Глава 3

Не открывая засыпанных глаз, я вытянулась по всей длине кровати, наполняя комнату довольным мычанием. Я крепко обняла подушку, которая лежала напротив лица, и хотела заснуть снова. Но перед этим открыла глаза. Возникло просторное помещение из темных стен. В голове заскакали мысли о вчерашнем, которые были забыты на ночь. Перед глазами мелькнули черные глаза с белоснежным зрачком. Я оглядела деревянные ступеньки, от них точно оставлю парк заноз. Я быстро их преодолела, а перед дверью замерла. За ней слышались знакомые голоса и стук кружек. Я слегка приоткрыла дверь и уловила слабый запах жареного мяса. Интерес за меня растворил дверь. За столом сидел Пьеро и, не торопясь, пил чай, наблюдая за мной. У плиты с сонными глазами стояла Мари и надоедливо присматривала за жаркой мяса. Я отметила для себя из странный выбор для завтрака и отвела взор на раскрытые комнаты. Та, что по середине, была закрыта. — Доброе утро, — громко сказал Пьеро, возвращая меня из пасмурных мыслей. —Д-доброе! — ответила я, подскочив на месте от резкого звука. Меня заметила и Мари. — Доброе, — тихо повторила она. — Есть хочешь? — Ага... Вы едите на завтрак мясо? — Ну да, — она пожала плечами. — Максиму надо есть, и ем все равно что. — Ясно. — Садись за стол. Я послушно прошла и села с краю. Благо, он был довольно длинным, и я не так близко к Пьеро. Мы все пару минут сидели молча. Я сложила руки на колени, мой взгляд был опущен на стол. — Как спалось? — неожиданно спросил Пьеро, делая глоток чая. В отличии от вчерашнего, он смотрит на меня спокойно. — Хорошо, — кратко ответила я, мысленно радуясь его контакту. Я ожидая новых вопросов. — Ну и отлично, — ответил он и отвел взгляд на Мари. — А где Максим? — спросила я после очередной минуты молчания. — Спит, ленивец, — Мари недовольно вздохнула, пока вытирала руки грязным полотенцем. — Вообще то, сегодня его очередь готовить. — Да ладно тебе, — сказал Пьеро, но раздраженная Мари уже прошла в комнату Максима, закрыв за собой дверь. Мы с Пьеро переглянулись. Он спокоен, нежели я. Из закрытой комнаты послышались приглушённые голоса, после которых последовал громкий шлепок. Я сначала не поняла, что это вовсе, но после того, как Максим вышел с красной щекой, все встало на свои места. За ним благополучно проследовала Мари. — Завтрак готов, — сказала она м великодушной улыбкой. Максим, потирая щеки и устало глядя на нас, пожелал всем доброго утра и сел между всем доброго утра и сел между мной и Пьеро. Я не вольно переключила внимание на него, осматривая с головы до ног. В отличии от Мари и Пьеро, он был одет в мятую футболку и шорты. Мари поставила на середину стола сковороду с мясом, следом тарелки, и первая взяла большой кусок. — Итак, - начала Мари, - Марго, как тебе комната? - Да ничего, — тихо ответила я, — уютная. Ага. Если бы это был не подвал. — Максим, — обратилась я, кладя для приличия кусок мяса на тарелку. —Да? — Пожалуйста, расскажи про глаза. Почему у вас с тем мужчиной они одинаковые? — я опустила взгляд. Наверное, слишком глупый вопрос. — Это отличная черта у бесов. Когда мы попадаем в ад после смерти, то нас могут заметить демоны, дьяволы или сам Сатана. Тогда нас приглашают на службу, меняют глаза, — равнодушно рассказал Максим. Его глаза были сонными и мутными, а под столом он потирал руки. — То есть "заприметить"? — Мы можем отличиться выносливостью на пытках. Или, как некоторые, отличиться прошлым и смертью. Хотя, тут уже зависит от удачи. Максим не до конца утолил мое любопытство. Я продолжила опрос: — А как вы втроём встретились? — Какая разница? — пессимистично пробормотал Пьеро. Я сразу замолкла. — Кстати, Марго, ее хочешь прогуляться по городу? — предложил Максим, наконец взяв самый маленький кусок мяса. — А можно? — я надеялась, что нет. Не хочу к этим зверям. — Конечно, — ответил он, улыбаясь. — Это не опасно? — спросил Пьеро. Мари согласно кивнула. — С ней буду я, — Максим повел вилку в сторону. Я посильнее сжала вилку и продолжила есть. — Ну так что, пойдешь? — мягко спросил Максим. — Пойду, — тихо ответила я. Надо слушаться их. — Конечно, пойду. На полчаса после завтрака обо мне забыли. Я успела внимательно осмотреть весь дом и каждый шкафчик. Я надеялась, что Максим забудет обо мне, и все же он уже скоро стоял у порога. На этот раз Максим без яркого худи, вместо этого серая футболка, мятая и поношенная. Видимо, преимущество одежды у слуг не работает. Максим вывел меня прямо в середину города. Ему было плевать, как на меня смотрят, что говорят. Он улыбался мне и тыкал пальцем в выделяющие места. И постоянно уточнял: — Это обычное здание. Но первый этаж исключительно для мероприятий. *** — Это автобусная остановка. Не спрашивай зачем она. *** — А это главное здание. Иногда, когда растворяется туман, можно в вышине увидеть красный фонарь. Это олицетворяет красный глаз Селен. Она наблюдает за нами. Но уже три месяца его не видно. И хорошей погоды давно не было. Да, он прав. Небо тусклое, без облаков, но все жители веселили себя, ходили счастливыми. А когда встречали меня, изображали отвращение. Теперь такими были не все. Некоторые с восторгом глазели на меня, "случайно" трогали волосы. — Не хочешь пить? На углах часто есть автоматы с газировками. — Да, — кратко ответила я. — Тогда пойдем, — он слабо схватил меня и вел сквозь толпу. На этой же улице оказался неплохой автомат. Я выбрала себе обычную воду. Мы задержались возле него, отдыхая от долгой прогулки. Странно, что я ничего не чувствую. И теперь маму видеть не особо хочу. При этом я знаю, что она есть, что она любит меня. А я любила его. Я оглядела прохожих. Ни в ком из них я не видела ничего не обычного, нет ни одного беса. Ну, кроме того, что теребит в руке газировку. На него смотрят с меньшим интересом, пока он не поднимает глаза. Он открыл банку и сделал пару глотков, после этого не отстранил банку от губ. Слегка прикрыв глаза, он задумался. Я засмотрелась на его длинные ресницы с бездонными и сонным взглядом. Казалось, что на него светили лучи солнца. Только на него, ни на кого более. Подняв голову, я убедилась, что солнца здесь нет. Я перевела глаза на главное здание. — "Оно самое темное,"— подметила я про себя. Мысли приглушили мяуканье. Я трепенулась, посмотрела на Максима. Тому все равно. Не думала, что в Ирие есть котики. Звук исходил из угла на другую улицу не далеко от нас. Пока Максим витал в облаках, я протискнулась сквозь прохожих к углу и заглянула. Эта улица явно отличалась от остальных. Здания и дорога схожа, но стекла гораздо темней. Благодаря им можно разглядеть все черты своего лица. Я оглянулась на Максима. Он стоял абсолютно неподвижно, даже не убрал с губ банку. Потом опять посмотрела на улицу, после на свое отражение. Я ахнула, увидев яркие красные глаза в темном стекле. — Это всего лишь ты, — прозвучал высокий незнакомый голос. Вздрогнув, я обратила свой взор на человека. Лицо было знакомым, даже очень. — Тут котята, — незнакомец указал на коробку. — Не хочешь забрать одного? — Не могу, — ответила я. И все равно ноги сами шли все ближе и ближе. Приближаясь, я замечала все более знакомые очертания лица: слабая растительность на лице, черные волосы, светлая кожа. Одежда поношенная: черная водолазка и темные джинсы. Его глаза на секунду стали ярче. Это заставило меня остановиться. Его белые зрачки слишком выделяются. — Как тебя зовут? — эхом, отозвался его голос. — Марго, — я прислонила руки к груди. — Уилл, — он неоднозначно улыбнулся и протянул мне в приветствии руку. Голос пролетал мимо ушей, забирался в мозг и управлял изнутри. Я сделала шаг, потом ещё и ещё. В руке незнакомца блеснуло маленькое лезвие, которое отразилось во всех стеклах. Парень приближался ко мне, сияя белыми зрачками. Его рука вознеслась, и мне удалось разглядеть темное копьё. Пустота в голове приказала: "Стой". Я замерла наблюдая за оружием. Оно быстро опустилось на меня. Другой огонек отразился над головой. Пустота в разуме растворилась, мой взгляд мигом оказался поднятым, и я увидела, как два одинаковых копья встретились в воздухе и замерли. Владелец второго стоял сзади меня. Я оглянулась на него, врезалась в живот лбом и посмотрела вверх на его лицо. Максим – его мне удалось определить не сразу. Его грудь сбивчиво поднималась и опускалась. — Как ты ее так далеко завел? — спросил он, больше жалуясь. Я не побоялась прижаться к спасителю. Он почувствовал это и отвел меня за свою спину. — Отпусти это, — сказал высоким голосом Уилл и протянул руку. Он явно имел ввиду меня, а не копью. Максим не шелохнулся. — Ты же знаешь, не отдашь сейчас, то тебя сошлют в ад. — Бывал там и не раз, — съязвил Максим, сжимая мой локоть все сильнее и сильнее. Страх проигнорировал боль. — Хочешь драться? — с презрительным сомнением спросил Уилл. — Если надо – придется. Я подняла на него голову и заметила, что уголки его губ темнее, чем обычно. Уилл заметил это тоже и пошатнулся. — По хорошему прошу, отдай это, — сжал копьё сильнее. Максим даже не пошевелился. — Какой ты... — Уилл не смог договорить. Он махнул запястьем и в его руке появилась белоснежная маска. Он нацепил ее на лицо, теперь видны только чёрные глаза. — "Чего он боится?" — спросила мысленно я. Максим хмыкнул. Уголки его губ почернели ещё больше и растянулись. Я чувствовала страх противника. Его глаза сузились. Уилл помялся на месте. В глазах появились помехи, у меня заболела голова. Скоро все прошло и Уилл исчез вместо со всем. Моё дыхание участилось, я взглянула на Максима. Тот развел руками, говоря этим: "Привыкай". Он резко схватил меня за плечо и повел из переулка. Мы выходили к людям и я снова смотрю назад. Позади нас другой берег пляжа. Мои глаза расширились, я приоткрыла рот. — Уилл заманил тебя на самую окраину, — Максим продолжал тащить меня за собой. — Поди вместо работы пришел сюда всех посовращать и увидел тебя. Это плохо. На его лице появилась слабая улыбка. Я не понимающе взглянула на него. — Ну ничего. За час до дома доберёмся, - он сам себе бесшумно посмеялся. Он снова в своих мыслях. — Это же был тот самый, да? Третий? — Ты поздно вспомнила. Это последнее, что он сказал мне по пути домой. Мы дошли до двери уже знакомой квартиры и только тогда он опустил меня. Ноги гудели, я сразу прошла к крану на кухне за водой. Максим же сразу понеся рассказывать все Максиму. — Разве этот придурок пойдет рассказывать Сатане о своей трусости? — спросила Мари, держа в руках кружку с чаем. — Поэтому он и придурок, — кивнул Пьеро. — Кстати, — он достал свёрток бумаги и махнул им. — Знаю, что не вовремя, но потом я забуду. Максим восхищённо прошел к нему и потянулся за свертком. Я пила воду, наблюдая за ними. Максим развернул бумагу. — Ха! — он радостно улыбнулся и развернулся к Пьеро, который тоже держал слабую улыбку. — Галька добилась разрешения! — Куда? — донёсся мой голос. Все разом посмотрели на меня и Максим довольно сообщил: — На праздничный вечер, — он подошёл и ко мне, показывая мне приглашение. — Нас всех пригласили. — И тебя, — от слов Пьеро я с интересом наклонила голову и всматри валась в бумажку. — Про ангелов ничего не говорили, но мы тебя протащим. За секунду все переживания прошли. Раз Максим рядом, то Уилл нам не проблема. Все будет хорошо. Надеюсь на это.