Незапятнанная репутация.

Сегодня был обычный день, пятница. Пара как всегда пришла домой (к Янаги), Сокаку была с Мияби. Так уж вышло, что у них не было секса 3 недели. Они переоделись, поели, начали смотреть очередную фиговую комедию, после начались стандартные приставания от Харумасы: он положил руку ей на ляжку. "Милая... Я так скучал по твоему телу, по тебе. Хочу вновь услышать твои стоны, вновь ощутить твои ногти на спине". "Мазохист что ли?" - девушка захихикала - "просто ты так сильно хочешь, чтобы я тебя расцарапала?" "Ну Янаги..." - он демонстративно отвернулся, в шутку обидевшись. "Ладно, ладно, прости, я тоже очень скучала" - она повернула голову своего ненаглядного к себе - "Что ты так на шутки реагигруешь? Хорошо, давай забудем и просто займёмся этим". "Вот так бы сразу" - Харумаса взял её на руки и понёс в спальню. Секс проходил в почти обычном темпе. Янаги громко стонала, кусала шею и ключицы парня, синеволосый же постанывал, двигал бёдрами, целовал её, только он был быстрее чем обычно, пытаясь наверстать одинокие ночи. Как были в миссионерской, так и остались, они были слишком увлечены друг другом, чтобы думать о таких вещах. Но вот близился конец: "Ах! Да милый! Да! Ах! Сейчас кончу! Ах! Да! Блять! Да! Ах!" - после этих слов Цукисиро выгнулась и кончила, а через непродолжительное время Асаба тоже. Только через полминуты до девушки дошло: "Это было чудесно, как всегда. Стоп. Что я сказала? Сейчас кончу. Ах, да... блять?! Ой! Как же так? Случайно вырвалось. Я же никогда таких слов не говорила" - после осознания девушка покраснела. "Янаги, это было чудесно, но мне показалась или ты сказала блять?" "Эмм... " - она пыталась найти оправдание - "я... я... не знаю точно..." "Смотрю у моей любимой голосок прорезался" - подметил парень - "походу испортил я тебя. Как ты там сказала? «Ах! Да! Блять! Да!»" - сказал он пародируя её "ахахахах". "Харумаса!" - розоволосая кинула в него подушку. "Окей, больше не буду, хи-хи. Просто впервые из твоих уст я услышал нецензурное слово". "Извини, сама не знаю как так получилось, оно само вырвалось". "Ну что ты, подумаешь сматерилась, что в этом такого?" "Я никогда этого не говорила, а сейчас вот". "Знаешь, а мне ведь с этого безумно приятно". "Почему?" "Потому что это очень круто осознавать, что только я смог вынудить тебя это сказать. Это дико льстит". "Правда?" "Ещё как. Знаешь..." - Харумаса подвинулся поближе к её уху - "я хочу вновь заставить сказать тебя сматерится. И не только этим словом" - прошептал он ей. От этого Янаги возбудилась. Сразу после последовал поцелуй в шею, следующие поцелуи происходили всё ниже и ниже. Естественно Асаба не успел за такое время восстановиться, поэтому когда он приблизился к сладкому месту начал делать куни. Через минут 10 он восстановился, взял ещё один презерватив, надел и начал трахать свою любимую ещё активнее, чем в прошлый раз. "Ах! Да! Да! Ах! Харумаса! Да! Ах!" "Ну же, давай дополни свои сладкие стоны запретными словами". "Чёрт, это реально хорошо, я не могу больше держаться! Раз уж он уже услышал подобное слово от меня, то ничего страшного, если услышит ещё?" - после таких раздумий Цукисиро сдалась. "Ах! Да! Блять! Ах!" "Да, наконец-то!" - синеволосый ускорился. Из девушки вскоре начали сыпаться новые маты: "Да! Ах! Сука! Это божественно! Ах!" Или "Бля! Ах! Да!" Ну и "Харумаса! Твой хуй просто прекрасен!" В процессе они поменяли позу, с миссионерской на догги-стаил. В которой парень решил слегка подоминировать. "Кто у нас тут плохие слова говорит?" - он шлёпнул её по попе. "Только плохие девочки матерятся. А таких надо наказывать" - ещё один удар ладонью по ягодицам, не очень жёсткий, но стон обеспечен. Не смотря на «наказание» маты не перестали звучать, вплоть до оргазма обоих. После чего они минуту ловили воздух. Асаба добился своего, хоть его спина была исцарапана, шея в засосах, а ключицы в следах от укусов. "Янаги... я не был слишком жёстким?" "Не, в самый раз для наказания матершинницы". "Ну хоть новый синоним к слову член выучила". "Харумаса! Я и так от стыда горю, а ты тут со своими шутками". "Хорошо, хорошо, шутки в сторону. Пошли в ванную". В душе: "Милая, спустить пожалуйста на колени". "Вот, что дальше?" - спросила она, после выполнения действия. Асаба своим половым органом легонько пошлёпал по её губкам. "За маты обычно шлёпает по губам". "Знаешь, не стоит так обращаться с той, у кого сейчас во рту будет одна из твоих самых дорогих частей тела. Я ведь, как ты знаешь, люблю кусаться". "Молчу". Интересный факт: название этой части является отсылкой на девятую серию седьмого сезона «Томас и его друзья», которая именуется также.