Часть 4.

В понедельник утром Гермиона встала раньше будильника на час и решила выкинуть все то ненужное, что покупала для встреч с Малфоем – в мусорный пакет полетели свечи, которые она не любила, но всегда зажигала для их «свиданий», красное кружевное белье, купленное специально для него, туда же полетел халат… Его Гермиона любила, но ассоциации с ним она не могла вынести. К остальному мусору полетели маленькие зеленые подушки, стаканы для виски (пил его только он), сам дорогой виски. После недолгих размышлений неоткрытую бутылку с виски она все же достала из пакета и поставила на стол. Потом положила в сумку. Пригодится, решила она. С огромным вздохом облегчения она отправила в мусорный бак и красные лаковые туфли на высоченном каблуке с неудобным подъемом – Малфой обожал их снимать с нее. С чувством выполненного долга Гермиона надела на себя темно-серый классический костюм. Затем, посмотрев на себя внимательно в зеркало, она поменяла кое-что: вместо туфель она надела кроссовки, а вместо блузки – белую простую футболку. Волосы она просто заколола крабиком, чтобы не мешались, и вместо полного мейка лишь накрасила губы красной помадой. Убедившись, что этот расслабленный образ сейчас полностью отражает ее состояние, она отправилась на работу.  Зайдя в министерство, она оглянулась по сторонам. Надо же, на стенах висели новые плакаты. Интересно, давно? Она оглянулась по сторонам и, увидев знакомого охранника из Аврората, помахала ему рукой. Тот радостно помахал в ответ. Гермиона подошла к парню ближе.  - Привет, Кирк! Как выходные?  - Отлично, мисс Грейнджер, все время провел с племянниками, - радостно ответил парень, глазами продолжая осматривать входящих в здание волшебников.  - Я же говорила тебе уже тысячу раз, называй меня Гермиона! – поморщилась в ответ на обращение девушка. Он был моложе ее, а называл ее «мисс Грейнджер»! Охранник улыбнулся, но не ответил. Тут Гермионе пришла в голову одна идея:  - Кирк, а ты пьешь алкоголь?  - Никак нет, мисс… Гермиона, не работе никогда! – резко ответил парень, вытянувшись в струну.  Гермиона закатила глаза:  - Да не на работе, а вообще!  - А… Ну тогда да, иногда бывает, - пожал он несмело плечами. Не каждый день с тобой на равных разговаривает героиня войны!  Гермиона радостно вытащила из сумки бутылку дорогого огневиски и протянула его парню в форме. Тот ошарашенно уставился на нее:  - Что это?  - Огневиски, тебе. Я не пью такой алкоголь, а выкидывать мне было жалко, - пожала плечами Гермиона, говоря искренне.  - Мэм, мисс… Я не могу принять! Подарите кому-то из коллег, может быть… Гермиона схватила за руку Кирка и вложила ему подарочную бутылку алкоголя.  - Мои коллеги – сплошь снобы, а некоторые еще подумают, что это взятка! – Гермиона рассмеялась, глядя на его вытянутое лицо.  Тут в нос ударил запах до боли знакомого парфюма, и Гермиона приложила все усилия, чтобы не подать вида и не обернуться.  - Бери, пока дают, - снова улыбнулась обрадованному парню Гермиона. Она скорее почувствовала, чем заметила боковым зрением, что Малфой стоит где-то рядом. Он не двигался вперед с толпой, а замер неподалеку.  Гермиона сосредоточилась на парне, который с жаром благодарил ее за подарок и жал ей руку:  - Спасибо, мисс…Гермиона! – Гермиона рассмеялась, и махнув ему на прощание, повернулась и ушла.  Боковым зрением она увидела, что Малфой тоже двинулся, в том же направлении. Но, подойдя ближе к лифтам, Гермиона повернула налево и пошла к лестнице. Дин Томас, увидев ее уходящей, окликнул ее:  - Герм, ты куда? Тебе же на шестой этаж?!  Но Гермиона, не оборачиваясь, весело крикнула в ответ:  - А я теперь в удобной обуви, пойду пешком! – и уверенно поднялась пошла по лестнице.   

* * *

Драко Малфой всерьез начал нервничать. Ну не то чтобы прямо нервничать, тут же одернул он сам себя, просто … что-то было не так. Он сразу это заметил. Она премило ворковала на входе с каким-то моложавым охранником, подарила ему бутылку дорогущего виски… «Моего виски!» И выглядела она по-другому. Без каблуков она была такой маленькой… Она была, кажется, в кроссовках, он не успел заметить. И пошла пешком к себе на этаж, даже не взглянув на него! Куда это годится?! Он едва дошел до своего кабинета. В голове роем неслись мысли…Что конкретно было не так? Вы всегда едва здоровались с ней на работе.«Ерунда. Все это чушь, ты просто надумываешь себе проблему там, где ее нет». Он погрузился в рабочие документы, все же изредка поглядывая на часы. Втайне он всегда радовался, когда она нарушала их правила и все же писала ему или отправляла вместе с каким-то выдуманным документом маленькую записку… Но после произошедшего в пятницу он не был уверен, что получит теперь от нее записки. Наконец настало время обеда и он, не дождавшись пары минут до его начала, помчался в столовую.  Последние несколько недель он успешно избегал обедать там, где обедает она – он за версту видел ее вытянутую шею и бегающий по толпе взгляд. Он заранее спускался на лифте и убегал в кофейню неподалеку, где обедал чаще всего с Блейзом. Иногда – с какой-нибудь красивой девушкой, с которой познакомился недавно… Сейчас же у него чесалась кожа от предвкушения встречи с ней в людном месте. Он хотел снова увидеть, как она будет высматривать его в толпе вместо того, чтобы разговаривать с друзьями.  Но едва зайдя в кафетерий, он не увидел ее. Он, стараясь казаться спокойным, заказал себе невкусный кофе, взял какой-то резиновый обед и сел в углу. Спустя минут десять он увидел Грейнджер, которая зашла в кафе… смеясь. С Поттером под ручку. Они о чем-то весело переговаривались, и Поттер ее, видимо, очень рассмешил, отчего Гермиона захохотала, держась рукой за Мальчика-который-выжил… От ее заливистого смеха и радостного вида ему стало не по себе. Это что еще за…? Она очень давно не видел ее такой. «Какой – «такой»? – тут же спросил он сам себя малфоевским въедливым голосом. «Счастливой», - признался он сам себе. Малфой уткнулся в газету, лежащую на столе, лишь бы не видеть ее радостного лица и…чуть не взвыл во весь голос… Статья! Он совершенно забыл, что она должна была выйти сегодня! Он неуверенно поднял глаза на Гермиону – та спокойно обедала, премило беседуя с Поттером и Уизелом. Тут к ним подошла Дженевра, и в руках у нее была та самая газета, которую Малфою сейчас очень хотелось бы уничтожить… Рыжая ведьма уселась за стол к друзьям, положив посередине газету. Она ткнула пальцем с острым ногтем в первую полосу, и Малфой затаил дыхание. Там были их с Асторией улыбающиеся лица, а ниже – история их «волшебного знакомства» и «чудесной помолвки». Малфой заскрежетал зубами, когда Рональд схватил бумажку и начал тыкать ей всем в лицо, усмехаясь… Он что-то говорил довольно громко, но Малфой смотрел лишь на Гермиону: та на какую-то секунду замерла, увидев его фото, а затем, деланно пожав плечами, продолжила разговор с Поттером. Малфой не знал, что и думать – с одной стороны, не было слез, истерик, в его адрес не летели проклятья… а с другой стороны – не означало ли все это, что ей все равно? «А почему ты боишься, что ей все равно?» - тут же подал внимательный голос Блэков в нем.  - Мне абсолютно все равно на всех, - негромко проговорил Малфой, вскакивая со своего места и едва не выбегая из столовой.    Джинни проводила взглядом выбегающего из кафетерия Малфоя и перевела внимательный взгляд на подругу. Та, едва увидев колдографию и статью, резко напряглась и замерла, но затем словно опустила плечи и выдохнула, продолжив говорить с Гарри об охране мероприятия. Джинни не сказала ничего, но продолжила исподтишка наблюдать за Гермионой. Та еще минут пять сидела за столом, создавая видимость беседы. Но внимательно прислушавшись к разговору, Джинни заметила, что отвечала подруга односложно и невпопад, а пальцы, которыми она держала стаканчик с кофе, побелели от напряжения. Джинни нахмурилась, но не стала говорить о своих догадках, тем более при мальчишках.