III глава. Новенькая.

Новенькой оказалась маленькая девочка шести лет. С золотыми кудряшками и зелёными глазками. Динара удивилась внешности малютки. Одета та в порванное, растрёпанное платье, к тому же одежда была грязной. В принципе, как и сама девочка. Волосы были собраны в неаккуратные два хвостика, колготки чуть съехали вниз и тоже оказались рваными. На вид девочка была иностранкой, Динаре показалось, что та русская. Огромного значения этому она не придала, зато обратила внимание на то, что девочка была очень зажатой и не отпускала свою куклу. Ей, Динаре, пора бы привыкнуть к такому поведению новеньких, ибо почти все дети, которые попадали к ним, в первые дни, или даже недели, были такими. Ясное дело, что чуть ли не все из неблагополучных семей, но девушку бросало в дрожь от этого. Смотря на этих малышей, она вспоминала себя в детстве. Когда-то она точно так же держала свою игрушку и боялась сделать хоть одно лишнее движение. Когда-то она была такой же зажатой и шугалась от любых резких движений и звуков. Видя такую картину, как, например, сейчас, Динара уже понимала, через что прошёл этот ребёнок. Каждого из них ей было жалко. Даже врагу она бы не пожелала такой судьбы. — Привет! Как тебя зовут? — Наконец начала девушка. Она знала, что её звали Алиша, но решила начать разговор именно с этого. После недоверчивого взгляда в ответ послышалось одно короткое и тихое слово: — Алиша. — После этого девочка еще сильнее прижала к себе куклу. Динара, присев на корточки, чтобы казаться ниже и быть "на одном уровне", произнесла — А меня — Динара, но можешь звать меня няня, мама или как-нибудь ещё! Итак, Алиша, теперь о тебе буду заботиться я. Ты можешь подходить ко мне в любое время и я тебе помогу. А сейчас нам нужно пойти к доброй тёте поговорить, она тебя не тронет, ты можешь с ней обсудить что-либо и она тоже тебе поможет! — Уже не в первые темноволосая говорит эти слова очередному ребёнку. Встав, но до сих пор немного пригнувшись, она, слегка улыбаясь, так же, как и в другие разы, протягивает свою ладонь, как бы приглашая идти за руки. Добавляет нежное: — Пойдём? Кудряшка немного хмурится, смотрит в пол и думает, — Идти или лучше не надо? Решившись, что всё-таки пойдёт, осторожно берёт ладонь Динары. — Умница! — тёплым тоном говорит девушка, чувствуя как маленькая холодная рука крепко сжала её пальцы. Кабинет психолога был недалеко, и через менее, чем минуту они остановились у двери. — Алиш, нам нельзя зайти вместе, поэтому я сразу встречу тебя, как только ты выйдешь! — взяв её ручку двумя своими, которая, кстати, чуть-чуть согрелась по дороге, новая "мама" прощается: — Пока-пока! Мы уже скоро снова увидимся! Лицо блондинки погрустнело, придётся разговаривать или просто слушать попытки добиться разговора с той целую вечность. Выдавливает из себя быстрое "пока", больше похожее на шёпот. Закрыв дверь и убедившись, что "добрая тётя" поздоровалась с Алишей, пошла разбирать документы этой самой девочки. Их явно не мало и, желательно, сделать как можно больше за время сеанса, чтобы не слишком задерживаться. Есть примерно сорок минут. — Если сильно задержусь, то он меня точно прихлопнет... А мне и вчерашнего сполна хватило! Голова до сих пор раскалывается, весь низ болит, да и вся в синяках. Так себе ощущения... но это же не отменяет рабочую нагрузку и не даёт право прохлаждаться, да ведь? — Вдруг пронеслось в голове у брюнетки. Сорок минут пролетели, они будто исчезли за сорок секунд, а не минут. Девушке не хотелось вставать со стула и идти до кабинета, потому что не успела заполнить все бумаги. Хотелось бы верить, что ещё много времени и она просто неправильно посмотрела на часы, но, к сожалению, не ошиблась. Держась руками за деревянную столешницу, на которой покоятся расписанные и пустые бланки, Динара нехотя поднимается и быстро шагает по коридору в своих розовых сандалиях до психолога. — Нужно поторопиться, иначе Алиша потеряет ко мне доверие. — Думает про себя темноволосая, вспомнив что-то из детства. — А нас раньше так надолго оставляли, не на пару минут, как тут. Я всегда хотела ещё немного поговорить, совсем чуток, хотя от моих хотелок ничего не менялось, всем было по-прежнему плевать. Как бы меня ни бесили дети, не хочу чтоб они переживали что-то такое.. Те мои сверстники, наверное, и не помнят много моментов, зато их помню я! Только, вопрос, для чего? Особенно, когда взрослые забыли на сутки, что у них, оказывается, есть кто-то ещё, помимо их самих! С того дня просто ненавижу поведение людей по пятницам. — Слегка махнув головой в сторону, она совсем не заметила, как дошла до нужного места, — Ладно, было и прошло, прошлое уже не изменить. Малышка, разглядывая свою куколку с красивой розовой шевелюрой, спокойно стояла у двери. — Алиша! Я пришла! В ответ на резкое приветствие, девочка немного дёрнулась, не ожидая, что кто-то будет сейчас её звать. — А-а..? — Отводя глаза сказала кудряшка. — Пошли? Я покажу тебе твою кровать с тумбочкой, и обустроимся! — Получив на вопрос лёгкий кивок и протянутую руку, Динара повела её в комнату, где менее людно, где заняты восемь мест из десяти. Комната находится сразу прямо и налево, если идти из кабинета. Дойдя до неё, девушка жестом руки показывает, чтоб Алиша зашла первой и выбрала себе кровать. Свободны только прямо у входа и следующая от правого угла у окна. — Можно вон ту? — Показывая указательным пальчиком на ту, что у окна, тихонько произносит девочка. — Да, конечно! Сейчас постелим бельё. Так, а где оно? Я схожу за ним, а ты пока можешь посидеть. Я быстро. Пока Динара отлучилась на минутку, Алиша стала рассматривать, что есть вокруг. Сегодня достаточно солнечно, даже без ламп комнату наполняют тёплые лучи света. Дети примерно того же возраста, что и сама блондинка. Твёрдые железные кровати и, крашенные в нейтрально жёлтый оттенок, стены, покоцанные и местами грязные, для кого-то они были холстом для неразборчивых каракулей. — Почему они смотрят на меня? А вдруг они снова? Нет-нет! Что я... — Запинаясь в собственных мыслях, девочка начала сжимать игрушку. Но, не успев додумать продолжение, в комнату заходит Динара с постельным и пледом, на что девчушка сжато улыбнулась. — А вот и я! — сказала брюнетка и принялась стелить на матрас простыню, на одеяло – пододеяльник, на подушку – наволочку, а сверху накрыла всё коричневым пледом с ярким узором. Закончив, предложила сесть маленькой, легонько похлопав два раза по кровати. — Алиша, располагайся! Если что-нибудь понадобиться, то я в кабинете, он сразу прямо, потом направо. — В конце добавив шёпотом, — Можешь попробовать познакомиться с Назым, это девочка с браслетиками. — И, отстранившись, закончила. — Ну, всё, я пошла, пока-пока! — Получив растерянный взгляд на прощанье в свою сторону, Динара потопала к столу. — Нужно дозаполнить всё то, что не успела тогда. Так, на чём я остановилась..? *** После такой долгой и кропотливой работы часы показывали 20:43, а это означает, что ей придётся поторапливаться. Динара, собрав вещи в сумку, как можно быстрее, выбежала из здания. Другие воспитательницы уже уложили детей и тоже расходились. Никто не обратил внимание на Динару, ибо понимали её положение и почему ей приходится так спешить, да и в целом эта спешка не была редкостью. На улице стояла темнота, от чего и мрачность, только изредка попадающиеся фонари давали чувствовать пол не только ногами, но и глазами. Ветер сдувал её волосы в разные стороны, из-за чего дорогу становилось видно ещё хуже, но темноволосой это совсем не мешало. Немедленный шаг не грел от вечернего, почти ночного, холода. Через пару минут, по ощущениям, она всё-таки дошла до знакомого подъезда. Перед тем, как постучаться, она быстро глянула время. 21:07. — Когда успело стать девять вечера..? — Нервно сглотнув и сделав вдох и резкий выдох, Динара не стала долго стоять под дверью и терять время, а, наконец, сделала эти пару стуков, показывая, что она пришла. Ждать не пришлось, даже не успев достать ключи, дверь распахнулась прямо перед носом. На пороге стоял Игорь, а позади – его мать. Свекровь с ним сидела на кухне. Она снова заехала в гости на неопределённый срок, хотя и так часто приходила, когда вздумается, даже не спрашивая хозяев квартиры. Муж Динары был ей всегда рад, но не сама Динара. Отношения с свекровью никогда не складывались, ибо она даже не пыталась их наладить. Неприязнь была очевидна. Та показывала своё отношение всем видом: открыто не любила, говорила в лицо, что невестка такая плохая, испортила её любимого сыночка, и почему только выбрал её, подкалывала в любой подходящий момент, а когда такого не оказывалось, то сама создавала. Тем не менее, Динара старалась сохранять вежливость, по-другому нельзя, сильно бы досталось от Игоря. В этот вечер всё повторится так же, как и в другие разы, несмотря на то, что она отлично знала о работе невестки. Что там нельзя сорваться домой когда угодно хотя бы потому, что на ней лежит ответственность за детей. Она не считала это достойным оправданием задержки и в какой-то момент ядовито произнесла: — Ну чего ж ты так рано? Могла бы и не спешить, я думала, что уже не вернёшься! —Кладя руки на Игоря, продолжила — Хороший мой, ну я ж говорила, что надо было ту девочку выбирать, которую я предлагала, а не Динару. Она б всегда вовремя возвращалась, любила б хорошенько, готовила, не то, что некоторые, ну? — наигранно улыбнувшись, свекровь перевела свой взгляд на Динару. Та лишь испуганно просмотрела в никуда, зная, что этот вечер придётся переживать, но быстро отошла от этого состояния. — Привет, любимый..! О-о, вы к нам пришли, здравствуйте! — Сказала девушка, делая вид, что не услышала ничего ранее. Чмокнув Игоря, она начинает объясняться. — Сегодня задержалась потому, что завалили бумажками, я бежала как могла... Извини меня, пожалуйста, я сейчас приготовлю что-нибудь, а то голодные сидите. Только-только умывшись и собравшись начать готовить ужин, мать Игоря схватила Динару за руку и сказала холодным тоном: — А мне, кстати, вот интересно, это у вас там бумажки такие важные или воспитателям делать нечего и вы просто так всем говорите лишь бы не возвращаться домой? Динара промолчала, прикусив губу и торопливо собирая волосы в хвост чтобы не попали в еду. Молчание — единственный вариант, иначе она бы пересказала Игорю совсем другое, а он, естественно, поверил бы её искажённой версии. Игорь по-прежнему курит на балконе, её-то он слушается, если ей не нравится запах табака, то он сразу уходит из помещения. Лук пробивает на слёзы, хоть и без того обстановка явно не самая лучшая, постоянно подливают масло в огонь. — Что так долго? Я жду уже час, мама голодная. Ты что, вообще не думаешь о других? Динара знала, что этот вечер будет таким, но всё же было неприятно. После виноватого взгляда начались извинения темноволосой: — Простите, прошу.. Я б, если только могла бы, то вернулась бы пораньше и наготовила побольше... — Конечно, могла бы. Одни бы да бы! Игоречка, ну скажи ей хоть что-нибудь, я же не могу вечно терпеть это... Только оправдываться и умеет! — Последние два предложения свекровь сказала громче, чем остальные, чтоб тот точно услышал и пожалел. Он услышал её голос и сразу же обернулся, осматривая кухню недовольным взглядом. Туша́ сигарету о бетонный бортик и кидая в свою давнишнюю баночку для окурков, Игорь громко открывает дверь и прям с порога фыркает: — Вечно ты оправдываешься.— На что та лишь усмехнулась, в конце концов, получив своё. Прерывисто вздохнув, Динара продолжила резать, но уже не лук, а картошку. Свекровь сидела на кухонном стуле, положив подбородок на ладони, и сверлит взглядом девушке в спину с ехидной улыбкой. — Ой, как это трогательно — видеть, как моя невестка, наконец-то, научилась держать нож! Кивнув и улыбнувшись, как бы не замечая сарказм, Динара продолжала свои дела. — ...Правда, всё равно режешь так, будто лошадь заколачиваешь. Игорь хмыкает в сторонке от этого комментария, в шуточном тоне добавляя, — Смотри, аккуратнее там, маме не понравится — будешь потом объясняться со мной. Свекровь сладко потягивается на стуле и говорит: — Ой, Игоречка, ну зачем ты её так? Пусть лучше ужин делает. Хотя... — делая вид, что задумалась, а после изображая удивление, произнесла, — Может, правда, ту девочку позвать? Она бы уже на пятом блюде была. — Я не могу так, скоро голова треснет от этого давления. Порезаться специально чтоб выйти? Пусть ненадолго, но станет лучше. Или не стоит? — мелькает в голове у Динары, но она пока не решается что-либо делать. — Слу-ушай, а может, мне самой взяться? А то вдруг ты порежешься опять? Вот позор-то будет! Опять скорую вызывать? Этот случай, когда девушка случайно поранилась, та будет припоминать всю оставшуюся жизнь, похоже. Со всей силы втыкая нож в разделочную доску становится немного легче, иначе выпустить гнев не получится. Она уже стоит над сковородой, помешивая картошку, чтоб та пожарилась как можно скорее, сама очень проголодалась. Масло шипит, а свекровь наливает себе третью чашку чая с таким видом, будто делает одолжение. — Ох, Динарочка, а ты случайно не забыла посолить? Или у вас в вашем этом детдоме тоже еду безвкусную дают? Игорь встаёт за спиной так близко, что темноволосая чувствует его дыхание на шее. — Мама спрашивает нормально — ответь нормально, а не как обычно. Динара понимает, что если ошибёшься сейчас хоть в одном слове — будет хуже. Голос дрожит. — Я... я посолила как только закинула. Где-то чайную ложку. — Во время разговора та добавляет ещё нарезанные помидоры, лук и пару яйц для сытности. От них в комнате аромат становится ещё аппетитнее. Свекровь ставит чашку с грохотом. Ошиблась, но где..? — Вот! Везде у тебя я да я! Да кто тебя вообще спрашивал? — Снова строя обиженное лицо, она агрессивно кладёт кружку выпитого чая на стол, а Игорь вдруг берёт девушку за подбородок и тихо цедит сквозь зубы: — Ты после ужина со мной поговорить выйдешь. На балкон. Понятно? — Произносит он, больно давя пальцем на челюсть. Может, наконец, поймёшь, что моей маме грубить не надо, ты кто такая чтоб грубить вообще? Картошка пригорает... но, кажется, это теперь меньше всего волнует присутствующих. Испуганно смотря на мужа, при этом задержав дыхание, Динара отводит взгляд вниз, после чего он отпускает хватку. Сидя на табуретке, мать Игоря устало потягивается и наклоняется в сторону сковороды, чтобы посмотреть, что там наготовлено. — О, яйца-то она ещё умеет готовить? Отлично... — После взгляд ловко переключается на девушку. В этот миг в комнате повисло молчание. Слышно как сверху тикают настенные часы, шипение масла и даже дыхание. Но длилось это недолго, гостья снова нарушает тишину. — Я понимаю, что ты устала после работы, Динарочка, но.. — Отпивая чай, она кладет голову на левую руку. — Ты что совсем не следишь за собой? Так поправилась уже! Кажется, уже скоро платья свои не сможешь одеть, да, Игоречка? Как тогда будешь? — Не знаю... — Зато я знаю! Сегодня ты и так мало приготовила, да и к тому же в первую очередь надо кормить мужа, гостей.. А самой-то и так нормально будет. Поделишь на нас, пока мы поедим — ты приберёшься, а то запустила не только себя, но и квартиру, вон какой бардак. Это тебе не в обиду, просто кто, если не я, скажет тебе правду в лицо? — Динара медленно кивнула, смысла спорить нет, она уломает. — Вот и молодец! Ты мне даже начинаешь нравиться в такие моменты. *** — На стол накрыла, накормила, помыла полы и вытерла везде пыль, потом посуду и.. — Проверяя всё ли успела сделать, Динара загибала палец за пальцем, но её перечисления перебило урчание снизу. Хочется есть. В последний раз она перекусила печеньем, пока оформляла новенькую. Достаточно давно, это было часов в шесть, а сейчас же часы показывали 23:56. — Нет-нет-нет..! Завтра снова повторится то же самое, почему всё так циклично? — Внутренний монолог темноволосой только начинается. Закрывая лицо и зарываясь в собственные волосы холодными ладошками, девушка пытается держаться, так как Игорь уже давно завалился на их кровать и уснул, будто это он пашет весь день. В комнате пахло чем-то сладким или даже приторным, странно, ведь Динара не пользуется моющими средствами с таким запахом да и духов у неё нет. Голод не уходит, кладя руки на грудь, та думает, — Съела бы сейчас даже слона, надо было хотя бы незаметно что-то взять с кухни и в ванной быстро проглотить. Наверное, не получилось бы, она на меня пялилась почти всё время, возьмёшь тут что-то! Надеюсь, не опоздаю на завтрак, там должны манку давать, вкуснотища-а... — Не самая любимая еда в такие моменты становится в сто раз аппетитнее, в принципе, не только еда. — Игорь.. Интересно, а он съедобный? Может, руку ему откусить? Я не могу уже, ад какой-то, честное слово. На голодный желудок совсем уснуть невозможно! — Скорчив лицо, Динара поворачивается на бок и пытается внушить себе, что якобы совершенно не хочет есть. Это, к счастью, удаётся и она крепко засыпает до утра, до шума на кухне. Кому-то явно не спится в пять утра и этот кто-то не думает, что может мешать шумом. Не Игорю, конечно, разбудить его то ещё испытание, поэтому и не заморачиваться из-за грохота посуды, плиты и топота. Она снова так делает.