Часть 6

Прошло несколько дней с пропажи родителей. Настал день, когда Антон решил снова пойти вместе с Пятифаном к Тихонову. — Ром, пойдёшь со мной в участок? — Я Полине обещал, что провожу её, извини, Тох. Сегодня никак. — Я тебя не виню, — Петров дружески похлопал Пятифанова по спине. Поняв, что Антону предстоит пройти через лес одному, он поплёлся к милиционерам. По приходе Петров обнаружил двух мужчин, сидящих у входа. Подойдя к ним, он начал диалог: — Здравствуйте, я Антон Петров. Приходил к вам по поводу пропажи родителей. — Да-да, помню тебя, — ответил Тихонов, почёсывая затылок. — Мы обещали найти их. Так вот... Мы нашли кости двух тел взрослых людей. Тебе, Антон, нужно опознать. — Х.. Хорошо, — немного заикаясь от волнения, проговорил парень. — Следуй за мной, — сказал мужчина, после этого поднимаясь со стула. Выйдя из здания, он подошёл к машине, которая уже собиралась вести останки тел в МОРГ. Антон взглянул на кости. Где-то остались куски кожи, и черты лица с трудом, но узнать можно было. — Да, судя по всему, это они, — отвернувшись от тел, полушёпотом проговорил Петров. А в его внутреннем мире начинался шторм. Ему было очень плохо. Постоянно казалось, что он начинает сходить с ума. Слёзы начинали наворачиваются на глазах, но он старался хоть как-то перестать их лить, как крокодил, у которого зуб болит. Ничего не выходило. В такие моменты можно показать себя со слабой стороны, потому что мало кто при таких обстоятельствах будет чувствовать себя приемлемо. — А что будет со мной и сестрой? — Если у вас нет никаких родственников, которые могут вас содержать, то вы до восемнадцати лет будете воспитываться в детском доме. Антону было страшно. Он понимал, что мала вероятность того, что у него там всё сложится хорошо с другими детьми. У него всегда были проблемы с общением. Только Рома с Бяшей его приняли, остальные даже видеть его не хотели. А при случайной встрече отлетали, как кипятком ошпаренные. — У нас нет таких родственников, — недолго думая ответил парень. — А где находится детский дом? — В соседнем небольшом городе, мы вас туда отвезём, только приведи сестру. — Хорошо, — у Антона не было выбора. Слова милиционера, будто облили его тем самым кипятком. Всю дорогу до дома он думал, как же сказать Оле о том, что родителей больше нет. Парень изо всех сил старался не выдавать своих эмоций, надевая «маску» радости. Но та потихоньку начинала приобретать «трещины». По приходе Антон разделся, разулся, после поднимаясь на второй этаж. Всё в этом доме напоминало о родителях, но вернуть их уже невозможно. Ведь слезами горю не поможешь. Постучавшись, Петров со скрипом приоткрыл дверь, за которой сидела сестра. Она просто сидела на кровати, смотря в стену. Даже мелодия из «Русалочки» не играла, которую она постоянно слушала. Казалось, девочка что-то знала, но не давала этого понять. — Оль, собирайся. Нам надо к милиционерам, — полушёпотом проболтал Антон. Но сестра его как не слышала. — О-Оль, ты меня слышишь? — начал брат немного громче. После этого девочка, будто вышла из транса, уставившись на старшего. — А? — первое, что она произнесла. — Собирайся говорю. К милиционерам надо... — Хорошо. После того как Оля собралась, дети вышли на улицу. Антон додумался взять с собой документы, которые родители хранили в большой сумке в папиной тумбочке. Заперев дом на ключ, парень двинулся ближе к лесу, а сестра за ним. — А зачем нам к милиционерам, Тош? — начала диалог младшая, задав вопрос. — Как придём, узнаешь. — Ладно, — ответила Оля, смотря себе под ноги. По приходе их встретили мужчины, усаживая в чёрную машину. Дорога предстоит нелёгкая. Оля начинала переживать, ведь она не знала, что они куда-то поедут. Девочка забыла взять свою любимую игрушку, без которой ей было тоскливо. На улице начинало темнеть, ехать ещё немало времени. Антон тоже начинал потихоньку нервничать. Он не сказал друзьям, что он уже вряд-ли вернётся в эту деревушку, в которой провёл почти всю жизнь. Не дождавшись остановки в пункте назначения, дети засыпают. Антон больше не спал без снов. Ему начинали сниться кошмары про родителей. Про то, как они раньше жили и многое другое. А Оле опять снилась Небыляндия, но она уже не была такой яркой и красочной. Она была какой-то тусклой и непривлекательной. Второй мужчина, сидящий справа от водителя, повернулся назад, замечая спящих детей. Он бы тоже задремал, но ему и его коллеге надо будет вытаскивать их из машины, относя в здание. Милиционерам придётся подписывать разные бумаги и оформлять документы, чтобы Петровых зачислили в детский дом.

***

— Как тебя зовут? — спрашивает мальчик, когда Антона с Олей приводят буквально за ручку. — Меня... Антон, а тебя? — А меня нет, — выпалил парень, после чего другой, стоявший рядом с ним, засмеялся. Антон только пришёл, а над ним уже начинают стебаться. — Пошлите, детки, — подхватывая ребят по пути к лестнице, позвал милиционер. — Комната у вас будет на двоих, — продолжил он. Логично, что если дети будут «выживать» вдвоём, то комната, в которой они будут, должна быть немаленькой. Так и оказалось. По приходе на третий этаж, дети сразу забежали в указанную милиционером комнату. Там было две кровати, одна у окна, другая возле стены. Сразу на входе Оля крикнула: — Чур эта моя! — девочка со всех ног побежала к кровати у окна. — Ладно. В комнате также были стеллажи для книг, несколько тумбочек и стол со стульями. Дети осмотрелись. Антон знает, что дома уютнее, но это место лучше, чем ничего. Возня с документами закончилась, и дети спокойно спали в своих кроватях. Все дети. Кроме Антона. Ему было не по себе ещё с самого начала. Петрову постоянно кажется, что что-то пойдёт не так в его жизни. Будто, будет тот, кто нарочно оборвёт все нити существования. Антон услышал скрип, который заставил его подняться с кровати. — Кто здесь? — полушёпотом спросил Петров, но в ответ была лишь тишина, режущая уши. Немного времени спустя, парню всё же удалось заснуть. Ему ничего не снилось. Только редко проезжающие машины будоражили его, пока он спал, на миг пробуждая, но Антон вновь ложился и засыпал. Он покусывал руки, нервно дожидаясь утра.