Акт II — Глава 12. Звонкий отклик

Вечер в «Little Building» был особенным: в холле пентхауса зажгли мягкий свет, и на столе сияли отражения от хрустальных бокалов. Утро прошло в заботах — Джордж занимался очередными чертежами, родители обсуждали благоустройство, а сам Стюарт думал о том, как же трудно удержать в голове сразу и учёбу, и семью, и то новое чувство ответственности, которое он стал ощущать сильнее после последнего разговора с Марголо. Когда она вышла из спальни, Стюарт замер. На ней было платье, которое она выбрала к ужину: лёгкая ткань оттенка синего сапфира обтекала её фигуру, переливаясь при каждом шаге. Перья на плечах мягко подсвечивались золотым отблеском от ламп, и в тот момент она казалась не просто той самой знакомой Марголо, с которой он делил дни и ночи — а чем-то новым, почти недосягаемым образом. У Стюарта перехватило дыхание. Сердце ударило чаще, будто предательски выдавало то, чего он сам ещё не понимал. Это было похоже на внезапный порыв ветра: неожиданно, резко, и внутри — дрожь, которая мешала подобрать слова. Он попытался отвести взгляд, но не смог. Тонкая линия её шеи, плавность движений, то, как ткань чуть поднималась на сквозняке… В голове зажглись вопросы, на которые он не был готов ответить. В памяти всплыла передача, которую он смотрел несколько дней назад по телевизору, и та самая коробочка, оставленная в ящике. Всё это вдруг переплелось в смутный клубок: знание о взрослом мире и то чувство, которое теперь пробудилось в нём. Марголо заметила его растерянность и мягко улыбнулась, поправив подол платья. Её взгляд был ласковым, тёплым, почти шутливым — как будто она понимала больше, чем он готов признать. — Ну как? — спросила она. — Не слишком ярко? — Ты… — Стюарт осёкся и сглотнул. — Ты очень красивая. Слова прозвучали слишком просто для того, что он чувствовал. В груди было одновременно счастье и смущение. Он понял, что это — другой уровень близости, ещё не пережитый. И хотя ему было всего восемнадцать, и он не до конца понимал, что с ним происходит, внутренний голос сказал: это шаг в новую, более взрослую жизнь. Оставшийся вечер они провели вместе, разговаривая о пустяках: о книгах, о предстоящих планах Джорджа, о новых соседях в «Little Building». Но для Стюарта за всем этим оставалось фоновое ощущение — будто бы в его сердце зазвенел колокольчик, предупреждая, что скоро придётся искать ответы на вопросы, которых он прежде избегал. И в тот момент, когда город за окнами зажёг миллионы огней, Стюарт впервые признал себе: он не просто восхищается Марголо, не просто любит её — он начал ощущать её как женщину. И это открытие одновременно пугало и манило.