Ночной разговор

      Море было умиротворённым и спокойным. Волны с тихим рокотом обрушивались на берег и тут же убегали, будто испуганные зверьки. Лёгкий ветерок трепал мои распущенные волосы, обдувая лицо. Ночь была на удивление тихой, тёплой и безмятежной. Лишь чёрный туман, что вечно скрывал горизонт от взгляда, портил всё удовольствие.       Я скосила глаза в сторону и посмотрела на Глорию фон де Кастаньетту, что сидела рядом со мной и рассматривала ручку своего кинжала. Её выражение лица было холодным и непроницаемым, лишь блестящий здоровый глаз, не скрытый повязкой, выдавал внутреннее эмоциональное состояние.       Я невольно нахмурилась. Что творится в голове у этой женщины, известно лишь одной Матери Луне или Морскому Дьяволу. Сколько раз я пыталась понять её действия или объяснить эту жуткую ненависть к моей семье, но, увы…       Радовало лишь то, что Глория более-менее хорошо относилась ко мне. Впрочем, если она была не в духе или сильно выпила, то и я, пускай ненадолго, но превращалась во врага.       «Мы очень разные, однако у нас всё равно есть много общего. Куда больше, чем ты думаешь. Именно поэтому мы не можем быть врагами, в противном случае обе потерпим поражение».       Только сейчас я поняла смысл этой фразы, брошенной мне пираткой в нашу первую встречу. Да, мы и правда чем-то похожи. От этого осознания по коже бегут мурашки, и хочется забыться, не зная ничего.       Я вырвала из рук женщины нервировавший меня кинжал и вонзила его в песок между нами по самую рукоятку. Губы Глории скривились в ухмылке:       — Кажется, кто-то не в настроении.       — Не в этом дело, — я вздохнула, а затем тихо добавила: — Просто я боюсь.       — Не трусь. Обстановочка и так хуже некуда, не хватало ещё, чтобы самая могущественная ведьма начала истерить.       — Вот этого-то могущества я и боюсь. Сначала я отнеслась к своим способностям с интересом, однако теперь, когда я так сильно изменилась и превратилась в дитя тьмы…       — Ой, да я тебя умоляю. Внешне и внутренне ты же всё равно осталась той самой доброй и женственной Валентиной, — ухмылка сменилась снисходительной улыбкой.       Видя, что пиратка настроена на спокойное общение, я собралась с духом и выпалила:       — Я хочу поговорить про отношения между тобой и моими родными.       Глория насупилась. Ко мне тихонечко подошёл Снежок и прижался к ногам. Я ласково погладила любимого кота по голове и посмотрела на женщину.       — Нечего тут говорить, — наконец жёстко произнесла Глория. — Столько лет прошло, что я уже просто не могу остановиться.       — Надо. Будь сильнее той тьмы, что живёт в тебе. Рано или поздно всё равно будет битва, так что же? Ты будешь сражаться на стороне Гнили, лишь бы только причинить дедушке Сэмюэлю боль?!       — Сражаться на стороне Гнили — гиблое дело. Я прекрасно понимаю, что происходит и не намерена присоединяться к абсолютному злу. В конце концов, ни одна ненависть, ни одна вражда не стоят того кошмара, что творится сейчас.       Я облегченно выдохнула. Всё же в словах Глории был здравый смысл, значит, ещё не всё потеряно. Это осознание придало мне сил.       — Значит, во время битвы ты будешь на нашей стороне?       — Угу.       — Тогда как насчёт того, чтобы уже сейчас заключить если не мир, то хотя бы перемирие?       Глория неопределённо хмыкнула и, выдернув кинжал из песка, спрятала его за пояс брюк.       — Время покажет.       Море тихо рокотало. Волны мягко набегали на песок. Я обернулась и посмотрела на город, что раскинулся позади нас. Лучше всего мне был виден небольшой бар. Его двери были распахнуты, ярко горел свет, освещая небольшой участок ночной улицы. До моего слуха донеслись бодрые, местами пьяные голоса жителей Сактарнума. На входе я заметила бабушку. Она неспешно потягивала напиток из кружки и внимательно наблюдала за мной. Я улыбнулась и махнула рукой, показывая, что всё в порядке. Женщина слегка кивнула мне, продолжая следить.       Часы на городской башне пробили полночь. Пора было возвращаться домой. Несмотря на то, что рядом со мной была бабушка, а где-то невдалеке — дедушка, мама очень сильно переживала за меня. Особенно если учесть, с кем я разговариваю. Если меня не будет дома к часу ночи, то мама весь город вверх дном перевернёт, пока меня не найдёт. Даже зная, что я задержалась по делу или нахожусь с кем-то из членов семьи. Несмотря на то, что прошло уже больше двух лет со дня моего воссоединения с семьёй, мама всё так же продолжала переживать, стараясь всячески уберечь и защитить меня. И я была благодарна ей за это.       Я очень люблю как маму, так и всю нашу семью.       Глория бесшумно поднялась на ноги и посмотрела на море. Сейчас её лицо напоминало застывшую маску, а взгляд был как у человека, который отчаянно пытался скрыть внутренние переживания.       — Мончето скэтсен, — вновь тихо повторила женщина по-эльфийски.       Волны с мягким шумом накатывали на берег, лёгкий ветерок овевал лицо. Сегодняшняя ночь была как никогда спокойна. Всё было хорошо… Пока.       Пока стоит защитный щит. Пока магическая черта-граница всё такая же мощная и сильная, как сейчас. Пока мы можем сдерживать Гниль. Пока мы вместе.