Глава 1. Тени Пхёнчхана

Алекс сидел на краю старой деревянной скамейки в маленьком парке на окраине Пхёнчхана, где горы Южной Кореи смыкались с ночным небом, усеянным звёздами. Было холодно. Осенний ветер с вершин пробирал до костей, несмотря на потрёпанную куртку, которую он купил на барахолке в Сеуле пару недель назад. Пхёнчхан, этот тихий городок, известный по недавней зимней Олимпиаде, теперь казался ему ловушкой: туристы уехали, а он остался, как забытый лыжный ботинок в снегу. Он потирал окоченевшие пальцы, пытаясь хоть как-то согреться, и с грустью смотрел на пустующую олимпийскую арену вдалеке, освещённую тусклыми фонарями. "Как я здесь оказался? - подумал он, выдыхая пар в воздух. - Из России в эту дыру... за что мне это испытание?" Ему было двадцать семь, атлетичный парень с широкими плечами, выкованными годами тренировок в бассейне. Лицо с легкой щетиной, отросшая челка, нависающая над серо-голубыми глазами, усталыми от постоянного недосыпа. Дома в Москве всё было просто: работа, друзья, пиво по вечерам в пятницу. Но год назад он сорвался - устал от рутины, от серых панелек в Перово и блатных начальников, выводящих из себя своей непроходимой тупостью. Случайно увидел яркую рекламу: "Южная Корея - страна возможностей!" Почему-то вспомнил свою давнюю мимолетную встречу с милой японкой, проходившей практику в академии Большого театра и оставившей у Алекса приятные ностальгические воспоминания. В итоге, плюнул на всё и купил билет в один конец, взяв с собой рюкзак и пару тысяч долларов, скопленных за последнее время. "Займусь поставками поддержанных авто в Россию, ну или, на худой конец, устроюсь гидом для русских туристов", - мечтал он. Виза туриста на три месяца, английский на уровне чуть лучше, чем "хай, хау ар ю", и вера в удачу… Однако реальность раздавила его довольно быстро. В Сеуле он потратил деньги на жильё и еду, но работу так и не нашёл - без корейского языка и связей шансов не было. По рекомендации встреченного соотечественника переехал в курортный городок Пхёнчхан, надеясь на сезонный труд в отелях. Но осень выдалась бесснежной, туристы не ехали. Виза истекла, и теперь он был нелегалом: прятался от полиции, спал в дешёвом мотеле за городом, мыл посуду в местном кафе за еду и копеечное жалование. Последние воны ушли на пачку сигарет, которую он сейчас курил, затягиваясь глубоко, чтобы заглушить голод. Завтра - выселение из мотеля, а потом? Улица, холодные ночи на лавках в парке, или какая-нибудь кража от безысходности, которая приведёт его в тюрьму. "Вернуться в Россию? С долгами и позором? Нет, лучше сдохнуть в местной тюряге", - подумал он мрачно, бросая окурок в лужу. В этот момент из тени деревьев вышла женщина. Она появилась бесшумно, как призрак в чёрном плаще, с капюшоном, скрывающим лицо. Высокая, стройная, в туфлях на каблуках, которые не вязли в мокрой траве. В руках - тонкий портфель. От неё веяло дорогим парфюмом, контрастирующим с запахом сырой земли. Она остановилась в нескольких метрах, и Алекс напрягся, инстинктивно сжав кулаки. "Кто это? Полиция? Или хуже?" "Ты выглядишь как человек, который потерял всё, - сказала она на английском, голос низкий, уверенный, с лёгким корейским акцентом. - Русский, верно? В отчаянии?" Алекс встал, оглядываясь. Парк был пуст - только шелест листьев и далёкий гул машин на шоссе. Он ответил по-английски, стараясь звучать твёрдо: "А вы выглядите как человек, который ищет приключений на свою тощую задницу. Что вам нужно?" Она сняла капюшон, открыв лицо: острые скулы, тёмные глаза, волосы в пучке. Маска, закрывающая нижнюю часть лица, - чёрная, кожаная, с прорезями. Улыбка блеснула в глазах. "Хочу предложить тебе шанс на выход из этой... ямы. Меня зовут Мина. Я скаут для специальных мероприятий. Ты ведь Алекс, верно? Я навела справки. Нелегал, без гроша, на грани катастрофы". Он замер, подумав: "Откуда она знает моё имя?" Но отступать было некуда. Алекс заговорил: "И что? Предлагаете работу? Я не вор и не... ну, вы поняли". Мина открыла портфель, доставая пачку долларов - толстую, свежую. Сердце Алекса заколотилось. "Ты можешь заработать пятьдесят тысяч, - тихо сказала она, сделав паузу. - Всего за одну ночь. Физические испытания в закрытом шоу для избранных. Ты крепкий, русский. Подходишь. Выиграешь - получишь всё. Проиграешь - получишь двадцать тысяч в качестве утешительного приза". Алекс уставился на деньги. Это могло изменить всё: билет домой, новая жизнь, свобода. Но чуялся какой-то подвох. "Шоу? Какое? Бои? Я не боец". Она убрала пачку, достала визитку, стилизованную под национальный флаг: "Элитарные развлечения. Только для избранных". "Борьба на песчаном ринге. Приватный зал, зрители - богачи, платят за зрелище. Ты против оппонентов. Правила просты, но... интересны". Он взял визитку, пальцы дрожали от холода и нахлынувшего возбуждения. "Борьба? Звучит рискованно, но за такие деньги... можно и в больничке полежать, если что." "Покажите, что меня ждёт. Я не подпишусь на это вслепую". Мина кивнула, поймала такси на краю парка - чёрный седан ждал, как по команде. Они сели, и машина помчалась по горным дорогам, мимо спящих отелей и олимпийских трамплинов. Пхёнчхан остался позади, а впереди - неизвестность. Мина молчала, глядя в окно, её присутствие давило. Через час они прибыли к заброшенному складу в долине, окружённому лесом. Снаружи - ржавчина и тишина, но внутри - роскошь и блеск софитов. В центре - круглый ринг из золотистого песка, диаметром метров десять, окружённый барьерами. Вокруг ринга, вплотную к нему, ложи с бархатными креслами, всего на пару десятков человек: низкие столики, экраны для трансляций и ставок. Воздух тяжёлый, с запахом соли и металла. Техники в чёрных комбинезонах настраивали освещение. "Добро пожаловать в "Золотые пески", - сказала Мина, снимая маску. Её губы улыбнулись. - Закрытый клуб для элиты. Десять-двадцать зрителей - миллиардеры, политики, извращенцы с деньгами, не только корейцы. Они платят за зрелище: тела в борьбе, пот, песок. Ничего публичного. Только для их внутреннего потребления, так сказать. Всё что происходит в "Золотых песках" – остаётся здесь навсегда". Алекс шагнул к рингу, песок скрипнул под ботинками. Слова Мины его напрягли. "Извращенцы? Что за бои?", задумался он. "Кто оппоненты, против кого мне придётся бороться?" - спросил Алекс. Мина достала большой планшет, показывая фото: пять девушек - азиаток, молодых, красивых, в спортивных костюмах. Внизу непонятная надпись - LE SSERAFIM. Под каждой из девушек подписано её имя: Chaewon (Чэвон) - маленькая, худенькая, с острым взглядом; Sakura (Сакура) - стройная, грациозная; Yunjin (Юнджин) - более полная, с формами, что приковывали взгляд; Kazuha(Казуха) - атлетичная, как балерина; Eaunche (Ынче) - высокая, юная. "Тебе нужно будет бороться против них. Местная K-pop группа LE SSERAFIM. Они здесь звёзды, но под кабальными личными контрактами. Агентство - HYBE - продаёт их время за миллионы. Они рабы сложившейся системы: тренировки, диеты, шоу. Почему согласились? У них нет выбора - продюсеры решают. Тебе придется драться с каждой по очереди, потом - со всеми сразу". Алекс уставился на фото. Он не знал K-pop, не фанател - музыка для подростков, думал он. Но девушки... их тела, формы в облегающих шортах и юбочках. Он сразу вспомнил свою тайную страсть, преследовавшую его с юности, можно сказать фетиш - сидеть верхом на женской попке, доминировать, чувствуя под собой её тепло и упругость... Всё вспыхнуло внутри. "Это не просто деньги. Это шанс... снова воплотить фантазии. На ринге, в борьбе... прижать, оседлать..." Алекс спросил с недоверием: "Они? Девушки против меня? Выглядит как неравный бой". Мина кивнула: "Не переживай, мы уровняем шансы. Правила: только борьба без ударов - захваты, броски, удержания. Победитель тот - кто прижмёт оппонента к песку на десять секунд, рефери считает. За тобой - сила, за ними - ловкость. Плюс, у каждой девушки будет электрошокер: маленький, как брелок, но один точный удар может парализовать тебя без шансов на победу. Это сделает бой честным. Зрители любят драму". Алекс кивнул, адреналин бурлил. Девушки приглянулись - особенно их формы: "Я в деле. Когда?" "Завтра. Первая будет Чэвон. Маленькая, но быстрая. Подготовься. Не советую её недооценивать". Зал ожил, техники разровняли песок. Алекс почувствовал вкус победы, спасительных денег - и чего-то большего.