Глава 4. Мутации, их достоинства и недостатки

2010, май, Нью-Йорк       Я прогуливался, разглядывая большое здание передо мной. Колледж Грейберн был не самым авторитетным местом, но там работал один очень важный для меня человек. Ещё до получения сил я общался с кучей учёных, которых просто привлекал сам факт общения и наставления маленького гения вроде меня, даже при том, что я мало чем мог помочь им с их проектами. Всё-таки тогда я был просто очень умным школьником, который хоть и имел знания из прошлой жизни, но не был им ровней. Но вот один учёный, с которым я общался и мог держать диалог по интересующим меня темам на очень хорошем уровне — Сэмуэль Стернс, доктор молекулярной биологии и воздействия на клеток радиации. С ним я связался, когда работал над ядерным реактором, так как он также был хорошим экспертом в среде, и просил у него разные советы. Он замечательный и добрый человек, который всегда готов помочь, если что-то нужно подсказать, но я общался с ним не только ради этого. Дело в том, что он в будущем перестанет быть таким добрым и замечательным, и станет очень опасным суперзлодеем — Лидером, главным врагом Халка. Ну, по крайней мере, так было в комиксах, в фильмах про него забили и он никогда больше появлялся после одного фильма про Халка. Вот только моя реальность не фильм, а значит просто так про Лидера не забудут. И первый шаг, чтобы стать настоящим героем, будет попыткой спасти мир от появления одного злодея. И тот факт, что таким образом я планирую познакомиться с очень интересными разработками, вроде крови Халка, тут, конечно, не причём, хе-хе.       Переписывались с ним мы уже долгое время, поэтому для меня не стало проблемой невзначай попросить его пустить меня к себе, чтобы я попытался ему помочь с его «особым» проектом. Он говорил лишь намёками и не объяснял, в чём именно состоит его работа, но я знал, что он пытался помочь Беннэру избавиться от Халка. Первое время он был категорически против моих предложений помощи и согласился только когда я стал посылать ему свои новые формулы по стабилизации генома, полученные благодаря моей новой силе. Он явно впечатлился моей работой, и это при том, что я отправил ему лишь малую часть, чтобы он не поверил и не посчитал, что я украл исследования у кого-то. Но этого хватило и он поверил, что меня можно слегка допустить к проекту.       Я без проблем вошёл в колледж, показав приглашение от Стэрнса охране. Сразу видно, что местечко не самое лучшее и видело достойное финансирование в очень древние далёкие времена. В воздухе так и чувствовался запах старого здания, которое много повидало. Пол подо мной скрипел, а я проводил взглядом старые стены, давно не видевшие ремонта. Вот что государственное финансирование делает с институтом. Надеюсь, что они потратили свой бюджет на оборудование.       Поднявшись на нужный этаж и найдя лабораторию Стэрнса, я аккуратно постучался. Я услышал шорох внутри и какие-то мельтешения, а через минуту мне открыли дверь и я увидел самого доктора. Одет он был вообще не соответствующи своей профессии, в футболку с каким-то принтом, простые штаны и дешёвую кофту. Тут учёным вообще не платят что-ли?       — А, это ты Рик! Приятно тебя увидеть в живую. Радует, что будущее поколение так стремится взять ветвь первенство в науке у стариков вроде меня. Проходи, пожалуйста, если ты готов, я жду не дождусь обсудить с тобой твои идеи. Признаюсь, некоторые из них являются действительно прорывными, особенно твой способ использовать белковые системы воистину гениален. — Стернс сразу же начал активно и живо говорить, явно уже думая о нашем успехе.       — Док, позвольте, это большая честь для меня, встретить гения вашего уровня. Ваши работы по исцелению людей, попавших под воздействие радиации уже спасли огромное количество людей. Но да, мне тоже не терпится начать по-настоящему работать вместе с вами. — тут у меня ни капли лжи, мне реально хотелось снова начать работать вместе с профессионалами, а не просто что-то ковырять в своей домашней лаборатории. После того случая, когда Фантастическая четвёрка и Дум устроили бойню посреди центра Нью-Йорка, мама полностью мне запретила ходить туда на стажировку. Шесть человек так-то погибло во время той битвы, все из-за молний Дума, конечно, но всё-равно это подмочило репутацию Фонда Бакстера. Я, честно говоря, вообще без понятия откуда они будут брать деньги, когда их главный спонсор, Дум Индастрис сократили своё финансирование. Мама говорила, что они могут попасть под государственную программу и таким образом не закроются, но у меня уже нет способа точно узнать. Из-за всех этих бед мне и пришлось ютиться в своей комнате, без доступа к оборудованию такого уровня. Да, у меня тоже были хорошие вещи и приборы, но это всё равно не уровень профессиональной организации.       Закончив рассказывать про то, как у него тут всё устроено, мы приступили к работе. И для начало необходимо было развеять кое-какие секреты.       — Так над чем вы работали, раскроете свой секрет? Думаю я смогу вам чем-нибудь да помочь. — мои слова слегка смутили его, он замолчал, но вскоре всё же решился раскрыться.       — Видишь ли, я сейчас веду исследования над очень важным и, честно скажу, опасным проектом. Понимаешь, если кто-то узнаёт о нём, могут возникнуть очень большие проблемы. Как у тебя, так и у меня. Поэтому, мне нужно, чтобы ты пообещал, что никому, и я имею в виду НИКОМУ, не скажешь, над чем мы будем работать. — было видно, что Стэрнс нервничает, но он смог найти решимость, так как похоже верил, что я могу ему помочь.       — Обещаю, Док. Я никому не расскажу. — я и правда не планировал ни с кем распространяться, о работе над кровью Халка, так как за эту информацию меня реально могут убить если что. Формула суперсолдат тут тема больная, и если не хочешь бороться с Гидрой или ещё какой-нибудь безумной организацией суперов, то лучше помалкивать.       Стернс долго смотрел на меня, после чего кивнул и пошёл к металлическому шкафу, откуда достал склянки с чьей-то кровью. Мне потребовалось приложить усилия, чтобы не начать улыбаться как маньяк. Вот она победа. Мне не нужно было проверять кровь на микроскопе, чтобы понять, что она принадлежит Беннеру. Я полностью сфокусировал свою силу на этой крови, и ко мне стало приходить понимание, как устроено тело Халка и, как всегда, как его можно было улучшить. И тут моя сила сильно радовалась, так как потенциал для изменения и улучшения организма, с помощью крови Беннера, была почти безграничным. Почти всё, что я вообще мог представить, можно было реализовать через особую мутацию Халка. Это было что-то гениальное в своей простоте, шедевр, получившийся совершенно случайно, идеал, который…       — Это особая кровь, Рик. Она принадлежит моему… другу, который очень сильно болеет. Он заразился в результате гамма-облучения, и я стараюсь найти лекарство от его болезни. Я буду очень признателен, если ты поможешь мне с этим.       Мои мысли прервал доктор, который стал мне завуалированно объяснять ситуацию. Ладно, подыграю ему.       — Окей, а где сейчас ваш друг? Если у него что-то серьёзное, то ему стоило бы лечь в больницу, если он ещё не там. — я сразу же показал заинтересованность и желание лучше разобраться в ситуации, чтобы доктор ничего не заподозрил и успокоился.       — Эта не такая болезнь, Рик. К сожалению, просто лечь лечиться не выход, поверь мне. — тут он на некоторое время задумался — Хотя у тебя может быть шанс встретить его лично, так как он должен был вернуться из своего путешествия через несколько недель. Поэтому нам будет лучше всего поторопиться и сразу начать работу.       — Как скажете, Док. Давайте приступим к работе.       Мы приступили к исследованиям. Ну как приступили, Стэрнс для начала просто провёл мне лекцию, про особые свойства клеток «пациента», которые я сравнивал с тем, что мне говорила моя сила и что я помню из записей Рида про его собственные суперсилы. Между клетками, прокаченными космической радиацией и гамма-излучением были как сходства, так и большая разница. Со стороны, принцип их работы был похож — есть некоторый набор генов, которые под действием излучения даёт владельцу суперсилы. Разница только в источниках энергии. Вроде бы всё просто и понятно, вот только с этого места начинались проблемы. Во-первых, способности, полученные гамма-излучением не были совсем случайными. По идее, они вообще должны были быть одинаковыми у всех, кто подвергся воздействию, но я хорошо помню, что в комиксах была куча разных Халков, у которых были как общие, так и вообще не связанные силы. Даже у самого Бэннера было несколько форм Халков, с разными способностями. Можно было бы снова всё списать на комиксовую логику, но моя сила мне говорила совершенно другое. Что здесь есть объяснение, просто нужно подумать немного дольше.       — Ну, это всё, что мне сейчас известно. Как видишь, пока я разобрался как вызвать подобное явление в контролируемых условиях, так я вывел эти новые образцы — он показал мне новые склянки, которых было в десяток раз больше, чем простой крови.       Я задумчиво сидел и смотрел на пробирки с кровью и листы с теориями Стернса. Почти не осознавая своих действий, я взял ручку и стал писать. Если взять мою идею изменения генов с помощью РНК-молекул, вырвать куски и теории суперспособностей Рида, докинуть мои прошлые мысли возможность контролируемых мутаций, связать их исследованиями Дока и Бэннерса про влияние гамма-радиации на геном человека… И получится настоящий шедевр.       Чем дольше я сидел, тем быстрее начинал писать. Время для меня словно замедлилось, так как я полностью погрузился в свои идеи. Краем глаза я замечал удивление Стэрнса. Который сначала не понимал, что делать, но потом встал рядом и стал читать мои выводы. Понятия не имею, сколько на самом деле это всё заняло у меня времени, но к концу у меня начало сводить руку и я почувствовал, как из носа потекла кровь. Но это было не так важно, так как кажется я разобрался. Вот так себя чувствуют гении вроде Старка и Ричардса, да? А ведь они и без суперспособностей способны стать экспертами в ядерной физике за один вечер.       Оглядевшись, я увидел Стэрнса, в шоке смотрящего на меня. Похоже переборщил с гениальностью.       — Кажется, я разобрался, Док. Вы пытались решить проблему как физик, ища ответ в правильной частоте излучении, но я считаю, что верный путь — это попытаться решить проблемы со стороны биологии. Но прежде чем, я расскажу, как в теории можно исцелить вашего «больного», дайте мне высказать пару своих теорий. Ваш таинственный пациент оказался подвержен очень сильному гамму излучению, при этом в его крови уже была какая-то другая экспериментальная формула, иначе я не могу объяснить вектор изменений, из-за чего волны особенным образом повлияли на уже изменённые клетки и сделали совершенно новую мутацию. Мутация, которая, чисто в теории, должна значительно увеличить физическую силу, выносливость и регенерацию, при этом сильно и, скорее всего, негативно повлиять на психическое и эмоциональное состояние. И я говорю о реально серьёзных последствиях, вроде вспышек агрессии, шизофрении и раздвоения личности. Также, из-за слишком случайных и неконтролируемых изменений, возможны внешние мутации, вроде изменения пигмента кожи, резкого неконтролируемого роста и ещё что похуже. И у меня есть пара кандидатов, кто может подходить под все эти критерии, Док. Только один уточняющий вопрос — связаны ли эти разработки с исчезновением гения в ядерной физике Доктором Брюсом Беннером?       Стэрнс шокировано молчал, поражённо глядя на меня. Похоже он не ожидал, что я так быстро выведу его секреты. Но спустя некоторое время он стал тереть залысину на своей голове и смотреть по сторонам. Через минуту он пришёл в себя и решился мне раскрыться.       — Ну, теперь ты знаешь всю историю. Да, мы с доктором Беннером имели хорошие отношения до всей этой катастрофы, поэтому мы не перестали общаться и после. Все эти годы я пытался найти лекарство, которое спасёт его, даст возможность ему вернуться в общество. А с помощью наших открытий мы сможем сделать из его крови более совершенную формулу, которая спасёт все человечество. Только подумай, если каждый человек получит хотя бы крохотный потенциал способностей Халка — мы достигнем новой эпохи в человеческой эволюции!       Во время своей пламенной речи, мне кажется, что я увидел того крохотную частичку того самого Лидера — маниакального сумасшедшего гения, который готов на всё ради своих идей. Слишком эгоистичный, чтобы видеть недостатки в своём слишком идеалистичном плане. Если так подумать, изменения из-за формулы Халка могут лишь усугубить имеющиеся проблемы, не создать новые. У Бэннера были подозрения на раздвоение личности, мутация возвела же их в абсолют. Вероятно, что та же мутация увеличила маниакальное эго и самолюбие Стэрнса, сделав его печально известным злодеем. Но если это так — значит мне нужно просто изменить формулу так, чтобы ликвидировать эти резкие изменения.       — Спасибо за вашу честность, Док. Насчёт спасения человечество не имею ничего против, но пока что стоит сфокусироваться на простом улучшении формулы и спасении доктора Беннера. В некотором роде, я знаком с ним, так как переписывался с ним по нескольким своим проектам из его сферы, но однажды он просто перестал отвечать на мои письма. Я знаю про Халка и собираюсь вам помочь разобраться с его проблемой.       Я взял все свои расчёты, что теперь занимали несколько десятков листов, записанных моим мелким почерком, и подошёл прямо к приборам.       — Пора приступать за работу, Док. Нам нужно придумать, как избавиться от Халка.