Глава 7

— Потому что это моя первая тренировка! В следующий раз я буду… Готова! — Кушина отбила руку Минато и поднялась с земли. События прошедших месяцев развивались так быстро и хаотично, что Минато сам не понимал, что происходит. Всё началось с разговора в Ичираку, потом он вернулся домой и позвонил Кушине, они проговорили половину ночи и понастроили планов на годы вперёд: места, которые надо посетить, вещи, которые надо обсудить, фильмы, которые обязательны к просмотру. Минато не был из тех, кто любит фантазировать и строить долгосрочные планы, однако теперь он засыпал каждую ночь с мыслями о том, когда же в следующий раз поговорит с Кушиной и выполнит очередной пункт из их списка дел. Неловкость между ними прошла, и Минато начал узнавать настоящую Кушину. А Кушина была весёлой. Даже слишком весёлой и чересчур смешной, настолько, что Минато даже пару раз позавидовал её остроумию и тому, что не додумался до её шуток сам. В своей команде он был самым остроумным и шутил редко, но метко, так, что напарники запоминали и вспоминали его шутки. Кушина генерировала шутки сходу, на любую ситуацию. — И когда будет этот «следующий раз»? — Джирайя хмыкнул и похлопал Кушину по спине, стряхивая пыль. — М… — Минато оглянулся на Декая и Хоноку, которые вдвоём молотили потрёпанный манекен, — …может, завтра?.. Минато специально ждал, пока Джирайя вернётся с миссии, чтобы пригласить Кушину на давно обещанную тренировку. В их завертевшемся общении было прекрасно всё, кроме одного: наедине они никогда время не проводили. Не то чтобы Минато был против, но Кушина всегда предлагала «собрать компанию», чтобы хоть куда-то пойти. А Минато не хватало смелости уточнить, что гулять или в Ичираку он пригласил только её. И если Микото и другие подружки Кушины соглашались мотаться с ней и Минато по Конохе задаром, то Декай и Чоуза запрашивали оплату в виде порции рамена, Шикаку в недоумении морщился и фыркал, уже ища взглядом место, где бы прилечь, а Иноичи Минато просто не хотел звать — он всегда перетягивал всё внимание на себя. Это было малодушно, но Минато боялся, что Кушина захочет слушать Иноичи больше, чем его, или будет смотреть на него. У Иноичи было то, чего не было у Минато: уверенность. Он никогда не говорил тихо, не сутулился, не пытался казаться меньше, чтобы не обращать на себя лишнего внимания. Минато считал Иноичи красивым, девушки считали Иноичи красивым и, что важнее всего, Иноичи знал, что он красивый. В последний раз, когда Минато с ним говорил две недели назад в Станции ожидания, на душе остался неприятный осадок. Иноичи не сказал ничего плохого, да и о девушках речи не шло. Они обсудили текущие дела и немного посплетничали с другими джонинами про кланы. А особенно — про клан Учиха и Фугаку, который заметно притих. И что делал Минато, пока Иноичи, прикрываясь фразой «я так не думаю, но слышал, что…» распускал сплетни? Тайком разглядывал наследника клана Яманака. Как-то раз Джирайя сказал, что Минато чем-то похож на Иноичи, бросил вскользь и больше не вспоминал. В Станции ожидания Минато внимательно изучил внешность Иноичи, хотя никогда раньше так внимательно и не приглядывался к нему. Потом вернулся домой, вошёл в ванную, включил свет и встал перед зеркалом. Если он похож на Иноичи, значит ли это, что он тоже красивый? Минато вертел головой, рассматривал своё лицо и в профиль, и в анфас. У Иноичи были выразительные глаза с изогнутыми бровями, острая линия челюсти, широкий мужественный подбородок и прямой нос. Минато посмотрел на своё плоское лицо, прищуренные глаза и круглые щёки, растрепал волосы и подумал, что пора с этим всем заканчивать. Но ещё Иноичи какими-то упражнениями добился того, что стандартная форменная водолазка теперь обтягивала его руки и плечи. Если так подумать, то именно на это все девушки и обращают внимание в первую очередь — на сильное тело, чем крупнее, чем больше внимания. Вот на этой мысли Минато и закончил «с этим всем». — Не, завтра не могу, — Джирайя отмахнулся и кивнул на Декая. — Я должен встретиться с его родителями, обсудить его повышение до джонина. — Джирайя-сенсей, ну пожалуйста!.. — Кушина потянула его за рукав. — Джирайя-сенсей? Даже так? — Джирайя хохотнул и покачал головой с мягкой улыбкой. — Значит, у меня уже четыре ученика? Моё обучение, знаешь ли, не бесплатно… Кушина с грустным видом поджала губы и опустила взгляд. Минато сделал шаг в сторону Джирайи и заговорил более настойчиво: — Кушина обещала научить меня некоторым запечатывающим техникам. А я её… — Вот именно, она тебя научит фууиндзюцу, ты её — тайдзюцу. А не я. Вообще, чувствую себя лишним звеном в этой цепочке. Я твой учитель, так что, считай, ты Кушине передашь опыт, который я передал тебе. А меня учил Третий, а его — Второй. Короче, круговорот легендарных учителей. Почему-то сегодня Джирайя был не в настроении, но неумело пытался это скрыть. Говорил без особого желания, еле приплёлся на площадку и указания раздавал без энтузиазма, что никак не тянуло на обещанный Минато Кушине урок от «великого Саннина». — То есть… — Кушина слегка покраснела и расстроенно глянула на Джирайю. — Вы отказываетесь меня обучать? Это потому что я женщина, да? — Кушина… — Джирайя утомлённо вздохнул и указал рукой в сторону Хоноки. — Мне казалось, мы уже обсуждали с тобой мои взгляды на жизнь. Дело совсем не в этом. Чтобы чему-то научить, важна системность, порядок. А я в скором времени буду часто отсутствовать в Конохе. — И куда вы пойдёте?.. — вместо злости, которой опасался Минато, в голосе Кушины прозвучала грусть. — Куда надо, — подмигнул Джирайя Кушине. — Минато мой самый прилежный ученик, так что рекомендую тебе обратить внимание на него. Уж тайдзюцу он тебя точно обучит как следует, если хорошо попросишь, — теперь Джирайя подмигнул Минато. Кушине пришлось оставить идею стать ученицей великого Саннина. Она немного поворчала, недовольная тем, что Джирайя ничего не рассказал о том, куда уходит, попросила Минато позвонить ей вечером, и ушла с площадки. Вскоре, следом за Кушиной, ушли Декай и Хонока. Джирайя тоже собирался уйти, но заметил, что Минато никуда не торопится и пристально пялится на него исподлобья. — Чего? — кивнул ему Джирайя. — Я ждал вашего возвращения. И пока вы не ушли снова… — Что, нужен совет? — на губах мужчины появилась хитрая улыбка. — Нет, не совсем… Вообще-то… — Минато полез в карман и достал оттуда какую-то сложенную бумажку. — Вообще-то, ваше разрешение. — Разрешение на что? — Джирайя в лёгком смятении наблюдал за тем, как Минато разворачивает бумажку и пытается разгладить складки. — Вот… — Минато протянул ему всё ещё помятый лист бумаги. — Так… — глаза Джирайи забегали по тексту. — Так… Родителей или законных… Так… Даю своё согласие на нанесение… Так… — Джирайя опустил руку с листом и, сдвинув брови, посмотрел на Минато. — Что это? — Мне… Надо, чтобы вы это подписали, — с виноватой улыбкой, которую едва ли удавалось держать на лице, Минато опустил голову. — Какую ещё татуировку ты собрался делать? Зачем? — Я… Мне просто… Вот, — Минато указал пальцем на нашивку клана Узумаки на своём свитере. — На плече… Такую же… — Зачем тебе делать татуировку символа клана Узумаки, если она и так на форме? — Джирайя выпрямился и со строгим видом упёр кулак в бок. — Чтобы всегда была… — с потухшей улыбкой Минато пожал плечами и окончательно поник. — То есть если бы тебя в салоне в силу возраста не развернули, ты бы уже был с татуировкой? Да даже если и так, то почему просто не подождать? Тебе всё равно скоро восемнадцать. — Мне надо сейчас, — Минато нахмурился, но не решился поднять глаза на учителя. — Я уже почти готов… — он напряг мышцы на руках и поднял плечи. — К чему? — Джирайя со скептической ухмылкой сжал губы. — За месяц объём на сантиметр увеличился, — Минато поднял и согнул правую руку с напряжёнными мышцами. — И если вот сюда тату… Сдавленный смешок Джирайи перебился громким хлопком: Джирайя хлопнул себя по лицу и тихо засмеялся. Минато понял, что разрешения ему не видать, осторожно вытянул бумажку из свободно висящей руки учителя, сложил и спрятал в карман. Было и стыдно, и обидно. Умом Минато и сам понимал, что идея с татуировкой глупая, но ему казалось, что Кушина точно была бы в восторге. Решение о татуировке пришло в тот день, когда Кушина предложила обучить Минато искусству печатей. Пока что, правда, дальше разговоров и обещаний дело не шло, но… — А чего не на лбу? — Джирайя вздохнул, развернулся и поплёлся к калитке. — Минато, да что с тобой происходит?.. — А с вами? — Минато нагнал его и пошёл рядом. — Ты передразниваешь или заметил? — на лице Джирайи появилась привычная лёгкая улыбка. — Сначала ты, потом я. — Я просто хотел отблагодарить Кушину за то, что она обучит меня фууиндзюцу. — Угу. И сколько уроков она уже провела? — Пока ни одного, но… — Минато, ты вот это всё затеял, потому что думаешь, что станешь крутым в её глазах? Они шли по тихой лесной тропе, и никто никогда не узнает, о чём был их разговор. Минато всё равно боялся, что кто-то мог их подслушать. Он в принципе не знал, что ответить учителю, и промолчал. — Не станешь. И не надейся. Вообще, знаешь, — Джирайя потянулся и зевнул, заложив руки за голову, — женщинам мы сами можем дать только причину ненавидеть нас. А причину любить нас они всегда придумают сами. Для этого даже делать ничего не надо. Просто с самого начала это или есть, или нет. И хоть наизнанку вывернись… — Что — это?.. — Да, — отмахнулся Джирайя. — Ничего. — Джирайя-сенсей, мне кажется, что я тоже нравлюсь Кушине, — Минато быстро отвернул голову к лесу. — Да ты что? — с наигранным удивлением протянул Джирайя. — То есть «это» у неё есть, по-твоему? — Не знаю… — Ну, хоть дружбой не пытаешься прикрыться. Хотя у вас и так всё по-другому. — О чём вы? — с нервной улыбкой спросил Минато. Только дружбой он и прикрывался. И Кушина часто говорила, что он хороший друг. Что она рада, что у неё появился такой весёлый друг. Такой интересный друг. Такой… Друг. Сначала Минато думал, что дружба — это именно то, к чему ему стоит стремиться в отношениях с Кушиной, но очень быстро осознал, куда влип. Ещё немного, и он начнёт просто терпеть своё положение друга. Когда окончательно привяжется к Кушине и когда она станет ещё красивее, а она точно станет. Всякий раз, когда он её видел, она была красивее, чем в прошлый. — Я сегодня говорил с Цунаде. Ничего не изменилось, — Джирайя посмеялся. — И не изменится. Пусть хоть всего себя татуировками покрою… Эх, хорошо, что это единственная вещь, с которой мне не повезло в жизни! — смешок перешёл в хохот. Вынужденный и немного грустный. Джирайя потрепал Минато по макушке и подтолкнул вперёд. — Так вы… Подпишете? — Минато полез в карман. — Нет. Не делай такое лицо. Потом ещё спасибо мне скажешь. И… Когда я вернусь, то надеюсь увидеть, чему Кушина тебя научит!