Эпилог

Прошло много лет. Хогвартс давно восстановили, но на его территории, чуть в стороне от замка, стоял белый памятник, обвитый плющом. На нём золотыми буквами было написано: Амелия Блэк Дочь, сестра, воин. Та, что сражалась за семью и за свет. Весенним утром сюда пришли люди. Первым был Сириус — поседевший, с усталым лицом, но в глазах его по-прежнему сверкал огонь. Он положил на могилу веточку жасмина и тихо сказал: — Ты всегда была настоящей Блэк, девочка. И самой светлой из нас. Рядом остановился Гарри, держа за руки своих детей. Джеймс, Лили и Альбус внимательно слушали, пока отец рассказывал им, кто покоится здесь. — Она спасла меня. Спасла всех нас. И это — ваша семья. Лили осторожно положила маленький букетик ромашек на плиту, прошептав: — Спасибо, тётя Амелия. Чуть поодаль стояли Гермиона и Рон со своими детьми. Гермиона вытерла глаза, а Рон кивнул Гарри: — Она была героем, Гарри. Таких не забывают. Появились и другие: Андромеда, уже постаревшая, с внуком Тедди; Нарцисса и Драко, державшие себя сдержанно, но с искренней скорбью в глазах. Даже спустя годы Нарцисса не могла без боли смотреть на памятник племянницы, в которой когда-то видела отражение своего погибшего брата. — Она примирила нас, — тихо сказала она, обратившись к Сириусу. — Пусть ценой собственной жизни… но примирила. Все молчали, и лишь ветер шевелил листья. В этом молчании было больше слов, чем кто-либо мог бы произнести. Сириус поднял голову к небу. — Ты просила, чтобы мы жили, Амели, — прошептал он. — Мы живём. И всегда будем помнить тебя. И казалось, что в ответ на их слова лёгкий порыв ветра коснулся каждого — словно Амелия всё ещё была рядом, улыбаясь своим темноватым, но чистым светом.