Рождественская проблема [Томиока х Шинобу]

На оживленных улицах Токио, несмотря на холодную погоду снаружи, все магазины района были переполнены людьми, как взрослыми, так и детьми, которые переходили из магазина в магазин, с легкостью выстроившись вдоль тротуаров большого проспекта. Очевидно, поскольку это было Рождество, большое скопление людей, которые делали покупки в последнюю минуту или собирались на семейную прогулку, было неизбежным. Может быть, только за одним исключением. Шинобу Кочо. 18-летняя ученица последнего года старшей школы, с короткими волосами, черно-фиолетовыми на концах оттенками, в сочетании с ее красивыми глазами. На ней был белый свитер с желтыми деталями и черные джинсы, а также лавандовый шарф, прикрывающий все еще розовые губы. Эта девушка шла в сторону близлежащего парка, стараясь не быть унесенной окружающим ее морем людей. Несколько сложно из-за ее маленького телосложения и небольшого роста для ее возраста. Несмотря на то, что это свидание обычно было одним из ее любимых, так как это было прекрасным предлогом, чтобы отказаться от своего фасада зрелости и иметь возможность немного больше демонстрировать привязанность к своим любимым сестрам, красивая девушка обнаружила, что идет с головой в одиночестве, но на этот раз было что-то другое. ---.-.-.-.-.-. За несколько часов до .-.-.-.-.-.-.- - Как? Что ты имеешь в виду? — спросила Шинобу, глядя на свою старшую сестру, надеясь, что она неверно истолковала слова, подразумеваемые в разговоре. - Я хочу сказать, Шинобу-чан, что Танджиро-Кун и Санеми-сан придут к нам пообедать, - небрежно сказала ее сестра Канаэ, забавляясь, ставя на стол приборы. - Что странного? – спрашивает Канаэ, угадывая ход мыслей ее сестры. - Что тут странного? Ни-сан! Ты не упоминала об этом до сегодняшнего дня! И всегда только мы празднуем этот день, почему в этот раз должно быть по-другому? Вздохнув и покачав головой, старшая из семьи Кочо перестала обращать внимание на лежащие перед ней покупки, подошла к сестре и понимающе положила руку ей на плечо. -Ара, ара, но с большим количеством людей всегда веселее! – После легкого смеха, который не разделила пурпурноглазая девушка, она продолжила. – Послушай, Шинобу, Рождество – это время провести его с любимыми, не так ли? Ты знаешь, что Канао всегда было очень трудно найти людей, которые понимают ее, чтобы иметь возможность открыться другим. Ты помнишь тот день, когда мы узнали, что у этой непослушной девчонки есть парень? Мне чуть не пришлось связать тебя, чтобы ты не задушила и не отравил того парнишку... Она была очень рада, когда я предложила привести его на ужин, и что мы принимаем его в качестве гостя. А что касается Санеми-сан... Мы встречаемся уже 2 года, тебе не кажется, что я хотела привести его домой еще раз? Я знаю, что тебя это беспокоит, потому что с ним может быть трудно иметь дело в плане общения, особенно потому, что он совсем не понимает Канао, но я люблю его так же сильно, как и тебя, и он показал мне, что тоже любит меня и пытается лучше ладить с Канао и тобой. Ты можешь дать ему шанс, пожалуйста? – заключила женщина с лучезарной улыбкой, надеясь переубедить сестру. На самом деле Шинобу не потребовалась целая речь, чтобы уступить своей любимой сестре, одного умоляющего взгляда или детского жеста, такого как надутые губы, которые она делала раньше, было бы достаточно, поэтому она могла только опустить голову и выпалить: "Хорошо", прежде чем услышать, как ее сестра эмоционально аплодирует и обнимает ее, как девушку, чья прихоть исполнена. ---.-.-.-.-.-. подарок .-.-.-.-.-.-.- Не то чтобы Шинобу не любила их обоих, напротив, она была очень счастлива, когда узнала о любовном положении своих любимых сестер. Канаэ взяла на себя роль матери для обоих сестер с раннего возраста, по этой причине большая часть ее жизни была посвящена благополучию ее сестер, не заботясь о своем собственном. Вот почему она подпрыгнула от счастья, когда узнала, что ее любимая сестра нашла мужчину, с которым она могла бы наслаждаться своей жизнью и быть счастливой, хотя у нее не было той… устрашающей, мягко говоря, внешности, которая на что она рассчитывала. Но это не имело значения, лишь бы это делало ее счастливой. Канао, со своей стороны, присоединилась к своей семье незадолго до великого несчастного случая, унесшего жизни ее родителей, по сравнению с которым она не была в своей семье долгое время, хотя это не повлияло на большую привязанность. Замкнутый и сложный характер Канао заставил ее в значительной степени заботиться о себе самой, хотя она старалась не показывать этого. Так велико было ее удивление и беспокойство, когда она узнала о своем ухаживании за юным Камадо, мальчиком, с которым она несколько раз встречалась в старшей школе. Он не был похож на плохого человека, или, по крайней мере, ей не было страшно просто видеть его своим "шурином" от старшей Кочо. Может быть, она просто расстроилась, потому что хотела провести Рождество всей семьей со своими сестрами и ни с кем больше, но часть ее знала, что это не совсем так? А может быть, она просто... Заблудившись в собственных мыслях, она лишь приостановилась, наблюдая, как ноги пересекают ее путь, не собираясь, очевидно, позволить ей продолжить путь к близлежащему парку. - Простите, сэр, не могли бы вы подвинуться? - спросила она самым мягким тоном, на какой только была способна, надеясь, что он позволит ей продолжить путь, но получила лишь невозмутимое молчание. Не получив ответа, и учитывая, что рядом с ней спешила масса людей, отчаянно занятых своими покупками и проблемами, ей ничего не оставалось, как поднять лицо, чтобы дать понять старику, чтобы тот убрался с ее пути. - О, почему я не удивлена, что это ты? На несколько сантиметров выше ее стоял молодой человек с темно-синими глазами, черными волосами, завязанными в хвост, одетый в черный плащ, который в основном закрывал его, и клетчатый шарф, который любопытно начинался узором из зеленого и желтого цветов, а затем переходил в коричневый оттенок, кроме того, на одной из его рук висели пакеты с покупками. - Ты все так же раздражаешь, Томиока-сан. -.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.- Сидя на гамаке в парке, Шинобу закончила рассказывать Томиоке, почему её сейчас нет дома. Он не спрашивал и, скорее всего, не спросит, но Шинобу слишком хорошо знала своего соседа и нынешнего учителя физкультуры, и его взгляд выражал интригу и больше всего - беспокойство, что она оказалась на в такое время одна. - Ясно... Но я не могу понять, что тебя беспокоит. С одной стороны детской площадки, прислонившись к ее опоре, стоял черноволосый мужчина, скрестив руки, и внимательно слушал рассказ девушки. Она не ожидала, что он поймет, она даже не знала, почему она так много говорила, слова просто лились из нее, когда она встречалась с ним взглядом. - В этот раз, в честь Рождества, я признаюсь, что вы неплохо мне помогли своей компанией, Томиока-сан, - сказала девушка и слегка усмехнулась, сама признавая, что вела себя неразумно и не могла осознать собственного дискомфорта. От легкого покачивания гамака, в котором она лежала, девушка закрыла глаза и устроилась поудобнее, чтобы насладиться холодным зимним ветерком. Мужчина с напряженным синим взглядом смотрел на нее, пытаясь разгадать ее мысли. Хотя он не говорил об этом открыто, он очень уважал сестер, ведь всю свою жизнь он прожил рядом с ними, и они были более чем добры к нему, когда он больше всего в этом нуждался. Он до сих пор помнит Рождество, проведенное в детстве в доме Кочо вместе с сестрой Цутако и их родителями. Можно сказать, что они оба были для него друзьями детства. Может ли это быть...? - Шинобу-сан, ты расстроена, потому что ты единственная, у кого нет парня? Было бы неправдой сказать, что ее не раздражало, что бывший семпай так быстро пришел к такому выводу. -Ара, Ара, у вас, кажется, тонкий нюх, - язвительно проговорила девушка, "дружелюбно" улыбаясь ему, - А почему вы спрашиваете? - Мы иногда после работы вместе с Канаэ-сан ходим выпивать... Она часто упоминала, что тебя интересует один парень, но ты не можешь с ним сблизиться... Ну, по крайней мере, такова была версия Томиоки, потому что из уст доброй женщины Канаэ, доносились только фразы типа "Он идиот, как можно быть слепым" или "Надеюсь этот придурок поймет ее намеки, а иначе она его придушит". Шинобу на мгновение напряглась, надеясь, что ее дорогая сестра не переборщила с языком в одном из этих разговоров. Ей предстоял серьезный разговор с сестрой при первой же возможности. - Ну, да, я влюбилась в придурка, доволен? Оставив мягкое покачивание детского аттракциона, девушка встала с гамака и прошлась, чтобы встать перед собеседником со сложенными руками, - При чем тут рождественский ужин? -спросила она защищаясь. Гию на несколько мгновений задумался под пристальным взглядом Шинобу, которая приподняла бровь, ожидая его заключения. - Я думаю... Я думаю, что тебе просто одиноко. А твоя сестра... Канаэ-сан уже взрослая женщина и давно живет с другим мужчиной, я не удивлюсь, если Шинадзугава-сан вскоре сделает предложение твоей сестре, и согласись, что Канао уже не ребенок, который приходит к тебе каждый раз, когда у нее возникают проблемы, теперь она нашла человека, который позаботится о ней и с которым она может открыть свои чувства, она уже не тот зависимый ребенок, которым была раньше... По мере того, как этот невыразительный мужчина говорил, Шинобу могла только расслабить мышцы и опустить взгляд, пока не испустила долгий вздох. "Да, я знала это. Но услышать это из уст других - совсем другое дело." Она понимала, что это всего лишь детская ревность, что она любит своих сестер и всегда хотела бы быть с ними, но мысль о том, что другие люди могут дать им всю любовь, которую они хотят, и заполнить то пространство в их сердцах, которое она сама не может заполнить, была для нее тяжело. Она должна была смириться с тем, что не будет единственной точкой привязанности в жизни Канаэ или Канао, но было трудно полностью допустить, что они сумели найти счастье в средоточии своей любви и получить взаимность, уйдя с дороги. А услышать это из уст парня с невыразительным лицом, в которого она всегда была влюблена, было еще сложнее. - Вы знаете, Томиока-сан? Впечатляет, что такой имбецил, как вы, может прийти к таким выводам, когда вы даже не можете купить ужин, не попав в беду... - Гию только нахмурился, глядя на нее,. - Но, наверное, вы правы... - Если я могу купить ужин... - прошептал он в ответ. -Да, да, как скажете... - покачав головой, она поспешила ухватиться за свободную руку голубоглазого мужчины - Ну-ка, проводите эту прекрасную даму домой, она уже проголодалась, да и остальные, наверное, очень волнуются, что будет с такой нежной бабочкой, как я... - не встретив ни сопротивления, ни возражений, сказала она ему Гию просто кивнул головой в знак согласия и стал медленно идти, не замечая улыбки девушки. "Ну, если он не будет с нами на ужине, то я хотя бы смогу провести с ним время" - подумала Шинобу про себя -.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.-.- Уже на крыльце дома сестер Кочо, Шинобу вырвалась из рук своего спутника и постучала в дверь, сообщая о своем возвращении. Канаэ вышла из дома и обняла сестру, беспокоясь, что с ней что-то случилось, и злясь, что та не отвечает на ее звонки. Выругавшись и позвонив Канао, что Шинобу вернулась, она поприветствовала Томиоку, который остался в стороне от семейной встречи. - А где Канао? Я думала, она будет дома с вами. - Она несколько минут назад ушла с Танджиро-куном искать тебя, она очень за тебя волновалась, надеюсь, ты извинишься перед ней, когда вернешься. Затем она откланялась, сказав, что ужин уже давно готов и ей нужно накрыть на стол до прихода Санеми, и попрощалась с соседом, но не поблагодарив его за сопровождение сестры. Оставшись один, черноволосый мужчина произнес. - Я думаю, мне пора идти, я хотел бы заехать на кладбище до полуночи, - сказал он и начал рыться в сумке с покупками. Прошло уже немало времени после смерти его сестры Цутако, но Гию каждое Рождество навещал ее могилу, и это была еще одна причина, по которой он перестал встречать Рождество в этом доме. - Счастливого Рождества. Под пристальным взглядом Шинобу, мужчина достал небольшую фиолетовую коробочку и протянул ей, когда она отвернулась. Студентка, сохранив самообладание, взяла коробочку и открыла ее, обнаружив серебряное ожерелье с бабочкой в центре. Оно было очень красивым. - Томиока-сан... Я... - девушка не могла вымолвить ни слова, очарованная подарком и чувствуя, как на побледневших от холода щеках появляются краски, согревая их по мере того, как они краснели. Оба юноши повернулись и увидели Канаэ, прислонившуюся к ближайшему к входу окну, но Санеми втащила ее в дом, отругал и заговорил об уединении, после чего закрыл шторы. -Ни-сан... Не слушай ее, Томио... Не успела она повернуться, как Шинобу почувствовала мягкую кисть на своей щеке, совсем близко к губам, а затем увидела, что Томиока встал прямо, вернувшись в исходное положение. - Пожалуй, это свидание, чтобы быть честным с самим собой... До скорого, Шинобу-сан. И с тонкой, почти незаметной улыбкой черноволосый мужчина попрощался и стал уходить, не оглядываясь. Лицо Шинобу стихло, все еще пребывая в шоке. -Му... Ты заплатишь за это Томиока-сан... И с этими последними словами, с горящим лицом и колотящимся сердцем, Шинобу решила наконец войти в свой дом. -.-.-Конец-.-.-.-.