Часть 2

Жизнь это бесконечная череда геморроя с короткими рекламными паузами на счастье. Для нас это был целый рекламный блок, а это значит, что пора возвращаться к привычной программе передач. 8 лет спокойствия и радости, прямо со смерти того животного, что был нам биологическим отцом, заканчиваются в медицинском кабинете 6 на 5 метров, отдела онкологии. — У вас рак печени, почек, легких и мозга. — миниатюрная азиаточка врач, видимо, привыкла сообщать плохие новости. Да что вы, это же отдел онкологии, не часто здесь бывают радостные события. — Это шутка? Вы стендапер? У вас талант. — в голове будто белый шум. Ну правда, рак в четырех местах, звучит как шутка. Но по лицу женщины в белом халате я поняла, все серьезно. Стало быть, должна наступить стадия отрицания? Но давайте перейдем сразу к принятию, новость звучит как смертный приговор, чего уж трепыхаться. — У всех разная реакция на новость о раке. Есть варианты которые можно попробовать. Каждый день появляются новые препараты. — она пыталась заставить поверить, что надежда есть. Мэгги взяла меня за руку и заглянула в глаза. — Что вы предложите? Может есть какие-то рабочие варианты? Вы можете предложить экспериментальные препараты? Младшенькая тут же стала разрабатывать план действий, от а до я. А я? Пытаюсь в подробностях запомнить ее лицо. Будто вижу в первый раз, или в последний. Как она это переживет? Ребенок не должен смотреть, как его последний родной человек медленно умирает. Пусть и считается по возрасту подростком, для меня она еще так юна. Что дадут эти попытки? Мнимую надежду, заставляя бороться из последних сил, но что в итоге? Разочарование и бессилие, нужно ли это ей? Прокручивать в голове, что мы успели попробовать в борьбе с болезнью, а что нет, каков был наш выбор траектории лечения. Но сейчас эти вопросы в моей голове. Я должна была уделять ей больше внимания. Почему надеялась, что этот семейный вечер, пару раз в месяц, сможет восполнить недели, что я пропадала? Почему не была рядом, когда она приносила победу за очередную олимпиаду, расстраивалась поражению? Почему не учила её кататься на велосипеде, плавать, готовить, давать сдачи? Почему не хвалила каждый день? Так редко говорила, что люблю? Надеялась, что будет завтра. Так его нет, больше не будет, по крайней мере для меня. Всю дорогу до дома мою руку не отпускали, будто боялись моего бегства. Куда же мне бежать. Да и зачем. А может и правда стоило не дать ей наблюдать за моей смертью? Будет ли это ошибкой? Провести последние месяцы рядом с самым дорогим человеком, было бы слишком хорошо, если бы не было так плохо. Не помню, как мы добрались до гостиной, вот я уже сижу на диване, а младшая мельтешит по комнате. — Нельзя опускать руки, попробуем столько экспериментальных методик лечения, сколько сможем, что-то должно помочь. — сказала она и села за ноутбук. — Милая, это терминальная стадия. — Прекрати, мы справимся, верь мне, хорошо? — Хорошо, я люблю тебя. — а что мне оставалось ответить? Что я хочу, чтобы меня запомнили такой, какая я сейчас, а не осунувшейся кучей отчаяния? Нужно взять себя в руки, сожаления не помогут. Во-первых, передать счет, с накопленными деньгами Мэгги. Во-вторых, найти опекуна, до восемнадцати ещё два года. И в-третьих проводить как можно больше времени рядом. ** Так больше не может продолжаться, пора проветриться. Болезнь набирает силы, как и беспокойства Мэгги. Кажется нам все же стоит ненадолго побыть одним, хотя бы пару часов. Младшая перестала ходить в школу, все время ищет решение проблемы и поддерживает меня. — Джоанна. — встретил меня Хорёк. Рядом сидел старший Диксон, он поздоровался кивком. — Привет. — присаживаюсь рядом с ними. — Выглядишь паршиво. — Мэрл был чертовски прав. Лицо осунувшееся, под глазами мешки, резкая потеря веса и постоянная усталость. Любой видевший меня человек, хотя бы месяц назад, подумал бы, что я умираю. Да вообще-то, все уже знают. — Да, тебе бы не помешали минет и душ, из вежливости, сначала второе. — добавил бармен. — Сойдут три шота патрона. — Или фирменное, ростки пшеницы, мягкой, — Джек показал горшочек — спасение для иммунной системы. — Сжалься, говоришь, как Меган. Вот, полюбуйтесь, насобирала целую пачку брошюрок из клиник — вытаскиваю их из кармана толстовки — прям так и одобренных Минздравом. Чечня — показываю на первую - там же вроде, рак и зарабатывают. Ещё вот Китай, и центральная Мексика. Знаете, как рак будет по-испански? — Нет — хором отвечают они. — Эльрако — усмехаюсь я. — Ну да, мог бы и догадаться — отвечает Хорёк. — Зырь, какая счастливая, — Мэрл нашёл в брошюрках мою фотографию с Мегги — можно я себе оставлю? Запомнить какой ты была жизнерадостной. Усмехаюсь и киваю, какой бы он не был сексист, кажется считает меня другом. — Ну хоть в смертельном пуле теперь выиграю, раз ты трагически умрешь от рака. — Да, Джеку наконец-то повезет. — Взбодрил, спасибо. — О, тебя тут костюм один ищет. — бармен передает мне полностью черную визитку, только номер — Такой, мрачный на вид, он за тем столиком. — указывает мне. Допиваю свои шоты, хлопаю по плечу Мэрла и иду к костюму. Мужчина и правда одет так, словно идёт на собеседование. Брюнет, выглядит лет на 40. Никогда не была сильна в визуальном определении возраста. — Мисс Уилсон. — приветствует он. — Чем могу, кроме как, детишек в ваш фургон заманивать? — киваю собеседнику. — Я знаю, что вам диагностировали рак в последней стадии. — Маньячим за мной? — Это моя работа — тот сразу останавливает мои мысли — рекрутировать. Я, я сочувствую вашей трагедии, но вы солдат, спецназ, 41 убитый враг. А сейчас вы занимаетесь тем, что выручаете попавших в беду. — Да, люди меняются, чего вам надо? — перехожу сразу к делу. — Я представляю организацию, которая сможет вам помочь. Пока идет только разработка, но и она уже на заключительной стадии. Что если я скажу, что мы способны вас исцелить? Даже больше, наделить возможностями о которых можно только мечтать. Вы станете супергероем. Вот последнее предложение, сбило весь настрой нахуй. Теперь это больше похоже на бред. На сладкую конфетку у человека в темном фургоне. Ууу, чуйка меня не подвела, кто ж знал, что шутка выйдет из под контроля. — Так, агент Смит, я этой геройщины уже наелась, но если вдруг, пошлю всё нахер, то звякну. Возвращаюсь за барную стойку, Диксона уже нет. — Че хотел то? — Затирал за лекарство. Мне пора. Кого я обманываю? У меня и выбора то нет, если есть ещё шанс продлить мою жизнь, то вот он. Правда тут скорее пан или пропал. Как повезет. Я уже приняла решение, осталось только преподнести его сестре.