III. Когда лес говорит

Энид петляла по узким коридорам здания, её дыхание отражалось эхом, а каждый шаг отдавался громким ударом в пустоте. Тайлер, всё ещё тяжело дыша, шёл за ней. Его ноги подкашивались, но ярость гнала вперёд, словно он не сам выбирал путь — зверь внутри тянул за невидимую цепь. Тени на стенах шевелились, и ему чудилось, что это руки — руки прошлого, тянущиеся к нему. Мать с нежной улыбкой, отец с презрительным взглядом. Он сжал виски, пытаясь вытолкнуть их из головы, но чем сильнее старался, тем отчётливее становились образы. — Заткнитесь… — прохрипел он, но эхо насмешливо повторило его слова, будто сама тьма издевалась над ним. Он сам не понял в какой момент оказался в полу-разрушенной комнате, окруженный четырьмя студентами.  — Где Уэнсдей?  А в тени, недоступна для чужих глаз, всё ещё скрывалась девушка, слишком заинтересованная во всём этом хаосе.  Стоило ли ей следовать в это здание за нестабильным Хайдом и кучкой безбашенных учеников? Конечно же нет. Понимала ли она какой опасности сама себя подвергает? Естественно. Остановило ли это её? Ни на секунду. Сейчас поведение Джейн все её друзья назвали бы несвойственным ей. Её мысли и эмоции казались словно… чужими.  Но может это просто она совсем забыла кем есть на самом деле? Она наблюдала не только глазами, но и глубже. Там, где любой другой увидел бы лишь хаотичную борьбу прорывающегося зверя и человека, Джейн видела систему. Строчки, формулы, выверенные закономерности. — «Реакция на раздражитель: сильный. Уровень агрессии: критический. Эффект вскрытых воспоминаний: нестабильность поведения. Скрытая переменная: отчаяние». Сухие пометки ложились в её сознании чёткими символами, как чернила на белый пергамент. Она переводила каждое его гневное слово, каждый шаг, каждый судорожный вздох в аккуратные термины. Даже его отчаянный рык — не человеческий, звериный — она отметила ровным штрихом: «дегуманизация сознания в процессе, потеря контроля». И всё же между строчек прорывалось то, чего она не записывала, то, что ей самой было страшно признать. То, что заставляло её сомневаться в том, кем она была на самом деле. Тонкая жилка удовольствия. Осознание, что она может так легко вскрывать чужие души, как вскрывают письма, не предназначенные для чужих глаз. Джейн слишком отвлеклась, думая о себе и своих чувствах, что даже не поняла в какой момент и откуда появилась Уэнсдей. Она лишь заметила шприц с неизвестной жидкостью, зажатый за спиной девушки. Она слышала её слова, её умелые манипуляции. То, как она использовала одиночество и жажду любви Тайлера в своих целях было достойно похвалы. Джейн словила себя на мысли о том, что будь она на месте Уэнсдей, напомнила бы ему об их физической близости, поцелуе например, тем самым заставая его врасплох, разблокировуя воспоминания и делая ещё более эмоционально уязвимым. Это пронеслось в её голове вихрем, будто не она об этом подумала, а кто-то другой заложил такую идею в её голову.  Ведь она не была такой. Она не манипулирует и не причиняет людям боли. Она не ввязываеться в проблемы, не испытывает агрессию и ни капли не разбирается в психологии. А ещё она ужасная трусиха и, не будь сегодня ночью её сознание словно под инородным влиянием, давно бы уже сбежала куда подальше от всего происходящего бреда. Из мыслей девушку вырвало разбивающееся стекло, что вылетело из соседнего окна, засыпая её острыми осколками. Зажав рот рукой, чтобы даже не пискнуть из-за свежего пореза на шее, Джейн опустилась на колени и медленно отползла в угол, параллельно наблюдая очень интересную и до ужаса жуткую картину. Через разрушенное окно в заброшке оказался Хайд. Второй Хайд. Момент, когда Тайлер обратился, Джейн благополучно упустила, но появление второго Хайда застало её врасплох. Этим Хайдом явно была женщина. Худая, слишком истощена, движения слабые, неравномерные, скорее импульсивные, будто каждая секунда давалась ей с трудом. Но боль делает Хайдов лишь более дикими и неконтролируемыми, она порождает в них агрессию, как защиту против слабости. Хайд повалила на землю Уэнсдей и откинула каменную статую в угол, приближаясь к ней. Джейн успела лишь шумно вдохнуть и броситься к противоположной стене, прежде чем камень врезался в стену, разбиваясь сам и разрушая её трухлявые каркасы. Здание осунулось.  Здравый смысл Джейн вернулся к ней вместе с её инстинктом самосохранения. Она кинулась к разбитому окну, перепрыгнула несколько развалин и оказалась на холодном осеннем ночном воздухе. Её ноги несли её вперед, в глубь леса, подальше от кошмаров, остающихся позади. Светлые волосы девушки развевались за её спиной, на лбу проступал пот, глаза слезились, но ноги, на удивление, не уставали. Она набирала скорость и не чувствовала усталости, не чувствовала боли или отдышки. Можно подумать, она всю жизнь занималась лёгкой атлетикой, но за последний год она едва посещала уроки физкультуры. Всё же её тело двигалось будто бы после серьезной подготовки. Опять то же самое чувство, от которого ей каждый раз так тошно — чувство, будто сама не знаешь кто ты такая и какова твоя история.  Ведь так и есть. Джейн понятия не имела ни о себе настоящей, ни о тайне, которую сама же и скрывала. Где-то вдали завыла стая волков. Джейн дернулась и споткнулась о выступающий из земли корень. Она как раз приближалась к склону и, перецепившись, упала на холодную землю. Её колени проехались по болоту и она покатилась вниз, ударяясь по дороге о деревья и собирая на себя опавшие листья. В попытках остановиться, девушка выставила руку вперёд и тут же больно порезала ладонь о кустарники. В её волосы напутались ветки и теперь больно впивались в кожу головы.  От отчаяния Джейн просто скрутилась комочком, закрывая лицо руками и, тихо всхлипывая, смирилась с тем что умрёт, со всей скорости напоровшись на какую-то торчащую ветвь. В бок больно ударило камнем, летящим со склона вместе с ней. Девушка поморщилась, но тут же эта боль стала ничем по сравнению с тем, как её голова со всей дури треснулась о ствол дерева. Она почти сделала сальто и мёртвой тушкой упала за несколько метров. Последнее, что Джейн ощутила, был солёный привкус крови, то-ли стекающей из сломанного носа, то-ли из разбитой губы, во рту. Мир сорвался во тьму. Шум в голове гулко отдавался эхом, словно она оказалась под водой. Каждый вдох был вязким, каждый звук — искажённым. Сквозь темноту прорывается вспышка. Каменные стены башни, неровный свет свечей. Она сидит за тяжёлым столом, перед ней листы, покрытые странными схемами. Перо скользит по бумаге, и она чувствует, как рядом кто-то движется. Его лица нет — лишь размытый силуэт, и голос, далекий, будто из другой жизни: — … Джейн… Она вздрагивает, но память не держит образ. Всё рушится, растворяется. Новый миг. Зал, утопающий в свете люстр. Музыка, которая звучит то громко, то глухо, как из-под воды. В толпе мелькают лица, но все они смазаны, лишены черт. Она в платье — красном, тяжёлом, шелковистом. Лента скользит по её коже. На мгновение рядом возникает рука — тёплая и крепкая. Она чувствует, как её ладонь обхватывают пальцы, но едва пытается взглянуть — всё исчезает. Образы дрожат, меняются, как обрывки снов. Она стоит на балконе, ветер шевелит золотые волосы. Фейерверк вспыхивает над головой, озаряя небо, и в этот миг — силуэт напротив. Близко. Слишком близко. Но лица всё так же не видно. Она чувствует его тепло, чувствует себя… в безопасности. Будто этому человеку можно доверять, будто они близки. Голос снова звучит — мягче, ближе, настойчивее: — … Джейн… Свет гаснет. Остатки образов тают, как чернила в воде. Тишина.

***

Джейн не знала сколько времени прошло, не помнила точно как оказалась полуживой на земле посреди леса. Голова раскалывалась одновременно от сильной боли из-за травмы и кучки воспоминаний, появившихся из ниоткуда. Или же это были и вовсе не воспоминания. Возможно просто видения и бредни, порожденные её мозгом в результате очередного сотрясения. Нет. Это было на самом деле. Она просто… знала. Чувствовала. Как будто сон, который ты не можешь четко вспомнить утром, но знаешь что точно видел его. Сон с тем самым загадочным парнем, лицо которого ты никогда не был способен как следует рассмотреть, но чувствуешь будто бы знал его всю жизнь. И это чувство… оно настолько тёплое, что обжигает тебя изнутри.  — Я схожу с ума, — промямлила Джейн в темноту, всё ещё оставаясь лежать на холодной земле. Вдали послышалась музыка. Девушка закрыла глаза. Она была уверена что ей всё это чудится, как и бал до этого.  Но… что-то было иначе.  Помимо музыки к девушке доходили звуки смеха, отдалённые голоса. Где-то рядом треснула ветвь, над головой зашумели листья почти голых деревьев от ветра. Где-то отдаленно завыл одинокий волк. Джейн раскрыла глаза. Она жива. И всё происходящее — очень даже не творение её разума. Девушка приглушенно простонала. Подушечки её пальцев аккуратно прощупали лицо. Нос был в порядке. А вот бровь и губа разбиты, вот откуда железный привкус на языке. На затылке появилась твёрдая шишка, в волосах запутались ветки и листья. Всё тело ныло. Джейн медленно попыталась сесть и тут же поморщилась от боли в плече. Похоже, она что-то себе растянула. Собрав все оставшиеся силы в кулак, она, опираясь о ствол дерева, поднялась на ноги. Глаза уже давно привыкли к темноте и девушка принялась оглядываться вокруг, пытаясь вспомнить где находится. Маленькая проблемка: она скатилась со склона с закрытыми глазами и абсолютно не знала откуда именно. Ну даже если подумать логично и попытаться выкарабкаться наверх, она все равно не помнила с какой стороны в какую бежала до того как споткнулась, ведь была слишком напугана и ничего не видела в темноте перед собой.  Джейн оперлась спиной о грубую кору дерева, закрыла глаза и расстроенно простонала. Конечно она уже миллион раз успела пожалеть о том что последовала за Тайлером.  — «Почему это происходит именно со мной?» Музыка, доносящаяся откуда-то издалека стала громче.  Девушка открыла глаза и оглянулась. Возможно, ей просто почудилось. Возможно, это её сознание начало играть с ней в игры. Но всего на секунду где-то вдали блеснул огонёк. Словно от фонарика.  Потом до неё донеслись голоса. Четко расслышать было тяжело, но они явно кого-то искали, выкрикивали чье-то имя.  Глаза Джейн загорелись надеждой. Ну конечно, как же про неё могли забыть? Её уже ищут и скоро помогут. Девушка счастливо улыбнулась и, слегка хромая, направилась туда, где видела свет и откуда звучали голоса. Холодный ночной воздух давно забрался под грязное рванное худи и больно щипал нежную кожу. Джинсы растерзались на коленах и испачкались в крови от раны, швы на которой раскрылись после пятиминутного полёта. Когда-то аккуратно уложенные золотые волосы девушки теперь напоминали гнездо, усеянное листьями, ветвями и грязью. Она выглядела скорее на лешего чем на человека. Но всё это было неважно. Главное что она не останется здесь погибать, ей помогут и совсем скоро она уже будет лежать в своей тёплой кровати, под мягким одеялом, вдыхая аромат корицы и ванили…  — Хлюп? Я знаю, ты меня слышишь! Это я, твой друг! Ты будешь в безопасности! Джейн резко остановилась. Теперь она находилась достаточно близко чтобы расслышать голоса и даже увидеть две фигуры с фонариками, блуждающе лесом. Одна из них была ниже, вторая — выше и значительно шире. Они искали кого-то. И это явно была не она.  — «Да какая разница вообще? Главное что это люди, у них есть телефон, и можно вызвать помощь.» Джейн медленно проследовала меж деревьев, приближаясь к фигурам. Вдруг под её кроссовками треснула ветвь. Звук ударил молнией в тишине кустарников.  — Хлюп? Мальчишка, как оказалось по голосу, резко развернулся и, обнадёжено поднял луч фонаря на девушку.  — Нет. Обе фигуры вздрогнули при виде её. Мальчик попятился. Мужчина, стоящий рядом, медленно смерил Джейн заинтересованным взглядом с ног до головы.  — Не надо так, mi amigo, оно же не нападает. И оно говорит. Может это будет твой новый друг? — с энтузиазмом спросил сына, по видимому, его отец, подходя ближе. — Здравствуйте. Я Гомес, а это мой сын Пагсли. Как зовут… Вас?  — И что вы такое? — с нескрытым интересом добавил мальчишка, выглядывая из-за спины папы. Джейн скривилась в обиженной гримасе.   — Не оно, а она. И вообще-то, я человек. Такой же как вы. И не так уж и плохо я выгляжу. — пробубнила она, жмурясь от света, устремлённого ей в лицо. Отец и сын растерянно переглянулись. В глазах обоих проскочило разочарование.  — Что ж, в таком случае… извиняюсь, — потупил голову мужчина, грустно вздыхая. Кажется, он правда надеялся встретить какое-то то лесное чудовище, а не скучного человека.  — Но вы выглядите правда плохо. Что вы тут делаете? — напрямую спросил Пагсли. Джейн фыркнула.  — Мне нужно выйти из этого леса.  Гомес посмотрел на свои наручные часы.  — Пагсли, hermano, уже пора возвращаться.  — А как же Хлюп?  — Кто такой Хлюп?    — Мой зомби.  — Зомби?!  — Мы уже не сможем найти его, слишком поздно. Иногда такое случается. Я уверен, с ним всё будет хорошо. А нам нужно помочь этой прелестной даме вернуться в город. Пагсли расстроено опустил голову и кивнул. Джейн, всё ещё растеряна и шокирована, громко вдохнула и выдохнула, прикладывая все усилия чтобы не заработать сейчас, совсем не кстати, паническую атаку. Они шли тёмным лесом в тишине. Почти. Где-то вдали всё ещё играла музыка. И она становилась громче с каждым пройденным ими километром. Наконец за деревьями показался свет. Не просто горящие фонари, а целый городок огоньков, гирлянд и лампочек, переливающихся разными цветами и сияющими вдоль аллеи. Толпы людей проходили перед узкой лесной тропой, откуда вышла троица ночных путешественников. Джейн вытянула шею и с интересом принялась рассматривать происходящее. Похоже, это был праздник в честь Дня мертвых. Пагсли тоже выглядел воодушевленно.  — Пап, мы можем пойти туда? Пожалуйста? — с надеждой обернулся к отцу он. Гомес развёл руками, давая своё немое согласие. Затем посмотрел на Джейн.  — Bella, ты нас тут покинешь? Девушка натянуто улыбнулась.  — Спасибо за сопровождение. Не знаю что бы я делала, не встреть вас. Хорошей вам ночи, и да, тут я отделюсь.  Мужчина кивнул и ярко улыбнулся.  — Конечно, для меня было одно удовольствие помочь такому прекрасному творению.  — «Неужели он до сих пор думает что я леший?»  — С Днём мертвых! — попрощалась Джейн и удалилась, смешиваясь с толпой. Боль в колене нарастала после долгой ходьбы, но всё внимание девушки теперь было приковано к прилавкам с разными вкусностями. Её живот отчаянно бурчал, напоминая что и крошки не получил с самого завтрака.  Джейн остановилась у фургона с ароматным жаренным мясом и впилась глазами в огромный кусок стейка, который работник выдал парню, стоящему перед ней.  — «А что если…?» Девушка последовала за парнишкой через толпу. Он направлялся к месту, где стояли деревянные столы с лавочками, играла живая музыка, и все набивали животы. Блондин заметил её только когда сел за один из свободных столиков и она опустилась на скамью напротив него.  — Эмм… мы знакомы? Похоже, его ни капельку не удивил и не напугал её внешний вид. Объяснимо, ведь все здесь были в жутких костюмах и с профессиональным гримом, изображая из себя чудовищ.   Джейн не ответила. Лишь посмотрела ему четко в глаза и сосредоточилась.  Парень попятился, жмурясь от резкой боли в висках. Джейн даже не дрогнула. Переставив несколько воспоминаний и исказив пару эмоций, она внушила парню что сама купила себе стейк, а он сел рядом чтобы познакомиться, и после того как она его отшила он как раз собирался уходить. Блондин резко поднялся с места и удалился в толпе. Девушка довольно ухмыльнулась и вгрызлась зубами в стейк. Её способности никогда небыли настолько контролируемые и сильные после сотрясения, какими были сейчас. Возможно недавняя травма головы в лесу имела какое-то влияние на это? Вдруг из толпы донёсся крик. Из одного из помещений выбежала групка людей с выражением ужаса на лицах. Джейн заинтересованно наклонила голову. Спустя мгновение из здания начало выбегать всё больше людей, крича что-то неразборчивое на ходу. Девушка доела "свой" стейк и поднялась. Пробираясь через толпу, она оказалась рядом со странным местом, ужаснувшим десятки людей. Когда она уже собиралась войти внутрь, её резко оттащили назад. Грубая рука шерифа оттолкнула её за ограждение. Прежде чем блондинка успела ляпнуть что-то язвительное, шериф Саньтьяго уже выдвинулась к зданию, крича что-то в свой громкоговоритель.  — Джейн?… Это ты! — сверху на девушку повесилась Кэролайн, зажимая её в объятиях. — Куда ты опять делась? Мы даже начали переживать! С толпы показалась Йоко.  — Джейн? Бомбезный костюм! Но когда ты успела сделать грим?… Подруги замерли в понимании, с немой тенью ужаса на лицах.  — Это долгая история, — улыбнулась Джейн, обнимая их обеих сразу.  Только сейчас она поняла насколько сильно устала. Её глаза закрылись сами собой. Она даже не услышала как шериф Саньтьяго сделала заявление о сбежавшем зомби в свой громкоговоритель. Когда ресницы девушки слегка приподнялись, ей показалось что далеко в толпе, около чёрного выхода из здания, она увидела кучерявую макушку, ту самую, которую видела в своих бреднях в лесу после удара головой. Но ей ведь лишь почудилось… Не так ли?