Часть 1

Говорят, глаза — зеркало души, только вот у клана Хьюга это зеркало настолько мутное, что ничего не разглядишь. Без зрачков, без радужки, как у слепых — не выражают ничего, что могло бы выдать настоящие чувства, но Хината знает, что это не так. Отец в скрытности мастер. Когда он в гневе, об этом говорят только глаза, пылающие ярко-красным злым огнем, которого Хината боится больше всего на свете. Кроме этого огня, все остальное в нем подстать его бьякугану: белое, безупречное, без единого изъяна, такое, каким должен быть настоящий Хьюга. Неджи — тоже настоящий Хьюга, пусть сдержанности ему и не достает. Когда он злится, в его взгляде вспыхивают сиреневые огонечки-молнии, которые, если не погаснут вовремя, разгорятся в лиловое холодное пламя. Смотря в зеркало, Хината не видит в своих глазах ничего. Ни огня, ни льда, ни фамильной безупречной белизны — только мутную, подрагивающую от страха перед всем и вся пустоту. Ей хочется гореть, как отец и Неджи, сжигая своих врагов, хочется светить другим так же, как делает это Наруто, который одним своим присутствием окрашивает все в ярко-оранжевый, как он сам — но ничего не выходит. Глаза у Хинаты — водная гладь, отражающая одинаково и солнце, и луну, но не имеющая собственного света. Ей невдомек, что для Неджи нет ничего красивее, чем озеро в ясную лунную ночь; что Наруто видит в ее глазах отражение ясного неба в солнечный день. Может, быть для других зеркалом не так уж и плохо, но не Хинате. Она тренируется до изнеможения, лишь бы стать самостоятельнее, она смотрит на других и сравнивает себя с ними, лишь бы стать чуть лучше и увидеть наконец в отражении себя саму, а не кого-то другого. В конце концов, она замечает. Перед тем, как утонуть в ослепляющей вспышке боли, она видит в отражении глаз прибитого к земле кольями Наруто себя, объятую нежно-голубым согревающим пламенем. Тогда Хинате и не жалко умереть.