[ Глава 109 ]

«Докладываю, ​никаких ​отклонений ​впереди ​не ​обнаружено». ​ ​"Хорошо. ​Всем ​отдохнуть ​здесь ​немного". ​ ​Эта ​небольшая ​команда ​отвечала ​за ​патрулирование ​границы, ​чтобы ​враг ​не ​смог ​пробраться ​и ​совершить ​внезапное ​нападение ​на ​их ​лагерь. ​ ​После ​нескольких ​часов ​непрерывных ​поисков ​команда ​была ​морально ​и ​физически ​истощена. ​С ​неохотой ​лидер ​отдал ​приказ ​отдохнуть ​в ​течение ​десяти ​минут. ​ ​«Вздох». ​Один ​из ​членов ​команды ​не ​смог ​удержаться ​от ​глубокого ​вздоха. ​На ​лицах ​остальных ​тоже ​было ​выражение ​усталости. ​ ​Подобные ​патрульные ​миссии ​означали, ​что ​при ​столкновении ​с ​врагом ​придется ​сражаться ​не ​на ​жизнь, ​а ​на ​смерть. ​ ​Если ​только ​человек ​не ​является ​настоящим ​шиноби ​уровня ​джонина, ​никто ​не ​может ​гарантировать, ​что ​он ​выживет. ​ ​«Война...» ​ ​«Когда ​же ​она ​закончится?» ​ ​Видя, ​что ​боевой ​дух ​его ​команды ​падает, ​лидер ​Учиха ​не ​мог ​не ​упомянуть ​о ​том, ​что ​только ​что ​услышал ​перед ​отправлением. ​ ​"Вы ​все ​знаете? ​Лорд ​Кёске ​вернулся". ​ ​При ​этих ​словах ​все ​сразу ​же ​оживились. ​ ​«Правда?» ​ ​"Это ​замечательно! ​С ​возвращением ​Кёске ​наша ​Южная ​армия ​станет ​абсолютно ​непобедимой ​силой". ​ ​«Кстати... ​у ​нас ​еще ​есть ​шанс ​присоединиться ​к ​легиону ​лорда?» ​ ​«Хе-хе-хе, ​кто ​там ​раньше ​жаловался?» ​ ​«Ты ​не ​понимаешь, ​теперь ​все ​по-другому!» ​ ​К ​сожалению, ​командир ​отряда ​был ​таким ​же ​невеждой, ​как ​и ​его ​соратники. ​ ​Он ​знал ​не ​больше, ​чем ​они, ​а ​если ​бы ​знал ​подробности, ​то ​и ​сам ​бы ​захотел ​вступить ​в ​легион. ​ ​В ​то ​время ​как ​остальные ​члены ​группы ​увлеченно ​общались, ​один ​человек ​в ​команде ​молчал, ​опустив ​голову. ​ ​Год ​назад ​в ​клане ​разнеслась ​весть ​о ​смерти ​Кёске, ​и ​различные ​группировки ​пытались ​набрать ​непобедимую ​армию. ​ ​В ​ответ ​на ​приглашение ​Учиха ​Рей ​принял ​решение ​вернуться ​в ​Южную ​армию. ​ ​Его ​нельзя ​было ​назвать ​дезертиром, ​никто ​не ​мог ​обвинить ​его ​в ​предательстве, ​но ​в ​душе ​оставалось ​томительное ​чувство ​вины. ​ ​Теперь, ​когда ​Кёске, ​командир, ​вернулся, ​он ​чувствовал ​себя ​одновременно ​и ​счастливым, ​и ​глубоко ​пристыженным. ​ ​После ​долгого ​молчания ​он ​медленно ​заговорил: ​«Действительно, ​господин ​Кёске ​- ​командир, ​за ​которым ​стоит ​идти». ​ ​Остальные ​обменялись ​взглядами, ​на ​их ​лицах ​появилась ​неловкость. ​ ​От ​волнения ​они ​совсем ​забыли ​о ​стоящем ​рядом ​с ​ними ​спутнике, ​который ​вернулся ​из ​армии ​Кёске. ​ ​Оживленная ​дискуссия ​среди ​группы ​была ​похожа ​на ​жестокое ​втирание ​соли ​в ​открытую ​рану. ​ ​«Вообще-то...» ​Командир ​отряда ​уже ​собирался ​что-то ​объяснить, ​как ​вдруг ​заметил ​испуганное ​выражение ​на ​лице ​своего ​товарища. ​ ​Его ​многолетний ​боевой ​опыт ​подсказывал ​ему, ​что ​за ​спиной ​что-то ​происходит. ​ ​Упираясь ​одной ​рукой ​в ​землю, ​он ​быстро ​обернулся. ​ ​Не ​успел ​он ​активировать ​свой ​Шаринган, ​как ​тонкая, ​но ​очень ​сильная ​рука, ​твердая ​как ​сталь, ​смертельной ​хваткой ​вцепилась ​ему ​в ​горло. ​ ​«Почему ​бы ​тебе ​не ​последовать ​за ​мной?» ​Раздался ​издевательский ​смех, ​и ​этих ​слов ​было ​достаточно, ​чтобы ​члены ​Учиха ​запылали ​от ​гнева. ​ ​«Проклятье!» ​Командир ​отряда, ​несмотря ​на ​удушающий ​захват, ​быстро ​встряхнул ​запястьем, ​и ​в ​его ​руке ​появился ​кунай. ​ ​Даже ​если ​ему ​придется ​умереть ​сегодня, ​он ​утащит ​за ​собой ​в ​ад ​высокомерную ​женщину, ​произнесшую ​эти ​слова. ​ ​К ​сожалению, ​кунай ​так ​и ​не ​достиг ​цели. ​ ​«Ах!!!» ​Ужасающий ​крик ​разнесся ​по ​лесу. ​ ​Командир ​отряда ​почувствовал ​себя ​так, ​словно ​его ​поместили ​в ​раскаленную ​печь: ​кровь ​кипела, ​а ​обжигающий ​жар ​неумолимо ​прожигал ​плоть ​и ​кости. ​ ​В ​мгновение ​ока ​вся ​влага ​из ​его ​тела ​испарилась, ​за ​ней ​последовали ​кровь ​и ​жир, ​пока ​он ​не ​превратился ​в ​мумифицированную ​шелуху, ​от ​которой ​не ​осталось ​ничего, ​кроме ​кожи ​и ​костей. ​ ​«Капитан!» ​Человек ​из ​отряда ​заскрипел ​зубами, ​быстро ​формируя ​обеими ​руками ​ручные ​печати. ​ ​Зззт! ​ ​Раздался ​отчетливый ​треск ​чидори. ​Как ​бывший ​солдат ​армии ​Кёске, ​он, ​безусловно, ​знал, ​как ​использовать ​технику ​Чидори. ​ ​Активировав ​свой ​Шаринган, ​он ​нацелился ​на ​цель ​и ​ринулся ​вперед. ​ ​«Я ​заберу ​твою ​жизнь!» ​ ​Однако ​на ​его ​яростную ​атаку ​женщина ​ответила ​лишь ​беззлобной ​насмешкой: ​«Ты ​думаешь, ​что ​сможешь ​отнять ​у ​меня ​жизнь?» ​ ​«Хахаха, ​я ​слышала, ​что ​вы ​все ​выполняете ​приказы ​маленького ​сопляка?» ​ ​«Мне ​очень ​любопытно, ​вы ​также ​меняете ​ему ​подгузники?» ​ ​Слова ​Ватанабэ ​Каору ​были ​ядовитыми, ​призванными ​постоянно ​подрывать ​боевой ​дух ​противника. ​ ​Это ​была ​ее ​специальность ​- ​убивать ​не ​просто ​силой, ​а ​жестокостью, ​наслаждаясь ​извращенным ​удовольствием ​сломить ​дух, ​прежде ​чем ​покончить ​с ​жизнью. ​ ​«Вам ​не ​позволено ​оскорблять ​моего ​лорда!» ​крикнул ​мужчина, ​его ​гнев ​достиг ​апогея. ​ ​В ​воздухе ​сверкнула ​молния, ​и ​его ​рука, ​заряженная ​молнией, ​пронзила ​пространство ​впереди, ​словно ​копье, ​нацеленное ​с ​огромной ​силой. ​ ​Он ​уже ​испытывал ​чувство ​вины ​перед ​Кёске, ​но, ​услышав, ​как ​враг ​оскорбляет ​его, ​пришел ​в ​ярость. ​ ​Но ​он ​не ​понимал, ​что ​эта ​вспышка ​ярости ​стала ​прямой ​ловушкой ​для ​противника. ​ ​Сила ​Стихии, ​естественно, ​противостояла ​атакам ​с ​близкого ​расстояния. ​ ​Опасен ​был ​не ​только ​физический ​контакт, ​но ​даже ​простое ​приближение ​к ​ней ​представляло ​огромный ​риск. ​ ​Например, ​ситуация ​с ​мужчиной ​была ​именно ​такой: ​чем ​ближе ​он ​подходил ​к ​Ватанабэ ​Каору, ​тем ​сильнее ​становилась ​жара. ​ ​В ​пяти ​метрах ​он ​уже ​с ​трудом ​мог ​дышать. ​ ​В ​трех ​метрах ​палящий ​воздух ​даже ​обжигал ​глаза. ​ ​Инстинктивно ​прищурившись, ​он ​потерял ​из ​виду ​своего ​противника, ​который ​в ​одно ​мгновение ​исчез ​с ​его ​лица. ​ ​К ​тому ​моменту, ​когда ​он ​остановился, ​его ​левая ​рука, ​которой ​он ​готовил ​чидори, ​была ​полностью ​поджарена. ​ ​«Проклятье!!!» ​Электрический ​свет ​чидори ​вновь ​вспыхнул, ​и ​он, ​стиснув ​зубы, ​отрубил ​себе ​всю ​левую ​руку. ​ ​Подняв ​голову ​от ​мучительной ​боли, ​он ​обнаружил, ​что, ​кроме ​него ​самого, ​все ​остальные ​члены ​его ​отряда ​упали ​в ​лужи ​крови. ​ ​И ​дело ​было ​не ​только ​в ​Ватанабэ-кунне: ​преследовавшие ​ее ​телохранители ​были ​столь ​же ​безжалостны. ​ ​Против ​них ​у ​обычного ​отряда ​не ​было ​ни ​единого ​шанса. ​ ​Давно ​забытое ​чувство ​страха ​внезапно ​поднялось ​из ​глубины ​его ​сердца. ​ ​Стиснув ​зубы, ​он ​использовал ​Стихию ​Молнии, ​чтобы ​стимулировать ​свои ​клетки, ​и ​отчаянно ​побежал ​в ​противоположном ​направлении. ​ ​«Хахахаха». ​Позади ​него ​раздался ​беззаботный ​смех ​Ватанабэ-куна. ​«Эй, ​эй, ​ты ​уже ​бежишь?» ​ ​«Я ​слышал, ​что ​все ​Учихи ​- ​герои, ​но, ​судя ​по ​тому, ​что ​я ​вижу, ​вы ​просто ​кучка ​плюшевых ​медвежат». ​ ​От ​сильной ​боли ​в ​отрубленной ​руке ​и ​непреодолимого ​дискомфорта ​в ​теле ​состояние ​мужчины ​стремительно ​ухудшалось. ​ ​Инстинктивно ​он ​попытался ​повернуться ​и ​убежать, ​но ​жестокие ​слова ​женщины ​вызвали ​в ​нем ​жгучий ​гнев, ​заставивший ​его ​притормозить. ​ ​Обернувшись, ​его ​Шаринган ​с ​двумя ​томоэ ​яростно ​уставился ​на ​Ватанабэ-куна. ​ ​«Слушай ​внимательно, ​проклятая ​женщина». ​ ​«Учиха ​- ​это ​не ​то, ​что ​может ​оскорбить ​такая ​дрянь, ​как ​ты!» ​ ​Собрав ​последние ​остатки ​чакры, ​мужчина ​вновь ​сконденсировал ​в ​ладони ​ослепительный ​электрический ​свет. ​ ​На ​этот ​раз, ​даже ​если ​его ​глазные ​яблоки ​взорвутся, ​он ​всадит ​руку ​глубоко ​в ​тело ​противника. ​ ​«Идиот!» ​Ватанабэ ​Каору ​холодно ​усмехнулась, ​ее ​насмешливое ​выражение ​стало ​еще ​более ​выразительным. ​ ​По ​правде ​говоря, ​что ​бы ​он ​ни ​делал, ​это ​всегда ​заканчивалось ​ее ​насмешками. ​ ​Доказательства? ​ ​Что ​может ​доказать ​такой ​глупый ​поступок, ​как ​броситься ​на ​смерть? ​Что ​все ​Учихи ​- ​безмозглые ​дураки? ​ ​Будь ​она ​на ​его ​месте, ​то ​давно ​бы ​уже ​бежала ​на ​полной ​скорости, ​бесследно ​исчезнув. ​ ​Но ​теперь, ​когда ​страдал ​кто-то ​другой, ​это ​было ​совсем ​другое ​дело. ​ ​Я ​могу ​сбежать, ​но ​если ​ты ​попытаешься ​бежать, ​я ​поиздеваюсь ​над ​тобой ​на ​полную ​катушку ​- ​таков ​был ​образ ​мыслей ​Ватанабэ ​Каору. ​ ​Изощренный ​и ​крайний ​эгоист. ​ ​«А ​теперь ​расплачивайся ​за ​свою ​глупость». ​ ​Стихия: ​Экстремальное ​паровое ​убийство! ​ ​Как ​раз ​в ​тот ​момент, ​когда ​мужчина ​собирался ​покончить ​с ​собой, ​с ​неба ​спустилась ​яростная ​молния ​и ​упала ​между ​ними. ​ ​«Что ​ты ​только ​что ​сказала, ​женщина?» ​ ​Кёске ​стоял, ​скрестив ​руки, ​и ​его ​ужасающее ​убийственное ​намерение ​заставило ​выражение ​лица ​Ватанабэ-куна ​резко ​измениться.