Глава 11

      Кенма не выдержал.       Кенма сорвался.       А как иначе объяснить, почему он дёрнул эту несносную ящерку с кресла, за доли секунды прижав к стене, и страстно поцеловал? Тихий женский стон, который больше ощущается, чем слышится, и Козуме, не выдержав, укусил её язык. Сердце бешено заколотилось в груди, словно желая вырваться наружу. Всё тело сотрясала мелкая дрожь, адреналин бурным потом расходился по телу.       Аои замерла, прижавшись спиной к прохладной поверхности стены — она хоть немного смогла привести её в чувства. Дыхание сбилось, мысли путались, сложно было понять, что происходит. Она не ожидала подобного поворота событий, хоть в тайне и мечтала — кто вообще в здравом уме откажется от этого красавчика?       Его руки крепко держали её запястья, прижимая к гладкой поверхности стены. Почти как в том коридоре, только сейчас он прижимался к ней куда плотнее, а ещё целовал! Все святые, как он её целовал! Сколько жара и страсти, оказывается, спало в нём!       Прервав поцелуй, Кенма едва ощутимо отодвинулся, но его бёдра продолжали прижиматься к её. Его глаза смотрели исподлобья, наполненные одновременно и желанием и гневом. Казалось, он сам не понимал, зачем сделал это, и теперь испытывал нечто среднее между растерянностью и удовлетворением. Однако Аоцуки уже не хотела отступать. Ловко выпутав свои руки из совсем ослабшей хватки, она запустила их в волосы Кенмы, притягивая парня обратно. И поцеловала.       Козуме очнулся не сразу. Аои пришлось несколько раз двинуть бёдрами вперёд, чтобы хоть чуть подтолкнуть парня к каким-нибудь действиям. Когда губы парня всё же зашевелились, девушка опустила руки на широкие плечи, мягко начав поглаживать кончиками пальцев кожу, побуждая мурашки бежать вниз вдоль позвоночника. Её губы уверенно скользили по его губам, вызывая нарастающее волнение и возбуждение.       Если меры великого Кодзукена против неё будут именно такими, то Аоцуки готова была посягать на его "детище" хоть каждый день. И не по одному разу.       Кенма вдруг понял, насколько глубоко попал в ловушку собственных эмоций. Никогда раньше он не чувствовал ничего подобного — такую сильную смесь ярости, желания и беспомощности одновременно. Осознав, что по крупицам теряет остатки самоконтроля, он резко схватил её за талию и притянул ближе к себе, буквально отодрав от стены и продолжив жадно целовать. Он словно старался доказать самому себе, что он ещё владеет ситуацией.       Аои не выдержала и протяжно застонала, откидывая голову назад и тем самым прерывая их затянувшийся поцелуй. Но Кенму это не остановило — он переключился на открывшуюся ему во всей красе тонкую шею. Девушка встретила его порыв уверенными движениями рук, начавших гладить его спину, доводя мужчину до грани нервного срыва. Чувства захлестнули его волной, сметая остатки сомнений и страхов. Поднимаясь, её тонкие пальцы ласково перебирали волосы, доставляя невыразимое удовольствие, а опускаясь, пробирались под резинку спортивных штанов, пощипывая поясницу.       Кенма почувствовал себя почти животным, ведомым инстинктами, он потерял контроль над собой. Ноги сами собой с каждым шагом придвигали его ближе к девушке, пока ладони свободно блуждали по спине, оставляя за собой следы из мурашек. Грудь поднималась и опускалась быстро, дыхание не успевало восстанавливаться в те короткие перерывы между возобновившимися поцелуями. Каждое движение девушки лишь усиливало желание Козуме, заставляло его забыть обо всём вокруг. — Остановись... — прошептал он, не отрываясь от тонкой женской шеи, которую покрывал лёгкими поцелуями.       Кожа была мягкой и тёплой, тело под его ладонями отзывалось на каждое касание, а ласковые пальчики, вновь зарывшиеся в волосы на его затылке, делали что-то явно запрещённое. Страстное желание заполонило сознание, вытесняя голос рассудка, который и так не сильно-то сопротивлялся.       Аои промолчала, лишь несдержанно застонав, когда парень поднялся руками по талии и, переместив ладони на её плечи, резко прижал к стене. Она не хотела оставаться в долгу, а потому потянула кофту парня вверх, заставляя его поддаться безумию и снять эту огромную и так бесившую её толстовку. Трогать почти голые плечи этого парня оказалось куда приятнее, что уж говорить про его губы и руки, которые явно совместно пошли в отрыв.       Ещё тогда, на крыше тренажёрного зала, когда Кенма с другом поднялись поплавать в бассейне, Аои заметила его тело, от которого с трудом смогла отвести взгляд. Он не был качком, его мышцы не бугрились, как у Куроо, который явно следил за всем этим куда строже и тщательнее. Козуме был прекрасен другой красотой — пускай, и не такой высокий, но прекрасно сложенный и жилистый.       И тогда эти прекрасные мышечные жилы настолько привлекли её внимание, что Аои чуть не утонула, так потом ещё и пропустила момент, когда парень к ней подплыл. Ух, как она тогда уматывала из бассейна! Пару раз даже чуть не упала на лестнице при спуске. От воспоминаний о провале и прекрасных косых мышцах Аоцуки отвлёк Козуме, который, кажется, окончательно лишился тормозов.       Если ещё несколько минут он сам буквально молил её остановиться, то сейчас пёр вперёд словно танкер. Огромный, мощный без якоря и по течению. Сначала он резко толкнул своё колено меж её, а в следующую секунду, сжав женский зад, подкинул её. У Аои банально не было выбора — пришлось хвататься ногами, сжимая тонкую мужскую талию. И стонать в поцелуй, потому что руки отпускать задницу даже не думали — наоборот, словно найдя в ней новое увлечение и способ сбросить лишнее напряжение. По крайней мере, Аоцуки именно это пришло в голову, стоило только оценить силу сжатия. И это через плотные джинсы! Зверь!       А поцелуи всё не прекращались. Из-за новой позы Аои теперь была чуть выше, глядя в золотые глаза, в которых не было ни капли адекватности — словно красная пелена.       Секс на первом свидании не входил в планы Аоцуки. Это даже свиданием нельзя назвать! Больше подходила охота, где охотник и жертва выясняли, кто умнее и хитрее. Однако жертва в большинстве случаев проигрывала, погибая. А у них что? Аои вообще не была уверена, кто из них кто сейчас! По ощущениям больше походили на старшеклассников со спермотоксикозом, а не на взрослых людей с высшим образованием!       Аоцуки понимала, что должна сказать стоп, хотя бы попытаться удержать происходящее в рамках разумного. Но каждая клеточка тела жаждала продолжения, каждая частица сознания кричала ей продолжать, наслаждаться моментом здесь и сейчас! Даже воздух вокруг казался заряженным электричеством, готовым вспыхнуть ярким фейерверком, стоило лишь позволить эмоциям окончательно выйти на свободу.       Но внезапно, словно прочтя мысли в женской голове, Козуме остановился, мягко и аккуратно опустив девушку на пол и сделав шаг назад. В глазах, вслед за всплеском осознания, снова появился оттенок сомнения и лёгкой неуверенности. Возможно, именно осознание последствий удерживало его от дальнейшего погружения в их общее безумие.