Первая глава

      За окном мелькают здание за зданием. Городская она не привыкла ко всему этому. Почти с самого рождения жила в Москве, а тут попала в миниатюрный Военный городок, если это всё можно так назвать.       Конечно, у неё должен быть огромный стресс из-за таких перемен, но по Алине это совсем не заметно, ведь нет у неё никакого стресса. Она, улыбаясь, смотрит в окно, наблюдая за белёсыми деревьями и маленькими домишками.       Она даже не слушала толком, стоикам ей рассказывал Зубов. Её эти речи пока не особо волновали, да и рассказывал он не о особо важных для Алины вещах. О мелочах хозяйства, если точнее, а кому это может быть интересно?       Наконец, машина припарковалась, и Алина вышла, вздохнув свежий прохладный воздух. Выглядела она сонной и уставшей, но мысли её бродили. Вокруг неё витала интрига, через сети которой девушка мечтала поскорее пройти. — Только потише, хорошо, Алин? — в полголоса сказал Николай, перед тем как открыть дверь в свою квартиру. — У меня дочка спит, наверное… — уже виновато продолжил он.       Алина поспешно кивнула, чтобы не задерживаться тут надолго, и они наконец вошли в квартиру. Яркий свет сразу ударил в её глаза, заставив прищуриться после темного подъезда. Красиво, ничего не скажешь. В этой, новой, квартире она ещё не была.       Вышла Вера, улыбаясь. Вечно гостеприимная, и Алине было сложно не улыбнуться в ответ её приветливой улыбке. Она что-то ещё прошептала Николаю, и все они прошли в небольшую кухню.       Чего только они не рассказали девушке. На этот раз их она слушала с интересом. Пора привыкать к такому товариществу, ведь ближайшее время эти люди будут для неё вторыми родителями, такими же близкими и родными.

***

      Может она и сказала дяде «Готова», перед тем как они вошли на территорию части, но взгляды мелькавших в округе солдатов почему-то сильно били по ней. Они не смотрели на неё небрежно. Парни лишь интересовались новой личностью, появившейся в их «доме».       Они спешили в его кабинет. Немало офицеров также прошло мимо, и все были мягко удивлены незнакомой персоне, тем более если учесть то, как она контактировала с майором.       Алина была уже красная, когда они наконец дошли до его кабинета. Красная не от холода, а от огромного смущения. Действительно неловко, когда в окружении один лишь мужской пол, но ведь ей нужно привыкать к такому строю.       Зубов протянул ей кучу бумаг и быстро показал, где следует оставить подпись. Дяде родному она доверяла, поэтому даже не прочла ничего оттуда. — Я вижу, тебе пока не очень нравится здесь, — посмеялся Зубов, забрав у неё тонкую стопку бумаг.       Алина виновато почесала затылок, и рука Николая легла на её плечо. Он понимал, что она взволнована. Всё таки переживания добрались до неё, и Зубов это славно чувствовал. Родная кровь, как никак. Да и любой дурак ты заметил это, ведь Алина стала выглядеть малость потеряно. — Ты не бойся здесь ничего, — довольно внушительно произнес он. — Ребята у меня хорошие, плохого слова о тебе ни скажут.       Он прав. Он точно прав. Они могут посмотреть косо иногда, но чтобы говорить плохо в лицо — никто из них на такое не пойдет никогда. И это даже не потому, что не осмелиться. Большая солдатская совесть такого ни за что не позволит это сделать. — Верю, товарищ майор, — насмешливо ответила Алина.       Мужчина вновь усмехнулся ей и отошел. Зачем-то посмотрел в окно, и вновь на племянницу. — Ну что ж… — он поджал губы, сев за своё место. — Санчасть — ты знаешь где, так ведь? Или тебя нужно обязательно сопроводить?       Он спросил это очень кстати, ведь вот-вот к нему должен подойти замполит с важным вопросом, и тот бы явно мог проводить девушку до санчасти.       Но Алине этого не нужно. Она и сама вполне способна постоять за себя. Тем более, гордость так и вырывалась от груди, ведь она — не просто девочка с улицы. Она — племянница самого майора! Любой солдат заткнется, если узнает это. — Спасибо, д… — резко запнулась девушка. — Товарищ майор. Дойду сама, — она улыбнулась ему и пошла к выходу. — Можете идти, Алина Евгеньевна, — вновь подшутил Зубов, поняв, что устав девушка так и не выучила. Но её это не остановило, и ушла она молча.       Ветер приятно щекотал её щёки, а мороз всё-таки сковывал. Алина уже мечтала оказаться в здании санчасти, где тепло и уютно. Многие незнакомые парни говорили ей «Здравствуйте», запомнив её, когда она шла с майором.

***

— Да ё-мое, ну я не шучу! — твердо доказывал Гунько товарищам, которые особо не верили ему, ведь кидали немногочисленные смешки. — Показалось тебе, Гуня, наверное, — вновь сказал Кабан, отрицательно помотав головой.       Гунько уже не сдержался и дал тому по голове. Уже почти две минуты твердит им лишь одно. — Ты видел её тогда один раз, как запомнить-то умудрился? — вмешался и Соколов. — Я сзади неё сидел, понял да? — съязвив Гунько, громко цокнув.       Он уверен в том, что незнакомую девушку, которую он видел сегодня, также была сводной из судей на конкурсе армейской художественной самодеятельности, которая была более года назад.