Часть 20(финал)

Холод в свете День подходил к концу. В небе медленно погасали розовые блики арены, где недавно шла битва, изменившая все. Город бейблейдеров вернулся к жизни: где-то внизу смеялись дети, слышался щелчок запусков, лязг металла. Но в квартире Насти было тихо. Она стояла у окна. Ветер шевелил шторы, и солнечные лучи играли на полках, где стояли ее награды, фото команды, и двое бей это Сноу и Вальтриек. Один спокойный, как лед после шторма. Другой был полон света, как улыбка Вальта. Маркиза прыгнула на подоконник, растянулась и посмотрела на хозяйку. Рижый, как всегда, занимал диван и мурлыкал во сне. Н Б–Сегодня, наконец, без арены… Она села рядом с Рижым, провела рукой по его шерсти. Кот отреагировал только легким движением хвоста. Ее телефон мелькал сообщениями: Шу: «Проверь, все ли в порядке со Сноу. После взрыва энергии не знаю, как они будут реагировать». Вальт: «Пиши, когда проснешься. Я рядом». Настя усмехнулась. Положила телефон осторожно, как слишком дорогое. Н Б—Рядом… даже когда молчит. Она откинулась на подушку. Сноу светился тихим, спокойным сиянием. Холодный металл отражал последние лучи дня. Мысли текли медленно, рассыпаясь воспоминаниями. Ей вспомнилась арена: крики, свет, момент, когда они с Вальтом стояли плечом к плечу, и мир словно замер между темнотой и светом. Тогда она поняла, что сила не в бейе, а в сердце. В доверии.В нем. Маркиза тихонько мяукнула, словно соглашаясь. Настя улыбнулась, накрыла ее одеялом. Н Б–Вы мои маленькие телохранители. Без сражений, без запусков. Она поднялась, зажгла лампу и мягкий свет разлился по комнате. Все выглядело конечно, обыденно, даже слишком спокойно после тех событий. Ее тело еще помнило напряжение, а уши им давали рев энергии. Она подошла к окну. Ночь опускалась медленно, как не спешащая тень. Где-то далеко светились фонари, и слышно было, как ветер играл флагами на крыше арены. Н Б–Мир стал другим. Но почему я все еще слышу этот холод? Рыжий поднял голову. Его глаза, отражая свет, стали двумя маленькими месяцами. Он посмотрел куда-то в темноту за окном. Н Б — Что там, Рижый? Кот не ответил а только внимательно всматривался в ночь. Настя провела рукой по окну стекло было прохладное. Она почувствовала, как где-то глубоко внутри оживает то же чувство, что когда-то предшествовало буре. Только теперь оно не пугало, а странно тянуло. Н Б—Может быть, просто привычка… Она отвернулась, погасила свет. Комната наполнилась полумраком, коты вернулись на свои места. Она легла. Одеяло было мягкое, знакомое. Сноу лежал на столике рядом, как сторож ее покоя. Мысли начали растворяться. Тишина становилась глубже, чем когда-либо. Где-то за пределом сна снова вспыхнули воспоминания:Голос Вальта, когда он смеется; прикосновение его руки;свет, который взрывался во время последнего запуска. Все было таким теплым. Но с теплом пришло что-то другое легкий холод, коснувшийся ее шеи, как дыхание. Н Б--Вальт? Никто не ответил. Только мурлыканье кошек и тихое шелест ветра. Мир вокруг начал расплываться. Лампа погасла окончательно, и тьма стала полной. Она больше не чувствовала тела а только безграничную легкость. Под ней не кровать, а мягкий туман. Перед глазами бесконечное белое поле. Настя шагнула вперед. Сноу лежал у ног, но уже не светился. Н Б—Это… сон? Ее голос эхом разошелся вокруг. Воздух стал прохладным, и с каждым дыханием холод проникал глубже. Она смотрела вперед белый свет становился все тусклее. Где-то далеко послышалось глухое избиение. Как сердце. Но не ее. Она попыталась идти дальше, но ноги тонули в тумане. Н Б–Сноу, где ты? Бей вдруг шевельнулся. Его лед треснул тонкой линией света, и изнутри медленно потянулся синеватый луч. Но он был не теплый а льдяной. Настя замерла. Сделала вдох и увидела, как перед ней начинает появляться что-то черное. Как дым.Как тень, которая ищет путь в этот белый сон. Она почувствовала, как холод касается кожи. Не резкий, а тот самый знакомый до боли как тогда, на арене, когда Тьма пыталась прорваться. Н Б–Нет… нет, это невозможно. Но сон уже не слушал ее. Белый свет постепенно лозунг, и холод растекался волнами, покрывая все вокруг. И только удалявшийся где-то далеко кошачий мурлык напоминал ей, что дом существует где-то там, в реальном мире. Свет вокруг Насти менялся. Белое стало серым, затем темнее. Казалось, что небо опускается все ниже, прижимая ее к земле. Н Б—Это просто сон… просто… Холод коснулся губ, как тень дыхания. – Сон? Голос прозвучал из самой глубины. Тот, которого не могло быть. Н Б–Я уничтожила тебя. – Ты не уничтожила. Ты уснула. Туман медленно разошелся. Перед ней стояла темная фигура без лица, без черт. Только контур, похожий на эхо самого себя. — Ты думала, что свет может существовать без холода? Настя отошла. Сноу лежал у ее ног, но уже не отвечал на ощупь. Н Б—Заберись. – Не могу. Я в тебе. Она подняла руку, и откуда-то появился луч — тонкий, как лезвие. Свет, еще остававшийся в ее сердце, вспыхнул вокруг. Н Б–Я не ты. – Посмотрим. Тень растаяла, как дым. Холод утих, но не исчез — он осел в воздухе, в ее дыхании, в глазах Сноу, который снова светился мягко, но с оттенком синего льда. Настя опустила голову. Н Б—Хватит… я не хочу тебя больше видеть. Она закрыла глаза. Сделала вдох и все вокруг исчезло. Она проснулась от легкого шороха. Солнце уже пробивалось сквозь шторы. Миса лежала у подушки и мурлыкала, Рэй спал у двери. Настя медленно села. Сердце билось быстро, в груди оставался холод, словно от открытого окна. Она прикоснулась к шее пульс ровный. Н Б—Кошмар… просто кошмар. Она поднялась, подошла к зеркалу. На ее щеке была тонкая белая полоска, как следует от льда. Она провела пальцем а кожа теплая. Н Б—Удивительно… Рижый зевнул и подошел к ней. Настя наклонилась, приподняла его на руки. Кот тихо мурлыкал, словно пытаясь развеять остатки страха. Н Б—Все хорошо, да? Это просто сон. Она поставила его на пол, сделала несколько шагов к столу. Сноу лежал там, где она его оставила. От полированной поверхности отражался солнечный свет. Н Б—Ты тоже видел? Она улыбнулась сама себе, коснулась бейа. Холод.Чуть-чуть. Как дыхание. Маркиза резко приподняла голову, посмотрела на бей, потом на Настю. Глаза кота сузились, хвост дернулся. Н Б—Эй… не пугай меня, маркиза. Она взяла Сноу на ладонь. Металл сверкал, но под пальцами пробежала легкая волна будто внутри что-то шевельнулось. Она наклонилась поближе. Н Б—Эй… ты же мой. Светлый. Ты не… Она не договорила: в металле промелькнула едва заметная синая вспышка, похожая на холодный свет, который она видела во сне. Секунда и все стихло. Н Б—Я устала от этих видений. Она положила бей вспять. Открыла окно — свежий воздух ворвался в комнату. Улица шумела, дети запускали свои беи, кто смеялся. Жизнь вернулась. Настя вдохнула полной грудью. Н Б–Все. Конец. Она прошла мимо зеркала, но не заметила: на столе, где лежал Сноу, тень от его очертания слегка шевельнулась, словно тьма в металле изменила положение. Маркиза зашипела, Рыжий напрягся. Коты смотрели туда, куда Настя не смотрела. Вечером она вышла на крышу своего дома. Солнце садилось за горизонт, оставляя небо розовым и золотым. В руках чашка чая. Сноу остался дома, но она чувствовала его присутствие, будто едва заметное отражение энергии. Н Б–Вальт, ты там, правда? Ветер прошелся волосами, и в шуме она словно услышала его голос. В–Всегда. Она закрыла глаза. Все, что произошло, казалось дальним сном. Но холод, время от времени пробегавший по коже, напоминал: не все кончено. Н Б—Если это действительно сон, пусть он никогда не станет реальностью. Снизу снова раздались крики – дети запускали бейи, металл ударялся о металл, искры летели в воздух. Тот же звук, с которого все началось. Настя усмехнулась. Подняла голову к небу – первая звезда вспыхнула над крышами. Н Б—Сколько бы ни было сражений… я уже не боюсь. Она спустилась вниз, оставив на крыше чашку, в которой еще парил чай. Когда дверь за ней закрылась, ветер снова подул сильнее. Чашка тихо опрокинулась. На плитке появилась капля воды и в ней отразилось что-то темное, подвижное. Капля исчезла, но тьма в ней не растворилась. Она просочилась в щель между плитами, и в глубине, под крышей, что-то чуть-чуть сверкнуло холодным синим светом. В ту ночь Настя спала спокойно. Маркиза и Рижый свернулись возле нее, мурлыкая в унисон. Сноу стоял на полке, тихо поблескивая. На мгновение казалось, что мир действительно обрел мир. Но где-то далеко, за пределами города, в трещинах разрушенной арены, едва слышно шевельнулся обломок темного камня. Из его середины вырвалось холодное дыхание. – Я еще не закончила. И ветер, пролетевший над городом бейблейдеров, принес с собой ту же ледяную ноту, которую Настя когда-то научилась узнавать. Солнце поднималось медленно. Небо было чистым — ни облаков, ни грома, ни ледяных бликов, еще вчера пугавших ее во сне. Все снова выглядело знакомым, но по-новому живым. Настя Бэй стояла на балконе своей квартиры. На столе была чашка с дымящимся чаем, рядом Сноу. Его поверхность больше не отражала холода, только мягкое тепло света. Маркиза мурлыкала, лежа на перилах, а Рижый следил за голубями, кружившимися в небе. Н Б—Наконец-то… просто день. Без сражений, без тьмы. Она вдохнула воздух – он пах утром и свободой. Будто мир сам благодарил за то, что его спасли. Н Б—Странно… все это было как сон. Но я помню каждый миг. Как Вальт держал меня за руку, как Сноу светился во тьме, как сердце билось в унисон с Вальтриеком. Она усмехнулась. В сердце оставалось что-то теплое – не огонь, не энергия боя, а спокойная уверенность. Маркиза подняла голову, тихо мяукнула. Настя наклонилась, коснулась ее лба. Н Б–Да, я тоже его слышу. Она закрыла глаза. Где-то далеко, как сквозь шум утра, донесся тихий смех. Ее сердце узнало этот звук. В—Настя, ты не забыла, что у нас есть еще один матч? Н Б--Надеюсь, ты не шутишь. Она открыла глаза и на балконе, конечно, никого не было. Только луч солнца скользил по стене, оставляя блеск, похожий на улыбку Настя подняла Сноу. Посмотрела на него как на друга, не как на оружие. Н Б—Знаешь, я наконец-то поняла, зачем мы боролись.Не чтоб побеждать.Чтобы ощутить, что живем. Она поставила бей назад, взяла чашку чая. Пар поднимался вверх, исчезая в солнечном свете. Н Б—Может, когда-нибудь все повторится. Но теперь я не боюсь.Теперь я не сама. Рижый потерся о ее ногу, Маркиза спрыгнула с перил. Они шли за ней в комнату, как охранники покоя. В квартире пахло теплом, мятой и солнцем. Она включила музыку – тихую, знакомую мелодию, которую когда-то слышал и Вальт. Настя открыла окно пошире. Далеко на горизонте виднелась арена, освещенная светом нового дня. Она больше не пугала ее. Она напоминала: все, что они прошли, не зря. Н Б--Ты там, Вальт? Тишина ответила нежным шорохом ветра. Н Б--Я знаю, ты слышишь. И я тоже слышу тебя. Этот мир принадлежит нам. И мы его не отдадим больше никому. Она снова улыбнулась. Взяла бей в руки. Холод исчез окончательно и осталось только чувство тепла. Маркиза мурлыкала громче, Рижый заснул у двери.Мир жил.Мир светлый. И когда Настя в последний раз взглянула в небо, ей показалось, что там, среди белых облаков, на мгновение промелькнул отблеск синего запуска. как напоминание о дружбе, не имеющей предела. Н Б–Увидимся, Вальт. В новом мире. Она прикрыла окно.Тишина.Покой.Свет. И когда последний луч коснулся бейа, на мгновение в нем сверкнула искра теплая, не холодная.Живая. Это был не конец. Это было начало нового рассвета.