Наблюдение

Мы устроили наблюдательный пункт в полуразрушенном здании напротив главного входа на территорию завода. Бывшая проходная, с выбитыми стеклами и граффити на стенах, но с хорошим углом обзора. Кирилл притащил складные стулья, термос с кофе и мощный бинокль. Профессионал. Первый день прошел впустую. Ни души. Только ветер гулял по пустынным цехам, да птицы вили гнезда под крышей. Я уже начала сомневаться в нашей теории. На второй день, ближе к вечеру, Кирилл внезапно замер и протянул мне бинокль. —Смотри. Вон там, у угла административного корпуса. Я навела стекло. Сначала увидела только клубы пара — кто-то дышал в холодном воздухе. Потом разглядела фигуру в темной рабочей куртке и шапке. Человек курил, оглядываясь по сторонам. Его движения были небрежными, но взгляд... взгляд был бдительным. Охранник. Не формальный сторож, а настоящий дозорный. — Он не просто так стоит, — тихо сказал Кирилл. — Он на посту. Через полчаса появился второй. Моложе, в спортивной куртке. Они перебросились парой слов, и первый ушел вглубь территории. Второй остался на том же месте, устроившись поудобнее у стены. — Смена, — констатировал Кирилл. — У них есть график. Они охраняют территорию. Но что? Руины? — Охраняют не территорию, — прошептала я, внезапно осознав. — Они охраняют то, что внутри. Или кого-то. Третью ночь мы решили провести в машине, припаркованной в глухом переулке с видом на задний въезд на завод, который нам показал Кирилл на старой карте. В два часа ночи наши ожидания оправдались. По дороге медленно подкатил темный внедорожник без номеров. Из него вышли двое мужчин. Один из них нес большой сверток, похожий на упаковку с едой или продуктами. Второй открыл тяжелую железную дверь в основании одного из цехов — дверь, которую мы раньше не замечали, — и они скрылись внутри. Сердце у меня заколотилось. —Продукты, — выдохнула я. — Им нужно кого-то кормить. Кирилл молчал, не отрывая взгляда от двери. Его лицо в свете приборной панели было каменным. —Или кто-то из них там постоянно дежурит. Но сверток был большой. На несколько человек. Мы прождали еще час. Мужчины вышли без свертка. Дверь за ними закрылась с глухим лязгом. — Они там, — тихо сказал Кирилл, и в его голосе была не вера, а уверенность. — Они там, Марта. Я чувствую. В ту ночь мы не сомкнули глаз. Я смотрела на темный силуэт завода, и он больше не казался мне склепом. Он был крепостью. Тюрьмой. В его стенах, всего в нескольких сотнях метров от нас, могли находиться Артем и Аня. Живые. На рассвете мы поехали к Кириллу. Нам нужно было планировать штурм. Или, вернее, освобождение. — Мы не можем просто так войти, — сказал он, расстилая на столе план территории. — Их как минимум двое, хорошо вооруженных и подготовленных. Нам нужен помощник. И элемент неожиданности. — У нас его нет, — констатировала я. — Они видят любого, кто подойдет к заводу. — Не любого, — вдруг сказал Кирилл, и в его глазах мелькнула искра. — Они видят того, кто подойдет днем. Или ночью, но по земле. А если зайти сверху? Я посмотрела на план. Крыша главного цеха была частично обрушена, но чердачные перекрытия и вентиляционные шахты, судя по всему, сохранились. — Ты предлагаешь проникнуть через крышу? — уточнила я. — Именно, — он ткнул пальцем в точку на карте. — Есть старый пожарный выход с соседнего здания. Рискованно, но это наш шанс. Это был безумный план. Но это был план. И впервые за долгие годы у нас была не просто надежда, а цель. Мы знали, где они. И мы собирались их вернуть.