Глава 30. Бал наследного принца.

      Уже завтра наступит очень долгожданный для многих день. Кому-то хочется посмотреть на принца, кому-то провести с ним время, кому-то хочется пожелать ему удачи, кому-то он больше чем друг, кому-то он единственный брат, кому-то единственный сын, для кого-то он тот кто должен выполнять любую прихоть. Но для неё он просто Боруто, её Узумаки Боруто. Не принц, не должник, не кумир, а человек.       Лишь для неё.       В детстве он ждал этого дня больше всего на свете. Он становился старше, и появлялось очень много привилегий. А сейчас это ответственность. Не самая приятная.       Химавари погрузилась в подготовку его дня полностью с головой, наряд сама заказала, сама украсила. Дом подготовила к балу. Меня обучила всему, с каждым днем убеждаюсь титул принцессы был предначертан ей с рождения.       Дни летят слишком быстро, даже не успеваю следить за всем происходящим. И в подготовке праздника я практически не участвую, да просто желания нет.       Самое стремное что произошло это вчерашний день. Нино и Сарада… Они, вместе гуляли. Я даже не мог поверить. И самое грустное она мне даже не сказала что пойдет…       Конечно я ей не опекающий старший брат, который должен был сегодня приехать, но внутри чувство противное.       Он мог сделать с ней да все что угодно. И узнал я это от той же Химы, которая увидела в новостях Ricktach мне казалось это ложь, но нет. Сарада сама подтвердила.       Ревность очень двоякое чувство. А ещё и недоверие к этому человеку.       Все это время Боруто сидел на уроке, место рядом с ним было свободно. Он собрался навестить Мицуки сегодня, второй день на связь не выходит. Это слишком. А Сарада сидела спереди, улыбалась и чему-то наслаждалась.       Моё счастье видеть её счастливой.       А чтобы она была счастливой она должна быть в безопасности.       — Руто-о, не мог одолжить ручку? — Сарада с распущенными волосами повернулась ко мне. Она так мило улыбалась, внутри появилось чувство спокойствия и нежности.       И то как она назвала меня, это слишком…       Как вдруг выскакивает клубникоголовый со своей первой парты…       — Сарада-чан, я могу дать тебе ручку. — она деликатно кивнула и посмотрела на неё.       — Ой, прости Нино, я плохо пишу с этим брендом ручек. — пыталась мягко отказать ему.       Ухмылку на своем лице я никогда не забуду, и не забуду то как Фиирну выдавливал из себя последние нотки улыбки. Как вдруг он спокойно выдохнул и вошел в свой образ.       Он что-то задумал. По лицу вижу.       Сарада снова повернулась ко мне и я с радостью отдал ей свою ручку. Откуда у меня запасная? Потом как-нибудь перепишу эту тему.       Минуту она повозилась, но что-то её начало тревожить, отложив свой просмотр окна, откуда выглядывала гуляющая за ручку с Хозуки Химавари. После уроков я устрою им сладкую жизнь.       — Узумаки, пересядь. — Учиха сказала это в пол-оборота. Я сразу сел на пустое место Мицуки. И Сарада отсела ко мне назад.       — Сар… что-то случилось? О чем волнуешься? — спросил её я.       — О Мицуки… я вчера не смогла его проведать из-за рекламной съемки. Поедешь сегодня со мной?       — Как раз хотел предложить. — с подбадривающий улыбкой пытался её успокоить.       — С тобой всё хорошо? Пьешь свой антидот по карме? — я кивнул. Она лишь томно выдохнула, будто только хотела в чем-то упрекнуть. Как её отсадили обратно.       Видите ли мы мешаем уроку. Почему мой титул не работает в единственном месте где он нужен?       А все же, что мне подарит Сарада на день рождения? Интерес начал живо меня есть.

***

      В пятницу мало уроков и до обеда Боруто с Сарадой уже вышли со школы. Они собрались поехать к Мицуки.       Водитель Боруто уже ждал её. Пока не было Сато, Узумаки выпросил её провожать до дома на его машине. И Сарада не была против. В машине сама Сарада была будто не своя, смотрела в окно задумчиво. Боруто взял её за руку и шепотом произнес.       — Сара? Что случилось? Я рядом. — пытался достучаться до неё парень.       — Прости… я так много хлопот тебе доставляю. — таким же шепотом отвечала девушка. Боруто заметно сжался, и покрепче взял её за руку, он не перебил её, дал ей выговорить. — Ты столько всего делаешь ради меня, почему? Да, я дорога тебе как подруга, но я чувствую совсем не то… Я просто не знаю, достойна ли я тебя.       — Сарада, откуда у тебя такие мысли. Я запрещаю тебе даже думать о таком. Ты дорога мне больше целого мира. Я правда не понимаю почему ты так считаешь… — он не знал ему обидно, или он огорчен.       — Я не умею выражать чувства так как ты. Ты можешь показать то насколько я дорога тебе, но я… разве ты сам не видишь?       — Вижу. Я вижу тебя, своё солнце в жизни полной тьмы. Мне не нужны слова о том что я дорог тебе. Твоё присутствие рядом, твоя рука в которую я сжимаю свою. Ты и есть доказательство того насколько я дорог.       Сарада улыбнулась. Эти слова сказанные от этого парня, были самым ярким ядом придающим жизнь то что она должна. Её улыбка была так прекрасна в мыслях Боруто, что он сам улыбнулся ещё шире чем она. Отчего Сарада ощущала самые настоящие бабочки внутри.       И все же они доехали до квартиры Мицуки. Как только они собрались спуститься с машины, Сарада решилась на один шаг.       На языке Учиха этот жест означает глубокую любовь, ту любовь что даже через время будет всегда, ради неё можно и ждать, а можно и показать все разом. Не рассчитав силы она немного перегнула с его лбом своими пальчиками.       — Что это было Сара? — он пытался узнать, как только приятное шипение прошло, как Сарада сбежала с машины и стала ждать его на улице, с красным личиком.       Подходя к охране те мимолетно пустили их. После этого разговора в лифте было немного неловко ехать вдвоем. Это было очень откровенно и так незабываемо.       Озвучивание потаенных мыслей друг с другом передавали ту самую атмосферу контакта. Нового этапа. Сарада ещё сильнее тушевалась передо мной, может её ещё что-то волнует, а я заставил её думать совсем о чуждом.       — Сарада, может что-то ещё? — спустя того как за день я спросил это три раза, эти слова уже въелись в язык. Она молчала       Лифт открылся. Мы вышли. Глухой стук обуви эхом проходился по коридору подъезда. Я ждал её ответ. Она наконец кивнула.       — У меня такое же противное чувство, насчет Сато. Будто ему плохо. Или это не связь в несколько дней так на нас сказывается?       — Не волнуйся до того как узнаешь правду. Ты же себе хуже сделаешь своим волнением. Ночью или завтра утром уже приедет…       — Как всегда ты прав. И стой, я за весь день этого так и не сказала. — перед дверью в квартиру она сделала паузу и глубокий вдох. — С будущим днем рождения!       — Спасибо, ты тоже скоро именинницей будешь, этого я жду больше. — улыбнувшись они наконец постучались.       В доме никого не должно было быть. Мицуки живет один, изредка Орочимару находит время на сына и приходит в дом, но так взять в доме кроме него никого не должно быть.       Сарада аккуратно постучала я смотрел на неё, а затем перевел взгляд на дверь. Дверь не открыли. Сарада постучала заново. И никаких изменений. Она посмотрела на меня, я нахмурился и постучал сильнее и дольше.       Все равно никто дверь не открыл. На трубку Мицуки не отвечал. Тогда Боруто решился открыть саму дверь.       Бесшумно и быстро она открылась. Мы вошли. Снимая обувь я сказал:       — Мицуки! Мы вошли! — никаких ответных звуков не последовало.       Это слишком сильно настораживало. То как я начал волноваться, страшно что чувствует Сара.       Ни в одной комнате что мы проходили его не было.       — Логично было бы зайти сначала в его комнату. — сказал Боруто проворачиваясь в противоположную сторону.       Светлые коридоры сопровождали наш тревожный шаг. Пол не скрипел, лишь глухо можно было услышать наши шаги. Мы шли бок о бок, с постепенно нарастающем чувством тревоги.       В этом доме было тихо. Мертвая тишина. Перед входом в его комнату на полу была еда, полноценные завтраки, обед, и ужин. Смотря на дверцу его комнаты можно было ощутить некое присутствие, но тишина что сопровождала нас не дала взвесить все честно.       С немного трясущей рукой я все же открыл дверцу, немного заслоняя Сараду в любом случае. Свет в комнате появился только после нашего входа, так как в комнате он был выключен.       На полу было все. Комнату будто верх дном перевернули. Стол и шкаф перевернуты, компьютер разбит. Осколки были повсюду. Кровать сломана. Грязно и пыльно. Будто в этой комнате должен быть ремонт.       В углу находилась фоторамная фотка которая есть у каждого человека находящегося в этой комнате. Она была единственной вещью что выглядело целостно. В этом же углу, калачиком спиной напротив них лежал Мицуки… на этих грязных осколках.       Удивление и непонимание на нашем лице в миг взрослось. Мы аккуратно маневрировали между этих брусков и подошли к Мицуки.       Сарада попыталась притронуться к его не движущемуся телу, как была отброшена. Я успел поймать её до полного падения. Сейчас непонимание на моем лице превратилось в гнев, как Учиха жестом показала не предпринимать лишнего.       — Мицуки. Ты знаешь что мы будем здесь рядом до конца. Пока ты не успокоишься и не расскажешь нам правды.       — Мицу, что могло произойти? — глухо по комнате прошелся её голос. Моё лицо было тревожным за друга, Сарада ещё более эмоциональней. Лицо Мицуки понятно не было. Он просто не двигался. Лежал как будто не отталкивал Сараду.       Сколько времени прошло мы не знали. Мы сидели в другом углу напротив него в немом молчании. Держались за руки, это больше чем любой разговор. Её нежная рука крепко со всей силы впивалась в мою.       — Мицу… — я даже не понял что именно хотел сказать. В этот момент по тихой комнате прошелся всхлип, второй, а потом и крики отчаяния.       Наши глаза округлились, а руки Хэби потянулись за ближним осколком.       Все произошло меньше чем за секунду. Я подбежал к его руке, словно голодающая собака набросившаяся на мясо. Выхватил стекло. Сарада сзади приобняла его.       Его лицо было истощенным выражаемым отчаяние, нежелание жить. Мы были по обе его стороны. Держали его. Он не мог больше ничего предпринять, как заслезиться у меня на глазах.       — Простите… простите меня. Я… я обманывал вас… всю жизнь!       — Нет Мицуки, не говори так. Ты не обманывал нас. Я уверена в этом. Прошу скажи что случилось, как только будешь готов. — держа его за руку оны пыталась понять и взять его боль в себе.       Я, точнее мы, уже догадывались в чем дело, но у тыкать это из его уст было намного больнее.       Его голос полный отчаяния, эмоций. Настоящий, разве это не уже показатель жизни?       Этот разговор был сложным, мы с Сарадой никогда не поймем всю его боль, но мы готовы разделить её на нас обоих. Без Мицуки жизнь была бы кардинально другой…       В конце концов наша дружба дошла до такого масштаба что мы сидели над осколками и смотрели на руины в комнате. Количество просто зашкаливало.       Мы обняли его как самого ценного. Все проблемы что окружали нас до, не важны пока один из нас страдает. И вся боль что есть должна быть общей.       Объятия были крепкими, такими какие они должны быть. С улыбкой отстранившись я посмотрел на Сараду, её теплая улыбка показывала настрой, мы даже заставили Мицуки улыбнуться. Конечно после всего что сказали.       Показав наши общие пистолетики, любимый жест команды. Я почувствовал укол в правой руке. Нет. Только не сейчас.       — Мицуки собирайся, переночуем у меня. Сара, помоги ему. Я пойду позову шофера.       Они не успели ничего сказать, но вроде против не были. Хоть я и говорил спокойно, меня наверняка выдала быстрая интонация. Не хочу сейчас создавать ещё одну проблему.       Проходя на кухню, быстро принял порошок. Эффект от него сильный первые пять минут, дальше слабеет. И теперь главное не смотреть им в глаза.       Стать наркоманом в 15 не входило в мои планы, я убеждаю себя тем что зависимости от неё нет и то что после потока чакры все может измениться. Но в какую сторону, не понятно.       Вот тебе и клеймо на свою голову. Хотел обратить на себя внимания, да как же…

***

      Проводив Сараду, пришлось немного задержаться в особняке Учиха. Видите ли Коичи с Кохару решили устроить допрос младшей сестре где она была. Уже и забыл что эти двое опекают её больше некуда, и все же несравнимо с Сато.       Спасибо что Саске-сана не было, я готов видеться с ним в совсем другом контексте.       Затем мы с Мицуки поехали ко мне домой. Слуги подготовили ему комнату, рядом с моей. Чтобы м могли отлично так подготовиться у празднеству.       И Химавари решила к нам присоединиться. Мамы что-то долго не было. Не знаю где она, нужно будет позвонить ей, а может и просто дела.       Как вдруг на пороге мне встретился никто иной как отец. Я не мог понять что же чувствую смотря на него сейчас. Обида за наши слова прошла, но лишь поверхностно. Я все ещё где-то глубоко       внутри чувствую неприязнь или что это может быть? Он смотрел на меня его взгляд сочетал странную смесь усталости, разочарования и надежды. Он и вправду устает в правительственном корпусе и снова возвращается поздно, лишь бы те дни почти пятилетней давности не повторились.       — Привет Боруто — и все же он решил поговорить, не думаю что у него получиться продолжить это на долгое время.       — Привет пап.       — Как себя чувствуешь? Меня оповестили что ты был у Мицуки затем у Учиха. Не устал?       Эти вопросы застали меня в ступор. Услышать от него такое, невозможно. Я и не мечтал что он когда-нибудь научиться таким словам. Причем таки сам, я невольно улыбнулся. Все же он устал не меньше меня, я это прекрасно осознаю, не маленький мальчик ищущий его внимания.       — Я в порядке. Ты сам то как даттебаса… — как-то случайно вышло. Нет я не боюсь его реакции ни за что, просто не хочется слушать лекции, и о чудо она сейчас начнется.       — Пойдет даттебайо. — сказал он с вымученной улыбкой.       Неужели это мои слова его так надоумили? И если так взять это очень приятно, но я не хочу это признавать, все ещё неприятно да и невозможно. Все это пока выглядит временным, как и все на свете. Но улыбка и теплота все же не скрылись.       Папа прошел в дом попутно задавая вопросы, он также не знал где мама. Это выглядело странно. Слуги также ничего не знали. Лишь её личная служанка сказала что ей кто-то звонил и все.       Я уже собрался уйти к себе в комнату, там меня они все ждут так то, как вдруг отец остановил меня.       — Боруто! Как только проснешься… не пугайся новшеств в своем теле. Это нормально. Понял меня даттебайо. — настойчиво даже слишком сказал он       Будто бы я уже не осведомлен о чакре, пусть не пытается быть тем ещё папенькой хотя бы так. По словам мамы я намного смышленее отца в свои годы. Но все же кивнул и пошёл к себе в комнату       Спустя пару часов мы разошлись по комнатам и наконец уснули. Каваки кстати со старостой гулять ушел и пришел давольно поздно. Но все же я притворился спящим будто ничего и не понял       И какое-то странное жжение я почувствовал после полуночи, надеюсь к утру лучше будет. Нужно хотя бы в этот день не ходить с кислой миной.       

***

      С добрым и почему-то ранним утром. А точнее с днем рождения меня.       Да я дождался полуночи и отметил день рождения ночью. И конечно было очень приятно перечитывать поздравления что пришли ко мне в это время. Особенно от Сарады, и совсем не ожидаемо от обоих Фиирну.       Мицуки, Химавари и Каваки так пришли с тортиком и шариками. Получать от близких такое внимание это слишком для меня. Чувствовать себя любимым от них… даже отец к ним присоединился, а мама так и не приехала. Отец все же позвонил ей но чуть позже после поздравлений. И что там произошло я так и не узнал.       И все же как тольк я проснулся мне совсем не было комфортно… это слишком странное, зудящие и тянущее чувство во рту! Ну не могли же надо мной поиздеваться в день рождения.       Все ещё в полу-дохлом положении, я взял телефон на руки и посмотрел на новое уведомлении от Сары. Она приедет через 40 минут… значит у меня есть время подготовиться.       Это странная боль в зубах мне не давала покоя.       — Та шфто ето тсакое. — БОЖЕ!! Я на каком языке говорю, что с моей речью блять!       Подбежав в ванную комнату, там было единственное зеркало в комнате. Открыв рот по шире, в нем были       — КЛШЫКИ ПЛЯТ!! — я сам не мог понять на каком языке я разговариваю. Отекла в моем рту взялись эти чертовы зубы, все же было хорошо ночью. Я попытался их сорвать, ничего не получилось. Трогая их и тянув в разные стороны я прекрасно осознавал и чувствовал что это мои зубы. Но как!? С чего? Откуда?       И что мне с этим делать? Как теперь быть? Я даже говорить не могу. Я будто на языке змеи шепелявлю.       Попытавшись улыбнуться отражению это смотрелось так необычно и странно, я выглядел в своих глазах по другому. Будто за ночь изменился. Такое не могло быть.       Что с этим делать? Я не смогу появиться на людях не заговорив с ними никак? Да даже если заговорю, поймут ли меня?       А может мне поможет отец? Он же сам говорил о каких-то новшествах, неужто он не чакру, а эти клыки имел виду? Ну я дебил.       Побежав из своей комнаты, не причесанный, не умытый, сбивая слуг с ног попутно прося прощения, хоть каждый и пытался поздравить меня, я оказался у спальни отца.       А может он опять на работе? Нет, пусть хотя бы не в праздник.       Аккуратно войдя в его кабинет, я мог застать картину как он что-то репетировал. Нервно среагировал на меня он все же спросил, ведь заметил моё молчание       — Что-то случилось Боруто? — уже более трезво спросил он.       — Вьот этьо. — сказал я серьезно показывая на клыки, делающие из меня не то зверя не то вампира.       Отец выдохнул и начал ржать как конь не в себя. На моем лице было непонимание происходящего. Что блять происходит?       — Я же сказал не бояться новшеств. — все ещё не отходя от истерического смеха. — Ну что как ощущения?       — Што мьне сс этьим телать? — почти крича сказал я ему, как случайно подал новую порцию смеха.       — Прости, прости меня. Ну я не могу, себя в твоем возрасте вспоминаю.       — У тьепя тозе такие вылосли? — уже отходя от моего акцента он видимо развеял некую технику и показал мне свои клыки.       — Да отличительная черта Намикадзе, хоть что-то кроме внешних черт мне передалось. Передается лишь по мужской линии, так что и над своим сыном посмеешься, если появиться конечно.       — Мьне сещась не то сина, как ти маскиловал свои?       — Техникой, но у неё есть особенности, она предрасположена только после месяца восстановления потока чакры, который у тебя начал открываться. Так что сегодня будешь малышом Рути.       — Пап этьо не смещно! — он все ещё нервно подрагивал от смеха.       — Не знаю даже, все в твоих руках Боруто. Я в свой день рождения ходил как обычно. Смотри тебе уже 15 лет! Вырос мой сынок.       — Тавай пез этьих сентьименталностей. — и я ушел, что мне делать?       Каваки, Мицуки и Хима ещё спали, так что все придется брать в свои руки.       На пранк это уже точно не походит.       Прошло пару десятков минут, я успел умыться и полноценно рассмотреть своих новых на месяц друзей. Что мне делать с этой речью? Самое базовое что приходит на ум это практиковаться. Чем я благополучно и занялся.       Я нашел обычную двухчасовую маску на лицо черного цвета, она была на всякий случай рядом.       Почти минуту выталкивая из себя слова, самые длинные и сложные что могли быть. Решив прислушаться я услышал знакомый голос, говорящий прямо за моей дверью.       — Да, Боруто знает что я должна прийти к нему. Он ведь не уснул снова? — её сладкий, приятный и такой приятный голос раздался мне в уши. И хотелось плакать от дикции, которая у меня сейчас не то что хромает, она полноценно отсутствует.       Уже потом до меня накатил шок, что я скажу ей, как покажу это? Что она подумает? Ну нееет. Схватив маску, быстро напялил её на себя, и начал сидеть неподвижно.       Она вошла и на меня накатилась паника огромного уровня, что делать?       — С днем рождения Рути! — сказала она у входа.       — Мгм. — ответил я. Боже даже не сказал спасибо. И не повернувшись в её сторону. Что она там думает?       Самой Сараде это поведение показалось более чем странным.       — Ты в порядке? Что-то случилось? — она что-то поставила мне не стол, по звуку можно было услышать, и начала подходить к кровати.       — М-м — издал отрицательный звук. Мне кажется она сделала до боли знакомое выражение лица. Как я могу перед ней сейчас оправдаться? Её запах даже сейчас окутывает комнату.       — Неужели обиделся на что-то? — она была близко. За моей спиной.       — Нет же. — наконец хоть что-то сказал я, придавая максимальное усилие чтобы это звучало правдоподобно.       — А что тогда? — она чуть наклонилась, держа одну руку на коленях а другую мне на плечо. Она вопросительно рассматривала мою маску.       Её прямая челка оставалась неизменной. Волосы будто со стрижки. Прядки каскад, ведь из хвоста некоторые из них выпирали. Это было очень модно и стильно.       На ней был бордовый топ, и сверху черная кофточка. Джинсы на низкой посадке и наушники на шее. А ещё и кулон её матери. И браслет… тот который я давал ей во втором классе… это вызвало улыбку и теплоту в мыслях.       Личико было прекрасным, она совершенно не была накрашена, наверняка либо приехала со своим стилистом, либо будет готовиться вместе с Химой.       Её алые губы шевелились в вопросах, но звука ни одного я не услышал. Пока не понял что она пытается стянуть с меня маску.       — Сарата нет! — совсем легко я взял ее запястье пытаясь сбить бдительность.       — Боруто я девушка, и не боюсь никаких болячек. Что случилось? — настаивала она с серьезным и требовательно-детским лицом.       Я покачивал головой в знаке не трогать. Держа её за руку.       — Сар’а не надо. — что-то странно вышло. Она лишь вопросительно подняла бровь.       — Боруто, пожалуйста! Может я смогу помочь. Ты же не выйдешь так.       Мой взгляд стал серьезным подтверждающим что как раз таки так я и выйду. Она покачивала головой.       — Рути прошу тебя! — она присела ко мне на кровать с левой стороны. И положила руку на щеку, я покраснел, это было очень приятно. Пока не понял что она пытается заглянуть под маску. Моё терепенир сейчас лопнет. — Узумаки что случилось?! — почти кричала она. Её рука не ускользала с щеки будто вызывая меня.       Терпение лопнуло. Моя рука оказалась поверх её руки, а другая потянулась к этой маске. Она с призывающим взглядом, наполненным искреннего удивления и интереса смотрела на меня. Алые губы, мой взгляд на которых он сохранился чуть больше. И наконец сняв маску я старался не отражать клыки раньше времени.       — Вот что случилось. — я и не заметил как сказал правильно. И просто потянулся к её алым губам.       Глаза были закрыты. Поцелуй был сначала лишь с моей стороны. Я крепко и тепло поглаживал её руку на моей щеке, и она начала отвечать на контакт.       Быть честным первый поцелуй её нежный, он страстный. Особенно со своей любимой. И понял я это только что. Ведь так хотелось не прекращать любое действие.       Взяв, точнее приобнимая ее за плечо, пришлось углубить поцелуй. Язык начал проникать к её зубам, показывая разрешение и на её же ответное действие.       Я почувствовал её язык у себя. И специально открыл глаза, чтобы увидеть долгожданную реакцию. Страха будто и не было. Лишь страсть. Такая первая, волнительная, бушующая полноценно в крови.       Когда же она прониклась к моим новым вампирским сожителям, она практически соскочила от такого контакта.       И только сейчас я понял. Что она ответила. Мне не было дела до клыков и кё реакции на них. Она ответила на поцелуй. Не была против, и шла дальше со мной. Её рука была у меня на лице и плечах.       Но поцелуй был прерван её удивлением. И теперь небольшой страх снова возвращался. С тем адреналином что я получил сейчас. А ещё желание продолжить начатое манило меня куда больше.       Она смотрела на мен невинно и не понимающе. Я улыбнулся во все зубы и показал ей новую улыбку. Притрагиваясь к ним, пытаясь понять настоящие ли они. Она тепло улыбнулась. И вдруг превратилась в красный помидор. Я заметил на её лице весь спектр эмоций, и сам не понимал как на такое репетировать. Ничего не сказав он выбежала из комнаты.       — Сарада постой! — уже хотел побежать за ней я остановился на пороге комнаты. Смотря ей в след.       — Прости Боруто! — уходя в комнату Химавари проговорила она.       Это было чертовски горячо! И так стыдно… Боже что я сделал! Как теперь в глаза смотреть ей весь оставшийся день.       Покраснев как рак я смутился по стене прикрываясь чем только можно. Как понял что меня поглаживают по голове.       — Как тавно ты тут? — ещё сильнее покраснев я не посмотрел в сторону змеюки. Даже не поднимая голову. Все также сидя калачиком от стыда.       — Достаточно. Я не видел подробностей, случайно так забрел. Но жду теперь их от тебя. — обыденным спокойным тоном и нотками игривости проговоривал Мицуки.       — Что ше я сделал? — простонал я. И провалился в дальнейшие часы подготовки праздника.

***

      Что произошло дальше это тотальный пиздец, простите за выражение.       Началось всё с того как я пытался отойти от произошедшего. С помощью верных соратников Мицуки и Каваки. Каваки пытался помочь с чакрой и попытками разговорить меня. Мицуки же старался расспросить о немного других делах. Что вгоняло в краску.       Затем приехала мама… и то что она сказала совсем не клеилось с моим представлением. Она осталась в поместье её клана. Отец знал что произошло, но мне они почему то не говорили. Может хотели не полить атмосферу праздника, хотя кто знает.       И всё же она решила поговорить со мной наедине. Парни вышли из комнаты. Усевшись поудобнее, она принялась поздравлять меня. Её лицо выдавало тревогу. Я не понимал что именно происходит, и что именно произойдет. Как вдруг она сообщает новость что Руи в коме…       Подробностей не было, ей сказали то что и Неджи сам знает. На него напал человек который выдавал себя за королевского кучера. Его внешность никто не помнит, и имя он взял чужое. Было проверено базой данных. Его полумертвое тело нашли Сато-сан и остальная команда. Психика каждого пошатнулась.       Внутри стало невероятно пусто. Все настроение о празднестве мигом испарилось. Это совсем не те новости которые хотелись быть услышанными.       Руи был самым понимающим в моей жизни. Он мало чего рассказывал о себе, всегда слушал других. Забывая о себе. Будто он считал что не заслуживает людей. Его никогда не волновал он сам, чужие проблемы были его приоритетом. И вот просто так с ним сотворили такое…       Человечность падала в глазах, рассыпая все в прах.       До бала оставалось пару часов. Найдя в себе крупицы силы я ещё раз обнялся с мамой и вышел во двор. Не хотелось чтобы другие узнали об этом сейчас. Поэтому мне нужно проветриться.       Выходя я заметил Сараду любующуюся цветами. Я знал о её безмерной любви к природе. Было неудивительно увидеть её здесь, она наверняка тоже о чем-то своем думает (прошу только не то что я сделал утром)       Она повернулась ко мне, учуяв чужое присутствие. Она была каплю смущена, но готова на разговор, которого я пока не хотел. В голову лезли противные мысли. Подойдя к ней я просто обнял её… и случайно зацепившись на её ногу свалился прямо в кусты цветов… Как романтично.       — Боруто! — со смехом она пыталась выбраться из под меня. У меня получилось улыбнуться, ну как не улыбнуться этому чуду? Но улыбка была одна из самых грустных, которую она могла увидеть. Я сам приподнялся из под неё. — Клыкастый, что случилось?       Я прикрыл глаза. Не знаю на мне сейчас напряжение от прозвища, или от ужасающих ранений кузена?       — Все плохо Сарада. — уже почти на грани сказал я. Она погладила меня по щеке, и я рассказал все что знаю.       Её удивленное лицо сменилось на ещё более ужасающие.       — А что с Сато?… Ты не знаешь что с моим братом?       Я молчал, я правда ничего не знал. Почему моё день рождение оборачивается именно так.       Она вся грустная и я весь грустный. Придется придерживать свои чувства на сегодняшний вечер, ведь невозможно отменить церемонию…

***

      Бал начнется с минуты до минуту. Я давно был готов. Одежда реально будто взята из прошлых веков. И европейский стиль присутствовал. Как у принца рядом со мной были ещё и ножны с катаной.       Костюм был кроваво красного оттенка. С белыми и золотыми вставками. Не знаю как это точно называется но у пиджака были длинные заостренные края.       Я очень хотел одеть кроссовки, но меня заставили напялить эту туфли. Волосы причесали, а я снова их растрепал.       Девочки должны будут выйти. Мне нужно дождаться Химавари и Сараду. Из двери вышла моя младшая сестра. С прикольной прической, собранные две небольшие прядки, а остальные волосы прямые. Светло-голубое платье, с черными бантиками которые были и у неё на голове, напомнили мне один из её любимых мультиков. Она взяла меня под руку и направила спускаться по лестнице с широченной улыбкой.       — Хима, ты прекрасна…       — Я знаю. — не успел я договорить как она перебила, мы шли в том же темпе.       — А где Сара? — немного с насторожением прозвучал воспрос. Хима немного хихикнула и все же ответила       — Негоже принцу видеть свою принцессу до бала. — улыбаясь она отвернулась от меня в сторону банкетных залов.       Все взрослые что приехали будут в одном из залов. А нас детей освободили от них, на собственное празднество.       Идеально украшено! Еда повсюду подана и разносится. Люди были в не себя от счастья. Живой оркестр.       Все это в честь меня. Вспоминая свой прошлый день рождения, как мы с Соу отмечали его за границей одни, это просто несравнимо.       Мы с Химой зашли в наш зал «наследников». И как оказалось людей тут совсем не много, лишь близкие и Фиирну.       Образы каждого были на отдельных уровнях. Место с подарками очень заманчиво на меня смотрело, как Хима ударила меня по руке. Да не нужно вести себя как ребенок.       Первым делом меня начали поздравлять те кого утром тут не было. Можно было увидеть наконец более менее хорошо говорящих друг с другом Шикадая и Иноджина, а Чоу между ними.       Смотря на Шикадая что сочетает в себе новую прическу и элементы Суны в старом фраке на лице ползает грустная улыбка.       Не знаю как но оба Фиирну также оказались здесь, видимо их отец также не далеко. Их тепло-загаровая, золотистая кожа контрастировала с нежным оттенком волос и нежного цвета костюма и платья.       В этот вечер проблемы должны были быть забыты. Но волнение преследовало меня даже сейчас.       Немного пройдя вместе со всеми принимая яркие пожелания на день рождения мы оказались почти у середины зала.       Все с интересом наблюдали за моими клыками.       — А они не острые? — спросила Чоу, но что Шикадай потянулся к моему рту.       — Не очень. — лениво сказал не Нара.       — Все же они так интересно выглядят. Я даже не подозревал что они у тебя появятся. — если бы и я подозревал. — сказал Яманако.       — Погодите, а Сумире с Сарадой ещё не пришли? — спросил Мицуки, посмотрев на меня и Каваки.       — Мы с Ноной пойдем посмотрим. — сказала Чоу.       Бальное платье Чоу было яркого золотого цвета, с кристаллами. У Ноны платье было с интересным узором на верхней ткани. Вероятно шелк. Волосы Чоу были собраны в интересную низкую прическу, а у Фиирну же высокую.       Быстро убежав мы с пацанами остались одни.       — Пойдем протестируем твои новые сапоги. — сказал Иноджин с задором, я странно на него посмотрел. — Да мой подарок.       — Мне страшно представить что будет. — сказал Каваки тихо.       — А может не будем, эти туфли ели как налезли, я не знаю что с ними. — нехотя пытался оправдаться.       — Да сапоги коричневатого цвета, они подойдут с твоим костюмом, не думаю что ты сам хочешь походить в своих черевицах.       — Пошли уж.       Эти сапоги оказались очень удобными позволяющие ползать по стенам. И на самом деле по цветовой гамме подходили к костюму, но все равно чувствую как это странно выглядит.       И все же мы услышали звук входной двери. Все мы парни были одеты в новые для нас цвета. Костюм Иноджина был зелено-мятный. У Шикадая желто-коричневый. На Мицуки костюм был лимонный, подходящий к его глазам. Каваки в голубом костюме. И Фиирну который после моего появления молчал, но улыбался… мне не нравится его поведение в последним дни. На нем был серый костюм.       Остальные наследники поздравив меня занимались своими делами, такие как ровесники Химавари. Они больше с ней щебетали и гуляли.       Хима болтала о чем-то весело с Юджи. Из-за своей болтовни она даже не кушала из-за чего Хозуки с серьезным лицом подкармливал её.       Двоюродная сестренка Ширил мило кружилась в платьице из-за чего Сараги Не отводил от неё глаз. И все же не знаю мне всегда казалось что Химе будет нравится парень такой как Исаги, но не спокойный Юджи. Сама Ширил часто посматривала в сторону сестры, точнее не её. Хотя какое сейчас дело до этой малышариковой романтики, не думаю что это надолго продлится.       В дверцах по одной заходили девушки. Первой зашла Йодо, видимо она зашла к Сараде, подружки давние. Её волосы были просто распущены и украшены цепью на голове, на уровне лба.       За ней были Чоу и Нона. За Фиирну стояла Сумире в темно-фиолетовом или синем, для меня это больше ночной цвет, платье. Волосы были собраны в прическу на одном боку.       И последней оказалась она… в красном, нет, кровавом платье. Золотые украшения, все украшено темным золотом, корсет сверху. Небольшое подобие тиары на голове. Убранная впервые челка на две стороны. Спокойный взгляд который остановился на мне.       Она заставляла меня становится её игрушкой, куклой в прямом смысле. Я не мог пошевелить ни единой конечностью. Это было прекрасно. Девушки будто специально разошлись в правильную сторону, оставляя Сараду по центру, там где находился я. Где-то в далеке я услышал знакомый голос говорящий:       — Юджи! Смотри начинается. Юми! Юми?       Ещё один голос объявил:       — Дебют наследного принца. Первый танец, становящийся ежегодной традицией! Принц должен выбрать свою принцессу.       Меня будто вывело из реальности, смотря на Сараду я будто становлюсь другим человеком, будто не из этого мира. Будто здесь только я и она. Чужие голоса ничего для меня не значили. Мы смотрели друг на друга и я надеялся мы думали об одном и том же. Мы слишком дороги друг другу.       Она не двигалась, не настаивала. Она знала что будет. Каваки все же подтолкнул меня быстрее выполнить свое действие.       В зале наступила мертвая тишина за время моего выбора. Нет, выбрал я ещё до начала жизни. А это просто принятие реальности. Что сейчас я и Сарада станцуем мой дебют. Вместе.       Подходя по прямой дороге где была она, я встал от неё ровно на то расстояние которому учила Хима, а сестра-Фуко была подопытной тренершой по танцам.       Улыбка на лице была самой настоящей, она её также не скрывала. Уверен все оболтусы снимали на телефоны…       Сделав небольшой поклон, Сарада по правилам сделала кивок. Я подал ей свою руку ладонью верх.       — Разрешите пригласить вас, мой мир, на этот танец. — мы смотрели друг в другу глаза. Забывая все то что происходит… будто этот поцелуй что-то нормальное       Она ещё раз, сильнее подняла уголки губ, и приняла мою руку со славами:       — С радостью мой принц.       Моя рука оказалась на её талии, нащупывая материал корсета. Её рука у меня на плече. А принятые руки сцепились в замок и направлены в противоположную сторону.       Затем началась музыка, первый шаг, второй шаг, позиция. Все плавно скользко, будто мы одно целое. Эта легкость эти чувства, мы забываем о том в каком мире мы живем, имея рядом друг друга.       Пары начали рассыпаться и каждый выбирал себе партнера. Мне не до кого не было дела. Мои объятия с Сарадой никогда не закончиться.

Переносимся к третьему лицу.

      Думаю было логично что следом к своей девушке уже подбежал Шикадай, и выполнил все давольно лениво, но подавая пример другим.       Затем Каваки сделав глубокий вдох пригласил очень смущенную Сумире к себе на танец, у них он был интересным. Даже очень. Хоть пригласил на танец сам Каваки, ведущей стала девушка, так как у того полноценно вылетело из головы с какой ноги начинать и куда её переставлять, особенно с пышным платьям девушек.       Мицуки смотря на девушку что сейчас была так тиха, она очень молчалива, будто умеет говорить одним взглядом. И Мицуки видит слова одиночества в ней. Скрывающиеся за маской. Ему стало интересно заговорить с ней, а как ещё если не пригласить на танец? Пытался ли оправдать свой интерес Хэби? Однозначно. Заинтересованность не должна иметь причины, а у него она есть, значит искал.       На танец она согласилась немного позже чем предполагал Мицуки. Она смотрела на его руку и думала о своем, на мгоновение её лицо приобрело очень интересный оттенок, и интерес к ней возрос вдове. Глаза парня немного прищурились во время начала танца. Следуя музыке она задала вопрос.       — Почему ты решил пригласить меня на этот танец?       — Ты вызвала во мне интерес. Последние события со мной немного негативно сказались, и поэтому я стараюсь перестать думать логично и следовать тому что хочу как настоящий человек.       — Ты странный.       — И ты тоже.       — Ты прав, ты тоже теперь стал мне интересен, хотя до этого времени я относила тебя к пешке.       — К пешке? Неужто ты мне это и говоришь? — он решил просто подшутить над ней, но не ожидал что его слова так всерьез воспримутся ей. На доли секунды ей показалось что он знает о планах её брата, посмотрев в сторону в его поисках она нашла его на одном из двух северных балконов. Одного. — Эй, Нона, я же пошутил, прости меня. — он сказал это с сожалением, ему почему-то не хотелось чтобы она обиделась на него.       — Нет это ты меня прости. Мы оба просто слишком прямолинейны. Мне это в тебе и понравилось. В этом мире где все лгут тебе, тебе тоже придется лгать, хочется увидеть честность хоть в ком-то.       В этот момент внутри Мицуки что-то щелкнуло, он задумался и улыбнулся.       — Ты заставляешь меня интересоваться тобой ещё больше. — сказал он коварно, но со спокойной улыбкой. Та тоже не отстала и таким же оном сказала       — Взаимно Мицуки.       И все же Нона чуть позже отошла, отдавая Мицуки в руки Акимичи, которая наконец наелась наивкуснейшей порцией пирожного, конечно в правильных граммовках!       И ушла она в очень интересующую её сторону.

      Интереснее всего оказалось у детей, что вальс до этого друг с другом не танцевали , и даже сейчас не были обязаны. Химавари очень хотелось идеального танца, и Юджи быстро учился.       Проблемы оказались у Исаги который ненавидел танцы, ведь считал себя бревном. А Ватанабэ имеющая природный талант к танцам приходилось терпеть его тяжелые туфли у себя. Когда её терпение лопнуло она холодно сказала что ей достаточно.       К этому моменту, Юджи уже полноценно научился этому танцу и с улыбкой танцевал вместе с Химой. Узумаки заметила Исаги одного, совсем грустного, и в ней что-то залилось. Чувства теперь совсем иные, нет той любви, она больше не делает и не мечтает о нем. Но как друг который с самого детства с тобой.       Все же жалко парня, в этот момент она и Юджи перестали танцевать решившись на небольшую передышку, как вдруг подошла Ширил в своем бледно-лавандовом платье.       — Юджи составишь мне пару по танцу? — спросила спокойно она, протягивая руку ладонью вниз. Он с непониманием посмотрел в сторону Химавари. На секунды она не знала как реагировать, нет она не знала о чувствах Ватанабэ, но все же внутри подкрались сомнения. Узумаки все же кивнула, от одного танца ничего не отвалится, и она пошла в сторону Исаги.       Хозуки внутри себя надулся немного, ему хотелось поводить её в танце, а не она его. Танец с Ширил имел другие оттенки, она то тепло то холодно посматривала на Юджи, будто прощалась с надеждой. Ей хотелось видеть свою сестру и любимого в счастье… но оставить хоть какой-нибудь след рядом с собой. Что она есть…       Танец прошел молча.       С танцем Химавари и Исаги возникли трудности, сначала было стыдно звать друг друга, потом умения Исаги подвели, но Химавари оказалась учителем получше, точнее сравнения на было, Ширил не учила его.       Потом наконец и они спокойной потанцевали, и Исаги попросил прощения за слова, ведь понял что наговорил грубо с ней, со своей подругой. И она простила его, но уже как друга. Ведь теперь зная что Юджи рядом, а ещё и братья с сестрами ничего не нужно бояться.       Юми скучала одна. Она смотрела на тусовки старших, а потом и на различные пары своих сверстников, её брат, лучшая подруга, друзья. А про неё будто забыли. Некий яркий задор Хозуки, был погашен. Сделав глубокий вдох, она прикрыла глаза, но спустя секунды открыла их, почувствовав чье-то присутствие.       — Не хочешь потанцевать со мной? — на неё смотрел Иноджин Яманако, который также чувствовал себя одинокой вороной среди них всех.       На Юми было пышное жемчужное платье, переходящие в красный перламутровый оттенок. Верх имел прямой вырез, открывая плечи, напоминающие фасон Сарады. Но платье Учихи было пышнее и имело корсет. Рукава были одного фасона.       Её белые волосы на пару сантиметров ниже плеч, на кончиках совсем немного были подкручены. Девушка имела невероятную красоту и бойкий характер, ей не повезло оказаться с теми кто уже был занят.       Иноджину долго думать не хотелось, он может и переживет это одиночество, почти как всегда, или же развеселит маленькую девочку.       Её глаза загорелись звездочками и она согласилась. Иноджин старался мило водить её, и не переходить грань с ребенком. Босоножки Юми отлично ей помогли подняться в рост.       — Эх, а жаль вы не мой типаж… — сказала она, наигранной жалостью, Яманако подхватил этот тон и решил отвечать ей.       — А кто же ваш типаж?       — Тот который постеснялся бы со мной заговорить, про пригласить на танец вообще молчу. Темный как на ночь, как будто Сарада-сан.       — Интресные у вас вкусы господа-газ, неужто вы не удовлетворены моим приглашением?       — Ну чтож вы сударь! Негоже такое говорить! Мои слова никак не хотели вас оскорбить. Лишь искренняя правда, вы тоже мне очень нравитесь.       — Тогда моё сердце спокойно. — оба ярко улыбнулись и продолжили свой милый танец.

***

      Музыка доносилась и до него. Фиирну Нино, что смотрел на закат, получив приглашение он не хотел приходить, но от одной мысли что Сарада будет здесь ему хотелось увидеть её.       С каждым днем он ближе к своей цели. Но и одновременно дальше. Ведь чтобы быть ближе нужно думать на холодную голову оборвав все связи. А липовая связь с Учихой, как бы не хотелось ему признавать становилась настоящей.       Той лживой которой он добивался, стала той реалистичной. Сарада занимала все его мысли, каждая его попытка построить с ней связь сделали из него этого человека. Человека что который должен признать сейчас чувствует самые настоящие искры салюта в сердце.       Последней точкой стало последняя прогулка, именно в ней его идеальная маска рухнула, он показал истнинные эмоции. Не те которые он старался показать чтобы понравится.       И для Сарады она стали важнее. Он сам стал важнее. Но всегда будет но. Узумаки Боруто самый важный человек… для неё. И он никогда не сможет стать для неё самым важным пока она с ним.       Они оба будто забывают обо все рядом друг с другом. И смотря на их эмоции со стороны, Нино впервые за пять лет стало больно. Он забыл это чувсто, но вспомнил. Люди сделали из него человека. Чего он совсем не хотел.       Любовь к Учихе убьет его, он это понял, но он не мог отказаться, он не хотел. Он не умел. Он умел действовать по другому.       — Прости именинник, я на твоей территории, на полных правах… завтра придется совсем не сладко. Насладись моей Сарадой…       Нино не ожидал совершенно что слова будут не только услышаны, но и записаны, самым близким, кровным человеком что у него есть. Ради которой все сейчас и началось.       Музыкальный бал наследного принца подошел к концу.

Занавес закрывается.