Ты позволишь?

      — Я тоже скучала. Во всяком случае по Джексу, которого знала в цирке.       Кристина всё ещё смотрит на меня покрасневшими от слëз глазами, и мне кажется, что то, что я не похож на свою цирковую версию, расстроило её намного больше, чем наша короткая перепалка.       Возможно, так оно и есть. Может, тот абстрактный фиолетовый заяц действительно был куда лучше, во всяком случае точно получше меня на данный конкретный момент — пьяного, нестабильного и ничего не понимающего.       — И каким он был? — хотелось бы звучать насмешливо или пренебрежительно, но вопрос вышел неожиданно сдавленным и тихим.       Я даже не уверен, хочу ли я это знать. Скорее всего это просто станет очередной информацией, с которой я понятия не имею, что делать.       — Он был придурком. — Девушка усмехнулась и отвела от меня взгляд. — Было бы лучше, если бы ты сам всё это вспомнил, но… Я понятия не имею, как работает память и сможет ли она вернуть тебе хоть какую-то часть воспоминаний.       Я тоже не имею ни малейшего понятия, как это всё работает, особенно если учитывать побег из цифровой реальности, хах. Видимо, вся эта ненормальная муть оставила от меня только огрызок Джекса, причём уже начинающий гнить. Я хоть и мудак, но не идиот — давно понял, что как минимум часть её рассказов правдива. Но понять и принять — это разные процессы, и со вторым у меня явно есть проблемы.       Мозг уже слегка протрезвел от всех этих разговоров, но сейчас мне особенно не хочется лишаться преимуществ развязанного языка и сниженной критичности к происходящему. Шкурой чувствую, что откровенность выйдет мне боком, но… Это ведь будет потом, верно? Живи моментом, вся хуйня.       — Я очень устал. — Сказать это оказалось проще, чем я думал. Наверное потому, что я уже сотню раз прокручивал эту мысль у себя в голове. — И я очень не хочу этого признавать.       Усмехаюсь, но внутри всё сжимается в тугой узел необъяснимой тревоги. Признать свою слабость значит проявить доверие, а доверие — это обоюдно острое лезвие. Будь я хоть трижды пьян и угашен — лезвие уже не выйдет забрать назад со словами «эй, я пошутил, забей». С другой стороны… Терять мне, вроде как, нечего.       — Я тебе верю, Крист… Помни… — почему-то сейчас мне кажется правильным называть её именно так. — Только вот нет во мне того, кого ты надеялась встретить. Так что прошу… Перестань его искать.       Шумно выдыхаю, прикрываю глаза и расплываюсь в фальшивой улыбке. Что ж… Нападай первым или защищайся до того, как нападут на тебя.       — Но признаюсь, всё ещё приятно знать, что я не просто дал ебу, а имею на это весомую причину — не каждый день из виртуальной реальности сбегаешь. Звучит как тост, скажи?       Кристина молча смотрела на меня, и я был благодарен за отсутствие жалости в её взгляде. Жалость и сочувствие — удел слабаков.       — Знаешь… — начала она после долгой паузы, просто проигнорировав мою браваду. — Однажды ты уже говорил мне нечто подобное — просил перестать искать в тебе хорошую сторону. Но я нашла.       Слишком поздно замечаю, как она пододвигается ближе, как она аккуратно кладёт свою руку поверх моей и заглядывает мне в глаза.       — И тебя я тоже найду, если позволишь, — звучит уверенно, словно уже всё для себя решила и как минимум имеет план действий.       Чувствую тепло её руки и боюсь пошевелиться. Боюсь, потому что и так с трудом удерживаюсь, чтобы не оттолкнуть её и не уйти отсюда как можно дальше. В голове назойливо крутятся мысли, напоминающие, что быть рядом с кем-то — опасно. Что это всегда начинается одинаково и заканчивается тоже одинаково, одинаково плохо.       Я не знаю, почему, не знаю, откуда такая реакция, но прошлый Джекс знал, и теперь мне приходится выбирать между принятием дружеской поддержки и бегством.       И я выбираю рассмеяться.       — Помни, я без понятия, что ты там себе надумала, но это точно не так работает. — Я всë-таки убираю руку, настолько аккуратно, насколько способен. — Ко мне не вернётся память от того, что ты просто очень сильно этого захочешь. Придётся довольствоваться тем, что от меня осталось.       Не понимаю, когда я успел решить, что это не последняя наша встреча и ей действительно ещё придётся терпеть меня таким, какой я есть сейчас. Но одно понимаю точно — Помни была права, я заставил её слушать всё моё дерьмо и вытирать мне сопли. Очередное непрошенное доказательство моего эгоизма.       — Так ты позволишь? — Видимо, она приобрела иммунитет к моим резким фразам ещё в цирке. Даже немного обидно.       — Валяй. — Пожимаю плечами и прислоняюсь головой к стене. — Но не сильно рассчитывай на успех.       Девушка просто кивнула. Кажется, что она готова пытаться, даже если я скажу «нет» — непробиваемое упрямство.       Весь этот диалог добавил в голову только больше мути — я словно существую в двух разных реальностях одновременно, одна из которых мелькает где-то на задворках мозга, никак не желая дать хоть немного конкретики.       Поразительно, как быстро я смирился с тем фактом, что действительно был в цифровом цирке. Сложно сказать, подгонял ли я свои «симптомы» под рассказы Помни или они действительно были логичным следствием невозможных событий, которые всë-таки с нами случились.       Но так или иначе я выбрал ей верить. Казалось, что это было правильно, что я однажды уже делал такой выбор и не ошибся.       — Помни… Сорян за весь этот бардак, который я устроил. Я уже говорил, что не планировал такое эффектное появление, да и… Разборки устраивать тоже не планировал. — Извиняться, между прочим уже второй раз, кажется задачей повышенной сложности. — В общем да, не весело вышло…       — Забей, — девушка просто махнула рукой и слегка покачала головой. — Эта привычка наводить суету на ровном месте у тебя всегда была, я привыкла.       Я непроизвольно усмехнулся — то ли я придурок, то ли она терпила. Скорее всего оба варианта сразу.       — И зачем тебе всё это терпеть? Какая-то… Сомнительная выгода от того, чтобы быть моим приятелем.       — Мы все не без придури, — Помни встала и потянулась, чтобы размять затекшие от долгого сидения конечности. — Да и ты тоже натерпелся от меня в цирке. Так что ещё пару истерик выдержу.       — Эй! — я возмущённо уставился в её удаляющуюся спину. — Какие ещё истерики? Так, побуянил немного, делов-то!       Девушка устало облокотилась руками о диван и вздохнула.       — Джекс, давай спать, я могу постелить тебе на диване, не уверена что ты доползешь до своей квартиры без приключений, — Помни повернулась лицом ко мне, неожиданно став серьёзнее. — Я хотела сказать тебе завтра утром, но раз уж ты тут… Я, кажется, смогла найти что-то про Зубл.