Бульк.

Все было как обычно. Менди шла рано утром в десятый кабинет, который некогда был кабинетом математики. Но в последствии стал кабинетом геометрии и алгебры. Она догадывалась, что ей опять нужно выслушивать нудные речи учителя, шум одноклассников — в общем, школьная суета. Когда она подходила к кабинету, она заметила, что он даже не открыт. Тяжко вздохнув, она присела на лавочку рядом и начала глядеть в экран своего телефона. Потом из-за отсутствием интернета начала разглядывать трещинки, царапины и всё похожее на это. Вдруг к ней кто-то подходит и кладет руку на плечо. — Ам, девушка, можешь подсказать, где десятый кабинет? Я тут новенький и никого не знаю, и увидел только тебя тут. — М? Вот кабинет, — расправила руку Менди и направила указательный палец на закрытую дверь. — Раз ты новенький, то откуда ты? И как тебя зовут? — Да я Честер, а перевелся из другого города. Родители просто переехали, вот и поменял. И приятно познакомится! — Мне тоже очень приятно! — Кстати-и, — начал растягивать слова новый знакомый Менди. — Хо-очешь расскажу эпичную историю, как меня чуть не выгнали из школы в пятом классе? И можно мне присесть? — Д-да, конечно. И следующие несколько минут он участвовал в монологе с самим собой, к которому иногда подключалась Менди. Она либо спрашивала, либо посмеивалась. — Т-так, — сквозь смешки начала говорить Менди. — Т-то есть ты хочешь сказать, что ты взорвал кабинет английского, разбил треть посуды в столовой, а потом еще и выбросил чей-то рюкзак в окно и попал в прохожего?! Фига ты даешь, не думала, что ты на такое способен. — Засчитаю это как за комплимент. И да — я был самым забивным и опасным в моем классе и параллели. — Честер начал строить какие-то смешные гримасы, от которых у Менди начинали идти слезы смеха. *** — Так, класс, тихо! — проявлял своё недовольство учитель. — С этого года у вас будет учится новенький. Заходи и представляйся. Менди уже знала, что это будет Честер, но не знала, какая у него фамилия и много чего еще, и конечно, ей было бы интересно послушать его. — Аэ-э, всем здрасте! Я — Честер Уильямс! Приятно познакомится! Я перевелся из городской школы номер сто восемьдесят три города Лонгмонт. — Спасибо, Честер, иди садись к… Менди Тресс! Менди приветливо улыбнулась ему и направила взгляд на главную красавицу класса — Оливию Филлипс. Она смотрела на Честера также, как голодный лев смотрит на мясо. Видимо, он ей понравился, но Менди было как-то все равно. Оливия плюс ко всему была стервой, меняла парней как перчатки — поматросит и отбросит, буквально ее девиз. Поэтому ее «любовь» к Честеру была временной — потом она найдет какого-то мутного типа и влюбится в него, а он ее бросит. В прочем, это уже совсем другая история. *** Был конец учебного дня, их отпустили с последнего урока, так как у учителя на прошлом уроке что-то произошло, и он решил не мучать детей. — Хей, Менди! — Резко позвал ее Честер, напролом подбегая к ней. — А-А-А, ТОЛЬКО НЕ СНЕ… Не успевает Менди договорить, как ее тут же сносит этот бегун. Так уж получилось по иронии судьбы, что девчонка падает ему на грудь, а сам он падает на спину. — О-ой, п-прости п-пожалуйста… — виновато покосившись, говорит Честер. — Ты не ушиблась? Менди вдруг резко осознала, что она упала ему на грудь, и осторожно встала, сама помогая этому бегуну подняться. — Да нет вроде… Только больше так не пугай! — Ахах, прости, я не хотел. Ну так вот, ты пойдешь ко мне сегодня? Я просто хочу поближе познакомиться! — Хм-м, давай сначала ко мне зайдем, я там своих предков предупрежу, возьму все что нужно и пойдем к тебе, хорошо? — А, хорошо. Пока они мило болтали и отходили от падения, за ними из-за угла наблюдали две девочки — Коллет и та самая Оливия. Последняя была раздражена тем, что Менди клеится к «ее» Честеру. А Коллет лишь тихо взвизгивала от этой картины — она считала, что они точно будут вместе. *** — Ну вот, — сказала Менди. — Щас отпрошусь у родителей. Мы к тебе с ночевкой или без? — Аэ-э, ну давай с ночевкой… А давай на несколько дней? — он спросил это тихим голосом, глядя на нее щенячьими глазами, буквально умоляя ее об этом. — Мм, ладно, попытаюсь отпросится. Или пока в мою комнату, только ничего не трогай! — Хорошо-хорошо! Пока Менди ушла договариваться с родителями, Честер по ее приказу пошел к ней в комнату. Понять, где ее комната было несложно — если все двери в доме были более-менее спокойного цвета, то дверь в ее комнату была розовой, а на ней нарисована какая-то конфета. Когда Уильямс зашел в комнату, он увидел такую картину — не заправленная до конца кровать, одна подушка лежит на полу, на столе разбросаны тетрадки, канцелярия и шнуры. Также валялось несколько конфеток и несколько фантиков, а на стене висело два плаката — на одном был изображен метатель конфет и отдельное название каждой части, а на втором был подробный план, как изготовить карамель для этой пушки. Плакаты висели не ровно, а в самой комнате был бардак, и Честер решил ослушаться приказа ничего не трогать. Он осторожно и боязливо все это убрал, то есть: заправил постель и положил подушку на место, тетрадки собрал в одну аккуратную кучку, канцелярию в другую, а шнуры осторожно скрутил и положил на тетрадки. После этого он поправил плакаты и сел на кровать, став дожидаться Менди. Спустя несколько минут зашла Менди, и она, мягко говоря, была в шоке, ведь он, не взирая на ее слова ничего не трогать, все убрал. — Аэ-э, спасибо тебе, что комнату убрал… Просто я торопилась кое-куда, вот поэтому и оставила такой беспорядок. — Ой, не стоит благодарности, я же любя с добром к тебе. Ну так что, разрешили? — нетерпеливо спросил он. — Ах да, мне разрешили. Ну что, сейчас соберу рюкзак и пойдем к тебе, только несколько вещичек положить нужно. И давай мы эти несколько дней ко мне домой заходить будем, чтобы брать нужные вещи? — Зачем ты спрашиваешь? — удивился Честер. — Я же не собираюсь контролировать каждый твой вздох? Или у тебя уже был печальный опыт в отношениях? — М-м, давай лучше сейчас не будем об этом, мне не хочется это вспоминать… — А, извини, не хотел обидеть… — Виновато скосив взгляд, сказал Честер. — Да ничего, только не вспоминай больше об этом. — Последние слова Менди сказала с некой яростью и гневом, на что Честер решил благоразумно промолчать. *** — Ну вот, чувствуй себя как дома! Кстати, могу ли я тебя называть моей принцессой? — Последнюю фразу он сказал очень ласково, на что Менди смутилась и совсем тихо сказала: — Д-да, можно… Но у Честера был хороший слух, и поэтому после того, как он услышал утвердительный ответ, мило улыбнулся. На что Менди еще больше смутилась, но уже от его улыбки. Пока они доделывали домашку и бесились, наступил вечер. Они решили сначала посмотреть фильм, а потом поспать. Только вот Менди, которая смотрела на коленях у Честера, решила притвориться спящей. Он что-то спросил у нее, осторожно теребя ее прядь волос, но потом подумал, что она уснула. Тогда он решился на отчаянный шаг — поцеловать ее. На самом деле, он давно ее знал — он когда-то был в параллели от нее, но родители внезапно переехали в другой город. Он скучал по ней и вспоминал ее, и вот он наконец увидел ее вновь. И вот, он нежно целует ее губы, тем самым крадя ее первый поцелуй. Менди такого поворота не ожидала, и поэтому резко открывает глаза. — Ч-честер? — с ноткой сонливости спрашивает его принцесса. — Что ты делаешь? А у него уже глаза по пять копеек — он не ожидал того, что она не спит. — Амм, изви… Честеру не дают сказать его фразу. Менди нежно целует его. Ему требуется несколько секунд, чтобы все понять. — Т-так наши чувства?.. — Взаимны, Честер, взаимны. — Ах, моя принцесса! Я так рад этому! И Честер с силой начинает ее обнимать. — Э-эй, задушишь! — Ой, прости, принцесса. Я любя. Спустя несколько минут Менди уже безумно хотела спать, и поэтому решила спросить. — Честер… — не успевает договорить она, засыпая на его плече. — Ох, принцесса, ты уснула… Надеюсь, ты не против спать в обнимку со мной. Конечно, последний вопрос был бесполезным и риторическим. Она вообще не против спать с ним в обнимку.