Глава девятнадцатая. Принятие важных решений.

*** -_ Три месяца спустя. _- *** С момента вашего взаимного признания, твоя жизнь свернула в совсем иное русло. До конца обучения в СИИ оставался последний год, который, к счастью, был проплачен наперёд, совместным решением с Чаном вы пришли к выводу, что с работой у мадам Ши пора было прекращать. Твоя тайная жизнь была замечательной, она тебе нравилась, но ваши, с молодым человеком, отношения перешли в более серьёзную фазу, и ты подумала, что не имеешь права навредить его карьере. Несколько дней назад, уличив момент, пока менеджер отсутствовал в стенах общежития, заранее договорившись о встрече, ты приехала к нему. - Чан, - глядя в его бездонные, такие любимые глаза, выбираясь с не менее уютных объятий парня, обратилась, - я хотела тебе кое-что сказать… - Что-то случилось? – Обеспокоенно посмотрел на тебя молодой человек. - И да, и нет… - Неуверенно отозвалась, при этом успокаивающе улыбнулась ему. – Я решила бросить работу в клубе. – Тебе было грустно об этом говорить, ведь, заведение мадам Ши занимало отдельное место в твоей жизни. Но, тем не менее, никто не запрещал тебе навещать, ставшую столь родной и дорогой сердцу, женщину. А работа… Да, ты понимала, что другой такой прибыльной не найдёшь, и тем не менее, всегда могла подыскать другие, менее «проблематичные» места зароботка. Ведь, прежде всего, если когда-либо о ваших с Крисом отношениях узнают, не хотелось бы оставлять пятно на его безукоризненной репутации, да и подвергать полюбившихся ребят риску, так же. Ты ещё не представляла, как сообщишь о своём решение владелице клуба, но, смирившись с неизбежным, вознамерилась отстаивать свою точку зрения и даже… В случае чего, компенсировать будущие убытки. Опорой в данном решении стали так же и твои друзья, чья поддержка оказалась воистину бесценной. Проведя большую часть ночи за обсуждением будущего, ты поняла, что не хочешь, чтобы клуб стал твоим единственным достижением. Впереди ожидал выпуск с института, иная работа и совсем иная жизнь. Предельно честная и без «тёмных» тайн. - Но я вижу, - мягко коснувшись твоего подбородка, рассматривал, поникшую тебя, молодой человек, - что тебе это решение далось отнюдь нелегко. – Ты лишь утвердительно кивнула. – Говорила уже с мадам Ши? - Собираюсь сегодня, - отвела взгляд в сторону, - после финального выступления. - Я должен поехать с тобой и быть рядом… - Произнёс Крис, но ты перебила его. - Прости, - чуть нежнее, парировала в ответ, - но это то, с чем я должна справиться сама. – Приобняв, ласково пригладила его, слегка растрепавшиеся волосы. - И, тем не менее, помни, - запечатлел нежный, слегка робкий поцелуй на твоём виске, - я всегда на твоей стороне. - Я знаю. – Прижалась крепче, выражая крайнюю степень благодарности за его тёплые, ободряющие слова. Ещё немного понежившись в лучах его присутствия и облака заботы, которым он окружал тебя каждый раз, каждую встречу и разговор, ты отправилась воплощать задуманное… *** -_ Этим же вечером. Клуб Keller. _- *** Внутренние чувства бушевали. Атмосфера клуба нынешним вечером ощущалась, во сто крат, острее обычного. Что-то внутри тебя непривычно менялось: стремительно, головокружительно и неотвратно… Ты стояла за кулисами, перебирая пальцами край своего восточного беледи – привычка, от которой так и не смогла избавиться за все это время выступлений на данной сцене. Старые половицы тихо поскрипывали под ногами, словно нашёптывая историю её прошлого в этом месте, пророча нечто новое, захватывающее впереди. Сколько раз ты слышала этот скрип, готовясь выйти на сцену? Сотни, наверное. Но сегодня он звучал иначе – прощально. Из зала доносился привычный гул голосов, звон бокалов, случайные взрывы смеха. Каждый звук отзывался в сердце щемящей нежностью. Это был твой мир – уютный, знакомый до последней трещинки в стене, до каждой царапины на деревянной сцене. Здесь ты выросла как артистка, здесь научилась чувствовать публику, здесь пережила свои первые провалы и триумфы. Ты глубоко вдохнула, ощущая знакомый запах – смесь духов, дорогого вина и старого дерева. Пальцы сами собой коснулись шеи, где всегда перед выступлением возникал тугой комок волнения. Но сегодня к привычному трепету примешивалось что-то ещё – светлая грусть и удивительное чувство свободы. Где-то там, за горизонтом привычной жизни, тебя ждали новые сцены, новые зрители, новые истории. Ты знала это так же отчётливо, как знала каждое движение танца в своём многочисленном репертуаре. Будущее манило своей неизвестностью, будоражило воображение, заставляло сердце биться чаще. Объявили твой выход. Ты расправила плечи, позволяя себе в последний раз окинуть взглядом знакомое закулисье. Каждый шаг к сцене отдавался в груди – не болью прощания, нет. Скорее благодарностью. Благодарностью этим стенам, этой сцене, этим людям, которые стали частью твоего жизненного пути. Яркий свет софитов встретил тебя, словно старый друг. Ты улыбнулась под тканью вуали – искренне, широко, всем сердцем. Сегодня ты подаришь этому месту лучшее своё выступление. Не потому что последнее, а потому что каждое выступление должно быть таким – словно первое и последнее одновременно. Музыка начала свой рассказ, и ты растворилась в ней, чувствуя, как все эмоции – грусть расставания, волнение перед неизвестностью, радость предстоящих открытий – сплетаются в единую мелодию жизни, где каждый конец – это только начало чего-то нового. Едва выступление достигло финальных аккордов, низко поклонившись возбуждённым зрителям, привычно направилась к аръерсцене, где, по знакомой традиции тебя уже ждала госпожа Ши Ра Он. Её взгляд отливал тоской, щемящей болью, сжимающей твоё пылкое, но столь нежное сердце. - Ты прощаешься с нами, дитя… - Улыбнувшись, как-то по-матерински грустно, её взгляд, тем не менее, выражал одобрение и даже… Восхищение. *** Во время каждого выступления Т.И, Ра Он старательно наблюдала за молодой девушкой. И в этот раз всё осталось как прежде, без изменений. Женщина стояла в полутьме аръерсцены, намеренно держась в тени. Сегодня свет должен принадлежать только ей – той хрупкой фигурке на сцене, что когда-то впервые переступила порог этого заведения, запинаясь о собственные неуверенные шаги. Сколько времени уже прошло? Кажется, целая жизнь. Ра Он помнила её совсем юной, с дрожащими руками и глазами, полными решимости и страха одновременно. Помнила первые неудачи, вереницу жизненных поворотов в жизни Т.И., и как приходилось находить правильные слова – не утешения, нет, а той твёрдой веры, которая помогает подняться и идти дальше. Каждый вечер владелица наблюдала, как девочка превращается в артистку. Это было похоже на волшебство – видеть, как неуверенность уступает место грации, как робкий голос обретает силу, как случайные зрители становятся преданными поклонниками. Она ловила каждый момент этого превращения, храня их в сердце, как мать хранит первые рисунки ребёнка. Сейчас, глядя на сцену, женщина чувствовала, как к горлу подступает комок гордости и светлой печали. Её девочка расправила крылья, окрепла, научилась летать. И пусть сердце сжимается от мысли, что больше не будет этих вечеров, этих разговоров после выступлений, этого особенного блеска в глазах перед выходом на сцену – Ра Он знает, что так и должно быть. В каждом движении своей подопечной она видела отражение их общих усилий, бессонных ночей, бесконечных репетиций. Видела след каждого совета, каждого урока, каждого момента, когда приходилось быть строгой, чтобы помочь ей стать лучше. И сейчас, наблюдая за её последним выступлением, она понимала: всё было не зря. Где-то там, в большом мире, Т.И. ждут новые сцены, новые высоты, новые победы. И пусть сердце щемит от мысли о расставании, владелица чувствует только благодарность – за возможность быть частью этого пути, за право видеть, как распускается этот редкий цветок таланта, за честь быть той, кто помог ему окрепнуть. Ра Он незаметно смахнула непрошеную слезу… Это были слёзы не горечи, а гордости и любви – той особенной любви, которую может испытывать только тот, кто видел, как неуверенный птенец превращается в сильную, красивую птицу, готовую к самостоятельному полёту. И пусть этот полёт уведёт её далеко от родного гнезда, она знала: частичка её сердца всегда будет хранить тепло этих стен и свет этой сцены… *** - Ты прощаешься с нами, дитя… - Произнесла мадам Ши, и твоё сердце сжалось в трепетном чувстве скорби. - Настало время… - Невесело, но с твёрдыми нотками голоса, ответила ей. – Мне нужно искать новый путь. - Я горжусь тобой. – Мягко улыбнулась Ра Он, и, поддавшись чувствам, приобняла свою подопечную, лучшую звезду её ночного клуба. – Ты так повзрослела, малышка… - Слегка потрепав девушку, алую, словно спелая вишня, по шеке, протянула она. – И, я отпускаю тебя… - Спасибо, мадам Ши… - Одинокая слеза, грусти и счастья одновременно, скользнула по гладкой коже твоей щеки. – Сердечно благодарю… - Не стоит, Т.И… - Ласково парировала женщина. – Азра навсегда останется легендой этого заведения, а тебе давно пора жить под своим настоящим именем, не скрываясь и не боясь. - Но… - Неуверенно спросила. – Как же теперь Вы? – Ты ощущала некую вину за свой преждевременный уход. Ты понимала, что не дала женщине ни единой возможности заменить тебя кем-то. - За меня не волнуйся, - весело рассмеялась женщина, - Судьба, вещь весьма забавная. Однажды она привела тебя ко мне в заведение. Возможно… Приведёт кого-то ещё, кто будет так же нуждаться, как и я. – Она смотрела на тебя с преисполненным чувством любви и нежности, как только мать умеет смотреть на своего ребёнка. – Помни, Т.И… - Напоследок, напуствовала Ра Он. – Что бы ни случилось, ты всегда знаешь, где меня найти. - Что бы ни случилось, - не менее уверенно отозвалась ты, - я всегда останусь на Вашей стороне. Ещё раз обменявшись тёплыми объятиями, ты уважительно поклонилась собственной, отныне бывшей, работодательнице, переоделась и отправилась домой. Сердцу сейчас нужно немного спокойствия… А нервной системе, чуточку сладостей… ***