ему это было безумно интересно. Что не скажешь о такой же заинтересованности друга магией. И если в начале у Седрика вызывала неподдельный интерес такая диковинная и непривычная вещь, то после он вернулся к привычной для него науке, а к магии уже относился как к самому разумеющемуся. Гаранта это даже оскорбляло. Как это так его друга не восхищают магические способности на том же уровне, как мага его технологии? В шальную голову Франа, в которую неплохо так ударили вещества, содержащиеся в энергетических напитках, обидные мысли и недавнее погружение в тяжёлые воспоминания, пришла идея для мелкой пакости. Найдя в ящике тот самый необходимый инструмент, эльф запихал его к себе в карман. Но учёный совершенно этого не заметил, бормоча какую-то научную тарабарщину себе под нос. Сан-Фран расплылся в улыбке, как один старый персонаж мультфильма зелёного цвета, и направился к выходу. — Посмотрим, как долго ты будешь искать. * * *