Часть 1

Когда Менди перевелась в школу к Честеру, она сразу завербовалась как главная красавица. И правда, выглядела она прекрасно: лимонные волосы, аккуратно убранные в хвосты, прекрасная гладкая смуглая кожа, ненастоящая корона, опрятная одежда, носик, задранный вверх, и фигура как у куклы. Одним словом, она — королева. Многие девочки ей завидовали, а мальчики предлагали встречаться. Так как до этого она ни разу не была в этой школе, ей нужно было показать как раз-таки эту школу, чтобы она случайно не потерялась. Против своей воли выбрали Честера, который отпирался, говоря: — У меня и своих дел полно! Почему я, а не какой нибудь Высризубов Блеон, который за ней шастает как хвостик? Но так как его уже выбрал учитель, ему ничего не оставалось делать, как все-таки показать Менди эту чертову школу. Все думали, что отказывался потому, что он может быть по мальчикам, или не хочет потом получить от других поклонников манды . Но, на самом деле, Честеру все-таки нравилась эта мелкая. Он «отпирался», потому что боялся, что выберут другого или другую, кто может показать ей школу. Когда он только увидел ее вдали бесконечного коридора, он понял, что она будет первой, в кого он влюбится, только посмотрев на нее издалека. До этого он ни разу не влюблялся, поэтому про него пошел слух, что он далеко не по девочкам, раз не засматривается на них. Но это была не правда. Девочки, которые обычно подкатывали к индюку, были либо стервами, либо продажными. А некоторые просто ему не нравились. Характером или внешностью, например. В общем, Честер был чересчур привередлив. Впрочем, это уже совсем другая история. За день до занятий Честеру нужно было встретить Менди и показать ей школу. Когда он подходил к крыльцу, он заметил, что манда была уже там, в здании. Он увидел ее в окне школьной раздевалки, где она спокойно надевала на себя корону и поправляла свои лимонные волосы. Тогда Честер ускорился и буквально залетел в раздевалку. Менди лишь посмотрела на него удивленными глазами и продолжила поправлять прическу. Тогда огурец решил хотя бы ради приличия поздороваться. — Хей, привет! Ты же новенькая, да? — Честер решил пойти с самого идиотского вопроса. — Ну да, а что? Тебе сказали показать мне школу, да? — все еще смотря на него удивленными, глазами спросила Менди. — Пх, спрашиваешь! Конечно же мне поручили это важное дело! — тут Честер начинает показывать из себя какого-то силача Бабулу и строить рожи. Из-за этого недо-силача Менди начинает смеяться, причем так заразительно, что Честер от ее смеха упал на пол, омерзительно громко смеясь, заставляя смеяться еще сильней. — Хей! Тебе помочь встать? — все еще смеясь, спросила манда. — А-ха-ха! Я б-был б-бы не п-против! — дрожащим голосом сказал Честер. Менди сначала встает с лавки, поправляет юбку и идет уже к нему. Она пару секунд смотрит на эту смеющуюся рожу, а потом уже протягивает ему руку. — Эх ты, пошли давай, — поднимая его или даже утаскивая от объятий холодного пола, говорит Менди. — Хоть школу покажи, засранец. — Эй! Не обзывайся! Мелкая! — начал тут же дразниться Честер. И правда, он был выше нее самой почти на две головы. — Ах, это я мелкая?! — начала тут же возмущаться манда. — А ну иди сюда, шпала! Я щас тебе руки сломаю! Засранец ты высокий! Тут Менди начинает идти на него, причем с таким грозным видом, что и дурак бы понял, что она ничего хорошего не затеивает. Сначала Честер лишь веселился, но потом понял, что сейчас ему надают по его вредной жопе. С трудом осознав это, он начинает с ужасом смотреть на ее приближающуюся фигуру и колесить по всей раздевалке. Вдруг Менди резко кидается на него и толкает, дабы он упал. Но Честер успел схватить ее рукав, и они повалились вместе на пол. — Ауч! Ты хоть думаешь, что творишь? — с некой долей гнева спрашивает он. — А вот нефиг, — она легонько бьет его по щеке — называть меня так! — Так… А почему ты сидишь на мне? Неужели главная красавица школы сидит на мне, главном шутнике? — с зловредной улыбкой смотрит и говорит ей Честер. — Эй! Я н-ничего на тебе не сижу… — с долей смущения говорит она, поднимаясь с его паха. — И вообще, пойдем уже, иначе я так и не увижу школу эту. — Ладно-ладно, пойдем. Честер все же встает и выходит из раздевалки с Менди. Пока они идут, он начинает рассказывать какие-то истории либо с собой, либо те истории, которые он узнал от кого-то. Смеясь, манда изредка спрашивала про что-то, в основном про одноклассников и учителей. — Ну вот, мы и подошли к концу! И пошли я тебе покажу кое-что… — с загадочным видом произнес Честер. — Ладно? — с вопросительным видом говорит Менди. И Честер резко хватает ее руку и тащит на третий этаж к самой лестнице. — Видишь открытый люк? — говорит Честер, указывая на отверстие в потолке. — Ну так вот, это выход на чердак, а через него можно выйти на крышу. Хочешь? — А это не запреще… Честер прерывает Менди, дабы она не успела сказать то, что хотела. — Ой, да че ты паришься-то? Мне же сказали показать тебе школу? Сказали. А чердак — это тоже школа, и крыша, и подвал — это все школа. Так что не волнуйся, в случае чего отмажемся. — Ладно, я доверюсь тебе, — с долей надежды сказала Менди. Они никогда не были знакомы, но общались так, словно являются друзьями уже несколько лет. Спустя пару минут молчания Честер все же нарушает тишину. — Так, а вот тут я не понял. Здесь же всегда стояла лестница, где она? — Н-не знаю, — с дрожью произносит Менди из-за холода. — Может убрали куда-то? — Ну так-то да, потому что туда слишком уж часто лазили парочки и просто любопытные типы. И чего ты дрожишь? — глядя на нее, спросил Честер. Он не знал точной причины, но хотел ей хоть чем-то помочь. — Ай, да я не знаю, холодно че-то… — задумчиво произнесла манда. Вдруг он к ней приближается и шепчет на ухо: — Давай мы сейчас любыми способами заберемся на чердак, а через него на крышу? Не волнуйся, я однажды оставил на нем плед, когда проспорил своим друзьям и остался ночевать в школе. Я его тебе отдам… — тихонько и задумчиво произнес Честер. — Х-хорошо… Но я все еще не знаю твоего имени… — покраснев, со стыдом сказала Менди. — А? Ах да, прости, это я не сказал. Я Честер, но твое имя я знаю, Менди. — Спасибо! — радостно сказала мелкая. — Ну что, как теперь на чердак заберемся? — Хм-м, у меня есть один вариант… — задумчиво сказал Честер. — Не знаю, понравится ли он тебе… — Да говори уже! — возмущаясь, сказала Менди. — Я могу тебя сейчас посадить на свои плечи, и ты залезешь туда, — сказал он, указывая пальцем на этот злосчастный люк. — а оттуда ты спустишь вниз лестницу. Она там есть, я знаю. Пойдет? — Ну ладно, — сказала Менди, пожимая плечами. — только плед ты ищешь сам! — Ладно-ладно, сам отыщу. И они начали вершить свой план. Менди с некоторыми усилиями взобралась на его плечи, но дальше лезть побоялась. — Хей, ну чего ты там копошишься? Боишься? — спросил ее Честер. — Ну, есть такое… — Ой, да чего тут бояться-то? Берешь и лезешь, ничего сложного! — Ладно, только держи… Менди пришлось встать ему на плечи, и уже с его плеч забираться выше. Когда она все же проникла на чердак, она увидела такую картину: Разбросанные коробки с непонятным содержимым, чьи-то фотоальбомы, старые тетрадки и много всякого ненужного барахла. Среди всех этих вещей была как раз-таки деревянная лесенка, которая совсем не казалась хорошей. Возможно, если чуть-чуть сильнее на нее надавить, то она сломается. Вдруг из пелены ее мыслей отвлек голос Честера, все это время стоящего внизу. — Ну, что там? Лестница есть? — Д-да, есть, подожди… И, дрожа от холода, она стащила эту лесенку вниз к Честеру. Он быстро забрался по ней, несмотря на то, что она была на вид хлипкой. — Хей, тебе настолько холодно что ли? — подползая к ней поближе, спросил Честер. — Очень холодно… Здесь всегда так холодно? Ну, в школе? — Да не, это только в начале года так. В остальное время в ней вполне тепло. И подожди, щас найду плед… И Честер начал рыться в этих коробках, откидывая эти тетрадки и фотоальбомы куда-то в сторону. Спустя пару минут он все же из дальнего угла достал плед, который скорее напоминал одеяло своим теплом и размерами. — Ну, — радостно сказал Честер. — вот тебе и плед! — С-спасибо… — уже почти шепотом сказала Менди, закутываясь в плед. Спустя несколько минут томительной тишины ее все же решаются прервать. — Ну что, полезем на крышу? Не волнуйся, тут можно без лестницы обойтись, — жизнерадостно говорит Честер. — Ну, давай… — безразлично отвечает манда. — Эй, чего ты такая вялая? Устала что ли? — вопросительно на нее глянув, спросил Честер. — Ну да, и пойдем уже, раз ты так хочешь… Тогда Честер подполз к квадратному отверстию, ведущему на крышу, и, осторожно ударив ее, выбрался наружу. — Где ты там, Менди? Тут тепло, не волнуйся! — самодовольно сказал Честер. Только вот одному ему было тепло — всем остальным, кто не был таким же, было холодно. Ему пришлось сначала взять ее плед, а потом уже вытащить ее саму. — Ну что, красиво? — с надеждой спросил индюк. И вправду, на улице было красиво — немного темных облаков, солнце и постепенно начинающийся закат. — А тут довольно неплохо… Только плед отдай, щас замерзну насквозь! — яростно сказала манда. — Да-да, держи. Он отдал ей плед, все ближе пододвигаясь к ней. Внезапно он обнял ее и, глядя в глаза, начал говорить: — Знаешь, Менди, не считай меня очередным подкаблучником, но ты мне реально до безумия понравилась, как только я тебя увидел… — у Менди тут же покраснели щеки, и она отвернулась. — Ты просто очаровала меня. У тебя прекрасное личико со вздернутым носиком, прекрасные лимонные волосы, прекрасная фигура и корона… Я понимаю, что ты, скорее всего, любишь другого и будешь высмеивать меня, но я должен был это сказать… Когда Честер все же закончил говорить, Менди соизволила повернуть к нему свое красное, как вареный рак, лицо и начать шептать, стараясь, чтобы он услышал. — Знаешь… Никто из этих поклонников мне не понравился настолько сильно, как ты. У тебя прекрасные волосы, ты высокий и довольно сильный, мне нравится твоя простота … Когда Честер все же услышал это, его переполняли чувства радости. Он и не думал, что красавица школы будет отвечать взаимостью ему, шутнику. Тогда, радостно и в то же время осторожно взяв ее щеки, он затянул ее в нежный поцелуй. Так они целовались на фоне заката, и им было на все и всех плевать.