Глава 1. Знакомство с героиней. Приезд.

      Тяжелые времена, 1988 год.       

      Девушка осталась совсем одна со своим одним из двух братом, одногодки. Семья полноценная, мачеха с отцом были. Второй парень в Афганистане был. Мэри рыжеволосая девушка среднего роста, которой 16. Учится она довольно неплохо, идет на золотую медаль. Только вот татарский который она учит надо подправить с английским, а дальше уже как пойдет. Одежда у них не бедная, но и не как у шлюх и богачей.

       Старший брат у нее Вова, а погоняло Адидас старший. Младший брат же Марат, Адидас младший. Логично. Марат как и Вова, не в самых лучших временах были, или они с улицей, или они одни. Пришился Вова еще пацаном, когда Маратка совсем недавно. Старший в «лидерах» сейчас гоняет, хоть и не в Казани на данный момент. Младший-скорлупа.       Даже у Марата был предмет обожания. Так скажем девушка была, все было, но вот тревожило его одно. Сестренку его могли похитить, ай сделать что-то неблагое. Одна она была, всегда. Защита девушке нужна была. Марат бы уже даже обрадовался коль она с чушпаном каким-то водилась, правда сам же потом был бы против и прописал фанеру тому, дабы не лез к ней или же пришил бы к своим.       

***

      Сама же школьница в Москве была сейчас, училась. Время появилось, да и надоело ей так. Обратно возвращается. Никому не сказав, Мэри купила билеты и в быстром темпе собрала вещи.

***

      Уже дома, сидя на кухне с Дилярой и Кириллом она бурно обсуждала что-то, смеясь во весь голос. Послышались шорохи, звуки открытия дверей. Звоны ключей. Марат вернулся. — Мам, я вернулся. У нас гости? — Сказал явно метнув взгляд на лишнюю пару обуви. -Проходи, Маратик. — дружелюбным тоном обратилась Мама. — Поздоровайся хоть с особой «гостью». Про себя Марат сразу подумал «девушка, а кроссовки носит мужские». Лёгкими движениями сбрасывая свою обувку парень в носках сделал шаг. Второй. Третий. Видит ее. Глаза себе места не находят. Смотрит куда угодно, но не может почему-то посмотреть на нее. На свою сестру. Совесть не позволяет или вина. Пришился, а сестренке не сказал. — Че как не родной? — протягивая первые два слова бросила Мэри. Встав со стула я широко раскрыла руки, зазывая брата в объятия. Секунда и парень уже прижимается ко мне. — Наконец-то приехала, Рыжая. — Кличка девушки. Рыжая. Напомнил ей родное ей место, улицу. Обычно ее звали просто, не как всех по кличкам, а с уважением «Суворик, Суворова, Рыжая» Воспоминания. До того родные, что слезы сами появляются в уголках глаз, но слабину она давать не стала. Не для нее это все. - Ты же к нам навсегда? Не бросишь? — с надеждой и огнем в глазах поднял взгляд Марат. — Я подумаю, Маратка. — С облегчением я вздохнула, ведь все же приехала. Ничего не обещала, но поставила в бесконечное ожидание, сжирающее изнутри. Понимала, оставаться там жить в Москве, это мечта, хорошо, но дома-то лучше. -А пойдем сразу к пацанам, в качалку? — Отошел от нее парень, будто не замечая присутствие опекунов. Родителей. — Прям как старший братишка, как Вова, честн слово. Диляр, не против? — наполовину обернула голову я, бросая взгляд на нахмурившегося отца и радостную мать, ведь дитя в дом вернулось. — Идите уже, но к обеду… Зная вас, хотя бы к ужину вернитесь. — Тяжело ей это давалось, будто в Москву опять отправляет, — иди уже. ***       Для каждого человека навсегда остаются в памяти те места, где он родился и провел свое детство. И как бы далеко не забрасывала нас жизнь, но каждого из нас манит к себе домашний семейный очаг, родная улица. После долгой разлуки все кажется более родным и милым сердцу. Так и случилось. Девушка затерялась где-то глубоко в своих мыслях, витая в облаках. Она вспоминала как гуляла с Кащеем, свою детскую влюбленность. Вспоминала как гуляла с пацанами. Ход ее мыслей заострялся на том моменте с Кащеем, ей было интересно. До сих пор лидер ли он, если ли у него девушка. Её громкие мысли прервал кашель спутника и разговор. — Эй, мы пришли. — Окликнул ее Марат, дергая назад за плечо, дабы девушка не врезалась в дверь личиком пока задумалась. Потянув ее назад на себя он не рассчитал силы. Девушка в миг не успев опомниться полетела назад. Она даже вскрикнуть не успела, а Марат же не успел среагировать. Девушка падала. Потеря равновесия, при которой человек оказывается лежащим на спине. Быть может Марат и не рассчитал силу, но и виной был тому гололед. Девушка в миг оказалась в полусидящем положении на льду и снегу. Она приподнималась на локтях, как перед собой увидела парня. Красивого. Марат даже не заметил знакомого ему и ей молодого человека. Адидас младший протянул Мэри руку, но чуть бросив взгляд рядом заметил еще одну руку в которой уже лежала нежная рука его сестренки. Подняв взгляд он понял, Кощей вышел из берлоги и это он. — Вот кто, кто, а ты мне еще в ноги не падала. Я польщен, Суворова. Поднимайся давай, школы мне еще на коленях передо мной не хватало. — Процедил сквозь зубы Кощей, сжимая в другой руке сигарету которая тлела. Он слегка осыпал пепел. Рука Мэри сама легла в большую, мужскую ей руку игнорируя брата. Она поймала его взгляд. Пристальный и самодовольный. Он — не изменился. — Давай быстренько, жопу отморозишь. Придурошная.        Стоило парню помочь ей встать, как та сразу обняла его, прямо налетела. Пришлось прервать романтический взгляд. Не зная куда деть свои руки она делает замок за его шеей. Прижимаясь к его груди теперь так, что было слышно сердцебиение. Она-скучала. Прямо сбив Кощея с ног он не успел опомниться, как оказался лежать на снегу, а девушка лежала рядом, обнимая его. Сигарета лежала в сугробе, ведь парень от неожиданности выронил ее из рук. Романтический момент. Марат весь раскраснелся, будто это он лежит на холоде с бешеным сердцебиением и сбитым дыханием рядом с Кощеем. Марат просто развернулся, сжимая пальцы в кулаки так, что костяшки на руках белели. Он думал, как бы стереть это из своих воспоминаний. -Вставай уже, заебешь. — Отбросил Кощей поднимаясь. Его рука неожиданно сама легла на бедра девушки, приподнимая ее за собой, — могла и просто привет сказать. — Слегка усмехнулся он, уже встав. Он отряхнул себя. Душистую кофту, длинное пальто, штаны. Поправив шапку он метнул взгляд на свою красавицу. Признавать не хотелось, но да. Он — тоже скучал.