Часть 2 - Королевская Гавань и Эйгон

111 год от завоевания Эйгона.

***

Деймон был счастлив вернуться домой живым, героем в глазах всей столицы. — Война окончена, Ваше Величество! Вот голова Крагхаса Драхара и его валирийский клинок «Добыча принца». — Принц опустился на колено. Положил меч и мешок с головой к ногам старшего брата. — Народ, мой брат вернулся! Я устрою пир в честь победы на Ступенях и возвращении моего дорогого брата Деймона Таргариен. — Визерис поднял принца с колен и расцеловал его в щёки. — С возвращением домой! — Спасибо, брат! — обнял короля младший брат и был скован в другие объятия. Рейнира — его маленькая племянница, теперь молодая девушка четырнадцати лет с серебряными волосами и фиолетовыми глазами. — Как ты выросла, дракончик! — погладил по волосам Рейниру принц-разбойник. — Почти тебя догнала! — улыбнулась Рейнира, поднимаясь на носочках. — С возвращением, дядя Деймон! — Спасибо! — Таргариен поблагодарил племянницу и всмотрелся куда смотрит его дракон. Караксес смотрел на рыжую девушку с диадемой на голове. Она всё также прекрасна, как и в последний день когда они виделись. Королева Алисента гладила волосы среброволосого мальчика и обнимала, не обращая внимания на его появление и глядящего на неё дракона. Это был его сын. Эйгон. Так его назвал Визерис. — Пойдём, дядя! Я познакомлю тебя со своим женихом. — племянница потянула Деймона за руку, уводя от ристалища на главную трибуну, пока король говорил с Лионелем Стронгом. — Это мой братик и жених Эйгон Таргариен. Трёхлетний мальчик держал маму за руку. Эйгон протянул ему платок с вышитым золотым драконом. — У вас рука потная. Извините меня, но я не здороваюсь с людьми, которые не придерживаются гигиены. — сказал маленький Таргариен, похожий чистоплотностью и язычком на свою мать. На что Деймон усмехнулся, вытер руки о платок и вернул его своему сыну. — Я принц Эйгон Таргариен. Младший брат моей невесты и сын короля Визериса и королевы Алисенты. — поклонился среброволосый мальчик Деймону и протянул руку. — Я принц Деймон Таргариен. Твой дядя. — ответил поклоном на поклон и пожал маленькую руку. Четыре года он отсутствовал в Королевской Гавани. Четыре, Пекло, года Деймон не видел эту девушку! — Ваше Величество. — Поздравляю вас с победой, принц Деймон! И с возвращением домой. — улыбнулась королева и протянула руку, он поцеловал белую ручку и она мгновенно убрала её. — «Она не рада моему появлению в Королевской Гавани?» — обиделся Деймон на действия рыжей королевы. — У вас красивый дракон! — тихо сказал Эйгон, восхищаясь красным змеем. — Да, Караксес такой. Не хочешь со мной полетать, маленький принц? — Нельзя. Мне запрещено пока летать, но я был бы очень счастлив первому полёту, дядя. — Эйгон напряжённо смотрел в сторону короля. Мальчик подошёл к маме и они попрощавшись отправились в Красный замок. — «Что-то происходит здесь?» — подумал Деймон, глядя на уходящую стройную фигуру королевы. На пирушке. Деймон Таргариен сидел со своей семьёй. В центре стола сидел Визерис, по бокам — Рейнира и Алисента, потом Деймон сидевший около Рейниры и Эйгон, посаженный подле матери. Королева танцевала в цветах своего дома. Её величество была нарасхват, начиная с короля и заканчивая старым лордом Бисберри. Когда принц Эйгон приглашал свою матушку, то сильно краснел и пытался аккуратно танцевать со счастливой королевой, которая улыбалась своему сыну. Деймон решил потанцевать с Алисентой после Эйгона, а пока в танце он кружил Рейниру. — Дядя, как вам пир? Разве Вам не хорошо танцевать со мной? — спросила Рейнира и глядела на него своими красивыми глазами цвета сирени. — Мне и вправду весело с тобой, племянница. Когда я улетал, ты мне была ростом до моего пупка, а теперь вон какая рослая. Вино как воду пьёшь? — Да, ну тебя, дядя! Вечно эти твои шутки. — А как я без них, как твой папа без пуза. Никак! — закрутил Рейниру и подхватил. — Ну и как тебе жених? — Маленький угрюмый дракончик, который прячется от всех. Вечно огрызается и капризничает. Его дракон такой же. — У него вылупился дракон? — Ага. Он назвал дракона Солнечным огнём и не хочет отдавать его в Драконье логово. Вечно с ним бегает по своей комнате или у королевы. Деймон улыбался, как не в себя. У маленького принца проклюнулся дракончик и связь мальчика и дракона будет очень мощной, ни то что у него с Караксесом. С красным змеем он был повязан через своего дядю — принца Эймона, а Эйгон растёт вместе с драконом. Значит Алисента была рождена для драконов. Для него. Танец с Рейнирой был окончен и он отправился к королеве, которая шла к главному столу с сыном. — Принц Эйгон не одолжите мне руку вашей матушки? — спросил у мальчика с сиреневыми глазами, который улыбался матери. — Я не против одолжить руку матери, но только если королева согласна с вами танцевать. — Ваше Величество, согласны ли Вы потанцевать с героем Ступеней? — элегантно поклонился Деймон прекрасной королеве, которая протянула ему руку отвернувшись от него. — Я согласна потанцевать с Вами, принц Деймон. — смущённая Алисента сделала реверанс и они пошли к центру танцевального зала. — Ну, здравствуй, королева-змейка, ты выглядишь великолепно. — сказал Деймон, приобняв за талию и заметил лёгкий румянец на её щёчках. — Здравствуй, Блошиный принц. — девушка повернулась к нему лицом и улыбалась нахальной улыбочкой. — Мы опять вернулись на начало наших э-э дружеских отношений, Алисента? — У нас с тобой нету никаких отношений и нас с тобой ничего не связывает. — прошипела девушка, глядя ему в глаза. — Нас ещё как связывает вот этот мальчишка, который танцует с Рейнирой. Эту связь не разрушить, чтобы ты не говорила. Ай! — Таргариен ухмыльнулся, так как королева запустила коготочки ему в руку. — Он мой сын и Визериса. У Вас нет на него прав. Вы всего лишь посадили семя. — тихо ответила Алисента. — «Посадил семя» Обидно вообще-то. — Мне всегда было плевать на ваши обиды. Чем быстрее вы улетите из Королевской гавани, тем лучше. — Я не улечу. Я прилетел сюда ради тебя и моего сына, Алиса. — прошептал Деймон на ушко рыжей красавице, которая сразу же отстранилась от него и он увидел её покрасневшее личико. Самая замечательная реакция, которую он сегодня видел и это замешательство её больших карих глаз. — Ты заигрываешься, Деймон. Я жена короля. Ты дал клятву мне не претендовать на моего сына. — рыжая девушка сверкнула карими глазами ярости и перейдя с Деймоном на «ты», она тихо шипела на него. — Да, было что-то такое, но Эйгон — мой сын, а ты — моя женщина, подарившая мне первенца. И я буду дураком, если не заберу тебя у Визериса. — принц слишком близко притянул Алисенту и вдохнул запах по которому скучал и лелеял надежду на скорое возвращение к ней. — Что ты сейчас сказал, Деймон! Ты сумасшедший! — испуганно промолвила королева и её шёпот звучал для него как мелодия. — От любви, Алисента. Я люблю тебя, моя змейка! — принц хотел прикоснуться к манящим губам, но королева вёртко вырвалась из его объятий и торопливо ушла от него огорчив Деймона. — «Совсем сошёл с ума. Поцеловать Алисенту на глазах брата и всего нечестного народа. Совсем меня понесло от неё. Я схожу с ума от королевы! Надо успокоиться.» — в голове Деймона проносились мысли от которых был очень сильно напряжён. Принц подошёл ближе к столу, где находилась его двоюродная сестра Рейнис и чуть не проматерился. — Здравствуй, кузен! Ты уже здесь празднуешь, а моему мужу плыть, да плыть. Зачем ты пытаешься ухлёстывать за женой своего брата? Ай-яй-яй! Не стыдно тебе, королю рога привинчивать. Он же не мой родственник из оленьего племени, а из драконьего. Хотя рожки есть и у драконов. — Я тоже рад тебя видеть, недо-королева. — улыбнулся злой улыбкой Деймон и чуть не получил вилкой в глаз. — Эй, ты чего?! Совсем старая ополоумела! — Ах, ты паршивец! Ещё и про возраст, что-то скажешь, я тебя скормлю на десерт, Мелейс! — рыкнула Рейнис, пока Лейнор и Лейна пытались утихомирить гневную мать. — Прости, что задел твои чувства. Как ваши дела в Дрифтмарке? — извинился перед кузиной Деймон и перевёл тему. — Нормально. Дела хорошо пошли после того как по Триархии ударили железнорождённые, золото опять стало литься в наш дом. — Рад за вас. Давайте выпьем за ваш дом! Чтобы золото лилось рекой и враги давились чёрной завистью. Пьём! — Ой, брехло! Ладно, пьём! — подняла кубок Рейнис и тут же опустошила. Деймон присел к недавно ставшему рыцарем сиру Гвейну. — Здравствуй, безбашенный рыцарь. Говорят что ты участвовал в трёх турнирах. Ну и как оно? — Херово, Деймон. Сражаться с бандитами и разбойниками куда интереснее и живее. На турнире ты не можешь убить своего противника, хотя большую часть я хочу убить. Веришь? — Четырнадцать огней, конечно верю! Эти чванливые лорды говорят о многом, но делают мало. Когда я позвал этих лордов на войну большая часть крикнула — «да», а потом я увидел на Ступенях кто пришёл на подмогу и был очень разочарован. Эти лорды отправили своих ненужных младших братьев, сыновей, дядьев и стариков. Спасибо твоему отцу, что подключил к нам на дело — Грейджоев. Три шлюхи сразу получили пиздов и кидали свои грязные белые труселя. — Ха! Не забудь сказать ему — «Спасибо». Он будет очень благодарен. Отец, ведь больше не десница, ты это знаешь? — Нет! Что?! — удивился Деймон, а Гвейн мрачно усмехнулся. — Ага. Кажется, отец разругался с Его Величеством, но я не знаю причины. Скорее всего из-за наследия принца Эйгона. — Наверное. — удручённо смотрел в пустой кубок Деймон, думая о том как сам перестал быть наследником Железного трона. — Слушай, Гвейн, не хочешь присоединиться к Золотым плащам? — А что можно? Я с удовольствием. Это лучше, чем быть шутом для челяди. — Почему бы и нет. Завтра поговорю с Лютором. Он хороший мужик. Быстро тебе найдёт дело. — Хорошо, я только «за», Деймон. Тем более, у меня на примете женщина-вдова, которая живёт в Королевской Гавани. Я прям таки желаю здесь остаться и стать её мужем. — Ого, поздравляю! Выпьем за вдовушку! — Пьём! … Деймон проснулся с тяжёлой головой и с таким же тяжёлым телом. Он не помнил ни черта и ни хрена, но принц понимал что лежит у себя в покоях. Он дотянулся до кувшина с водой и опустошил его. Тихонечко привстал с кровати и открыл окно, наполняя свои лёгкие свежим воздухом. Быстро переодевшись он пошёл в столовую, где сидели королева, маленький принц и принцесса. — Доброе утро, семья! — Доброе утро, дядя, принц Деймон, мудак! — «Оп! Что-то новое?» — владелец Тёмной сестры смотрел на ту которая оскорбила его, а она просто фыркнула и отвернулась до сына. — М-м! Рейнира, объясни мне что вчера случилось? — присел до племяшки наездник Караксеса и задал вопрос, знающему человеку или нет. — М-м. Дядь, ты ничего не помнишь? — Не нихера не помню. — Нихера или ни хера пишутся вместе или врозь? — задал тихо вопрос малыш Эйгон, на что Рейнира усмехнулась, а королева нервно улыбнулась и тихо дала каблуком под колено Деймону. — Эйгон, наверное пишется и так, и эдак! Не волнует понятие, главное как ставится ударение. — ответил порочный принц, на что маленький Таргариен быстро кивнул и улыбнулся. — Короче, дядь. Ты подрался с папой. — Э-э-э?! Почему? За что? Зачем? — удивился Деймон и посмотрел на племяшку. Рейнира развела руками и показала на Алисенту. — Ваше Величество, вы можете мне объяснить, что вчера произошло? — Я с тобой не разговариваю! Эйгон, ты покушал? — девушка не смотрела на Деймона, но было видно что она сильно разозлилась на него. — Да, матушка. — ответил среброволосый мальчик и протянул руку матери. — Приятного аппетита, Рейнира. Мы пойдём в мои покои. Нельзя оставлять Солнышка без присмотра. — Эй, но ты же со мной поздоровалась, Алисента! Какого Пекла, ты уходишь, даже нормально не поев?! — спросил Деймон, глядя на её груди. Они выросли, да и попка стала пышнее. Вот что делает материнство! — Я уже позавтракала. А не поздороваться с тобой был бы верх неприлия! — сказала рыжая королева и пошла грациозной походкой в сторону своих покоев. Эйгон поклонился принцу, поцеловал ручку Рейнире и быстрым шагом пошёл за матерью. — Какого хрена она на меня так смотрит?! — Ты ударил её мужа и моего папу в одном лице. Думаю вот в этом суть проблемы. — Не смешно, мелочь драконья! — Почему я опять мелочь драконья?! Ты старый хрыч! — Я ещё молод. Мне только исполнилось тридцать лет. — Вот то-тоже тебе тридцать лет, хрыч, а мне четырнадцать. Я молоденькая и у меня жених симпатяжка, хоть и ведёт себя иногда как мурло. — Ему три года, что ты хочешь от Эйгона? — Цветов, ухаживаний, поцелуев. — начала перечислять по пальцам свои хотелки Отрада Королевства. — Пиздец! Я пойду наверное. У меня от женщин голова начинает болеть. — Хмпф! Ну и скатертью дорожка! … Деймон зашёл в покои своего рыжего друга, который во сне обнимал симпатичную белокурую девушку. Принц растормошил Гвейна и ему пришлось вылезти из тёплых объятий красавицы-вдовы. — Чёрт, Деймон, пить с тобой, это как играть в кости с шулером. — Гвейн умыл лицо и выпил воды из кубка. — Ты хоть понимаешь, что ты вчера натворил? — Я ни черта не помню, Хайтауэр! — Твою Старицу, мать! — Ладно, объяснишь в пути. Поехали до Ларджента. — Э, не! Седьмое пекло, я лучше пешочком. — Хорошо, прогуляемся пешочком. — И как тебя не схватила стража? Хоть ты и принц, но ты врезал королю. — Бля, потому что я его брат. — просто развёл руки Деймон и зевнул. — Кстати, я больше ничего не натворил? — Натворил. — Ебать! И что же я сделал? — Ну, мы пошли в отцовский дом удовольствий. — Отто, заправляет домом удовольствий?! Пекло! — Ну, да. Ты отца поблагодарил за помощь на Ступенях и принёс ему бочку Арборского золотого. Потом купил у него по меркам одеяние для моей сестры. — Лиссенийское? — угадал Деймон, начиная чесать голову от нервов. — Ага. И пошёл в Красный замок исполнять балладу о любви под её балконом, которую сочинил менестрель Бальмонт для королевы. — О, как! А что она? — Деймона быстро заинтересовала мысль, то что он в пьяном угаре пошёл в дом удовольствий, купил своей — не своей женщине одеяние и пошёл до неё. Это было что-то новенькое. Обычно он остаётся там отдаваясь блуду и веселью, а тут его притянуло к ней. — Ну, она сказала тебе заткнуться и кинула вазу. Ну и ещё много чего. — Вот же ж ведьма! Я ей в любви признавался, а она вот так значит. — Ну, да. Ты там у неё под балконом всю клумбу растоптал, а потом пошёл на абордаж корабля «Рыжей королевы» — Я полез на балкон? — спросил Деймон, а Гвейн кивнул. — Да, но твой абордаж крахом рухнул. Ты схватился за тонкую ветку и попробовал задницей как любят тебя Тиреллы. — Ебать! А я то думаю, что у меня так зад болит. Наверно сильно обидел твою сестру. — Честно, не знаю, но когда она увидела, что ты падаешь, я видел что Алисента переживала, а когда ты встал с роз и начал прыгать, она звонко засмеялась и сказала: «Ну и поделом тебе, Блошиный принц!» — Плохо пародируешь свою сестру. Особенно, «Блошиный принц». — Отстань. Я не актёр из спектакля, чтобы хорошо пародировать Алисенту! — И вообще с какого хуя она в меня тоже бросала вещи! Моя старшая сестрёнка всегда была доброй и ласковой, а тут объявился ты и в неё как будто бесы вселились. — Это так на неё влияет моя харизма и обаяние. Понял, Гвейн? — Нихрена не понял. — Тогда надо выпить. Там мы быстро придём к кон-сен-сусу. О, как! — Не-не-не! Не согласен! Я против! Уж лучше с трезвой головой, чем с объебашенной. — отказался от продолжения гулянки молодой Хайтауэр — Ты бы лучше послал цветы, Алисенте. — Ага. Розы, чтоб она меня уже по роже погладила. Ну, уж нет! Я сам буду для неё подарком. О, Лютор, здарова! — Здрав будь, принц Деймон. — Не хочешь взять к себе в отряд бойца? — Сира Гвейна. Это можно! Тем более мы уже знакомы. Гонялись за бандитами в Королевском лесу. — Да, было дело, сир Лютор. — Так ты и вправду хочешь к нам? — А почему бы и нет. — Хорошо, беру! Тем более твой батя — добрый мужик. Умеет слушать, да и выпить. Легче стало служить под его новыми идеями, Деймон. Тебе бы объединиться с бывшим десницей. Может он сделает из тебя достойного принца. — Лютор, неплохая идея! — Демоны, порождают чертей. Сир Лютор, вот зачем вы это сказали?! — А что я такого сказал, Гвейн? — Вы сказали такое, от чего у моей сестрёнки будет гореть попа. — Эхе-хе-хе! Ну, да! А что такого привлеку тебя и Отто. — обнял Гвейна панибратски Деймон — Да ещё завоюю душу маленького принца и всё некуда будет бежать змейке. — Змейке? Это о ком ты говоришь, Деймон? — Об моей сестре. — за место Деймона ответил сир Гвейн, закрывая лицо руками. — О Королеве Алисенте?! Седьмое пекло! — Угу. Убейте меня, пожалуйста! Я не хочу участвовать в твоих походах на мою сестру. — Не отчаивайся, братишка! Стены рушатся, крепость падёт и пред Девой я встану на колени. — Всё понесло, Деймона. Я наверное пойду, сир Лютор. Когда отпустит принца, скажите ему, что мой отец хотел его видеть. — Хорошо, Гвейн. Я ему передам. … Алисента сидела вместе с сыном в тёплой ванне. Солнечный огонь носился вокруг этой ванны. Своим визгом он отпугивал всех служанок, этот бесеняга. Эйгон же веселился во всю играя в кораблики в ванной, покуда мать мылила спинку среброволосому принцу. — Матушка, Солнышко тоже хочет купаться. — сказал маленький принц и протянул ручку к прыгающему на двух лапках дракончику. — Я потом его покупаю. Хорошо, мой любимый. — Алисента обняла сына и тот засмущался. — Матушка, прекрати мне щекотно! — М-м? — Твои волосы меня щекочут. — Хорошо. Понятно. Больше не буду тебя обнимать. — Мама, прекрати. Не дуйся. — Эйгон повернулся к матери, посмотрел на неё своими фиолетовыми глазками и тихонечко прошептал: Я люблю тебя. — Ох, разве я могу дуться на своего сыночка-дракончика. Ты же мой единственный ребёнок, как я могу тебя не любить. — улыбнулась Алисента и чмокнула в лоб Эйгона, на что Солнечный огонь рыкнул по-детски и обиженно. — И тебя люблю, Солнышко крылатое. — Матушка, почему принц Деймон дал в глаз отцу? — Эйгон, понимаешь, они братья и всегда, когда лорды-лизоблюды говорят твоему отцу одну правду, твой дядя может сказать другую и у них начинаются разногласия. — То есть принц Деймон может переступить через правила и законы? — Верно. Что он и делает почти постоянно. — Мама, я тоже хочу братика или сестрёнку! — Э-э! А как же сестрёнка Рейнира? — Она взрослая и моя невеста. — прошептал Эйгон, пуская кораблик по бортику. — А я бы хотел иметь товарища по играм. — Мой дракончик, а давай мы попросим у отца найти тебе товарищей. Как тебе такая идея? — Алисента быстро придумала альтернативу и высказала её. — Хорошая, но брат или сестра получше будут. — Наверное. — Давай вылезать. У меня ещё полно дел. Как только освобожусь, то сразу приду к тебе. Хорошо. — Хорошо. — Мам, а можно мне посмотреть на Караксеса с дядей Деймоном? Пожалуйста. — Ну, если принц Деймон разрешит, то можешь идти с ним, но пожалуйста не приближайся к взрослому дракону без ведома дяди. Обещаешь? — Клянусь, матушка. … Деймон сидел у Отто в перинном доме. Дорогой дом, шлюхи со всех краёв света, поэтому выбор слишком велик. — Охренеть! У тебя классный перинный дом и как я туточки не остался. — Я и сам не понимаю, Деймон, но в то же время понимаю тебя. Ты слишком зациклился на моей дочери, которая является королевой и супругой твоего брата. А это очень важный фактор потерять голову в прямом смысле этого слова. Остановись, пока не поздно. — Я и так потерял голову, когда увидел её в башне десницы, где мы отходили от попойки. — Чёрт! Меня дочь видела в непотребном виде? — Видела. — Надо будет попросить прощения за моё поведение. — Я и сам могу извиниться из-за тебя, из-за себя и из-за Гвейна. — Ты не выбешивай меня, моя драгоценная девочка не шлюха! — Нет, она не шлюха, она дороже любой бляди находящейся здесь. — Отто, я не помешан. Я люблю твою дочь. Поэтому прошу благослови меня, отец! — Семеро! Изыди нечисть! Ты хоть понимаешь, что Алисента — королева Семи Королевств, а её сын — будущий король. — Это моя женщина и мой сын, Отто. Я всё награбленное золото и корабли тебе отдам, только отдай мне свою дочь. — Деймон, она замужем и родила сына, которого считают первым сыном короля, а ты хочешь отправить на плаху мою дочь. — Не на плаху, а на Драконий камень. Я всё сделаю, чтобы Визерис отказался от Алисенты. Он мне должен и я заберу, что по праву моё. — И ты хочешь по праву забрать Алисенту, жену короля и твоего брата. У меня, блядь, нет слов. — Тогда просто благослови и всё. А я обещаю сделать твою прекрасную дочку счастливой и мир постелю к её ногам. — Сумасшедший! Хорошо, благословляю! — Отто, как-то быстро ты сдался. Ты так не считаешь? — Считаю, Деймон. Ещё как считаю, но моя дочь несчастлива. — ответил бывший десница и махнул рукой. — Отто, где твоя левая рука? — Продал, чтобы купить перинный дом. — несвойственно пошутил Хайтауэр и продолжил писать отчёты. — Хайтауэр, я тебе вопрос задал. Где твоя грёбанная рука? — Ваше высочество, не суй нос в чужое дело. — Хайтауэр, это не чужое дело. — прорычал Деймон — Если у тебя рука была задета, значит это коснулось Алисенты или Эйгона. Отвечай?! — Я не могу и не буду отвечать на твой вопрос. Спроси лучше у своего брата. Он всё хорошо знает. — ответил рычанием мужчина и присев вновь за стул отпил медовухи из кубка. После чего кто-то постучал в дверь и Хайтауэр разрешил войти стражнику. — Сир Отто! Сир Отто! К вам приехал, принц Эйгон! — О, как! Пускай заходит, мой внучок. Я всегда рад его видеть. — улыбнулся отеческой улыбкой дедушка Отто. — Деда! — прибежал принц Эйгон и запрыгнул на колени старенького дедушки, не заметив порочного принца. — Здравствуй, маленький дракон. — поцеловал в лоб внука сир Отто и прошептал. — Эгг, веди себя достойно. Ты должен был постучаться, перед тем как войти. Как видишь я здесь не один. Мальчик повернул голову и увидел принца-разбойника. После чего быстро спрыгнул с коленей дедушки и поклонился. — Извините меня пожалуйста за моё поведение, принц Деймон! — сказал зардевшийся среброволосый мальчик и был обнят дядей. — Ой! Только маме не говорите, что я здесь, дядя. — Я не скажу, мой с… — Кхм! — прочистил горло сир Отто и Деймон кивнул. — Племянник. — выдавил Таргариен, поглаживая своего сына по волосам. — Не хочешь полетать на Караксесе? — Хочу! — глаза мальчика засияли ярким аметистовым цветом. — Эй-эй, Деймон! Не рановато ли будет моему внуку в небо? — Не! Нормально. Меня мать моя, принцесса Алисса взяла в небо когда мне было две недели от роду. — Поэтому ты такой… — Какой, Хайтауэр? — Не при детях. — сказал Отто ухмыляясь. — Он же не упадёт с дракона? — Нет. Случаев про упавших детей с драконов нету, а вот у взрослых есть. Тем более я повяжу его со мной и Караксесу скажу, чтоб не выделывался. Ну, как согласен, деда? — Ладно. Согласен. Тем более Эгг, вон как рвётся в бой. — Спасибо-спасибо-спасибо! Ура, я буду летать! Пошли, дядя! — Пошли, Эйгон! — улыбнулся Деймон и пошёл к Драконьему логову. … В Драконьем логове. Его сын находился в первый раз и смотрел на сие зрелище с восторгом. — Это же Пламенная мечта! Да, дядя? — Да, Эйгон. Это она. — кивнул Деймон своему сыну. — Какая она прелесть! Она ведь драконица чёрной королевы Рейны Таргариен? — Да, племянник. Откуда ты это узнал? — От мамы. Она однажды с моим прадедушкой королём Джейхейрисом приходила сюда и рисовала драконов. — Она рисовала? И как у неё красиво получилось запечатлеть драконов? — поразился новому открытию об Алисенте Деймон. — Да. Моя мама — прекрасная художница. — Покажешь мне её картины? — Хорошо, дядя. Покажу. — Только у мамы спрошу разрешение. — Ладно. Вот мы и пришли. Это мой друг Караксес. — погладил своего друга Деймон, пока Эйгон прятался за ним. — Караксес, это мой с… племянник, принц Эйгон. Дракон посмотрел странно на Деймона, типа: «Какой это к чёрту, племянник, если это твой сын?» Караксес протянул свою длинную шею и встретился с восторженным взглядом мальчика. Эйгон протянул свою маленькую ручку и коснулся красного змея, а тот лишь радостно прошипел и обдал дымом отца и сына. — Караксес. Ты же не будешь против покатать маленького принца? — спросил Деймон дракона, который игрался своим хвостом с мальчиком. Дракон остановился и как будто бы кивнул порочному принцу. Деймон привязал и застегнул сына, на что было возможно и они отправились в полёт под восторженный визг Эйгона. … После полёта. — Ну как, Эгг, понравилось? — Да, дядя, это было восхитительно и по магически волшебно. Спасибо! — мальчик обнял своего «дядю» и заплакал. — Ну, что ты! Всё нормально же. — Да, дядя. — улыбнулся Эйгон и вытер слёзы платочком с рисунком золотого дракона. Деймон опустился на колено и обнял сына. — «Я стал отцом. Отцом! Чёрт тебя, дери! Этот малыш моя кровь и плоть. Я буду дураком, если не заберу то что моё по праву.» — рычал в голове Деймон, пока на первых порах неслась королева в красном платье к нему. … Алисента узнала от отца, что её сын пересёкся со своим «дядей» и они отправились в Драконье логово. У неё душа в пятки, а мозг кричал об безумии порочного мудака. Вот поэтому красавица-королева оказалась здесь в Драконьем Логове и была захвачена в плен Караксесом, который скрутился вокруг неё и рычал когда она пыталась сбежать. Алисента гладила мурчащего дракона, а Деймон смотрел ревностно на него. — «Ты что, гад ползучий пытаешься мою женщину себе захапать?! Я ж тебя ссаными крысами накормлю.» — прошипел в голове Деймон под гортанно-смешливый клёкот Караксеса. — Эйгон, ты же говорил что хотел только посмотреть на дракона дяди? Ты обманул свою мамочку? Как ты мог? — Прости, мам. Я малость промахнулся с просьбой. — ответил Эйгон, сидя на плечах своего дяди, но увидев мамины слёзы ему стало стыдно. — Дядя Деймон, спусти меня пожалуйста на землю. — Хорошо, Эгг. — спустил сына со своих плеч Деймон и тот побежал до своей матери. Обняв её, маленький принц извинялся. — Прости меня, мама. Я больше так не буду. Не буду лгать. Буду говорить тебе правду и только правду, даже если она горькая, но только ты не плачь, хорошо. Матушка. — Мой сыночек-дракончик. — прошептала Алисента и поцеловала его в лобик. — Я прощаю тебя, но больше не завлекай себя в опасность. У меня сердечко кровью обливается, когда ты начинаешь вытворять бездумные поступки и причиняешь себе боль. — Мама, но я был счастлив. Дядя Деймон, показал мне своего дракона. Познакомил меня с ним. И конечно прости дядю Деймона, но я заставил его покатать меня на Караксесе. Я был полностью защищён от падения с Караксеса. — Хорошо, мой мальчик. Только ты предупреждай меня, когда захочешь покататься с дядей? — Да. Мама, я могу рассказать всё дедушке? — Конечно, солнышко. Сейчас, я скажу слова благодарности твоему дядюшке и мы отправимся. Иди в карету, дорогой. — Есть. Дядя Деймон, ещё раз спасибо за полёт. Это было незабываемо! — мальчик поклонился и пошёл счастливым шагом к экипажу. … Алисента наступила своей ножкой, защищённой туфельками на ногу улыбающегося мужчины, который сгрёб её в охапку. — О, Четырнадцать огней! Как я по тебе скучал. По этим роскошным волосам, по твоим хитрым глазкам, по улыбке твоей. По твоему милому личику. — засосал её белую шейку и Алисента тяжело вздохнула. — По этим ягодичкам. По грудям, которые были как наливные яблочки. Ох, ты они и вправду стали больше?! — Нет. Нет! Нет! Деймон, нет!!! Отпусти меня. — девушка сорвалась и закричала. Она обхватила себя руками и зарыдала. — Алисента. Прости меня. Я сделал что-то не так? — не понимая данной ситуации Деймон спросил королеву. — Да, Деймон, сделал! Больше не приближайся ко мне! — Я разрешаю тебе видеться с Эйгоном, но меня пожалуйста не трожь. Я не могу и не хочу тебя. — Ты разбиваешь мне сердце! — Я сохраняю свою семью, Деймон. — сказала рыжая девушка и ушла к экипажу. Принц тронулся за ней. … Все трое находились в перинном доме дедушки Отто, которому принц Эйгон рассказывал про полёт на Караксесе. А Деймон смотрел на Алисенту и хотел многое спросить, но она явно была в другом месте и не обращала ни на кого внимания. Порочному принцу срочно нужна была информация и расположение его сына, отца и брата королевы. — Деда, представляешь. Дядя Деймон хочет учить меня высокому валирийскому. — И хорошо, Эгг. Ведь принц Деймон валириец и ему легче даётся родной язык. Хоть Валирия перестала существовать, но она оставила память о себе и историю о которой не стоит забывать, внук. — Да, дедушка. — Хорошую историю они оставили о себе. Прям лучшую. Мир никогда не забудет о них. — Алисента. Доченька. На выпей вина Арбора. — Спасибо, отец. — королева взяла кубок и отпила. Деймон посмотрел на Отто. — «Почему Алисента несчастлива? Что случилось? Почему она испугалась моих прикосновений? Кажется, вчера во время танца также с ней было что-то не то.» — в голове Деймона носились мысли и они были неутешительны. — Мама, пойдём посмотрим на кукольное представление? — Пойдём, Эгг. Спасибо, папа за персики. — Всегда пожалуйста, дочка. — Деймон, спасибо за первый полёт моего сына. — Я счастлив служить моей королеве. Девушка протянула руку к Эйгону и он взяв её руку со счастливой улыбкой покинул это место. — Отто, что с Алисентой? Почему ты сказал, что она несчастна? Скажи, пожалуйста. — Извини, я не имею права. — ответил отказом Хайтауэр, опустив голову. — Но Деймон, моё благословение касается этого поступка. Мужчина показал на свою культю и порочный принц кивнул. После чего вышел из перинного дома. … Прошло три дня. Деймон многое узнал от слуг и рыцарей служащих в Красном замке. Хотя многие пытались молчать. Оказывается что Отто дал по морде Визерису. За что не понятно, но явно не из-за себя или дома Хайтауэр. Это коснулось Алисенты и Эйгона. Служанки королевы говорили, что Алисента кормила Эйгона своей грудью, так как когда она увидела кормилицу, то сразу же прогнала её из-за грязных грудей и тела женщины. Септа Мария рассказала, что её величество стала слишком набожной и всячески избегала интимного контакта с супругом. Даже когда он требовал от неё подчинения как леди-супруги, королева всячески отказывалась, говоря что похоть греховна, а желание плоти он может утолить в доме удовольствий. Нянька принца Эйгона — Лилли шепнула Деймону, что король не посещает своего сына. И наконец фрейлина и подружка королевы леди Аманда Рейн призналась, что Алисента часто плачет и кричит по ночам и просит оставаться у неё на ночь. Король Визерис присылает подарки королеве, но она складывает их в другом месте или отдаёт в приют, отдавая эти вещи на продажу или аукцион. Сейчас принц Деймон стоял у покоев брата, но тот отказывался его принять. Поэтому порочный принц прошёл через тайный ход и увидел Визериса, строящего Валирию, а к двери он поставил своих Золотых плащей, не забыв усыпить двух стражей короля. — Здравствуй, старший брат. — обращая внимание на себя Деймон прошипел и увидел короля с фингалом под левым глазом — Ты блядь серьёзно сделал это?! — Деймон, как ты сюда попал?! Я же сказал, чтобы тебя ко мне не пускали. — Я сам зашёл, брат. — прорычал Деймон и врезал королю в ебало — Ты и вправду изнасиловал Алисенту?! Чего отворачиваешься?! Я тебе вопрос задал?! — Да, я это сделал. — ответил Визерис, лёжа на обломках Валирии. — Но я извинился потом. Стража! — Какое нахуй извинение может помочь твоей супруге, ёбаный ты хуйсос, если ты её изнасиловал?! Какое, блядь?! — Она перестала меня любить. Её дни стали посвящаться Эйгону. Я не мог стерпеть этого. — Алисента любила тебя, а ты втоптал её чувства в грязь. Она даже родила от меня, чтобы обеспечить твой дом наследником и потешить твоё самолюбие, хотя на самом деле ненавидела меня. Потому что я и вправду был той ещё сволочью, но с ней я чувствовал себя совершенно другим человеком. Это прелестная леди с нарциссическими наклонностями и язычком змеи была той кто просто отказалась от валирийского меча и дала мне платочек, чтобы он хранил наш с ней секрет. Чёртов платочек, который мог сгореть, порваться, износиться и так далее. Понял ли ты насколько у твоей прекрасной супруги доброе сердце? — Я не знаю, Деймон, но может моя королева и не любила тебя, но с беременностью она для меня исчезла. — Всё своё время посвящала ребёнку и с его рождением, Алисента даже не думала открывать мне свои покои. — Ты сам потребовал от неё ребёнка. Она стала матерью для Эйгона полностью. А ты что сделал для своего сына? — Он мне не сын! — Ты серьёзно это сейчас сказал, брат! Ты потребовал с меня и Алисенты долг. Тебе нужен был наследник, но как только он родился ты от него отказался. Так получается. — Не зря тебе, Отто дал в ухо. Ой, не зря! — Деймон, что мне делать чтобы вернуть мою супругу? — Ничего. Ты должен был быть мужем для неё и отцом для Эйгона, но ты всё разрушил. — Пора заканчивать это, братец. Ты понимаешь зачем я пришёл к тебе? — За долгом. — Хорошо, брат, что ты хочешь? — Я хочу чтобы ты отпустил Алисенту и моего сына. — Нет! НЕТ! Забирай мальчишку, а мою жену не трожь! — Ты идиот, Визерис! Алисента никогда не бросит сына. Это я понял за пять дней прибывания в Королевской Гавани. Если ты лишишь её ребёнка, я боюсь что она либо сбежит, либо убьёт себя и тогда брат мой тебе войны не избежать. Старомест поднимется. — Всего то Старомест. — И я поднимусь, Визерис. Я не буду смотреть, как ты уничтожаешь то что стало дорого моему сердцу. — Да, брат, да. Я полюбил Алисенту. Её личико, её запах, рыжие как пламя волосы, её тело, её вздорный характер и мелодичный голосок. Я по всему этому так скучал на Ступенях. Когда ты мне сказал, что я должен обрюхатить дочку Отто, я думал ты умалишённый, но брат, я ошибался, ведь ты дал мне ту за которую я бы стал биться до последнего. Четырнадцать огней, я готов ради неё на всё! Поэтому лучше отрекись от Алисенты и Эйгона, теперь это право и их защита принадлежит мне. — Почему я должен тебе отдать свою королеву, жену и любовь? — Да, потому что она избегает брачного ложа с тобой всеми возможными способами. Выкидывает твои подарки или раздаёт их народу. И самое главное, она плачет по ночам. Ей больше не нужна твоя любовь. Алисента боится тебя. Как ты этого не понимаешь?! — Может она и лелеет надежду на счастье для вашей семьи и пытается тебя защитить, но ты её уничтожил. Ваша любовь сейчас, как сгоревшее дерево. Может быть корни насытятся влагой и дадут ростки, но это будет уже не то. — Я слишком сильно люблю её. — Брат, твоя монета перевернулась на любви к Алисенте. — Кажется, да. — Отпусти её. Ты уничтожишь Алисенту и Эйгона заодно. — И отдать её тебе. — прорычал Визерис, глядя с ненавистью на Деймона. — Да, мне. Я сделаю всё чтобы залечить её шрамы на сердце. — Будь ты проклят, Деймон! — Я отпущу свою супругу и чёртового ребёнка, но больше я не желаю тебя видеть в Вестеросе. — Буду, Визерис. Я забираю Алисенту и Эйгона, после чего я собираюсь посвятить всего себя новой семье. Прощай. … Деймон стоял чистый с цветами около плачущей Алисенты и отхватывал пощёчины от неё. — Что ты наделал, Деймон? Ты лишил меня короны и моего сына наследия железного трона. За что? — Потому что твои слёзы и унижения не стоят этого грёбанного трона. — принц обнял королеву и поцеловал в лоб. — Не стоит этот трон ничего. Поняла! Ты драгоценнее мне, короны, трона и клятвы, данной брату. Я забираю свой долг, моя королева. Я люблю тебя! — Но я ведь тебя не люблю. — прошептала девушка, стараясь не дрожать от его прикосновений. — Не любишь. — согласился Деймон, мягко обнимая её и заглядывая в карие глаза. — Но между нами промелькнула искра. В сто седьмом году помню как уснул под твоё пение про Флориана-дурака и Джонквиль, ты обняла меня и так мило дёргала носиком, что я не удержался и поцеловал тебя. Это была одна из последних наших ночей. — Я не помню этого. — ответила отвернув глазки Алисента и была поцелована в губы. — Я помню и это главное. — сказал Деймон и схватил зубками за мочку её ушка. — М-м! Как я скучал по этому запаху? Алисента миленько застонала и дала по лицу Деймону ладошкой. — Отпусти! — прошипела змейка, но была схвачена на его руки. — Больше никогда не отпущу и никому не отдам. — вращал по комнате Алисенту порочный принц. — Отпусти, мудак. Ты так Солнышка разбудишь, идиот. — О, так Солнечный огонь здесь?! — Да, здесь. Прекрати меня крутить. Мне сейчас плохо будет. О, Матерь! — Прости. Прекращаю. — О, привет, Солнечный огонь! Маленький золотистый дракончик сонно проморгавшись вылез из корзинки и заверещал. — О, Семеро! Мой маленький защитник проснулся. — пискнула Алисента и улыбнулась. В то время как Деймон чуть не получил крохотным фаерболом в ботинок. — Твоё пекло до Старицы, отец! Ты что мать этого обормота?! — Наверное, да. Он всегда меня слушался. — надув губки промолвила Алисента — Я не виновата, что иногда ему не нравилось мясо и мне пришлось однажды дать ему своего грудного молока. — Ты ему дала из груди? То есть подносила Солнечного огня прямо к своим грудям. — Нет, конечно! Я не настолько безумна. — покрутила пальчиком у виска двадцатитрёхлетняя рыжая девушка — Я дала ему через молокоотсос и налила в миску. Он мурчал как котёнок. — Ага, хороший такой огненный котёнок, у которого коготочки хорошие и зубки, которые могут порвать мои ботинки на два укуса. — Ой, не жалуйся! — Солнышко, успокойся пожалуйста. Всё хорошо со мной. Ложись спать, малыш. Этот «малыш» послушался свою мамочку и залез в корзинку. Вскоре было слышно змеиное сопящее шипение. — Уснул. Ты отпустишь меня наконец то. Пожалуйста, Деймон. — Знаешь, за эти три дня прибывания с моим сыном, я много чего узнал о нём и тебе. Мне понравились твои картины. Они очень хорошего качества. Особенно Караксес. Мне радостно, что ты запечатлела моего собрата. — Пожалуйста. Спасибо за похвалу! — Гвейн рассказал, что ты любишь цветы. Если выйдешь за меня я отдам тебе сад, чтобы ты засадила его и наши дети там игрались. Вот моя мечта. — Дети. — прошептала Алисента и у неё мелькнула счастливая улыбка. — Наши дети. — улыбнулся Деймон, осторожно развязывая завязки её платья — Отто сказал, что ты желала родить дочку, а наш Эйгон просит от тебя братика или сестрёнку. Давай исполним твоё желание и нашего сыночка. — Я боюсь. Я не смогу, Деймон. — промолвила рыжая прелесть, пока порочный принц нежно гладил её по волосам. — Я не он, Алисента. Насиловать тебя я не буду. Если скажешь "нет", то пойду в перинный дом. — В перинный дом? — Да, Алисента. В перинный дом. Я вернулся со Ступеней и не с кем не был. Представляешь. А я ведь не каменный, во мне кровь бурлит. А она горячая. — Я знаю твою кровь и… плоть. — сказала Алисента и чмокнула Деймона в щеку. — Я согласна, мой принц. — Что?! — мужчина ошарашенно посмотрел на эту застенчивую девушку. — Я согласна. — прошептала рыжая прелестница на ушко Деймону. — Давай посадим семя нашей семьи. Ахья! Деймон завалил девушку на кровать и страстно всосался в белую шейку Алисенты. Его бриджи мгновенно слетели с него и он быстро раздел королеву, оставив её в голубой сорочке и трусиками с рисунком голубого дракона. — Деймон, давай без поцелуев в губы. М-м! — Не могу, Алиса. Я просто не могу без этих желанных губ. — покрывая девушку влажными поцелуями Деймон развёл её ножки и вёл свой член в лоно. — М-м-м! — Алисента стонала в рот Деймона. Их руки были сплетены, а ножки королевы обхватили поясницу порочного принца. Таргариен долго не смог сдержать своё сопротивление и вскоре излился в лоно Алисенты. Деймон смотрел влюблённо на краснеющую Алисенту и продолжал двигаться в ней. Рыжая красавица подавалась движениям среброволосого мужчины и сжимала свои бёдра для пробуждения его мужского естества. — М-м! Как ты страстно кусаешь нижнюю губу, Алисочка! Это сводит меня с ума! — Ах! Деймон, подари мне дочь. — Блядь! Да! Семеро! Четырнадцать огней! Да! — вскрикнул Деймон, вдалбливаясь членом в лоно девушки. — Я дам тебе дочку. И сына. Армию ребятишек, которые будут бегать по двору оглашая всю округу криком. Чёрт! Принц залил до краёв матку королевы и упал около неё. Алисента трепетно коснулась своего лона рукой и помолилась Матери, чтобы семя взрасло и подарило ей дочку. … На следующий день. Принц Эйгон сидел в покоях своей матери, которая была с дядей Деймоном. — Ты будешь говорить или я? — прошептала матушка дяде Деймону. — Я буду говорить. Так как это я всё устроил и мне отвечать, Алисента. — Только пожалуйста, будь помягче, Деймон. — Хорошо. Эйгон — ты мой сын. — сказал прямо принц-разбойник. — Ой, идиот! — прикрыла лицо рукой краснеющая мать. — Что?! — Эйгон и Солнечный огонь удивлённо наклонили головы. Они оба взирали на маму и дядю Деймона. — Ты мой отец? — Э-э. Да. — Эйгон, дело в том что мой брат не мог сделать ребёнка твоей матери и он попросил меня. Взяв с меня свой долг. Понимаешь? — Э-э?! Не очень, дядя. — Дядя хочешь сказать, что меня привёз матери именно ты? — Привёз? Чего? Алисента, я чего-то не понимаю? — Деймон повернулся к краснеющей девушке, которая несвойственной своей манере грызла ноготочек. — Это папа рассказал, что Эйгон был как дракончик в яичке и мне его принёс Визерис, чтобы я его отсидела. — пробурчала королева и порочный принц громко засмеялся. — Фух! Да, Эйгон. Это я привёз тебя твоей матушке, как старый добрый ворон который присылает письма во все края Вестероса. — Теперь понятно. — улыбнулся среброволосый мальчик и прыгнул дяде на колени. … Большой багаж бывшей королевы грузился на корабль «Королева Висенья». А сама королева и принц Эйгон прощались с отцом и братом Алисенты, пока принц Деймон прощался с племяшкой. — Значит это правда, что Алисента родила от тебя Эйгона. — Да, это правда. — Дядя, ты — мудак! Ты лишил меня жениха и старшей сестрёнки. — стучала по груди Рейнира и плакала. — Извини, но я люблю Алисенту и она подарила мне сына. — Если бы не Визерис, я вряд ли нашёл бы это счастье. — То есть ты перекладываешь вину всю на отца. Ну, ты и сволочь! — Да, какой есть. Я хотел бы сказать «Спасибо» брату, но теперь уже поздно. Прощай, малявка драконья! — Прощай, старый хрыч. - обняла дядю племяшка и была взлохмачена им. — Брат, не плачь. — Я не плачу, Алисента. Это солнышко засветило в глаз. — В общем сестра береги себя и будь счастлива. — Ты тоже, Гвейн. — леди Алисента не выдержала и обняла брата. — Деда, ты будешь мне писать? — Буду, внучок. Всенепременно буду писать. — обнял Отто Эйгона и улыбнулся. — Я знаю, что тебе понравилась Пламенная мечта поэтому вот держи. — Фигурка сделанная с неё. Спасибо, дедушка! — счастливо улыбнулся Эйгон и был поцелован в щёку дедом. — Береги мою сестру, друг. — А ты береги вдовушку. Она красивая девушка. — Я знаю. Ещё два месяца и я смогу сыграть с ней свадебку. — Поздравляю, друг. — И я тебя поздравляю. Моя дорогая сестрёнка улыбается и это главное. Спасибо тебе и прощай, принц Деймон. — Прощай, сир Гвейн. — Папа, ты меня задушишь объятиями! — Я тебя никогда не задушу, доченька. — Береги себя. И помни, что я всегда буду любить тебя. — Даже если я буду той ещё мерзавкой. — Даже если будешь злобной королевой, моя маленькая леди. — Папа! Не трогай мои щёчки. Не видишь сколько времени ушло, чтобы намазать себя белилами. — Ты прекрасна и без них. Будь счастлива. — Я постараюсь, но я не знаю как жить с тем кого не люблю. — Деймон любит тебя. Просто постарайся быть любимой и не отвергай его ухаживаний. Заботься о нём и живи в своё удовольствие. — Я попробую. — кивнула Алисента и посмотрев где Деймон, тихо спросила — Папа, Визерис ничего тебе не написал? — Нет, дочка. Он ничего мне не писал. — Можешь передать ему моё письмо, пожалуйста? — Хорошо. — Спасибо, папа. — Дядя Гвейн, что это такое? — Это макет ещё одного корабля. Держи он твой. — Спасибо, дядя. Я не забуду, какую флотилию ты мне подарил. — А я не забуду, что у меня самый прекрасный племянник. Прощай, принц Эйгон. — Прощай, добрый дядюшка Гвейн. — Деймон, береги мою дочь и внука. — Сберегу, не беспокойся, Отто. — Хайтауэр, ты что меня обнял?! — Да, Таргариен. Я тебя обнял. Не сопротивляйся, мудак. — Спасибо тебе за такого славного внука. Я счастлив был стать дедушкой. — Чёрт! Старик не плачь! Я тоже счастлив за такую прелестную леди, которая является твоей дочерью. — Я не знала, что мой отец не может больше иметь детей. — Да, это так. Визерис сразу начал искать альтернативы и нашёл его. — Поэтому дядя тогда вернулся со Ступеней? — Верно. Твой отец хотел взять долг с Деймона, но он не учёл того что порочному принцу понравится греть мою постель. — А я ведь говорила Визерису, что всё плохо кончится, но он меня не послушался. — М-да. Я останусь одна с папой. — У тебя есть ещё тётя. Принцесса Рейнис. — Старая неинтересная бабка. — У неё дочь и сын и оба драконьи наездники. — Наверное, с ними будет интереснее. Надеюсь. — Верь в своё счастье, Рейнира. Прощай, падчерица. — Прощай, мачеха. Эйгон поцеловал в щёчку Рейниру и ушёл с гордо поднятой головой, оставив краснеющую Отраду Королевства на причале, взойдя на корабль. Деймон и Алисента держались за руки и они смотрели как отдаляется Королевская гавань, пока Караксес кружился вокруг летящего на волнах корабля.