⛧ 31. Фейерверк

– Я просто сейчас хочу объесться имбирного печенья с чаем и больше сегодня не функционировать вообще, – объявила я во всеуслышание, открывая дверь в его спальню чуть ли не пинком. – Какой у нас там кстати чай?  – Пряный апельсин с хвоей и розмарином.  – Звучит неплохо, – раскинув руки, я с размаху упала на кровать прямо в плаще и сапогах.  Из такого положения его лица я больше не видела, но готова была сотку поставить на то, что он поморщился от столь вопиющего нарушения дисциплины. Эта мысль меня почему-то развеселила.  Князь позаботился о том, чтобы я не делала «глупостей». В своём стиле, правда, гениально и просто – не оставил мне на них времени, загрузив по самые уши.  Правда, кажется, немного переборщил. Он уже успел засветиться в главном зале, где сейчас шёл праздник, а я только минут пять назад выбралась из-под горы работы, которую он на меня свалил. Ещё утром я планировала добраться до праздника и всех там как следует переобнимать, а сейчас мне хотелось только… впрочем это я озвучила минутами двумя ранее.  Поэтому не было ничего плохого в том, чтобы чуток его побесить.  – У меня есть план получше. Хотя он тоже, в общем, не исключает чай. Рядом со мной на подушку приземлилось что-то увесистое, я повернула голову, чтобы с удивлением обнаружить рядом с собой термос.  – Княже! Ну куда ты опять хочешь меня тащить, я ведь только пришла.  Вместо ответа он пересёк комнату и распахнул окно, впуская в жарко натопленную спальню морозный зимний воздух. Без усилий забрался на подоконник и только тогда обернулся ко мне, окинув вопросительным взглядом.  – Так ты идёшь?  – В окно? Ого, я заинтригована, – сгребая в охапку сразу себя и термос, я подскочила на ноги.  «Под конец такого года как раз самое оно в окно выйти» – только и успела подумать, падая вслед за ним в морозную ночь.  *** Отсюда было видно Пандемониум – практически весь. Огромный замок, город в городе, вздымающийся башнями в густые тёмные облака. Окна, подсвеченные мерцающими гирляндами, обещали тепло и уют, атмосферу праздника. И здорово было вот так наблюдать за ними со стороны, отхлёбывая горячий чай из термоса. Какой у нас там чай, к слову? Пряный апельсин с хвоей и розмарином, кажется. Надо будет ещё такого достать.  Было тихо. Так по-особенному тихо, когда ни души на километры вокруг, только снег скрипит под ногами.  – Ну и местечко ты выбрал, мягко скажем… уединённое, –  я усмехнулась в шарф, стараясь развеять неловкость, но её краски только сильнее сгустились над нами. – Мы фейерверк-то хоть отсюда увидим?  – Я обещаю, что отсюда видно отлично будет. Я смотрел.  – Почему ты смотрел фейерверк отсюда? – я вскинула брови со смешком.  Нет, я без осуждения, но ведь у тебя было столько опций: главный зал, та веранда, на которой все для этого собираются, в конце концов, собственный кабинет. Почему из всех вариантов ты выбрал наблюдать за главным событием праздника из заснеженной пустоты, в которой нет никого, чтобы протянуть тебе руку?  Он молчит, но страшная догадка вдруг сама собой подбирается ко мне из-за спины, чтобы рухнуть на плечи. Это… из-за меня?  Это ведь первый год, который мы встречаем вместе после моего супер-длительного, неприлично затянувшегося отпуска на две тысячи лет. Как он вообще прожил их, все эти годы, как встретил все эти две тысячи праздников, в каждый из которых твои утраты обнажают себя так остро? Он приходил сюда, выбирал одиночество, потому что в какой-то момент притворяться стало невыносимо, и от одной мысли этой у меня перехватывает дыхание.  – Что мы вообще празднуем посередине зимы? – я спрашиваю в воздух с грустной усмешкой.  Князь пожимает плечами:  – Жизнь.  Он привлекает к себе, целует с неожиданной нежностью, как самое драгоценное сокровище. «Оу щит,» – думаю я, чувствуя, как начинают дрожать колени. И год назад, когда он был здесь, на этом месте, и многие годы до этого он всегда загадывал только одно желание. И сегодня оно исполнилось.  В небе над нами распускается первый огненный цветок невероятной красоты.  Выдыхая, шепчу в его губы:  – Спасибо, что подождал.