Начало. Адриан.

      День не задался с самого начала. Сначала всё было отлично. Солнце было единственным объектом, бороздившим океан небосвода. Я проснулся в отличном настроении и как обычно вышел на балкон из моей комнаты. Передо мной открылся замечательный вид на сад, спроецированный руками моей матери для нас с братом. Когда мы были маленькими, я и мой брат любили играть в прятки с нашей матерью в этом саду. Обычно мы прятались за высокими стенами самшита. Мы тогда не понимали, как мама находила нас так быстро, но нам с ней всегда было весело. Да уж. Сейчас всё совсем не так. Мама умерла во время последней вспышки чумы. Мы даже не смогли с ней попрощаться. Отец закрылся в себе и днями не выходит из своего кабинета. Он отрывался от работы только тогда, когда ему нужно было идти на королевский совет. Мой брат, Феликс, человек с вечно не сходившей с лица улыбкой, перестал улыбаться. Он стал бесчувственным и холодным, но только не со мной. Со мной он остался тем же, хотя события всё же повлияли на него не в лучшую сторону.       Воспоминания нахлынули на меня с такой силой, что ностальгия не давала мне идти и встречать очередной сумасшедший день во дворце. Здесь было так хорошо, что душа пела, а печаль придавала этому моменту свой особенный оттенок.       — Ваше Превосходительство! Завтрак подан! — послышался из двери голос дворецкого.       — Скажи отцу, что я буду через 10 минут.       Что ж придётся всё-таки покинуть свой уголок и отправиться навстречу дворцовым интригам. Я спустился в обеденный зал, как и обещал. За столом уже сидел Феликс и отец.       — Адриан, нам опять приходится тебя ждать. Если ты ещё раз опоздаешь к приёму пищи, то мне придется приставить к тебе слуг, — отец сидел ко мне спиной, но это не помешало мне понять, что его утро не задалось.       — Хорошо отец, такого больше не повториться. Доброе утро, Феликс, — понимая, что с отцом препираться не стоит, я решил добавить в наш семейный завтрак нотки беззаботности.       — Тебе того же, братец, — Феликс всегда встаёт ни свет ни заря, поэтому для него это уже был второй завтрак. Он как всегда пил крепкий кофе с круассаном или другой выпечкой из пекарни семьи Дюпен-Чен. Говорит, что их круассаны лучшие во всём королевстве и за его приделами, но я к своему стыду, а впрочем и без него, никогда не был любителем такого хлебобулочного изделия как круассан, поэтому ни разу не пробовал эту внеземную вкусноту.       Дабы избавить вас от описания яств на столе у лордов, я скажу, что завтрак был вкусен и прошёл без каких-либо происшествий, кроме того известия, что отец организует бал в честь нашего с братом возвращения домой с военной службы. Веяло даже неким оттенком весёлости на столь бедном на эмоции событии. Конечно, мы об этом догадывались, и не только потому, что мы близнецы, но и потому, что в этом был весь отец. Он всеми силами старается устроить нашу жизнь так, чтобы мы не отличались от обычных людей высшего общества. И конечно же он будет искать нам невест. Как это раздражает! Я просто хочу быть счастливым, а не обязанным. Я думаю Феликс со мной солидарен, но с отцом в первый наш день вместе после долгой разлуки я не хочу ругаться.       Я провёл весь остальной день в подготовке к балу. Начистил парадный двубортный китель с белыми обшлагами и лацканами, на двух эполетах красовались серебряные якоря. Я даже немного причесался, но только немного, а то нас с Феликсом не будут различать. Не могу не отметить, что отец постарался на славу. Парадный зал не был таким прекрасным со смерти мамы. Канделябры начищены, все свечи в пятиярусных люстрах горят, паркеты подготовлены к бесконечным танцам, а фуршетные столы ломились от количества сладостей, выпечки и деликатесов. В назначенное время гости начали прибывать в изысканных нарядах, даже сам король Буржуа прибыл с женой и дочерьми, Хлоей и Зоей. Мы с ними знакомы давно, можно сказать друзья детства, но таковой я могу назвать только Зои. Она добрая, не тщеславная и даже привлекательная, но она не в моём вкусе, также как и её сестра Хлоя, но последняя почему то думает, что я по ней схожу с ума. Мы обменялись любезностями и единственное, что меня спасло от Хлои это обещание подарить ей танец и моё обязательство по приёму гостей. Следующими была семья Цуруги — Кагами и её мать. Мой отец и она давно пытаются свести нас вместе, но для меня она как сестра, потому что мы вместе выросли (мать и отец Кагами дипломаты из Восточного королевства). Мы втроём занимались фехтованием и учились, но я ничего не могу говорить про Феликса, когда те подошли, он как язык проглотил и не мог из себя выдавить ни слова. Ну ничего братец, мы тебя выведем на чистую воду.       Как только все гости были в сборе, начались танцы. Кавалеры приглашали дам на мазурку, польку, кадриль, вальс, и конечно же мне пришлось принимать предложения всех девушек, которые изъявляли желание потанцевать со мной, а таких было не мало. С Хлоей, к примеру, мне пришлось танцевать 2 раза. Феликс не поклонник танцев, и к тому же почему-то девушки не хотели с ним танцевать. Поэтому эту непосильную ношу мне пришлось нести самому. После, наверное, двадцати исполненных композиций я попросил у дам перерыв и ретировался на балкон к Феликсу.       — Что-то ты быстро, очередь из юных леди только начала уменьшаться, а ты оставил их бедных в ожидании. Как не стыдно брат! — встретил меня ехидно Феликс.       — Ну, если бы ты мне помог, было бы гораздо проще справиться с этой вереницей, — радуясь, что хоть у кого-то из нас хорошее настроение, съехидничал я в ответ.       — Ты же знаешь, я не любитель скакать на глазах у людей, — Феликс вернул свой взгляд на толпу в танцевальном зале.       — Знаю, но может быть ты ещё не нашёл подходящего партнёра? — я подошёл к нему и так же как и он опёрся руками на перила. Заметив, куда падает взор моего брата, я был нисколько не удивлён. Он любовался Кагами. Её иссиня-чёрная макушка виднелась чуть поодаль балкона. Она сидела к нам спиной и оттого не видела нас. Вдруг она нечаянно чуть не уронила бутерброд, Феликс улыбнулся. Эта улыбка была настоящей, искренней, нисколько не льстивой и вынужденной, как в высшем обществе полагается.       — А я то думал, что мой братец совсем забыл как улыбаться, — брат зло посмотрел на меня, как будто я поймал его с поличным во время какого-нибудь преступления.              Мы замолчали.       — Может ты всё-таки пригласишь её?       Брат был удивлён, что я узнал его маленький секрет, но не подал виду: «Она не захочет танцевать со мной».       — Этого ты не узнаешь, пока не спросишь.       — Она отказала уже троим. Со мной точно не станет, — он вздохнул, что ему не свойственно.       — В таком случае, я пойду и спрошу у неё сам, — у меня в голове родилась идея. Брат никогда не покажет себя трусом на глазах у людей, поэтому он пойдёт и пригласит Кагами.       — Ты не станешь, — видимо он ещё не понял, что я говорю серьёзно и также прожигал дыру в голове девушке.       Что ж братец, придётся тебя немного побесить. Я спустился обратно и подошёл к столику Цуруги. Кагами сидела одна.       — Ты не против, если я подсяду? — спросил я у девушки в алом щёлковом платье с синим драконом, спускающимся с небосвода.       — Конечно, — она не изменила серьёзного лица, но в душе была рада компании. — Говори. У Феликса опять не достаёт смелости? - я от неожиданности чуть не поперхнулся.       — А как ты догадалась? — Адриан был крайне удивлён, что его разоблачили так скоро.       — Феликс весь вечер прожигает мою спину взглядом, — она бросила на меня взгляд полный смелости и достоинства, отражавший весь характер независимой девушки, которая тяготилась своей неволи, создаваемой её родными. — На тебе не было лица с самого начала вечера, и было видно, как ты хотел убежать. Однако, ты только недавно исчез из виду и вернулся откуда-то с самодовольной ухмылкой. Я вас слишком давно знаю, чтобы определить, что послужило её появлению.       И тут я осознал, как попал мой брат. Такая девушка как Кагами не даст ему спуску да и сама специально не будет ни о чём просить. Но только я о нём подумал, как он появился из неоткуда. Как говорится, вспомнишь солнце, вот и лучик.       — Мисс Цуруги, не подарите ли Вы мне танец? — он пытался казаться уверенным, решительным, даже немного соблазнительным несмотря ни на что, но глаза его выдавали.       — С удовольствием, — улыбнулась ему она сдержанно, как и подобает дамам высшего света, подала ему руку, но душа её казалась прыгала до самого потолка.       Пока они проходили на танцевальный паркет, Феликс обернулся и посмотрел на меня с яростью в глазах, но я мог лишь улыбнуться ему самодовольной улыбкой, сказав тем, что нужно было сразу так решаться, а не кидаться из стороны в сторону. И вдруг в мою голову пришла мысль, показанная Кагами, а не сбежать ли мне? И я решил, что стоит попробовать. Прошмыгнув мимо стражи, я забрал свой плащ у портье и направился в город к своему другу Нино. Он работает там в одной таверне. Я решил, что неплохо бы навестить старого друга. Я шёл через ночные улочки столицы. Ветер словно старый знакомый приветствовал меня своей свежестью. Луна освещала мне путь, убаюкивая на небосклоне своих дочерей-звёзд. Держа свой путь, я не заметил, как дошёл до таверны “Драконий рог”.       Стены таверны были украшены гобеленами, рассказывающими легенды о драконах, и в разных уголках стояли скульптуры этих великих существ. В таверне, как и всегда, была толпа людей. Какой-то бард пел о том, как прекрасно на этом свете любить, или что-то в этом роде. Мой друг, смуглокожий парень, стоял за стойкой и вытирал очередную кружку. Он был очень поглощён своим делом. Я решил его немного разыграть.       — Мне чарку вина, да такого, чтобы вся кровь зарделась! Только смотри не разбавленного, знаю я вас, сухопутных крыс! — я старался изобразить самый морской акцент и добился желаемого результата. Нино чуть не выронил кружку и посмотрел на меня испуганными глазами.       — Что такое? Язык проглотил, Лейф, или своего друга уже позабыл, пока он бороздил морские просторы?       — Адриан? Чувак, ты ли это? — Нино начал узнавать в крикливом мужчине своего друга детства, но он немного стушевался.       — Конечно я, старый брюзга! — тут я не удержался и прижал его к себе через стойку.       — Когда приехал, ты же вроде должен был дослужиться до контр-адмирала, прежде чем вернуться? — друг был так рад, что из его глаз аж слёзы полились.       — А это что тогда? — тут я решил похвастаться адмиральскими эполетами.       — Как? Когда? — Нино дотронулся до правого эполета.       — Нас взяла в окружение Северная эскадра. Корабль, на котором я ходил, был Фрегатом первого ранга, против нас были 6 кораблей северной эскадры. Капитана и штурмана убило. Паника охватила корабль, но я смог успокоить команду и мы потопили корабли противника. За это мне и присвоили звание капитана, а там и контр-адмирала. Так что наливай, празднуем мой дембель!       — А я так хотел стать моряком и плавать с тобой на одном корабле, думал ещё успею записаться в матросы, — тут меня разразил хохот. — Я сказал что-то смешное? Я с тобой как с другом, а ты!       — Нино! Плавает знаешь что?* — я еле выдавил из себя слова, и тут лицо моего друга озарила улыбка, а затем он засмеялся как и я.       — А мы ходим, — я понемногу успокоился и продолжил. — Да ладно тебе, друг! Мы ещё с тобой сходим в кругосветку.       — Ага, как же! — он поставил наконец на полку эту кружку и облокотился на стойку. — Тебе уже жену искать надо, где там дело до старого приятеля, — тут он наигранно погрустнел. — Погоди-ка! — Нино прищурил глаза. — А что это на Вас, капитан Агрест, парадный китель? Неужто уже сегодня искали даму сердца?       Я закатил глаза на подергивание бровями Нино: «Отец в честь нашего с Феликсом возвращения домой устроил бал, я с него сбежал, вот и всё».       — Значит уже нашёл, — он ехидно ухмыльнулся.       — Нино, перестань! Знаешь как мне надоели эти напущенные дамы за этот вечер! Ни одну не хочу видеть и слышать! — я хотел этим образумить своего друга, но можно ли было его остановить?       — Все сначала так говорят, а потом забываются в омуте любви и ласки.       — Ах ты подлец! Иди сюда! — я по-товарищески за ним потянулся, чтобы вмазать ему как следует, но тут за моей спиной прозвучал женский голос.       — Чего-нибудь покрепче, пожалуйста.       Я обернулся. Это была девушка в мокром от дождя плаще с капюшоном. Он закрывал её лицо, но можно было догадаться, что она плачет, по тому, как дрожит её тело. Она сняла капюшон, и моему взору открылся ангел во плоти, с тёмно-синими локонами, заплетёнными в конский хвост. Она села рядом со мной, но явно не хотела ни с кем говорить. Нино лишь пожал плечами и пошёл за бутылкой коньяка.       — Кто же мог так Вас обидеть, Миледи? — не знаю почему, но мне захотелось начать разговор с ней.       — Не Ваше дело, — несмотря на её состояние, её голос прозвучал твёрдо и резко, что меня даже удивило, видимо в этой девушке есть характер.       — Да, не моё, но всё же я придерживаюсь мнения, что нужно помогать людям в беде, а беседа с понимающим человеком — лучшее лекарство от душевных недугов.       — Я не хочу обсуждать с первым встречным свои проблемы, — она отвернулась и хотела было уйти, но я взял её за руку.       — Я понимаю, — она обернулась на меня. — В жизни бывают моменты, когда мир рушится у нас под ногами, но не нужно забывать, что все мы люди и можем иметь слабости. Просто нужно разделить эту боль с тем, кто может выслушать, — она открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут нас прервал Нино.       — Самый крепкий напиток для Вас, мисс, — тут он снова поиграл бровями, на это я дал ему понять взглядом, чтобы он ненадолго нас покинул, что он и сделал.       Девушка шумно выдохнула, как бы настраиваясь, поднесла к губам рюмку, но я её остановил.       — На Вашем месте, я бы этого не делал. Боль останется, а голова на утро будет болеть, — она поставила стакан на стойку, уставив на него свой взгляд.       — Я лишился матери, когда мне было десять, — начал я, а она с интересом перенаправила на меня свой взгляд. — Это было тяжело для нас с братом. Самый родной для на человек нас покинул, а отец от горя закрылся в себе. Так что мы лишились их обоих.       Моя собеседница слушала меня с упоением, словно дитя, которому рассказывают сказку. Меня это обрадовало, и я начал излагать ей историю моей жизни. Потом она не осталась в долгу и рассказала свою. У нас завертелся разговор, мы шутили и смеялись. Нам стало хорошо в компании друг друга и как-то легко, без правил, которые нас сдерживают, без людей, в присутствии которых можно только дышать, но увы, хорошего понемножку. Стало слишком поздно или точнее рано, поскольку рассвет не за горами.       — К сожалению мне уже нужно идти, — сказала моя собеседница, и я почувствовал нотки грусти в её голосе.       — Конечно, но позвольте мне довести Вас до дому, Мисс? — только сейчас я осознал, что мы так и не представились друг другу.       — Маринетт, — какое чудесное имя подумал я. — Маринетт Дюпен-Чен, а Вас?       — Адриан, — я подал ей руку и мы вышли из заведения.       Мы шли по тесным улочкам ещё в темноте. Было морозно. Маринетт шла, держа меня за руку, и поэтому я мог почувствовать, как сильно её трясло от холода. Я понял, что её плащ не высох, и поэтому я снял с себя свой плащ и отдал ей.       — Спасибо, Адриан, — она накинула его на плечи, и мы продолжили свой путь.       — Могу я задать вопрос? — начал я.       — Конечно, — она насторожилась, но сегодняшний вечер дал ей понять, что я неплохой человек и не спрошу лишнего.       — У вас же семейная пекарня, да? Лучшая во всём городе?       — Да, — она расслабилась. — Мои родители её основали, и я им там помогаю.       — Ничего себе. Вот так встреча. Мой брат жить не может без ваших круассанов, — я был несказанно рад, что теперь смогу с ней видеться. Она лишь посмеялась в ответ и улыбнулась своей доброй улыбкой.       Мы завернули за угол, но там оказался тупик.       — Ой, я кажется ошиблась в поворотах.       — Так, так, так. Кто это тут у нас? — за нашими спинами послышался тенор.       — Фраерок и девчуля, — отозвался противный голос, своим звучанием напоминающий писк крысы.       — Вот это нам повезло! — ещё один голос более задорный, чем предыдущие два.       — Чего вы ждёте, парни, схватить их! — видимо главный пришёл.       — Спрячься за меня, — я хотел казаться совершенно спокойным, но не мог знать выживу ли я. Я выхватил свою шпагу.       — Я смогу за себя постоять, будь уверен, — странно, но она говорила так уверенно, что мне даже стало не по себе, что я тут раскис.       — Вы ждёте особого приглашения?! Я сказал взять их!       На меня набросился парень с клинком наперевес и нанёс серию тяжёлых ударов, я с лёгкостью отразил его атаку. Шаг, я схватил его за ворот рубашки, пока он был дезориентирован, перебросил через спину в другого хулигана так, что оба оказались без сознания в итоге. И только я хотел броситься в бой с главарём, как увидел, что в это время делала Маринетт. Она дралась без оружия против громилы и его дружка. Сообщник бросился на неё, но она уклонилась, подойдя и встав к нему спиной. Правым локтем девушка выбила у него из рук шпагу, а левым с разворота ударила в челюсть, тот упал без сознания. Расправившись с одним, Маринетт поспешила нокаутировать второго. Заскочила на рядом стоящий грузовой ящик, но громила понял, что она хотела сделать, обернулся на неё, тогда я воспользовался моментом и, схватив доску, лежащую на полу, со всей силы ударил ей по его затылку. Он упал и тоже оказался в отключке.       — А мы с тобой неплохая команда, Миледи! — я был несказанно рад, что судьба свела нас вместе сегодня.       — Нечестно! Этот был мой! — но она похоже нет.       — Всё честно. Для того трюка нужен был отвлекающий манёвр, а ты на него напролом, он бы тебя по стенке размазал!       — Да… ты прав, — она выдавила из себя эти слова.       — Хорошо, а теперь давай продолжим наш путь, — на этих словах на нас налетели фигуры в чёрном, окутав своими плащами.. Я стал отталкивать их, и они нас отпустили, но мы оказались уже в другом месте.       — Кто вы такие и куда Вы нас перенесли?! — Маринетт прокричала и уже хотела наброситься на наших похитителей, кем бы они ни были, но один из них поднял руку вперёд, ладонью к нам.       — Наши имена вам ничего не скажут, но мы вам не враги, — сказал он низким и немного рычащим голосом. — Мы те, кто дарует вам силы настолько великие, что с помощью них возможно как разрушить так и создать новый мир.       — Мы даруем их вам, чтобы вы смогли защитить этот мир, прекратить войны, — его дополнила фигура рядом — девушка с мягким голосом. — Мы выбрали вас за добрые сердца и чистые души, такие как вы, не будут использовать силы созидания и разрушения в своих целях. Вы готовы принять большую силу с большой ответственностью ради спасения мира?       Мы стояли словно во сне, не осознавая, правда это или нет, но единогласно кивнули в знак согласия.       — Тогда начнём, — сказал мужчина.       — Готова ли ты, Маринетт Дюпен-Чен принять силу созидания и использовать её во благо? — произнесла девушка.       — Да.       — А ты, Адриан Агрест, готов принять силу разрушения и использовать её во благо? — продолжил мужчина.       — Да.       — Тогда, подойдите к нам, — незнакомцы сказали это хором, и мы повиновались.       Каждый из них взял нас за руки и они начали говорить что-то на непонятном нам языке. У них загорелись глаза и вены, а потом жгучая боль пронеслась по всему моему телу, казалось не осталось ни одного места, где она не вонзила свои иглы. Потом боль стала настолько сильной, что у меня потемнело в глазах и я упал на землю. Последнее, что я помню, это всепоглощающая тьма, которая, казалось, проникает в каждую крупицу моего тела.       Я открыл глаза, когда солнечные лучи скакали по моему лицу, как зайчики. Я встал с кровати, и у меня в голове была только одна мысль, что вчера произошло? Голова болела так, словно я вчера попросил кузнеца ударить по ней молотом. Я решил посмотреть на это чудо, которое умудрилось вчера так напиться, что не помнит, как добралось домой. Я подошёл к зеркалу. Вроде бы ничего такого. Такой же как всегда, лохматый. Я решил снять рубашку, и увиденное повергло меня в шок. Передо мной стоял не дохляк с еле заметными очертаниями мышц, а хорошо сложенный герой из легенд с идеальной мускулатурой: шесть кубиков пресса с хорошо видными косыми мышцами и костями таза, атлетичная грудь и сильные руки, на которых прорисовывается каждый пучок мышц.       — Как это? — я так увлёкся, что не заметил на себе ещё одну интересную деталь: татуировка дракона красовалась у меня на груди. Он образовал круг, упираясь головой в свой хвост. Дракон напоминал чем-то летучую мышь.       Всё бы ничего, не известно, что сделаешь по-пьяни, но дракон стал раскрываться и пополз по мне. Он как будто бы изучал моё тело.       — Неплохо, — сказал он через несколько минут. — Рагнар выбрал хорошего носителя.       — Что ты такое? — страх стал одолевать меня, но спокойный голос продолжил.       — Моё имя - Плагг. Приятно познакомиться.