Глава 2 Сердце Леса и Глаз Древних

Необъятный лес простирался на сотни километров вокруг исполинского древа, чья вершина терялась в небесах. На одной из его огромных ветвей стояли три знакомые нам персоны. — Красиво, как и всегда, — с мягкой улыбкой сказал Темный, окидывая взглядом бескрайние зеленые просторы. — Мне кажется, или грибная часть стала больше? А как ты думаешь, Травяной? — Да, так и есть, — слегка улыбнувшись, ответил Травяной. — Решение приняли по голосованию жителей. Грибам стало тесновато, а они главные чистильщики леса, — пояснил он Темному и Пустотному, который слушал с огромным интересом. — Я правильно понимаю, что вся эта планета, по сути, — большой лес? — спросил Пустотный, сделав из своего тела огромный знак вопроса. — Это же просто удивительно! — Не совсем, Пустя. Ты не против, если я буду так тебя звать? — сказал, слегка краснея, Травяной. — Просто я люблю милые прозвища, но к старшим обращаться так не решаюсь, — он тихо усмехнулся. — Уиии, я только рад! — воскликнул Пустотный, подпрыгивая от восторга. — Звучит очень прикольно! Мы будем лучшими друзьями! — Он обнял Травяного. Тот залился румянцем и замер, боясь пошевелиться. — А ты умеешь краснеть? А я думал, ты не можешь, ты же вроде как растение, — с любопытством спросил Пустя. — Хоть он и растение, но чувства у него самые настоящие, — пояснил Темный, едва сдерживая улыбку. — Кстати, расскажи нам побольше о своем царстве, пожалуйста. Уж прости, но мои данные устарели еще пару тысяч лет назад, — он усмехнулся и, взмахом руки, воздвиг стулья из темного камня. — Присаживайтесь, думаю, рассказ будет долгим. Травяной, немного устроившись поудобнее, сел на стул и начал: — Наверное, начну тогда с сердца моего леса. С могилы матери, — с печалью в голосе произнес он. Темный хотел что-то сказать, но Травяной знаком руки показал, что все в порядке. — Это место, где она погибла. После ее смерти здесь и появилась эта планета, — он обвел рукой весь окружающий их лес. — Тогда же и я возник, как ее наследник. Бесполое существо, получившее часть силы той, кого ни разу не видел, — из глаз Травяного покатились капли росы. — Когда все это появилось, я знал лишь одно: я должен помогать друзьям матери и защищать ее наследие. — Он ненадолго замолчал, чтобы успокоиться. — Вот так я и появился на свет, Пустя, — Травяной слабо улыбнулся, глядя на него. Пустотный молча протянул свои очертания и обнял его. Темный с улыбкой наблюдал за этой сценой, сидя неподвижно, чтобы не разрушить возникшую идиллию. — Спасибо, я в последнее время почему-то стал очень эмоциональным, — произнес Травяной с улыбкой, все еще со следами влаги на глазах. — Я продолжу рассказывать, но сначала отведайте эти плоды. Я их недавно вывел, они, кстати, похожи на тебя, Пустя, — едва он сказал это, как лозы принесли им плоды с узором, напоминающим звездное небо. — Хм-м, вкус странный. Как будто ешь гранит с примесью шоколада, — прокомментировал Темный, продолжая есть. Ему явно нравилось. — Я не знаю, какой на вкус гранит, но нотки шоколада тут и правда есть. Хотя откуда я знаю его вкус? — Пустотный задался вопросом и тут же обратился к Темному: — Темный, а когда мы будем разбираться с тем, что я помню какие-то странные вещи, явно не из вашего мира? Темный поперхнулся и откашлялся. — Точно, мы же хотели это сделать после собрания! — воскликнул он, хлопнув себя по лбу. — После всех этих нудных разговоров со всеми я совсем про это забыл. Но сначала давай выслушаем Травяного, — он посмотрел на того, ожидая продолжения. — Нет, нет! — сказал Травяной, и в его голосе послышалась легкая досада. — Лучше уж узнаем про это сейчас! — Затем он тихо, так, что только Темный услышал, добавил: — Или мне просто ужасно интересно... — Пхпхпхпх, — рассмеялся Темный. — Ладно, ладно, уговорил. Тогда пошли в лабораторию, — произнес он, открывая портал. Перед глазами Пустотного и Травяного предстала огромная комната, заставленная множеством книжных полок, заваленная свитками, папирусами и невиданными камнями, переливавшимися всеми цветами радуги. В центре этого зала стоял массивный круглый стол из тёмного камня, от которого исходила лёгкая тёмная дымка. — Присаживайся, Травяной, — сказал Тёмный, и по его взмаху рядом с другом возник стул из того же тёмного материала. — А ты, Пустотный, ложись на стол и жди. Я пока схожу за материалами, — произнёс он и направился к стеллажам, уставленным кристаллами и древними украшениями. — Так, а что мы будем делать? — немного испуганно спросил Пустотный, его очертания начали расплываться ещё сильнее. — Я надеюсь, ты не станешь препарировать меня, как какую-нибудь жабку на уроке биологии? — слегка нервно рассмеялся он. — Про что ты говоришь? — непонимающе спросил Тёмный. — Какой урок биологии? Ладно, мне стало ещё интереснее, но не бойся, вскрывать тебя не придётся. Я просто проведу анализ твоего тела и души. Говоря это, он разложил на столе рядом с Пустотным несколько предметов: кристаллы, сиявшие всеми цветами радуги, древний амулет в виде глаза с зелёным камнем в центре и потрёпанную временем книгу в кожаном переплёте. — Ну что ж, начнём потихоньку. Травяной, будешь моим ассистентом, как в старые добрые времена? — сказал Тёмный, и на его лице промелькнула улыбка. Конечно, Темный! Буду рад, — с улыбкой на лице произнёс Травяной, вставая со стула. — Что надо делать? — Прекрасно. Давно мы ничего подобного не делали, — довольно сказал Тёмный. — У меня есть теория. Так что, возведи Барьер №2, — задумчиво произнёс он. — Эй! Сколько раз говорил — не называй их так! — скрестив руки, возмутился Травяной. — Меня бесит, когда ты даешь моим заклинаниям эти унылые номера! — Прости, прости, привычка. Ты же знаешь, я люблю всё систематизировать, — виновато сказал Тёмный. — Ладно, а зачем он тебе? — спросил Травяной, попутно возводя вокруг стола плотный барьер из переплетающихся лоз. — Просто я не уверен, как поведёт себя во время анализа эта чужеродная материя, — пояснил Тёмный. — Эй! А что будет со мной?! Я что, просто крыска для опытов? — не на шутку встревожился Пустотный. — Не бойся. Ты не должен пострадать — благодаря этому кристаллу, — Тёмный показал на один из камней, светившийся ровным синим светом. — Он способен поглощать огромное количество энергии, так что ты в безопасности. Правда, работает он только в сторону того, кто им пользуется, — пояснил он, аккуратно помещая кристалл на грудь Пустотного. — Ладно, тогда я спокоен. Хотя страшновато всё равно, — выдавил Пустотный небольшой истерический смешок. — Барьер готов. Нужно ещё что-нибудь? — Травяной с интересом разглядывал космические узоры на теле Пустотного. — Да. Будь готов, если что, начать лечить. Ты вряд ли пострадаешь, а вот я могу — из-за светлого элемента, — раскладывая последние элементы ритуала вокруг Пустотного, сказал Тёмный. — Угу, понял. Буду наготовности, — собравшись, произнёс Травяной. — Так, а ты, Пустотный, соберись, пожалуйста. Если будешь так сильно волноваться, твое тело может выйти из-под контроля ритуала, — уже более грозным тоном сказал Тёмный. — Ладно, я начинаю. Будьте осторожны. Тёмный взял амулет, вытянул руку с ним перед собой и начал читать заклинание из книги, выглядевшей невероятно древней. Из его уст полились никому не понятные слова — это был язык древних, язык первых миров. Тёмный едва мог читать его даже после тысячелетий практики. Глаз на амулете начал медленно раскрываться, из него сочилась жидкость ослепительно-белого цвета, от которой исходило невероятное количество света. Капли падали на Пустотного и, словно не встречая сопротивления, исчезали внутри него. Вдруг, через мгновение, произошёл ослепительный взрыв. Ударная волна отбросила Тёмного и Травяного к барьеру. Лозы не выдержали чудовищной силы, треснули, и их тела пробили его насквозь. — ААААА! — закричал Тёмный. Он был покрыт яркой белой дымкой, которая, казалось, разъедала его плоть, а на груди у него лежал амулет, источавший этот губительный свет. Пустотный, собрав последние силы, подбежал к нему, схватил амулет и швырнул в мгновенно созданный портал — зияющую дыру в открытый космос. Затем его форма погасла, и он без сознания рухнул на пол рядом с Тёмным, оставив Травяного одного в разрушенной лаборатории перед лицом неизвестности. Конец главы