Часть 5

На следующий день, когда Тендо зашёл вглубь магазина, Шу уже всё приготовила. Чашки, коробка с печеньем и книги были аккуратно расставлены на небольшом столе, а рядом стояли мягкие кресла-подушки. — Знаешь, Тендо, ты действительно удивительный, — сказала Шу, разливая чай по кружкам. — Мой кузен, который тоже играет в твоей команде, уже прожужжал мне все уши о твоей тактике игры. Его зовут Семи. Когда он возвращается домой, его сложно заставить замолчать. Так что я многое о тебе знаю, и часто прихожу на ваши матчи. Тендо замер, его глаза расширились от удивления. Семи! Он не мог поверить своим ушам. Мир внезапно сжался до одного-единственного книжного магазинчика. Теперь всё обрело смысл: и то, что она знала его прозвище «Догадливый монстр», и то, как она так легко поняла его. Она была частью его мира, даже если он об этом не догадывался. Его щёки залились краской, но на этот раз от радости и смущения. Она видела его на площадке. Наблюдала за его игрой. И не просто так, а из-за Семи. Это было так неожиданно, так… судьбоносно. Он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. — Семи! — только и смог вымолвить он. — Я… я даже не знал, что у него такая потрясающая кузина! Шу рассмеялась, и звук её смеха наполнил уютный уголок магазина. — Ну, теперь ты знаешь. А ты, кстати, на матчах выглядишь ещё более устрашающе! Но мне нравится. -ты серьезно? удивился Тендо. Шу рассмеялась, её смех был похож на мелодичный перезвон колокольчиков. — Абсолютно! — она поставила кружку на стол. — Ты на площадке совсем другой. Твои глаза... они горят, как у хищника. Ты весь в игре, весь в моменте. И когда ты ставишь блок... это как будто ты читаешь чужие мысли. Мои ребята говорили, что это страшно. Но мне это нравится. Мне нравится, когда люди полностью отдаются тому, что они любят. Это так... красиво. Тендо почувствовал, как его лицо снова заливается краской, но на этот раз не от смущения, а от тёплого, незнакомого чувства. Никто и никогда не говорил ему подобного. Он всегда был «странным», «пугающим» или «чудиком». Но «красивым»? И это сказала она. Девушка, которая была такой же особенной, как и он сам. Он смотрел в её зелёные глаза и понимал, что нашёл нечто гораздо большее, чем просто друга. Он нашёл того, кто видел его настоящего. -У нас скоро матч с Аобаджосай, не хочешь прийти посмотреть? Хочу использовать твою тактику блока на Ойкаве, а то достал при каждой встрече подкатывать. - девушка ехидно ухмыльнулась сжав ручку так сильно что та треснула. Тендо почувствовал, как его сердце пропускает удар. Ойкава... Он сразу вспомнил известного плейбоя. И тут же почувствовал... ревность? Он и сам не мог поверить в это чувство, но оно было сильным и ясным. — Ты... ты хочешь использовать мою тактику? — неуверенно спросил он. — Конечно! — её взгляд загорелся. — Твои «Догадливые блоки» — это что-то! Я видела, как ты это делаешь, и я думаю, что смогу повторить. И у меня есть особая мотивация, — она снова усмехнулась, бросив на стол сломанную ручку. Тендо улыбнулся. Он был не просто польщён, он чувствовал себя окрылённым. Он был рад, что она увидела в его игре нечто особенное, и что он мог помочь ей. — Конечно, я приду! — сказал он, его голос был полон энтузиазма. — Я покажу тебе всё, что знаю, и мы вместе сделаем так, чтобы Ойкава не смог даже подпрыгнуть! Он не мог сдержать улыбки. Эта девушка была такой же сумасшедшей и полной страсти, как и он сам. И он чувствовал, что их связь становится всё сильнее с каждым днём. Шу чиркала что-то в своём блокноте, и Тендо, заглянув через плечо, увидел аккуратные схемы волейбольной площадки и стрелки, указывающие на разные позиции. — А после матча мы и остальные команды едем в тренировочный лагерь. Семи вроде говорил, что ваша команда тоже там будет, — она подняла на него глаза. — Значит, сможем вместе поиграть! Мне не терпится вновь увидеть Бокуто с Акааши, Хинату с Кагеямой, Инаридзаки... Даже когда встретимся с Аобаджосай, думаю, я скорее буду рада увидеть Иваидзуми, Киндаичи и Кётани, нежели Ойкаву. Тендо почувствовал, как его улыбка становится шире. Она знала всех! Это было так круто, так похоже на него самого — знать всех «монстров» волейбольного мира. Но её следующая фраза заставила его просто застыть. — Хотя... может, попробовать запугать его тем, что если он не отстанет, напишу про него яойный фанфик, где он пассив и омега? — размышляла Шу, и на её лице появилась такая ехидная, безумная улыбка, что Тендо почувствовал, что нашёл родственную душу. Он не выдержал и расхохотался своим фирменным громким, немного пугающим смехом. — Это... это гениально! — выдавил он сквозь смех. — Это самый лучший план мести, о котором я когда-либо слышал! Да, Ойкава точно не будет к тебе подкатывать после этого! Шу улыбнулась, и в её глазах снова зажёгся огонёк. — Я знала, что ты поймёшь, — сказала она. — Тогда решено. Сначала матч, а потом лагерь. Будем тренироваться вместе. И будем планировать месть Ойкаве. Тендо замер. Он ожидал, что она скажет, что его смех страшный или странный, как обычно говорили другие. Но она сказала... «красивый». Его фирменный, громкий, немного пугающий смех. И сказала это, смущённо опустив глаза, а её лисьи ушки прижались к голове. — У тебя смех красивый... — прошептала Шу, едва слышно. Тендо почувствовал, как тепло разливается по его сердцу, а щёки снова заливаются краской. Он был так удивлён, что не знал, что ответить. Это был первый раз в его жизни, когда кто-то сделал ему такой комплимент. Он всегда думал, что его смех — это ещё одна причина, по которой люди считают его «монстром». Но Шу... она видела в нём нечто иное. — Правда? — тихо спросил он. — Обычно люди говорят, что я похож на монстра, когда так смеюсь. Она подняла на него глаза, и в них была такая искренность, что у него перехватило дыхание. — Это не так. Он похож на звук, когда наступает что-то невероятное. Он похож на смех... чуда. — Если говорить про страшный смех, то это у Куроо или Бокуто, особенно в темноте, вот там можно испугаться до усрачки. А вот твой... очень приятный и даже заразный, — Шу улыбнулась, ещё больше смутившись. Тендо почувствовал, как его лицо заливается краской, а по телу пробегает приятная дрожь. Она не просто видела его, она принимала его таким, какой он есть. И даже больше — она любила в нём то, что другие считали его недостатком. Он осторожно взял её руку, лежащую на столе, и переплёл свои пальцы с её. — Ты... ты удивительная, — тихо сказал он, глядя ей в глаза. — Ты видишь меня таким, каким меня никто ещё не видел. Шу нежно сжала его руку в ответ. — Потому что я тоже немного ёкай, — прошептала она, и они оба улыбнулись, понимая, что в этом мире, полном волейбольных монстров и демонов, они нашли друг в друге нечто особенное.