Идея

- Сценарий и повествование будет отличаться от книжного. Это никак не повлияет на сюжет. Это режиссура и сценарий аниме, в этом особенность адаптаций. Итак открывающая сцена. Аниме начнётся с умирающего героя. Закадровый голос, к которому мы вернёмся позже. Локация не известна, мы поиграем с ракурсами и освещением так, что невозможно будет понять где именно он находится. Может какая-то подворотня или заброшка, зритель не будет видеть всей картины. Всё, что могло бы дать точный ответ будет находиться за кадром, поиграем со зрителем, заставим поёрзать на жопе, чтобы зрителю хотелось сдвинуть край изображения хоть на пару миллиметров, дабы увидеть что там. Самого персонажа мы тоже полностью не покажем, мы не дадим зрителю представления как именно он выглядит. Первое от героя, что увидит зритель, это небольшая часть лица, глаз. Взгляд совершенно безучастный, никуда не смотрящий, знаете как в аниме рисуют глаза у умирающих и мёртвых персонажей, вот эти тусклеющие. Закадровый голос кстати будет вещать во время этой сцены. Он будет медленно, тихо и, не знаю как выразить, убито говорить что-то вроде "Где я? Как я здесь оказался? Точно. Значит они всё-таки замучили меня..." Естественно паузы, интонация, все дела, найдём кого-то на озвучку. Что там у нас с персонажем. Всё ещё не давая представления о его общей внешности, мы покажем некоторые фрагменты крупными планами: его раны и растекающуюся под ним кровь. Так же мы не дадим понять во что именно он одет, одежда будет тёмной, а картинка в этой сцене будет затенена, так что можно будет определить только то, что он просто в чём-то тёмном. Важно чтобы его волосы, остальное лицо и размеры тела оставались за кадром. История будет развиваться в прошлом. В котором к слову у героя другой цвет волос. Зритель не должен знать, что герой точно не умрёт, пока у него не будет такой-то причёски, такой-то одежды, пока он не достигнет определённого возраста, роста, телосложения. Зритель должен переживать за героя всегда, он должен опасаться, что худшее может произойти в любой момент, так зритель будет вовлечён, не останется равнодушным. Итак, эта сцена будет длиться секунд двадцать-тридцать, но мы должны хорошо её проработать, чтобы у зрителя возникли вопросы, и теперь ему нужны были ответы. Так мы вовлечём зрителя, сделаем интересный и при этом простой режиссёрский ход. Без каких либо объяснений сцена сменяется. Мы снова видим ту же часть лица с тем же глазом героя, но лицо чуть отличается, так, что зритель этого и не заметит, но обратит внимание на глаз. Взгляд будет в этот раз нормальный, смотрящий куда-то, живой. Картинка застынет на пару секунд в тишине. После камера станет отдаляться, показывая на всё лицо героя, размытый фон за ним, всё дальше и дальше, по зритель не увидит героя по пояс. Пропорционально отдалению камеры начнут появляться и звуки. Звуки школьной жизни, голоса детей и т.п. Герой предстанет ребёнком лет десяти, сидящим за партой в классе. В этой сцене нужно использовать тёплые и яркие тона. Наконец начнётся музыкальное сопровождение, что-то лёгкое и незамысловатое. Следующие минут пять-десять мы просто показываем спокойную школьную жизнь героя, это подробно прописано в сценарии. Сейчас пробежимся в кратце. На вид простой ребёнок, в простой младшей школе. Он сидит на уроках, с ним общаются другие дети, он мечтательно смотрит в окно. Да ребёнок немного тихоня, да он несколько в стороне от остальных, да он хилый, но ничего страшного или необычного не происходит. Саундтрек и картинка расслабляют. После школы парень идёт домой, к слову зритель уже знает его имя и фамилию, ведь в школе одноклассники и учитель обращались к нему. В момент когда мальчик приблизится к дому, музыка плавно но быстро должна измениться. Основной мотив мелодии останется тем же, но звучание изменится. Оно должно стать тревожным и гнетущим. Не знаю как именно вы собираетесь это сделать, добавлением звуковых эффектов, сменой аранжировки, замедлением и увеличением громкости, это по вашей части. Героя нужно будет изобразить со спины перед домом, максимально маленьким на его фоне. Ребёнок будет находиться в центре изображения, а дом будто увеличиваться и давить на него со всех сторон. То-бишь в центре изображения на первом плане главный герой, очень маленький, а со всех сторон от него пустота, больше ничего не должно быть на первом плане, только давящая пустота. На втором плане и фоне у нас дом, занимающий весь кадр от края до края. Ну или если вам покажется, что это выглядит не очень, то в нижнюю часть земли можно добавить землю, или ещё что, на ваше усмотрение, сенсей. - На протяжение всего повествования, между взмахов рук и прочих жестов, Кавабата рисовал схематичные раскадровки в стиле палка, палка, огуречик - получился человечек. - Помните я говорил про тона? Так вот, теперь, когда герой стоит перед домом, тона должны быть тусклые и холодные. Все сцены в доме и рядом с ним должны быть в таких тонах. Сцена сменяется. Персонаж уже находится в доме, музыка становится более спокойной. Происходит простой быт, ничего сверхъестественного, просто довольно холодные семейные отношения. Подробнее описано в сценарии. Но музыка будет медленно и плавно постепенно меняться, начинать давить, вызывать чувство дискомфорта. Да и с происходящим на экране всё не так просто. Зритель должен начать испытывать чувство, будто сейчас что-то случиться. Вот-вот произойдёт что-то плохое. И когда мы дотянем это до апогея, начнётся действие, родители начнут бить, унижать и издеваться над ребёнком. В красках покажем его страдания и приправим это флэшбеками с его закадровым голосом, из которых будет ясно, что дома это постоянно происходит с героем, что родители издеваются над ним уже давно. Будем чередовать моменты из флэшбеков и реального времени. Под конец действа мать начнёт "умывать" героя, топя его лицом в раковине, из-за чего вода расплескается по ванной комнате. Мать скажет, что мелкий ублюдок устроил тут бардак, и скажет, чтобы он не выходил из ванной комнаты, пока ну уберёт тут всё, после чего она его отпускает и выходит из комнаты. Ребёнок падает. Он лежит на холодном мокром кафельном полу. Мы видим крупным планом часть его лица, безучастный взгляд заплаканного глаза. Звучит закадровый голос. Крупными планами показывают синяки и ссадины от побоев. Скажем так, отсылка, чуть не копирование начальной сцены. Но теперь нам показывают героя и окружение целиком, мы видим всё, больше нечему прятаться за кадром, где-то за краем изображения. У зрителя создаётся впечатление, что в начале серии герой лежал точно в такой же позе, как и сейчас, пусть он сам этого и не видел, потому что этого и не показывали, это было за кадром. Конец. Врубается опенинг. Да, мы должны показать опенинг в конце серии, многие студии делают так в первых сериях, и мне кажется что тут, это будет смотреться удачно. И вот она, пилотная серия, готова, мы покажем её, и скорее всего получим финансирование и разрешение на разработку целого сезона.