Начала ужаса

      Крики и звуки атаки костями, и гастер бластера перемешается с скрежетом конструкции и дверь не охотно ползёт в сторону, но эти звуки не заглушать другие, которые на улице, набирая громкость с каждой секундой, нарастает гул, исходящий от топота многочисленных ног и утробных рычаний. Кажется, даже слышно, что как булькает кровь в глотках преследователей.       Створка заедает и Хоррор не колебаясь со всей силы толкает дверь.       Найтмер одним мощным ударом щупальца захлопывает другую часть тяжёлой железной двери и кажется, что всё здание сотрясается. Хоррор ударяет ещё раз и прежде с оглушительным грохотом железной двери закроются, мельком видит среди толпы изуродованных тел, синюю куртку в бурых пятнах крови и чёрные слёзы под глазами.       Хоррор стискивает зубы и поворачивается к Найтмеру, и коротко кивает. Тот кивает в ответ, и Хоррор отмечает, что во взгляде босса острую жалость и тоску. Она отдаётся едкой пустотой где-то под душой, но скелет с дыркой даже не падает виду. – Спасибо... – говорит Найтмер и Хоррор снова кивает, на мгновение он смотрит ему пряма в глаза.       Хоррор чувствует себя слабым и никчёмным.       Он не смог спасти друга.       Киллеру уже ни как не помочь, это и его вина.       Даст сидел вжавшись в стену и, что-то шептал под носом и плакал. Он видел, как тварь вцепилась в шею Киллера разрывая его зубами и хрустел позвонками. Он ничего не мог с собой, поделать его шиза становилось сильней и он мог только кивать либо мотать головой, словно просил оставить его. Кросс был бледнее чем когда либо, он держался с честью, что почти внезапно: ситуация на грани безумия, слететь с катушек можно в любой момент каждый, кто даст слабину, но Даст уже был готов съехать с катушки. Но Кросс держится и не оставляет попыток помочь друзьям. Это почти странно, но греет душу как ничто другое: когда скелет успокаивает и обнимает Даста и говорил ему успокаивающие слова, и терпя боль, что ему приносил безумный скелет в красном шарфе, Хоррор восхищается Кроссом. Когда Кросс успокоил Даста, до он обернулся и серьёзно кивнул смотря в глаза Хоррора, Хоррор в первые с момента смерти Киллера улыбается. А ведь Кросс тоже видел, как их товарища обратился одним с тех.       Найтмер не видел, он успел вытащить всех троих за полминуты до того, как все дом заполнилось тварями: оторванные куски дверей были как тростниковые палочки.       Кода из-за угла, шатаясь, вышел Ред с переломанной шеей, Найтмер не проронил ни слов и молча пихнул оставшиеся из своей команды в сторону но выходя из лаборатории, схватив щупальцами за талию замешкавшегося Эпика. Как потом выяснится, замешкался он совсем не просто так. ***       В Инка вцепились в шею сразу двое, а один перегрыз ногу. Эррор видел как его любовь разрывали на части отравленные и схватился за слезы под глазами и призвал нити и он с помощью их оторвал головы отравленных.       Инк успел сказать, чтобы он убил его и не смел умирать.       Ошибка с трудом выполнил желания любимого и взял на руки Бруми который лежал рядом со своих хозяином и вернулся в комнату, чтобы успеть разорвать головы двум тварям которые успели разорвать на части Паперджем.       Эррор успел унести с собой шарф сына и ушёл в сторону вотопадия, где и его обнаружили команда Найтмера и он сам. Эррор направил все силы на то, чтобы помочь Дасту, комбинируя лекарство и пытаясь перевести его в чувство – Даст отвечал слабой и очень грустной улыбкой, но все так же говорил под нос и тряся.       Лекарств не было бы, если бы не замешкайся тогда Эпик. Хоррор был готов поклясться, что не будь его с ними, все стало бы в сотню раз хуже: этот скелет забрал на себя все, что мог, не показывая ни капли слабости и стараясь ободрить по мере своих сил. Это было чудом на которое теперь уже почти никто не надеялся.       Они двинулись в сторону Хотленда минуя тварей по крыше им очень сильно помогала способность Эррора призывать нити и щупальца Найтмера. И крыши пока были единственным местом, куда твари не могли добраться – и то мысли о том, что твари могли бы добраться до крыши ещё хуже.       В Хотленде Блу, Рипер и Гено встретили их гробовым молчанием, лишь изредка разговаривая. Амельгаметы обезумели окончательно и теперь приставляли большую угрозу, чем отравленные монстры. ***       Блу, Рипер и Гено сидели в глухой обороне на крыше одного из строений. Блу откусили запястье один из заражённый, и весёлый-добрый юноша тихо требовал мертвенно-бледного Гено отрубить ему руку по локоть, чтобы инфекция не захватило все тело. Гено молча смотрел в стороны его плечи дрожали как и ноги.       В итоге Рипер это сделал; Гено, опустившись перед ним на колени, дрожащими руками начал прибинтовывать оставшуюся от руки обрубок, и в его глазах блестели слезы. ***       Рипер обнимая Гено спросил где же Киллер (он не хотел беспокоить глючного по его виду и по вещам которые он забрал от мертвого мужа и сына), Найтмер рассказал про смерть Киллера, но он рассказал так чтобы их не услышал Даст. Найтмер мог лишь смотреть, как у Рипера, Гено и Блу появляется ужас в глазах, а Блу с большим сожалением посмотрел на Даста которого успокаивали Эррор и Кросс.       Гено ничего не сказал ново прибывшим, и все же дальше группа выживших отправилось вместе, оставляя за спиной лишь смерть и идя лишь ей на встречу в надежде найти кого-то ещё. ***       Найтмер услышав от Чино и Оутера, что Дрима больше нет, Найтмер еле сдержал желания убить их с воплями о том, что куда они вообще смотрели, но возвышающаяся за спиной Чино и Оутера мрачная фигура Рипера и понимание, что ничего уже не исправить, немного успокоился и пошёл успокаивать Кросса который услышав о смерти Дрима начал плакать и кричать от душевной боли.       Эррор крепко жал кулаки и стиснул зубы и сказал, что отправляется дальше стоит немедленно: потому что отравленные сминали все на своем пути с лёгкостью.