Пролог

— А как спариваются ежи? — Очень осторожно. “Афера Томаса Крауна” M.I.A. — Bad Girls Дорказ ритмично крутилась в танце в темноте магловского клуба, где-то рядом была Мэри, отлучившись за коктейлем, она, вероятно, зависла по дороге с каким-нибудь парнем болтая и танцуя слишком близко, чтобы это считалось приличным. Сириус медленно кружилась, устав от слишком громкой музыки. Вечер подходил к концу, и они, смеясь, выпали из клуба, вдыхая свежий воздух. Пройдя по улице до ближайшего проулка, они свернули, чтобы аппарировать. Дорказ держала пьяную и счастливую Мэри за талию. Ее темные кудрявые волосы падали на плечи, а ореховые глаза насмешливо смотрели на растрепанную светловолосую голову Мэри, которую та устроила на ее плече. — Как же я вас люблю, — выдохнула Мэри, улыбаясь. Ее немного шатало от духоты и выпитого спиртного. — Да-да, — скептически протянула Дорказ. Сириус рассмеялась, доставая сигарету. — Давай-ка, ты сегодня останешься у меня. Мэри просияла, обнимая ее за талию. Сириус с наслаждением вдохнула теплый воздух. Голова немного гудела от вина и усталости. Можно было аппарировать к Поллуксу, у которого она теперь официально жила, но ей слишком нравилось просыпаться в одной кровати с Нуэлем. В такие дни она завтракала с ним — или с Поллуксом, он вставал позже. — Спокойной ночи, — произнесла Сириус, потому что Мэри едва стояла на ногах. Убрав сигарету, она потянулась поцеловать на прощание Дорказ, и Мэри повисла на ее шее, отчего она чуть не выронила сигарету, но удержав ее в пальцах, протянула руку, чтобы обнять их обеих. После долгих поцелуев и прощаний, Дорказ с Мэри аппарировали, а Сириус, бросив последний взгляд на коричневую кирпичную стену, аппарировала в просторный коридор, чтобы не будить Нуэля, если он лег спать. Под дверью кабинета горела полоска света, и Сириус направилась туда, позабыв о первоначальном плане принять душ и лечь спать. Открыв дверь, она застала Нуэля читающим пергамент в мягком вечернем свете. Он присел на край стола, такой чертовски привлекательный, что у нее захватывало дух. Нуэль взглянул на нее, и по этому пораженному взгляду Сириус поняла: что-то не так. Она совсем забыла про юбку. Чертовски короткую мини-юбку, которая едва прикрывала белье когда она сидела, и ботильоны на высоком каблуке. С ботильонами все было в порядке — такие есть у любой ведьмы, — но вот с юбкой было фиаско. С другой стороны, рано или поздно это должно было произойти. Сириус тяжело вздохнула. Нуэль подошел и поцеловал ее. Сириус отстранилась, удивленно глядя на него. — Ложись спать, ты выглядишь уставшей, — он поцеловал ее в висок. Сириус продолжала удивленно смотреть, и Нуэль пояснил. — А то я трахну тебя прямо здесь, на столе, — он плотоядно ухмыльнулся, и Сириус поспешила ретироваться. Она действительно чертовски устала. Снимая одежду в ванной комнате, она впервые заметила, как много ее вещей перекочевало из дома Поллукса сюда. Ванная Нуэля была завалена ее косметикой, баночками, которыми она пользовалась живя в соседней комнате, и одеждой. К ней добавилась сегодняшняя косуха, топ, разбросанные ботильоны и мини-юбка. Эту коричневую юбку Сириус купила в магловском секонд-хенде, она была хорошо сшита и отлично смотрелась. Проснувшись утром, она оделась точно также и пошла в кабинет к Нуэлю, чтобы заняться сексом на его рабочем столе — не стоило пренебрегать его угрозами. Эммануэль сидел в ротанговом кресле на веранде, одной ногой упираясь в табурет и, положив локоть на подлокотник, касался губ костяшками пальцев. — Не часто тебя увидишь в такой задумчивости, — к нему подошел Эван, отвлекая его внимание на себя. —У меня есть некоторые проблемы, — лаконично ответил Эммануэль. То, что Сириус согласилась поносить колечко и встречаться с ним ровным счетом ничего не значило. Эта чертовка могла годами оставлять их отношения в статусе “помолвлены”: устраивать сцены и скандалы, примирения, и тем самым откладывать свадьбу на неопределенно долгий срок. У Эйвери это проходило под пунктом “облажался по полной”. Сириус Роуз была помешана на своей свободе, и статус “мисс Блэк” был для нее куда более привлекательным, чем “миссис Эйвери”, а значит, ему срочно нужно было заняться повышением привлекательности статуса “миссис Эйвери”. — У тебя?! — Фыркнул Эван и рассмеялся. — Проблемы здесь у всех остальных. — Я недооценил того парня. — Оборотня? — Удивился его друг, знавший Эммануэля как облупленного: этот слизеринец был настолько изворотлив, что загнать его в угол было почти невозможно — Эммануэль славился своей непредсказуемостью. — У-гу, — протянул Эммануэль. Он думал, что Сириус не вышла за него замуж, потому что он не предложил, но ирония была в том, что она встречалась с ним, потому что он не предлагал: Люпин никогда не посягал на ее свободу. И это был его козырь. — И что у него есть такого, чего нет у тебя? — С искренним интересом подался вперед Эван. Эйвери моргнул. — Комфорт. С ним она чувствовала себя в безопасности. Она контролировала ситуацию.