Не расскажу

Сердце начинало ускоряться при одном взгляде на Дерриер, но слова нежности и привязанности не выходили наружу, оставаясь навечно запечатанными, невысказанным, темными лентами глубок внутри. Они сдавливали горло, забивали лёгкие, но их него не вырывался даже кашель. Лишь абсолютная тишина была ответом на ту бурю чувств и эмоций, что была глубоко внутри него.