Глава 1

Вдалеке слышались голоса, шиноби Конохи уже были рядом. Минато очень бережно опустил на землю только что спасённую им бывшую одноклассницу и придержал за локоть: она едва стояла на ногах. — Кушина, как ты себя чувствуешь? — этот вопрос дался мальчику с трудом, ещё и голос по-дурацки дрогнул в середине предложения. Он прекрасно видел, как чувствует себя Кушина, но попросту не знал, что ещё ей сказать. Несколько минут назад он отбил её у вражеских шиноби, у него самого немного тряслись колени от того, насколько быстро всё случилось. — Мы… Далеко от Конохи?.. — Кушина выдохнула и попыталась убрать волосы с лица, держась одной рукой за плечо Минато. — Не очень, но… — Минато запнулся на полуслове, когда увидел, что в глазах девочки стоят слёзы. — Понятно, — Кушина всхлипнула, оттолкнулась от плеча Минато, отвернулась и отошла от него, закрыв лицо ладонями. Пока они учились в Академии, Минато мог видеть её почти каждый день, наблюдать и изучать повадки. Кушину сложно было не заметить, и дело было совсем не в её яркой внешности. Хотя, если бы Минато был честен с самим собой до конца, то признал бы, что первым делом обратил внимание именно на красоту Кушины. Оно и не мудрено: она ведь молчала первые несколько секунд и никуда не шла. А потом заговорила своим звонким голосом, не особо подбирая слова, и пошла важной, мальчишеской походкой, гордо выпятив грудь и расправив плечи, чтобы отпугнуть потенциальных обидчиков. Сам Минато никогда таким не был. От него не было шума, проблем и неприятностей — так о нём говорили учителя. Даже письменная характеристика после выпуска из Академии была примерно такой же. Отличная учёба, развитое чувство ответственности, ни одного конфликта или замечания. Когда мама дома прочитала подозрительно короткую характеристику, то рассмеялась и погладила сына по голове, а потом сказала, что пора ужинать. Минато сам попросил её перестать хвалить его по каждому пустяку. — Идём домой? — находиться рядом с Кушиной становилось всё более неловко: Минато услышал, что она сдавленно хнычет сквозь стиснутые зубы. — Хм! — высокомерно хмыкнуть не получилось, Кушина захлебнулась слезами, всхлипнула, после этого выпрямилась и решительно направилась в сторону деревьев. — К… Коноха в другой стороне, — с растерянной улыбкой Минато указал за свою спину. — Хм! — Кушина развернулась на пятках и быстро прошла мимо мальчика. Даже в темноте ночи лицо Кушины, такое же красное, как её волосы, даже заплаканное и напряжённое, было милым. У Минато в груди, в районе сердца появилось то самое волнительное и немного неприятное чувство, какое он впервые испытал, когда Кушина только пришла в Академию. В тот день он всё свободное время украдкой разглядывал её и старался услышать всё, что она говорит. Потом, дома, он ещё долго думал о ней, о своём поведении: почему так уставился, будто людей никогда не видел. А на следующий день попытался заговорить с ней и получил в ответ только презрительный взгляд и писклявое «хм!» Больше он с ней никогда не говорил, даже не пытался: ему будто было страшно, он и сам не до конца понимал, что с ним происходит. До этой ночи. — Ты идёшь?.. Чего ты улыбаешься?! — Кушина обернулась к нему и надулась от возмущения. — Что смешного?! Минато даже не заметил, что стоит и смотрит вслед удаляющейся девочке с мечтательной улыбкой. Он прокручивал все воспоминания, связанные с ней, и от этого на сердце становилось тепло. Кушина никогда и никому не позволяла себе помогать, наотрез отказывалась от любой помощи и всё делала сама, пусть и не всегда успешно. Но сегодня она попросила о помощи, Минато понял это и помог. Он был первым, чью помощь она приняла. Хотя выбора у неё особо и не было. И всё же, теперь она наверняка его запомнит. — Ты… Очень… — в один миг мечтательная улыбка стала напряжённой, и слова, которые вертелись у Минато на языке, вдруг оказались непосильными для произнесения. — Я… — Минато сглотнул и перестал улыбаться. — Что, ждёшь, что я теперь брошусь в ноги с поклонами?! Хм! — Кушина полностью развернулась к нему и упёрла руку в бок. — Нет, я и не думал… — все попытки Минато улыбнуться провалились, он сдался и понуро опустил голову. — То есть, конечно, я… — голос Кушины немного стих, она подошла к Минато и вздохнула. — Да? — Минато поднял голову, чтобы увидеть лицо Кушины, но не ожидал, что она будет так близко. Всё тело Минато будто обдало кипятком, сердце заколотилось так быстро, что зрение на секунду помутилось. За все свои четырнадцать лет жизни он ни разу не испытывал подобного. Хотелось сказать Кушине что-то хорошее, чтобы слёзы из её глаз исчезли, но как только Минато пытался пошевелить языком, к горлу подкатывала тошнота. Он слышал своё дыхание и чувствовал, как сердце гоняет кровь по телу. А перед ним стояла Кушина с поджатой губой и блестящими от слёз глазами, изо всех сил делая вид, что всё в порядке. От этого вида становилось только хуже. — Не говори никому, — Кушине удалось взять себя в руки, и она обтёрла лицо рукавом. — Ну, про то, что я… Ты понимаешь, о чём я… — она надула губы и смущённо опустила взгляд. — Что я… Плакала… Улыбка вновь появилась на губах Минато. Кушина переступила с ноги на ногу, шмыгнула носом и огляделась. Минато любовался её лицом, раскрасневшимся носом, выбившимися на лоб красными волосами. Впервые он видел её так близко, и кто знает, когда ему ещё раз выпадет такой шанс? Он старался запомнить каждую маленькую деталь. — Ты дурак, что ли?! Чего молчишь?! Почему… Так смотришь?.. — к концу возмущения Кушина смутилась и отступила назад: Минато продолжал смотреть на неё и улыбался. — Вот она! Остановить поиски! Джинчурики найдена! — на поляну вышла группа джонинов. — Кто перебил тех шиноби из Облака? — Никому ни слова! Понял? — Кушина потрясла кулаком, состроила злобное лицо, но в последний момент, прежде чем развернуться к пришедшим шиноби, её взгляд смягчился, и она с интересом скользнула взглядом по Минато. Лучше бы Минато сообщил взрослым о том, что видел. Лучше бы кто-нибудь другой спас Кушину. Лучше бы она была по-настоящему глупой и невыносимой, и они так и продолжали не разговаривать. Но её последний взгляд, безобидный и заинтересованный, всколыхнул в сердце Минато надежду. Он сам не особо понимал, на что надеется, как словами описать чувства, которые появились у него прямо сейчас. То есть, скорее всего, они уже были, но не такие яркие. До этого момента он мог спокойно жить без Кушины, только иногда думая о ней и радуясь случайным встречам на улице. Теперь ему без Кушины жизни не будет. — Стой! — он окликнул её и побежал следом. — Что? — Кушина остановилась в метре от ирьёнина, который уже готовился еë осмотреть. — Я… — Минато схватил Кушину за руку и кивнул. — Я никому не скажу. — Напомни, как тебя зовут? Ты всегда в Академии сидел впереди, и я… Мисато? — Кушина улыбнулась. — Всё, нам надо возвращаться. Живее! — ирьёнин сжал плечо Кушины и уволок к толпе шиноби, которые сразу её окружили. — Минато… — расстроенно буркнул мальчик и поник.