Дыхание Льдов

Это ледяное пространство было не просто мрачной территорией, которую надо пересечь во что бы то ни стало. Это, казалось, - воплощение древнего кошмара, над которым властвовали силы, существовавшие задолго до появления первого эльфа. Злоба Мелькора чуялась здесь повсюду: и в зловещих трещинах, где один за другим исчезали нолдор, и в ветре, который отчаянно выл, будто голодный хищник, и в снеге, который мешал дышать и не давал смотреть вперед. Нолофинвэ разрубал лед мечом, пытаясь проложить дорогу, по которой пойдут другие. Даже валинорская сталь не всегда выдерживала, пришлось сменить уже три меча, но недостатка в них не было: многие клинки теряли своих хозяев и переходили к живым. Каждый шаг, каждый взмах, каждый вздох - всё здесь было вызовом не только природе, но и чему-то древнему, голодному и вечному, что отслеживало каждый шаг. Обессиленный, он попытался найти резерв духа в воспоминаниях о Валиноре, но и они словно пронзили сердце кинжалом: смерть отца, женские слезы в Тирионе, кровь в Лебединой гавани и страшное видение: горящие корабли далеко на горизонте. Силы покинули Нолофинвэ, он упал в снег и почувствовал, что ему предстоит прямо здесь и остаться. Эльф закрыл глаза. "Пусть меня Намо судит", - промелькнула мысль. Воздух стал вязким, как смола, в ушах стоял низкий гул. Нет, это не просто гул. Здесь было чье-то присутствие. Кто-то смотрел на него, но не эльф, не вала, не хищный зверь. Нолдо заставил себя открыть глаза. Он увидел странную фигуру, излучающую слабый зеленоватый свет. Не добро и не зло. Не друг и не враг. Неведомый дух, древний, как сами Валар. - Кто ты? - спросил Нолофинвэ. - Я дух Хелькараксэ. Я - хранитель этой земли. - Что тебе надо? Верни тех, кого ты отнял у меня. Можешь забрать мою жизнь, если она нужна тебе. - Мне не нужна твоя жизнь. Мне не нужны жизни твоих спутников. Не на мне вина, а на том, кто исказил мою землю. И теперь мой край, который должен быть прекрасным, стал раной на теле Арды, ее болью и ужасом. Нолофинвэ смотрел в глаза светящейся фигуре, не отрывая взгляд. Несмотря на то, что дух не желал зла, от него веяло пронзительным холодом. - Если бы ты знал, Дитя Эру, какой прекрасной была эта земля в изначальном замысле! Покрытые густыми лесами острова в синем океане, огромные деревья, зеленеющие в сиянии огромного Столпа Света, соловьи среди ветвей... Но Исказитель обрушил Светильники, создал жуткий мороз, где не выживает почти никто, кроме тюленей и белых медведей, а потом его пронесла по этой земле тварь из-за пределов Арды. Теперь вы ступили сюда с отчаянной дерзостью. - Если ты не союзник Врага, спаси моих Верных. - Я не в силах это сделать, хотя незримо помогаю вам, когда вы этого не замечаете. Но и у меня к тебе просьба, воин света. - Что же ты хочешь от меня, дух? - Отомсти за меня и за мою землю, Отважный! Ты - тот, кто сможет бросить вызов Исказителю. Отомсти за этот край, который должен был жить иначе. За деревья, которые не вырастут, за птиц, которым не суждено петь, за прибой, которому не суждено биться о скалы. Не смей умирать здесь, воин! Дух Хелькараксэ протянул светящуюся невесомую руку и коснулся плеча Нолофинвэ, желая поддержать. Но не тепло почувствовал эльф, а страшный холод и боль. Нолдо стиснул зубы, почувствовав, как ледяной ожог пронзает тело. Дух Хелькараксэ отдернул полупризрачную руку. - Прости, я не хотел. Я не умею дарить тепло, - сказал он, но голос звучал, словно треск ломающегося льда. Нолофинвэ почувствовал яростную, почти звериную жажду жить, назло Мелькору, назло этой искаженной земле, которая почти не подчинялась даже своему хранителю... Он пожелал стиснуть рукоять меча - движение, которое придавало уверенность, но тот утонул в снегу. Дух Хелькараксэ словно прочел его мысли и дохнул на снег - меч отразил зеленоватый свет. Нолофинвэ схватил оружие, и тут же место, где лежал меч, снова оказалось занесено снегом. - Что ж, я обещаю, я отомщу. За каждого, кого оставил здесь. Ты услышан, дух! - его голос был хриплым, пропитанным болью, но твердым, как сталь. - А тепло я сам должен дарить. Дух начал растворятся в темноте, но его последние слова эхом отозвались в ушах: - Иди, воин, вперед. Твоя месть - моя надежда. Когда Нолофинвэ вернулся в лагерь, целитель принялся осматривать его и обнаружил на плече пересечение белых шрамов в форме звезды. Это знак, который останется на память о Льдах. Хелькараксэ дал ему испытание, отметил его, возложил на него миссию. Но проложенная им тропа пока держалась: ледяной дух ненадолго взял власть над искалеченной землей. И, ведя по ней товарищей, предводитель нолдор чувствовал, что за ним кто-то наблюдает - не со злобой. С надеждой.