Глава 4. Утренние признания и вечерние столкновения

Следующее утро после разговора с Кейсуке было по-весеннему ясным и тёплым. Меё шла на встречу с подругами, и внутри у неё всё трепетало от принятого решения. Она ещё не знала, как его озвучить. — Меё-чан, ты в порядке? — Кума, как всегда, заметила её задумчивость первой. Она прыгала вокруг подруги, пытаясь поймать её взгляд. — Ты как зомби! Опять всю ночь читала? — Нет, — Меё покачала головой, пряча улыбку. — Я... кое-что обдумывала. Флай, шагавшая рядом с сияющей улыбкой, несмотря на ранний час, заинтересованно наклонила голову. — Что-то серьёзное? Похоже на твое «думающее» лицо. Они уже подходили к школьным воротам, когда Меё набрала воздуха в грудь. — Я, пожалуй... вступлю в студенческий совет. Эффект был мгновенным. Кума замерла на месте с широко раскрытыми глазами, словно увидела призрака. — Что?! — её возглас заставил пару первокурсников обернуться. — Ты? В студсовет? Ты же там засохнешь от скуки! Там одни ботаны в очках и бесконечные протоколы! — Кума-чан! — мягко упрекнула её Флай, но и она смотрела на Меё с удивлением. — Это неожиданно. Что... что на это повлияло? Меё почувствовала, как её щёки начинают гореть. Она не могла рассказать про взгляд Кейсуке на закате или про странное тепло, разлившееся по груди после их разговора. — Банко-сан тоже подала заявление. И... Сатори-сенпай сказал, что им нужны организованные люди. Я подумала, что... это может быть полезным опытом. — Ага, «опытом», — тут же подхватила Кума, подмигивая с таким видом, будто раскрыла величайший заговор. — Конечно, дело именно в «опыте», а не в определённом симпатичном президенте совета! — Вздор! — Меё нахмурила брови. — Ладно, ладно, затыкаюсь, — засмеялась Кума, хватая их обеих под руки. — Если ты решила, то мы тебя поддержим! Но готовься к тому, что я буду постоянно приходить и отвлекать вас от важных дел. Представляю, как ты будешь читать нотации какому-нибудь нарушителю своим серьёзным голосом! Флай присоединилась к смеху. — Это на самом деле очень смело с твоей стороны, Меё-чан. Я горжусь тобой. Если что, мы всегда поможем. Их смех и поддержка согрели Меё лучше утреннего солнца. Шаг, который казался таким пугающим, теперь виделся настоящим приключением. В классе 1-В Кейсуке Сатори сидел за своей партой и делал вид, что внимательно слушает учителя. На самом деле его мысли были далеко. Он с нетерпением ждал, увидит ли он Меё до начала уроков, подумала ли она на счёт его предложения? Хотя, почему его это так волнует? Когда трио влетело в класс, его взгляд сразу же нашёл Меё. Она выглядела... освежённой. На её обычно сдержанном лице играла лёгкая, смущённая улыбка, пока Кума что-то шептала ей на ухо. Сердце Кейсуке сделало странный толчок. На перемене он, набравшись смелости, подошёл к её парте. — Кейдзё-сан, доброе утро. Вы... получили моё сообщение с деталями собрания? Меё вздрогнула и подняла на него глаза. — доброе утро, Сатори-сенпай. Да, получила. Спасибо. Я подумала и… готова прийти. Он не смог сдержать широкой, искренней улыбки. — Это прекрасно! — его голос прозвучал чуть громче, чем он планировал, и он тут же поправился, понизив тон. — То есть, я хотел сказать, мы будем рады вас видеть. В этот момент к ним подкатила Кума, с явным намерением понаблюдать за развитием событий. — О, планируем школьные перевороты? Можно мне поучаствовать? Я могу раздавать листовки! Или кричать лозунги! Кейсуке с лёгким смущением рассмеялся. — Пока что планируем только спортивный фестиваль, Набари-сан. Но если понадобится помощь в распространении информации, мы обязательно к вам обратимся. — Держите в курсе, Сатори-сенпай! — Кума приложила ладонь к виску, как бы отдавая честь, и оттащила Меё прочь, шепча ей на ухо: — Видела? Он улыбался, когда говорил с тобой! Разве это не странно? Меё лишь покачала головой, но чувствовала себя удивительно легко. Его реакция была такой тёплой и искренней, что все её сомнения будто растаяли. *** Флай Кодо выдохнула, выходя из школьных ворот. Тренировка была на редкость изматывающей, и всё её тело приятно ныло. Она любила это чувство – полной отдачи, когда ты выкладываешься на все сто. Закат уже окрасил небо в оранжевые и сиреневые тона, и улицы постепенно погружались в вечернюю дремоту. Решив срезать путь через тихий парк, она свернула с главной дороги. Здесь было почти безлюдно, лишь изредка пробегал какой-нибудь поздний спортсмен. И вот, на одной из аллей, она увидела знакомую, статную фигуру. Широкуро Сидзуяма стоял под фонарём, его двухцветные волосы – иссиня-чёрные и платиново-белые – казались нереальными в искусственном свете. Он был в лосинах и спортивной куртке, а на шее наушники, и он смотрел куда-то вдаль с таким сосредоточенным и отстранённым видом, будто был единственным человеком на всей планете. Флай, не раздумывая, ускорила шаг. — Сидзуяма-кун! Привет! Он обернулся медленно, словно выходя из транса. Его гетерохромные глаза уставились на неё без особого интереса. — Кодо-сан, — произнёс он ровным, лишённым эмоций голосом. — Поздняя тренировка? — спросила Флай, поравнявшись с ним. Она не могла не отметить про себя, насколько он высокий. — Каток, — коротко бросил он, возвращая взгляд в пустоту. — Ага, у нас тоже сегодня был завал, — она вздохнула, растягивая затекшую мышцу на плече. — Новую схему отрабатывали. Мой пасующий вечно торопится, а я вечно не там, где он меня ждёт. Сплошное недопонимание! Широкуро медленно перевёл на неё взгляд. Казалось, он её изучает. — Вам нужно говорить, — заявил он. — Э-э? — Говорить. На площадке. Если не понимаете друг друга, нужно говорить. Коммуникация – основа любой командной работы, — произнёс он так, будто читал лекцию по спортивной психологии. Флай застыла с открытым ртом на секунду, а затем рассмеялась. Её смех был звонким и искренним, он, казалось, разбивал вечернюю тишину парка. — Вы знаете, вы абсолютно правы! Это же так просто! Почему мы сами до этого не додумались? На лице Широкуро, казалось, на мгновение промелькнула тень чего-то, что можно было принять за удивление. Он не привык, чтобы на его прямолинейные заявления так реагировали. — Это логично, — пожал он плечами. — Спасибо за совет, тренер Сидзуяма! — Флай подмигнула ему и наигранно поклонилась, будто он её мастер. — Обязательно передам вашу мудрость команде. Он снова посмотрел на неё, и в этот раз его взгляд задержался чуть дольше. Он заметил, как веснушки на её носу сместились, когда она улыбалась. — Удачи, — наконец произнёс он и, кивнув, развернулся и пошёл своей дорогой, его прямая спина быстро растворялась в сумерках. Флай смотрела ему вслед с широкой улыбкой. «Какой странный парень, — подумала она. — Но буду честна, в его безумной прямоте есть что-то... забавное». *** Вечером того же дня Меё лежала на кровати и перечитывала сообщение от Кейсуке с подробностями о собрании. Она чувствовала лёгкое, приятное возбуждение. Её телефон вибрировал – это был общий чат с подругами. Кума: Ну что, наша будущая глава студсовета, как ощущения? Не передумала? Флай: Оставь её в покое, Кума-чан. Меё-чан, всё прошло хорошо? Меё: Всё хорошо. Пока только договорились о встрече. Флай: Кстати, представляете, я сегодня нашего «ледяного принца» встретила. Сидзуяму. Кума: ОООО? И что молчун тебе сказал? Признался в любви? Флай: ЗАМОЛЧИ! 😂 Нет, он мне выдал целую лекцию о важности коммуникации в команде. Выглядело это так смешно, он такой серьёзный, а говорит как робот-тренер! Меё: Звучит... как он. Кума: ХА-ХА-ХА! Представляю! Ну что, девочки, похоже, наша школьная жизнь становится всё интереснее! Меё отложила телефон и улыбнулась потолку. Да, становилось интереснее. И она, к своему удивлению, была совсем не против. Впервые она с настоящим нетерпением ждала, что же случится завтра.