I. Лабиринт памяти

1997 Вечерний свет скользил сквозь узкие окна башни Яго, окрашивая стены в холодный янтарный оттенок. Запах старых книг и чернил густо стоял в воздухе, перемешиваясь с пронзительной тишиной, которую нарушал лишь шорох бумаги. Она сидела за массивным дубовым столом, перенесенным из библиотеки, наклонившись над схемой. Длинные, золотые, словно что-то неимоверно драгоценное, волосы спадали на плечи, отбрасывая глубокие тени на её лицо с четкими скулами.  Ярко-зелёные лисьи глаза мелькнули на миг, когда она проверила строчку в записях — и снова вернулись к делу. Айзек же почти не видел текста перед собой. Его взгляд то и дело задерживался на изгибе её профиля, на губе, которую она слегка прикусила, на том, как мягко дрожит прядь волос, когда она отодвигает её за ухо, на том, с какой сосредоточенностью она пишет, будто весь мир сводится к этим страницам. Он был одержим ею. Он понял это ещё тогда, когда они закончили работать над школьным проектом. В тот момент он понял, что не может представить себе вечера без их совместной работы, без запаха свечей, пергамента и вида её недовольного выражения лица. Поэтому он предложил ей стать его напарницей, работать с ним в башне Яго над его изобретениями. Но возможно, лишь возможно, она была тут не только ради проекта. — Ты… — начал он, голос прозвучал тише, чем он рассчитывал. — Ты когда-нибудь задумывалась, что всё это… может значить больше, чем просто работа? Она не подняла глаз. Перо заскрипело о бумагу. — Если ты о проекте, — спокойно ответила она, — то да. «Вперёд» сам о себе говорит названием. — Я не о проекте, — он чуть улыбнулся, стараясь скрыть дрожь в голосе. Наконец она взглянула на него, и её лисьи глаза вспыхнули ярким холодным светом. Одного этого взгляда хватило, чтобы отбросить все его попытки сказать больше. Как и раньше, она была холодна ко всему живому и мёртвому, не позволяя приблизиться ни на шаг.  Но он не сдастся. Если кто-то и имеет право стать частью её сердца, то только он. Девушка снова опустила ресницы к бумагам, как будто между ними и этой темой воздвиглась стена. — Тогда лучше вернись к расчетам, — сказала она твёрдо. — У нас нет времени на лишнее. Айзек замолчал. Его пальцы сжались на пере, чернила пролились на край листа. Он отвёл взгляд, но механическое сердце всё ещё тикало слишком быстро, будто хотело вырваться из груди — к ней, к её сердцу, туда, где его никогда не ждали.

***

 — Ты думаешь ей можно верить? Она только вышла из комы, говорят у неё сильная травма после того как она выпала из окна больницы… думаю, она просто ищет внимания.  — Вспомни прошлый семестр, Кэр. Полиция не верила ей и потом школу чуть не разрушили!   — Да знаю я, она герой… просто бесит что Уэнсдей ведёт себя так, будто она лучше всех. Шумный вздох заставил девушек замолчать. Джейн Куинн закатила глаза.  — Вам серьезно больше нечего обсудить? Йоко пожала плечами.  — Ну знаешь, не каждый день Уэнсдей врезается в меня, потом смотрит так, будто я убила всю её семью, а затем просто уходит, всем своим видом показывая что я и грязи из под её ногтя не стою. — обиженно шмыгнула носом Кэролайн. Джейн раскрыла газету, которую только закончила читать и помахала ею в воздухе перед лицами подруг. — Всего пару дней назад из Уиллоу-Хиллс сбежали все пациенты. Трое из них, очень опасных кстати, всё ещё разгуливают где-то неподалеку. И это, по вашему, менее интересная тема для разговора? — девушка ткнула пальцем в изображение трех сбежавших заключенных, среди них: лысый мужчина с бледной кожей и сумасшедшей улыбкой, зомби с перекошенной челюстью и жутким взглядом и, наконец, всем известный Тайлер Галпин, Хайд виновный в серийных убийствах и прошлогоднем разгроме школы. Йоко и Кэролайн переглянулись. — Это жуткая тема. Пускай с ней разбираются профессионалы. — Те самые «профессионалы», которые позволили этому побегу случиться? — весело улыбнулась Джейн, закрывая газету.  Её взгляд скользнул к огромным часам на башне, нависающей над ними.   — У нас алхимия через пять минут, я опаздывать не собираюсь, — блондинка поднялась с лавочки и направилась к корпусу. Подруги тут же последовали за ней, теперь уже перешептываясь об интрижке Энид и Бруно.

***

— Директор Дорт собирает всех во внутреннем дворе, у него есть объявление ко Дню мертвых, — Бьянка слегка уклонилась и вышла из класса.  Студенты довольно переглянулись. Если директор вызывает посреди первого же урока, значит все занятия скорее всего отменят.   — Так, все слышали. Не спешим, спокойно выходим в коридор и следуем во внутренний двор, — громко заявил профессор. Джейн не успела собрать свои вещи, как поток студентов уже вытолкнул её в коридор. Кэролайн тут же оказалась рядом, закидывая руку через плечо подруги.  — С Днём Мертвых! Я уже боялась что празднование отменят из-за всех новостей.  — Был бы Дорт умнее, так и сделал бы, — без особого энтузиазма констатировала Джейн. Их догнала Йоко.  — Твою блондинчатую гриву видно из другого конца коридора, — улыбнулась она, толкая Джейн локтем под бок. — Я завидую, всегда хотела быть блондинкой.  — Блондинка-азиатка? Выглядело бы забавно, — усмехнулась золотоволосая. Студенты вышли во двор, где уже собрались остальные. Девушки протолкались как можно ближе, чтобы лучше слышать. Кто-то встал на ногу Джейн и она резко обернулась. Её вскинутая бровь и недовольный взгляд зеленых глаз встретились с… пустотой. Девушка хмыкнула и тут же выкинула руку вперед, хватая чье-то предплечье. Из воздуха моментально возникла хрупкая рыжая девочка, распахнув испуганные глаза.  — Извиняться не учили?   — Прости… — потупила взгляд Агнес и, выпутавшись из хватки, исчезла в толпе. Джейн пошатала головой.  — Внимание всем студентам Невермора! У меня для вас очень важное объявление! — заговорил в громкоговоритель директор Дорт. Похоже, он недонастроил его, поэтому после фразы раздался противный скрип, заставляя учеников закрыть уши.  — Кхм-кхм… и так, — продолжил он. — Во первых, напоминаю всем что сегодня мы отмечаем День мертвых, что является давней традицией Невермора. В холле в западном крыле будут размещены фотографии и воспоминания о погибших учениках и учительском составе школы. За все года в истории этого места накопилось трагическое количество жертв, но они никогда не будут забыты и стерты с нашей памяти. Ми помним и скорбим, — Дорт выдержал тактичную паузу и продолжил как ни в чем не бывало. — Футболки с оригинальным дизайном, что теперь являются официальным мерчем Невермора, уже пошиты и готовы к носке! — он запустил в воздух несколько фиолетовых одежд. Студенты сразу повыхватывали их, довольно натягивая сверху на униформу. Кэролайн тоже поймала одну и обернулась к подругам с сияющей улыбкой.  — У меня теперь есть! Смотрите какая милая!  Йоко обернулась к Джейн. Какой-то момент они смотрели друг на друга, после чего залились смехом.  — Серьезно? Кэр, ты будешь носить это недоразумение? Шатенка фыркнула и ткнула футболку какому-то младшекурснику, который тут же радостно напялил её. — Напоминаю, что сегодня ночью пройдёт церемония уважения к вымершим изгоям. Процессия соберется в девять часов вечера и последует на кладбище Невермора. Для подготовки к церемонии сегодня будут отменены все уроки, — на этих словах двор взорвался одобряющими аплодисментами. — И не волнуйтесь, на месте проведения будут фургоны с едой! Повеселимся! Студенты довольно зааплодировали снова. — Разве не странно использовать слово «повеселимся» в контексте церемонии ко Дню мертвых? Вроде как мы должны отдать дань уважения пожертвовавшим собою во благо изгоям, нет? — предположила Джейн. Йоко вздохнула.  — Да какая разница? Главное что отменили уроки. И вечером хорошо время проведем. Не будь занудой.  — Я все равно не пойду. Кэролайн резко обернулась к подруге, будто та только что призналась в убийстве.  — Издеваешься? Ты не можешь пропустить такое событие!  — Вы же знаете, я не люблю слишком людные места. Там соберется вся школа, мне тяжело находиться в такой среде после…  — блондинка запнулась и подняла глаза на подруг. Те понимающе потупили взгляд.  — Это было уже больше года назад… ты же не можешь вечно прятаться ото всех. Понимаю, тебе некомфортно находиться среди толпы, но мы ведь будем рядом, — неуверенно предположила Йоко. Джейн подняла взгляд на башню Яго, возвышающуюся над их головами. Заброшенное место с выбитыми окнами и сгорелой крышей никогда не поднимало настроение. После того, как её нашли лежащей под башней с численными травмами, будто от падения, она часто испытывала… странности. Бывалая директорка Уимс объяснила это сотрясением мозга в результате падения с высоты. Конечно, Джейн не помнила как забиралась на башню… или падала, или вообще хоть что-либо перед тем как она открыла глаза в больничном крыле. Это тоже списали на сотрясение, хотя девушка никогда не видела информации о том что после такого рода травмы можно полностью потерять память. Единственное, что она помнила, это своё имя. Даже собственные способности ей удалось открыть не сразу. В висках больно укололо от взгляда на башню Яго. Девушка отвела глаза.   — Ладно… я подумаю об этой церемонии, — выдохнула она. Кэролайн тут же одарила её сияющей улыбкой.  — Тогда увидимся вечером! Мне ещё нужно успеть закончить конспекты… ненавижу алхимию. Когда двое девушек удалились, Джейн опять обернулась к башне.  Ей не раз снилось это место, но она никогда не была тут в настоящем.  Золотоволосая наклонила голову, всматриваясь в разрушенный верхний этаж. В виске опять укололо, но она не отвела взгляд.  Рядом прошла групка учеников. Один из них случайно задел её плечом.       Лес. Дорожка, усеянная хворостом. Пчелиная ферма. Дверь открывается. Внутри ужасно пахнет гнилью. Когда взгляд поднимается выше, становится видно нечто жуткое. Это зомби, привязанный к углу в домике.  Зрение выхватывает молодого парня. Он улыбается зомби и называет его… Хлюп? Зомби пытается вырваться. Из подушечек пальцев парня вырываются маленькие молнии. Они бьют зомби током и тот делает шаг назад.  На секунду их взгляды встречаются. Её ярко-зеленые и его обезумевши-черные глаза. Голова взрывается импульсом боли. Джейн стонет, падая на траву. Она ничего не видит, всё размыто. Вокруг появляется всё больше озабоченных учеников. Она их не слышит. В ушах звенит. Свет исчезает. Тьма.

***

Джейн с тихим стоном зажмурилась сильнее из-за лучей солнца, бьющихся в глаза и сильной звенящей боли в голове.  Только спустя некоторое время она поняла что подушка, на которой она сейчас лежит, не пахнет её парфюмом, а плед слишком колючий и отличается от её пушистого. Девушка открыла глаза и резко села на кровати. Голова тут же закружилась и ей пришлось опуститься назад, на локти. Глаза уже просканировали пространство вокруг: белые каменные стены, высокие окна, металлические обрамления у десятка кроватей. Это было Больничное крыло. За последний год она тут побывала чаще чем некоторые студенты за всё своё время обучения в Неверморе.  Девушка ощутила острое покалывание в области колена и аккуратно села, чтобы рассмотреть собственные ноги. Её бежевые колготы порвались, на одном колене появилась довольно глубокая рана, уже обработанная и зашитая несколькими аккуратными швами. Джейн тихо выругалась и искривилась. Состояние её одежды и лица тоже оставляло желать лучшего. Дверь щелкнула и внутрь вошла медсестра. Заметив, что Джейн уже очнулась, она обеспокоено села на табурет рядом.  — Милая, ты как? Опять тоже самое? — женщина взяла лицо блондинки в свои руки и внимательно осмотрела её. Джейн выпуталась из хвата докторши и выдавила натянутую улыбку.  — Я в порядке, спасибо, — она надеялась что этого будет достаточно, но женщина лишь вопросительно приподняла брови.  — Тебе нужно научиться контролировать свои способности, Джейн. Иначе всё приведет к катастрофе, — она серьезно, даже сурово пошатала головой. — Умение оказыватся внутри чужого разума и контролировать его — опасное дело. Пока ты не сможешь приручить собственное сознание, не стоит проникать в чужое.   — Вы же знаете, я не специально! Это просто… случается, — вспыхнула Джейн, бессильно размахнув руками, про что тут же пожалела из-за резкой боли. — Но в этот раз что-то было иначе. Не могу объяснить, просто… он будто увидел меня, когда я оказалась там. Но ведь это невозможно?  — Конечно невозможно, милочка. Помни, ты не находишься в сцене которую видишь на самом деле, это лишь воспоминание которое ты разблокируешь. Я уже говорила: в такие моменты представляй что ты смотришь фильм и происходящее — лишь сценка. Джейн медленно кивнула. Её взгляд скользнул к часам. Уже был почти вечер. С помощью нескольких ласковых слов и уверений в том, что всё в порядке, сопровождающихся очаровательными улыбками, девушке удалось покинуть Больничное крыло. Теперь она уже спешила по коридору в другой конец Невермора, где её уже, должно быть, заждались подруги. Но где-то на краю собственного подсознания, Джейн понимала что увиденное сегодня означает куда больше чем казалось бы. Коридоры Невермора отчаянно скрывали тёмные тайны, также как и пчелиная ферма на краю леса, также как и давно заброшенная башня Яго. А пока что все подсказки остаются за гранью памяти.